Тени Аурелии
— Контакт! — яростно крикнул Антон и, не раздумывая, трижды нажал на спусковой крючок пистолета.
Тяжелые свинцовые пули, разумеется, не пробили толстую лобовую броню, но их кинетическая энергия смогла на секунду дезориентировать машину: металлический корпус дрона ощутимо дрогнул, а его красные оптические сенсоры на миг потеряли фокус.
И этого мимолетного мгновения им хватило с головой.
— Я полностью вошла в его внутреннюю сеть, — голос Леи в наушнике был холоден и тверд как сталь. — Запускаю протокол принудительной деактивации дронов.
Прошло еще несколько томительных секунд — и второй робот точно так же замер посреди коридора, полностью обесточенный и безвредный.
— Впереди, прямо над дверью склада, висит автоматическая турель, — тихо произнесла Лена, поднимаясь с пола, её голос прозвучал как мрачное предупреждение. — Её через сеть так просто не отключишь, там изолированный автономный контур питания. Если она активируется, у нас будут считанные секунды до того, как она превратит этот коридор в решето.
— Лея, ты сможешь перехватить управление этой турелью? — быстро спросил Антон, не отводя напряженного взгляда от поворота.
— Только частично и на очень короткое время, — ровно отозвался искин. — Центральный узел безопасности заблокирован сложнейшим внешним кодом старших рас. Для его полного взлома и получения абсолютного доступа мне потребуется около двадцати четырех часов непрерывной работы при стопроцентной загрузке всех моих вычислительных мощностей.
Она сделала крошечную паузу, и в звенящей тишине коридора эти слова прозвучали для выживших как окончательный приговор.
— Но прямо сейчас я могу принудительно деактивировать весь сектор ровно на пять минут, искусственно перенаправив магистральное питание кабелей на вентиляционные шлюзы. Заодно я открою для вас бронедверь в саму оружейную. Время пошло.
Они быстрым шагом двинулись дальше по коридору, практически перешагивая через замерших роботов. Вторая дверь была массивной, бронированной, но сейчас она стояла незапертой. Поддалась она, правда, с огромным трудом — жуткий скрип несмазанного ржавого металла безжалостно резал тишину, здесь абсолютно всё прогнило от вековой сырости.
За дверью открылась квадратная комната средних размеров — вдоль стен тянулись длинные ряды пустых металлических стоек, на полу валялись открытые ящики, а в самом центре, на массивном столе, стоял вытянутый герметичный контейнер, словно замерший в вековом ожидании своих хозяев.
Лена тут же бросилась к столу. Её пальцы заметно дрожали от дикой усталости, но двигались поразительно быстро. Она аккуратно нажала на боковой клапан, с шипением спустив внутренний вакуум — таковы были строгие стандарты Содружества для сверхдлинного хранения оружия, на ходу пояснила она Антону. Контейнер плавно раскрылся, и внутри, в мягких пазах, обнаружилась футуристическая плазменная винтовка Уничтожителя.
— Нашла... — выдохнула девушка с огромным облегчением, бережно доставая оружие. — Теперь нужно найти энергокапсулы для нее.
Она начала лихорадочно оглядываться по сторонам, и вдруг Антон заметил в глубокой стеновой нише скрытый шкаф, по своей конструкции один в один похожий на те сейфы снабжения, которые он уже находил в секторе 18-C. Лена быстро распахнула дверцы, и внутри искатель увидел три тяжелых металлических кейса, на крышках которых красовались объемные эмблемы Содружества — стилизованная звезда с вращающимися вокруг нее планетами.
И в этот самый миг под потолком отсека раздался резкий, пронзительный сигнал тревоги. Яркий красный индикатор яростно вспыхнул над дверью оружейной.
— Лея, что происходит?! — Антон вскинул голову, вжимаясь в стену.
— Нас всё-таки засекли резервные подсистемы комплекса, — голос искина оставался леденяще спокойным. — Автономная система безопасности активировала экстренный протокол защиты от мародеров. Турель над входом и оба коридорных робота вернутся в полностью рабочий режим ровно через девяносто секунд.
— Быстрее, уходим отсюда! — крикнул Антон, хватая один из тяжелых кейсов с энергокапсулами.
Они пулей выскочили из помещения склада, сворачивая в узкий обходной коридор. Где-то совсем неподалеку уже раздался тяжелый гул оживающих трансформаторов и отчетливые металлические шаги — деактивированные роботы стремительно возвращались в строй. Лена на бегу тащила Уничтожитель, на ходу срывая с его ствола полуистлевшую защитную обертку, внешне похожую на плотную пергаментную бумагу.
— Надо срочно проверить его контур, оружие обязано быть в рабочем состоянии, — на ходу бросила она, ловким движением щелкнув замками кейса.
Одной рукой она вытащила из паза небольшую энергокапсулу — и та на глазах Антона буквально растаяла в её ладони, словно без остатка растворившись в самой структуре плазменной винтовки. Уничтожитель тихо, благородно загудел, и его матовый корпус плавно засиял мягким, ровным лазурным светом.
— Антон, держи его крепче — теперь ты наш главный оператор! — Лена на бегу протянула винтовку искателю.
— Что?! В смысле — я?! — Антон от неожиданности едва не выронил оружие. — Я же никогда в жизни не держал в руках ничего подобного!
— Мне сейчас придется быть занятой немного другими вещами, — коротко и загадочно отрезала Лена.
Ничего не понимая, Антон на рефлексах принял футуристическую винтовку. Оружие, вопреки его ожиданиям, оказалось удивительно легким, почти невесомым, совсем не соответствуя своему грозному, массивному внешнему виду. Его руки сами собой, на уровне мышечной памяти искателя, мгновенно нашли удобные анатомические рукоятки и легли на спусковой контур.
Они снова выскочили в центральный коридор шлюза.
И здесь их ждал крайне неприятный сюрприз. Первый дрон, которого Лена обесточила на входе, оживал быстрее, чем прогнозировала Лея. Он уже успел отсоединиться от настенных пазов и заблокировал единственный путь к выходу, оставив автоматическую турель у себя за спиной. Это тактическое решение машины было полностью неожиданным. Увидев перед собой нарушителей, робот Содружества вскинул свой плазменный обрез и начал наводить его прямо на Лену.
В этот критический момент, когда Антон уже мысленно попрощался с жизнью, случилось нечто совершенно иррациональное. Лена, поддавшись чистой панике и дикому предсмертному стрессу, инстинктивно вытянула обе руки вперед. Её зрачки на секунду расширились, а пространство вокруг нее словно наэлектризовалось. Плотный воздух перед девушкой в то же мгновение сжался, превратившись в невидимую, колоссальную аэродинамическую плиту — мощнейший кинетический молот. Этот невидимый таран со страшной силой и оглушительным хлопком ударил по массивному роботу. Многокилограммовая железная машина буквально взмыла в воздух, с мясом выронив свое оружие, и с грохотом отлетела на несколько метров назад, рухнув на бетонный пол. Лена испуганно вскрикнула и покачнулась от дикой слабости, едва удержавшись на ногах. Её скрытая сущность «малого божества» выдала спонтанный выплеск энергии звезды, но тело без инициации на корабле было не способно выдержать такую нагрузку.
— Антон, стреляй в него! Быстрее, он сейчас поднимется! — выкрикнула она, тяжело опираясь на стену.
— Да как из этой штуки вообще стрелять?! Здесь даже курка нет! — в панике заорал искатель, целясь в ворочающегося на полу робота.
— Мысленный приказ! Просто сфокусируй взгляд на цели и четко сформируй в голове команду «Огонь»! Винтовка синхронизирована с твоим сознанием!
Антон стиснул зубы, яростно взглянул на поднимающегося бронированного дрона и мысленно, со всей силы приказал оружию: «Огонь!»
В ту же микросекунду из вытянутого ствола Уничтожителя с мягким хлопком вырвался ослепительный, концентрированный сгусток раскаленной лазурной плазмы. Время для Антона словно патологически замедлилось — благодаря встроенному искину оружия его восприятие расширилось, и он во всех деталях увидел, как плазменный заряд врезался точно в грудную пластину робота, мгновенно и без малейшего сопротивления разорвав сверхпрочный металл на атомы еще до того, как машина успела подняться на ноги.
— Антон, нужно срочно нейтрализовать турель за поворотом, она уже полностью в действии! — Лена теперь тяжело дышала, держась строго у него за спиной.
Искатель аккуратно выглянул из-за угла коридора. Автоматическая турель на потолке непрерывно вращалась, полностью прикрывая огнем единственный коридор, ведущий на выход. Чуть дальше за ней застыл третий дрон, который так и не пришел в себя после экстренной деактивации Леи. Антон мгновенно отпрянул назад за бетонный выступ, заметив, что стволы турели начали стремительно разворачиваться в его сторону.
— Эта инопланетная пушка точно поможет против стационарной турели? — быстро уточнил он у Лены, чувствуя, как сердце колотится в горле.
— Это Уничтожитель, он изначально рассчитан на уничтожение тяжелых орбитальных шаттлов и укрепленных дотов, — с трудом переведя дыхание, отозвалась девушка. — По сути, мы сейчас стреляем из главного калибра по воробьям.
— Отлично, я понял.
Антон снова резко выглянул из-за угла. Потолочная турель в этот момент как раз разворачивалась в противоположную от него сторону. Искатель решительно выскочил из своего укрытия, вскинул Уничтожитель и мысленно скомандовал винтовке: «Огонь!»
Лазурная вспышка озарила коридор. Мощнейший плазменный заряд попал точно в основание турели — оружие даже не успело издать ни единого звука в ответ. Тяжелая турель мгновенно испарилась, и лишь густой расплавленный металл и пластик бесформенной массой стекли по бетонной стене вниз. Разрушительная сила этой винтовки просто потрясала воображение.
Они на полной скорости бросились к спасительному выходу.
— Лея, открой нам путь назад, шлюз заблокирован!
— Перенаправляю остаточную энергию на аварийный привод... готово. Внешняя гермодверь открыта.
Они пулей проскочили в открывшийся проем инженерного шлюза буквально за секунду до того, как из боковых отсеков показались новые патрульные дроны охраны комплекса. Позади них раздались яростные вспышки плазмы, запоздалые выстрелы и глухой грохот металла о металл, но они были уже по ту, безопасную сторону тяжелого шлюза.
Антон без сил рухнул на колени прямо на ржавый пол технического коридора, тяжело и хрипло дыша. Лена стояла рядом, низко согнувшись и пряча бледное лицо в тени термоплаща, но в её усталых глазах до сих пор горел яркий, непоколебимый огонь.
— А ты ведь была абсолютно права... — сказал искатель срывающимся от пережитого шока голосом. — Этот безумный риск действительно стоил того.
Девушка слабо, но очень тепло кивнула ему в ответ: — Спасибо тебе, Антон... Спасибо, что всё-таки поверил мне.
Глава 8 Сигналы из глубины
Клин, признанный лидер «Гвоздей», мрачно сидел в просторном зале своей штаб-квартиры во втором секторе Неверада. Помещение было дорого отделано панелями из темного дерева, потемневшего от времени, и залито мягким, приглушенным светом ламп, искусно скрытых в стеновых нишах. В воздухе отчетливо висел терпкий запах крепкого кофе, смешанный с легким ароматом дорогого табака — кто-то из парней недавно курил у открытого окна. Где-то глубоко за стеной мерно гудели мощные вентиляторы системы циркуляции воздуха, и их низкий ритм подсознательно напоминал тяжелое дыхание спящего зверя.
За панорамными бронированными стеклами простирался серый, неуютный город: Неверад, по уши утопающий в ядовитом кислотном тумане, с редкими, размытыми огоньками грузового транспорта, медленно ползущего по многоуровневым магистралям. Старая гостиница, в которой полностью располагалась штаб-квартира банды, заслуженно считалась одной из лучших во всем секторе. Здесь на постоянной основе жили рядовые члены группировки, отдыхали, гуляли и бездумно тратили те немалые деньги, что щедро выплачивались им Клином. Лидер «Гвоздей» как никто другой умел ценить и мотивировать верных людей. При этом всё огромное крыло здания, где заседало руководство банды, было наглухо отделено от остальной, общественной части отеля — посторонние и гражданские сюда не заходили под страхом смерти.
Лицо Клина напоминало сложную топографическую карту времени: сеть глубоких, резких морщин делала его возраст практически неуловимым для стороннего глаза. Худощавый, одетый в простую черную рубашку, он небрежно накинул на плечи длинный кожаный плащ, который лежал на нем, словно густая тень. Выражение его лица оставалось абсолютно спокойным, даже безмятежным. Но глаза мужчины мгновенно выдавали его истинную суть. Один глаз был высокотехнологичным механическим протезом с тонкой, пульсирующей красной подсветкой, зловеще отражающей уличный неон. Второй глаз — полностью живой, смотрел на мир холодно и пронзительно, как резкий северный ветер Пустоши. Спутанные, жесткие волосы Клина выглядели так, словно их не касалась расческа со времен прошлого века. Любой случайный прохожий на улице легко принял бы его за обычного оборванного уличного гопника, разве что с чуть завышенным уровнем IQ. Но те редкие люди, кто знал его лично, прекрасно понимали: перед ними сидит гениальный стратег, расчетливый политик и жесткий человек, который сумел силой превратить первобытный хаос улиц в строгую рабочую систему.
Именно он когда-то железной рукой собрал разрозненные, вечно воюющие между собой банды Неверада в один единый, монолитный кулак. Поодиночке всех этих отморозков со временем гарантированно передушил бы мэр силами городской Стражи, но с такой объединенной, колоссальной силой администрация города связываться в открытую не решилась. Теперь «Гвозди» держались в самом Невераде подчеркнуто тихо. Они массово открывали легальные бизнесы, активно привлекали сторонних инвесторов и внешне выглядели как вполне добропорядочные, честные предприниматели. Почти честные. Но люди в криминальной среде всегда подсознательно хотят гораздо большего, чем скучная, размеренная жизнь на налоги. Так, на стыке легальности и криминала, и родилась их теневая империя.
Весь огромный второй сектор Неверада теперь являлся суверенной территорией «Гвоздей». Элитные публичные дома, подпольные азартные игры, неоновые казино всех мастей, контрабандные наркотики — абсолютно всё функционировало под их жесткой крышей. То, что было официально запрещено городскими властями, стало золотой основой их доходного бизнеса. В душе «Гвозди» оставались прожженными анархистами и никаких законов мэрии принципиально не признавали. Но при этом они всегда действовали пугающе осторожно: никаких громких уличных операций внутри периметра, только тотальный контроль за соблюдением внутренних правил и поддержка старых, проверенных схем.
Удивительно, но зажравшиеся топ-менеджеры и корпораты из других, чистых секторов Неверада регулярно и с удовольствием посещали их грязный сектор в тайных поисках острых, запретных развлечений. Многие из этих офисных крыс в своей жизни вообще никогда не покидали безопасный контур города. И они искали грязных удовольствий именно здесь, у Клина. Лидер банды вовремя понял, что времена стремительно меняются. Город бурно развивался, и легальные корпорации стали невероятно сильны — они исправно платили колоссальные налоги в городскую казну и в обмен начали жестко требовать от мэра идеального порядка: никакого явного криминала на улицах Неверада.
Клин вовремя убедил криминальных лидеров: порознь их всех безжалостно уничтожат. Он объединил группировки — где-то мягкими уговорами, где-то прямыми смертельными угрозами — и поднял их общий бизнес на принципиально новый уровень. Мэр в ответ ощутимо усилил городскую стражу и поставил перед силовиками четкую цель — полностью вычистить явный криминал. Тогда Клин пошел на гениальную хитрость: он полностью запретил уличные ограбления и банальное воровство внутри города. Более того, он сам вычислял залетных отморозков и демонстративно сдавал их городским стражам. Все боевые, агрессивные операции «Гвоздей» отныне были полностью вынесены за пределы официальной юрисдикции Неверада, в Пустошь. Благодаря этой стратегии уличный криминал почти полностью ушел из города.
Сейчас Клин спокойно сидел в кресле и внимательно слушал дежурные доклады своих ближайших помощников. Голос очередного докладчика звучал как-то глухо, будто доносился до него из-под земли. Финансовый помощник по кличке Мякиш стоял у длинного лакированного стола, на котором ровными рядами лежали планшеты с графиками прибыли и сложными таблицами цифр. Его текущий доклад напрямую касался долгов высокопоставленных корпоратов. Один из самых прибыльных и легальных бизнесов «Гвоздей» сейчас заключался в жестком выбивании просроченных задолженностей. Они за бесценок скупали у официальных банков безнадежные долги жителей и затем заставляли должников платить на всю катушку, с чудовищными, грабительскими процентами. В этом не было ничего вызывающего: мэр сознательно закрывал на это глаза, ведь люди сами добровольно лезли в кабальные кредиты, а коммерческие банки затем на законных основаниях продавали их долги сторонним коллекторам. То есть — «Гвоздям».
Клин слегка наклонился вперед, и его механический красный глаз вспыхнул чуть ярче, зловеще отражая свет потолочных ламп.
— Говори по сути, — его голос был низким, пугающе ровным, напоминая гул далекого работающего двигателя.
Мякиш был одним из тех умных «головастиков», которых Клин регулярно нанимал за большие деньги для грамотного ведения теневого бизнеса. На нем был надет строгий серый костюм, который явно не по размеру висел на его худощавой, сутулой фигуре. Помощник нервно перелистывал пальцем данные на экране планшета.
— Ситуация по последнему ЧП у нас следующая, — заговорил он, сглотнув слюну. — Один наш крупный должник с общей суммой долга более трехсот пятидесяти тысяч энеркоинов неожиданно оказался за пределами города. Наша оперативная группа изначально преследовала его, но попутно они получили горячую наводку от городского информатора на ценнейший медицинский артефакт, который этот парень якобы нес с собой. В ходе завязавшейся погони в Пустоши клиент технично ушел от зажима глубоко в Руины сектора 2-BC, и там по неизвестной причине произошел тектонический взрыв огромной мощности. Вся наша боевая группа из четырех человек погибла на месте вместе с должником, скорее всего. Итог: чистые потери в виде невозвратного долга и гибели бойцов. Теперь согласно внутреннему уставу мы обязаны выплатить их семьям крупные компенсации. Общая сумма выплат — миллион двести тысяч. Я официально считаю, босс, что силовой блок обязан был досконально перепроверить информацию наводчика до начала этой слепой операции, — Мякиш бросил быстрый, нервный взгляд в сторону Патрика, главы их силового ведомства.
Патрик сидел чуть в стороне, вальяжно развалившись в глубоком кожаном кресле. Это был огромный, накачанный мужчина лет тридцати, с характерным низким лбом и глубоко посаженными, свирепыми глазами. Услышав упрек финансиста, он резко вскинул голову.
— А чего я-то сразу?! — мгновенно взвился силовик. — Я действовал строго по оперативным обстоятельствам! Сигнал от наводчика пришел четкий, речь шла об уникальном артефакте древних, предварительная оценка стоимости которого на черном рынке — около миллиона энеркоинов! Надо было брать его тепленьким прямо на выходе из сектора. Если бы этот хитрый искатель успел зайти в город и сдать добычу корпорациям, всё, пиши пропало... — Патрик эмоционально всплеснул руками, и массивные золотые браслеты на его широких запястьях громко звякнули друг о друга.
— Миллион? — Клин медленно приподнялся в кресле. — Откуда конкретно пришла эта инфа?
— От нашего надежного, проверенного наводчика прямо из города, его зовут Андрей, — Патрик был полностью готов к этому вопросу и говорил уверенно. Здесь дураков в руководстве не держали, все прекрасно понимали, о каких суммах идет речь. — Этот парень близко общался с клиентом и точно знал, какой именно куш тот вынесет из сектора 18-C.
— Миллион — это очень хороший, жирный куш, — задумчиво пробормотал Клин, барабаня пальцами по столу. — Да еще и крупный должник сам идет прямо в лапы к своим кредиторам. Слишком идеальное совпадение. Что-то во всей этой истории изначально пошло не так.
В просторном зале мгновенно повисла тяжелая, напряженная тишина. За панорамным окном в этот момент медленно проползла огромная темная тень тяжелого грузового дрона, и его габаритные огни на секунду ярко отразились в искусственном глазе лидера банды. Абсолютно все в группировке знали, что у Клина есть феноменальная, звериная чуйка на любые подставы и ловушки — недаром он умудрялся безраздельно держаться на месте лидера «Гвоздей» уже пять лет подряд, вопреки всем покушениям.
— Все положенные компенсации семьям погибших парней выплатить немедленно, — жестко приказал Клин, и в его низком голосе отчетливо звякнула сталь. — Денег из кассы не жалеть. Каждой семье выдать долю по заслугам погибшего. Патрик, это к тебе: найди мне этого городского информатора Андрея. Нужно детально вытрясти из него, откуда именно он заранее знал про этот артефакт и почему операция закончилась тотальным взрывом сектора. Ты прекрасно знаешь, что с ним нужно сделать. Посмотрим ближе, что это за гусь.
Патрик молча кивнул, его массивное лицо при этом оставалось каменным и безэмоциональным. Он тяжело поднялся из кресла, сделал короткий знак рукой двум молчаливым «быкам»-телохранителям, покорно сидевшим за небольшим столом у самой стены, и решительным шагом направился к выходу из зала. Дверь шлюза мягко и бесшумно закрылась за их спинами.
Клин глубоко откинулся на спинку кресла, прикрыв живой глаз. Действующий мэр города Александр Грейсон не оставлял своих давних, упорных попыток полностью вытеснить «Гвоздей» из Неверада. Мэр искренне мечтал в рамках закона превратить их бандитскую группировку в подобие цивилизованной, послушной корпорации, но получалось это у администрации пока откровенно плохо — банде критически не хватало собственного научно-исследовательского отдела. Квалифицированных ученых нанять на черном рынке было невероятно сложно, а заставить их эффективно работать под дулом пистолета — попросту невозможно. Настоящая наука никогда не движется вперед из-под палки.
Однако огромные свободные деньги у «Гвоздей» были. И Клин прагматично вкладывал их в перспективные коммерческие предприятия: выбивание долгов, легальную покупку оперативной информации об уцелевших артефактах Пустоши и наем свободных искателей. Только благодаря этой хитрой стратегии «Гвозди» умудрялись до сих пор успешно держаться на плаву в высокотехнологичном научном сегменте этого мира. Найденные искателями артефакты с рабочими довоенными технологиями, которые можно было масштабировать под нужды города, они затем за огромные суммы перепродавали крупным легальным корпорациям Неверада, пытающимся их выгодно монетизировать.
Но их исконная криминальная суть никуда не делась. За высокими стенами Неверада «Гвозди» безжалостно грабили и убивали абсолютно всех, до кого только могли дотянуться их боевые отряды. Именно поэтому зажравшиеся корпораты предпочитали вообще никогда не выходить за официальные пределы города, чтобы гарантированно не попасть под их жесткий удар. Свободные искатели были совсем другим делом: им ради заработка в любом случае приходилось регулярно идти в опасные Руины. Это был их единственный хлеб, который «Гвозди» теперь хотели полностью подмять под свой единоличный контроль.
— Мякиш, всю подноготную информацию по этому невозвратному долгу мне на стол, — не открывая глаз, тихо скомандовал Клин. — Кто этот парень, кто за ним стоял и зачем ему понадобились такие суммы.
— Это был целевой кредит от корпорации «Верде», босс, — Мякиш заговорил быстро, стараясь лишний раз не встречаться взглядом с пульсирующим красным протезом лидера. — Этот искатель взял у них колоссальный заем под залог найденного им ранее артефакта по глубокой очистке зараженной воды, а также на развитие этой технологии за пределами Неверада. В «Верде» прекрасно понимают, что Пустошь за стенами — это зона наших прямых интересов. Они сначала выдали ему деньги, чтобы он гарантированно продал этот водный артефакт именно им, но затем тут же технично перепродали его просроченный долг нам, чтобы полностью минимизировать свои финансовые потери в случае его гибели.
— И за сколько конкретно они в итоге перекупили у этого бедолаги технологию по воде? — Клин не спеша поднял со стола чашку с горячим кофе и сделал маленький глоток. Горький, вяжущий вкус напитка в очередной раз напомнил ему, что в этом суровом городе ничего сладкого не бывает по определению.
— Самое смешное, что «Верде» по факту ничего не заплатили этому искателю, — Мякиш криво усмехнулся. — Они сначала взяли у него уникальный артефакт якобы на инженерную проработку и анализ возможности масштабирования технологии. В ходе тестов их лаборатории выяснили, что массовое производство таких очистителей — штука слишком дорогая для городского бюджета. И тогда они вместо чистой выплаты просто оформили на парня кредит на 500 тысяч энеркоинов, из которых 150 тысяч ушло в счет стоимости его же артефакта. А оставшийся долг скинули нам.