Музыка, которая доносится из её телефона, именно такая, как я и ожидала: полная беззаботности и любви к жизни, прямо как сама Нелли. Она подпевает любимым песням, а я, к своему удивлению, даже немного заражаюсь её хорошим настроением. Похоже, день будет не так плох, как я думала.
– Откуда здесь столько жвачек? – удивляюсь я, отскребая очередной засохший комок. – Ни разу никого с жвачкой в школе не видела.
– Мелкие их любят, наверное.
Нелли забирается на парту и протирает полки в конце кабинета. Музыку прерывает сигнал сообщения.
– Синицы зовут на каток вечером. Не хочешь сходить? – спрашивает она, строча ответ в телефоне.
Я немного медлю, потому что вообще-то хочу – там, возможно, будет Кирилл. Сразу представляю, как мы с ним катаемся за ручку, пьём какао из милых кружек, и он греет мои замерзшие руки своим дыханием.
– Нет, – отвечаю в итоге.
В реальности это закончится тем, что я растянусь на льду и стану посмешищем, как всегда. К тому же компания двух безмозглых близняшек не особенно меня радует.
На этой мысли я останавливаю себя, в голове сразу всплывает мой провал с Толстым. Немного поколебавшись, я всё же решаюсь спросить:
– Нелли, почему ты дружишь с Синицами?
– Не знаю, – она пожимает плечами, снова включает музыку и засовывает телефон в задний карман джинсов. – Почему бы и нет?
– Тебе не кажется, что они… дурочки? – стараюсь говорить как можно дипломатичней. Разговор отвлекает меня от жвачек, и я усаживаюсь на соседнюю с Нелли парту.
– Дурочки? Да они же отличницы.
– Это другое, – отмахиваюсь я, – они просто зубрят, так все могут.
Нелли перестаёт вытирать полку и разворачивается ко мне.
– Если все могут, то почему не делают? Синицы прекрасно знают, что соображают не так быстро, как другие. И они компенсируют свои слабые стороны сильными – упорством. По-твоему, это не интеллект? – говорит она очень эмоционально.
Да ещё и на своем возвышении выглядит как революционер на трибуне. Это заставляет меня улыбнуться.
– Это потрясающе, – выдыхаю я.
– Ага, я и говорю, – Нелли довольная отворачивается и продолжает орудовать тряпкой.
– Нет, я про тебя. Потрясающе, как тебе удаётся видеть во всех хорошее.
– А что тут сложного? – удивляется она. – Большинство людей хорошие.
– Видимо, это мне так не повезло, – я тут же мрачнею. – Я встречала в основном других.
Нелли спускается со стола, подходит и кладет руки мне на плечи. Эта неожиданная близость немного пугает меня.
– Мне жаль, что с тобой это произошло, – говорит она, глядя мне прямо в глаза.
У меня начинают наворачиваться слёзы. Я прокашливаюсь и отвожу взгляд. Будет максимально неловко, если я разрыдаюсь из-за того, что меня кто-то пожалел.
– Но всё же ты не стала просить Синиц помочь тебе с юбкой, – я стараюсь поскорее вернуться к теме разговора.
– Маш, ты и меня дурочкой считаешь? – смеётся Нелли. – Уже вся школа знала бы эту историю. Конечно, близняшки бы растрепали всё не со зла, просто они язык за зубами держать не умеют.
Мне кажется, что я краснею – я и правда поначалу решила, что Нелли дурочка.
– Нет. Не считаю, – говорю я честно, хотя её вопрос скорее всего был риторический.
Кажется, она не слышит мой ответ, потому что в этот момент возбуждённо достаёт телефон и увеличивает звук на максимум.
– Это моя любимая песня, – перекрикивает она музыку.
Соседка начинает скакать по комнате, напевая мотив и изредка вставляя слова, которые знает. Слова иногда совпадают, а иногда оказываются совсем не в кассу. Это кажется мне забавным и даже милым.
Приходит время припева, его Нелли знает наизусть. Она поёт вместе с группой: “And then she'd say, "It's okay. I got lost on the way but I'm a supergirl and supergirls don't cry", – хватает меня за руки и кружит в своём безумном танце. Нелли успокаивается, только когда песня заканчивается.
– Обожаю её, – запыхавшись говорит она и убавляет звук.
– О чём она?
– О девочке, которая остаётся сильной, даже если в жизни происходит дерьмо.
– Например, если пришлось работать уборщицами в выходной?
– Точно, – смеётся Нелли, – супердевочки не плачут. Они берут тряпки в руки и протирают пыль.
Мы вместе расчищаем большой стол с лампами, длинными контейнерами и различными лопаточками.
– Что это такое? – спрашиваю я у Нелли.
– Это огород. Пятиклашки каждый год сажают семена и наблюдают за развитием растений. Скоро увидишь. К маю даже что-нибудь съедобное может вырасти.
– Круто, у нас ничего подобного не было.
– Я же тебе говорила, что Е. В. – сильный учитель биологии. Мне кажется, невозможно хорошо научить, если сам не любишь своё дело. А она, как видишь, любит.
– Я так поняла, большинство людей в классе собираются поступать на медицинский? И Синицы тоже? – интеллект близняшек всё же не дает мне покоя.
– Ага.
– Тебе не было бы страшно попасть к такому врачу?
– Нет. Зная, как они ответственно ко всему подходят, уверена, что из них получатся отличные специалисты. Я бы лучше пошла к врачу, который все годы учёбы упорно зубрил, чем к тому, кто полагается только на свой талант.
– Я об этом не думала.
– А ты сама-то куда поступать будешь?
– На программиста.