Теперь можно

Что? Сошла с ума, Кэм?

— В течение недели вы будете получать совместные задания. Где-то потребуется скорость. Где-то выносливость. Где-то стратегия. Где-то доверие партнеру. За каждое испытание начисляются баллы. В конце недели определится команда-победитель.

Нет.

Нет.

Нет.

Чья это вообще была идея?

Мы должны были приехать. Потренироваться. Выступить. Я бы выиграла свой зачет. И все вернулось бы на круги своя.

А вместо этого... Детский лагерь? Или нас решили использовать как лабораторных крыс?

— Подумайте, что у вас общего? — спокойно продолжила мисс Кэм.

У нас викторина?

— Много бегаем, — ответил кто-то из середины автобуса.

— Верно. Но подход к работе разный. Футбол — это командный результат. Легкая атлетика чаще учит рассчитывать только на себя. Иногда спортсмену полезно выйти из привычной роли.

Очень сомневаюсь.

— Рейн, прекрати закатывать глаза к потолку!

Перестаньте нести чушь — и я перестану.

— И последнее. В этот раз каждый будет жить в отдельной комнате. Без соседей. Остальные правила расскажем уже на базе. Пока отдыхайте.

Отдельная комната? Откуда на спортивной базе столько свободных номеров?

Мы всегда жили по двое. Иногда вообще по четверо. Это была единственная приятная часть сборов.

А теперь... Надеюсь, нас хотя бы не будут запирать.

Облокотившись на Милу, я прикрыла глаза и сделала вид, что сказанный бред, меня не касается.

Через час мы наконец вывалились из душного автобуса у главного корпуса спортивной базы.

Свежий воздух.

Господи, наконец-то.

Люблю Милу, но сегодня она сама по себе биологическое оружие.

Я шумно вдохнула. Не от облегчения, конечно. Просто вокруг все было слишком... красиво.

Солнце. Залив. Сосны. Где-то орут чайки. Птицы поют так, будто издеваются лично надо мной.

После обеда начнется ад. И я сейчас вообще не драматизирую.

Вы когда-нибудь бегали по лесу на износ, одновременно пытаясь не переломать себе ноги об корни? Нет? Тогда поздравляю. У вас была нормальная жизнь.

А мне теперь предстоит целая неделя этого счастья. Плюс жить совсем одной.

Надеюсь, папа будет отвечать на звонки по вечерам. Или я просто пошлю мисс Кэм нахрен и буду тайком перебегать ночевать к Миле.

Хотя... Личное пространство и все такое.

Дерьмо.

Я не хочу личное пространство.

Я хочу домой.

— Рейн. Восьмая комната, — мисс Кэм протянула мне ключ.

Я молча забрала его.

— И, Ника...

О нет.

Этот тон никогда не означает ничего хорошего.

— Пять километров после основной тренировки.

— Блядь...

— Что?

— Ничего, мисс Кэм.

— Шесть километров.

Вот же сука.

Я-то здесь при чем?

— За что?

— Семь.

Я тяжело вздохнула.

Ладно, сатана Кэм. Я украду твой кофе.

Нет. Я украду весь кофе. И буду спокойно смотреть, как ты пытаешься существовать без него.

Я запрокинула голову к небу. Ни одного облака. Даже погода сегодня против меня.

В этот момент где-то справа тихо звякнуло стекло.

Я обернулась.

Парень со светлыми волосами, которого я раньше вроде не видела, быстро убрал за спину бутылку, а в другой руке продолжал держать пластиковый стакан.

Поймал мой взгляд. Улыбнулся. И приложил указательный палец к губам. Мол, тсс.

Я прищурилась. Потом молча показала ему два пальца. Себе. И жестом изобразила бокал.

Парень тихо рассмеялся и одобрительно кивнул.

Отлично.

Я идиотка. Меня только что приговорили к семи дополнительным километрам за алкоголь. И первое, что я сделала на базе... Нашла человека, который, судя по всему, готов налить мне еще.

Прекрасно.

Мисс Кэм действительно меня прокляла.

— Раскладывайте вещи! — громко крикнул какой-то мужчина в спортивной куртке. — Через двадцать минут обед. После него общий сбор. Расскажем план на неделю.

Наверное, это и есть тренер футболистов.

Высокий. Лет сорок пять. Спокойный голос. Странно. Я почему-то ожидала увидеть второго Дана.

— Это мистер Лоусон, — негромко сказала Мила рядом со мной. — Говорят, он вообще никогда не орет.

— Тогда он точно не их тренер.

Мила хмыкнула.

Я подхватила чемодан и направилась к корпусу.

Главное сейчас — спокойно дойти до комнаты. Разложить вещи. Никого не убить. И желательно не встретить кудрявого придурка раньше времени.

...

— Принцесса!

Блядь.

Сглазила.

— Тебя разве не сбила машина, котеночек? — спросила я, даже не оборачиваясь.

В следующую секунду придурок выхватил у меня чемодан.

Пусть. Вот правда, пусть. Мне сегодня еще бегать семь дополнительных километров. Кажется, после этого я вообще перестану чувствовать руки.

— Рейн, вообще-то я очень внимательно отношусь к своей безопасности.

— Не думаю.

— Почему?

— Потому что ты сейчас добровольно идешь рядом со мной, придурок.

Дан только усмехнулся.

Невозможный человек.

Мы поднялись на второй этаж. Я остановилась возле двери с восьмеркой, вставила ключ в замок и толкнула дверь.

— Ну вот и...

Я резко развернулась. Подарила Риду самую мерзкую улыбку, на какую только была способна. Выдернула чемодан из его рук. И с удовольствием захлопнула дверь прямо перед его носом.

— Ай! — глухо донеслось снаружи.

Я довольно улыбнулась.

— Я предупреждала! — крикнула я, поворачивая ключ в замке.

Вот теперь прекрасно.

Я медленно осмотрела комнату.

Окно. Стол. Шкаф. Две кровати. И ни одного человека.

Прекрасно.

Какого хрена тогда две кровати?

Я бросила чемодан посреди комнаты, села на ближайшую и слегка пнула его носком кроссовка. Тот ожидаемо промолчал.

Предатель.

Я снова тяжело вздохнула. И снова не от облегчения.

Телефон завибрировал.

Ну наконец-то.

Папа.

— Але.

— Привет, малыш. Уже приехали?

— Да. Заберешь меня?

Папа тихо рассмеялся.

Иногда мне кажется, что я действительно веду себя как ребенок. Хотя когда у тебя такой отец... будто бы это официально разрешено.

— Тебя с Милой поселили?

— Нет. В этот раз все живут по одному.

Я сама услышала, как напряженно это прозвучало.

— Детка, думаю, ты просто не успеешь заскучать. Мисс Кэм загоняет тебя так, что вечером будешь засыпать раньше, чем голова коснется подушки.

— Частично ты прав.

— Частично?

— Меня уже приговорили к семи дополнительным километрам.

Папа рассмеялся.

— Удивительно, что только к семи.

— Очень смешно.

— Заслужила?

Я задумалась.

— Если честно... наверное, да.

— Вот видишь.

Я улыбнулась.

— Как у тебя дела, пап? Сможем болтать вечерами?

— Работаем потихоньку. Каждый вечер обещать не могу. Но клянусь, через неделю ты сама начнешь искать повод от меня сбежать.

— Слово отца?

— Слово отца.

— Ладно. Нас уже скоро погонят на обед.

— Тогда иди. И постарайся никого там не убить.

— Не обещаю.

— Ника.

— Все еще не обещаю.

Папа только посмеялся.

— Люблю тебя, малыш.

— И я тебя.

Мы одновременно отключились. Я еще несколько секунд смотрела на погасший экран.

Потом в коридоре кто-то заорал так, будто корпус загорелся:

— ВСЕМ В СТОЛОВУЮ!

— У меня вообще-то часы есть, идиот, — пробормотала я себе под нос.

Чемодан все это время укоризненно стоял посреди комнаты. Будто намекал, что вещи сами себя не разложат. Но я не виновата, что совершенно не хочу этим заниматься.

Как говорит папа... Проблемы нужно решать по мере их поступления.

Этот принцип пока ни разу меня не подвел.

Хотя...

Если подумать...

Большая часть моих проблем как раз поступила именно потому, что я так и живу.

Я посмотрела на чемодан. Потом на дверь. Потом снова на чемодан.

— Полежишь пока здесь.

Он не возражал.

Вот и отлично. Мы наконец-то нашли того, кто не спорит со мной.

Я поплелась в столовую. И в очередной раз мысленно высказала архитектору все, что о нем думаю.

Ну кто вообще решил, что жилой корпус и столовая должны находиться в разных зданиях? Что за дебильная планировка?

Каждый год одно и то же.

Каждый год я ворчу.

Каждый год мисс Кэм улыбается, когда слышит мои претензии. По-моему, это уже стало традицией.

Я толкнула дверь столовой и сразу нашла глазами Милу. Это было несложно. Она единственная сидела в солнечных очках. В помещении.

— Наконец-то, — сказала я, плюхнувшись рядом.

— Что?

— Нормальный человек.

Я облегченно вздохнула и сделала несколько больших глотков чая.

Мила усмехнулась.

— Соскучилась?

— Лично я очень.

Пиздец. Рядом со мной уже опускался на стул Дан. Ну конечно. Во всей столовой не нашлось других свободных мест.

— Не против? — спросил Тео, садясь рядом с Милой.

— Конечно нет, — спокойно улыбнулась она.

Конечно нет?

НЕТ БЛЯДЬ, КОНЕЧНО?

Я медленно повернулась к ней.

Предательница.

— А других столов здесь случайно нет? — спросила я, открывая баночку бананового йогурта.

— Зачем нам другие столы, Рейн? — улыбнулся Дан. — Мы уже достаточно близки, чтобы обедать вместе с друзьями.

— Мы недостаточно близки даже для того, чтобы дышать одним воздухом.

Я отодвинула тарелку с овощами и каким-то подозрительно полезным мясом.

Фу. Ни намека на чипсы. Одна высокобелковая хуйня.

В кружке еще оставался чай.

Я подняла голову.

— Мисс Кэм!

Она как раз проходила мимо и остановилась.

— У нас случайно вина нет?

— Рейн, ты нарываешься?

— Просто спросила.

— Восемь.

И пошла дальше.

Я тяжело вздохнула.

Не говорите мне, что я идиотка. Я и сама в курсе. Просто очень хотелось верить, что свежий воздух делает людей добрее. Хотя бы тренеров.

— Почему ты разговариваешь с ней так, будто вы делите имущество после развода? — спросил Дан, даже не переставая жевать.

— Потому что мы в разводе. У нас слишком разные взгляды на спорт.

— Принцесса... выходит, ты свободна?

— Не для тебя, Рид.

Тео тихо кашлянул, пытаясь скрыть смех. Мила вообще перестала есть. Кажется, боялась подавиться.

Я спокойно доела йогурт и потянулась за чайником, чтобы налить себе еще. Рядом с ним лежал шоколадный батончик.

Я нахмурилась.

— Это что?

— Рейн... — Дан посмотрел на меня с искренним сочувствием. — Ты настолько голодная, что забыла, как выглядит «Сникерс»?

— Я вижу, что это «Сникерс». Зачем он здесь?

— Тебе нужны углеводы.

— А тебе успокоительное.

— Оно у меня есть.

— Не помогает.

— Потому что причина моего волнения сидит напротив.

Я молча отпила чай.

Невозможный.

Дан довольно улыбнулся и демонстративно послал мне воздушный поцелуй. Конченный идиот.

— Боже... — простонала Мила, закрывая лицо ладонями. — Я больше не могу.

— Аналогично, — кивнул Тео. — Они знакомы... сколько? Неделю?

— Меньше, — ответила Мила.

Тео медленно перевел взгляд с меня на Дана. Потом обратно.

— Тогда мне страшно представить, что будет к концу сборов.

Я посмотрела на Дана. Он посмотрел на меня.

— Не смотри на меня так, котеночек, — сказала я.

— Как?

— Будто уже придумал очередную проблему.

Он улыбнулся. Широко. Слишком широко.

— Не придумал. Уже организовал.

Блядь…

Мисс Кэм и мистер Лоусон вышли в центр столовой. У обоих в руках были папки.

Интересно. Они встречаются?

Может, мисс Кэм такая сука просто потому, что у нее давно не было нормальной личной жизни? Советую ей срочно это исправить. Может, тогда у нас появится шанс дожить до конца недели.

— Итак, — начал мистер Лоусон, когда разговоры вокруг постепенно стихли. — С сегодняшнего дня вы начинаете тренироваться в командах по четыре человека.

Хуевое начало. Очень хуевое. И наша компания за этим столом была лучшим доказательством.

Я посмотрела на Милу. Она спокойно пила чай.

На Тео. Он выглядел слишком довольным жизнью.

На Дана. Он, кажется, уже понял, что происходит, и улыбался.

Конечно. Для него это не сборы. Это личный аттракцион.

— Итоги сборов будут подводиться по двум рейтингам: командному и личному, — продолжил тренер.

Вот.

Вот теперь интереснее.

Потому что если бы все зависело только от команды, это был бы обычный детский лагерь с людьми, которые случайно умеют бегать. А так у каждого остается свой шанс. И свой повод сойти с ума.

— После обеда у вас будет разминка. Десять кругов.

Отлично. Десять кругов. Я уже чувствую, как мои ноги ненавидят меня.

— Без учета времени и скорости.

Я почти расслабилась.

Почти.

— Но это не значит, что вы можете идти прогулочным шагом.

Конечно. Упустим последние слова. Очень удобно. А то вдруг кто-то поверит.

— После этого командное испытание.

Нет. Лучше сразу застрелиться.

— Затем заминка: три круга и растяжка.

Я посмотрела на свой чай. Может, если выпить его достаточно быстро, я просто исчезну?

— И особо отличившиеся будут выполнять штрафные круги, — добавила мисс Кэм.

Ее взгляд остановился на нашем столе.

Нет. Не просто на нашем столе. На мне.

Я медленно сжала пальцы под столом. Еще секунда — и я покажу ей средний палец.

Но потом вспомнила, что она может сделать мне еще хуже. Пришлось сохранить достоинство.

Хотя какое там достоинство. Я сижу на сборах, ем йогурт и веду мысленные войны с тренером.

— Внимание, составы команд я называю один раз, — сказал мистер Лоусон.

Все зашевелились.

Я тоже.

Скрестила пальцы.

Просто пожалуйста. Пусть Мила будет со мной. Пожалуйста. А эти двое пусть... Ну не знаю. Утонут в заливе. Это тоже вариант.

— Мила Кросс, Тео Моррис, Кай Скил и Эмми Торн.

Я медленно положила голову на стол.

Нет. Нет, конечно.

Мила и Тео никак не отреагировали. Можно было бы так сказать. Но они оба улыбнулись.

Ненавижу.

Я подняла голову.

— Поздравляю, — прошептала я Милe.

Она только пожала плечами. Предательница.

Я снова скрестила пальцы.

Ладно. Если так... То хотя бы без него. Пожалуйста. Пусть я получу нормальную команду. Хотя бы раз в жизни.

— Эрик Бош, Ника Рейн...

Я выпрямилась.

Уже лучше. Не идеально. Но лучше.

— Алиса Терн, Дан Рид.

Повисла тишина. В моей голове. В столовой. Во вселенной.

— Сука...

Я тихо опустила голову обратно на стол. А потом почему-то громко сказала:

— Нет!

Несколько человек повернулись.

Мисс Кэм подняла бровь.

— Что?

Я медленно подняла голову.

— Ничего. Просто мысли вслух.

Прекрасно. Я только что публично возмутилась составом команды. Как профессиональный спортсмен. Как взрослый человек. Как идиотка.

Я сожгу эту базу. И даже не почувствую вины. Совсем.

— Принцесса, — довольно протянул Дан. — Мы теперь одна команда.

Я посмотрела на него. Он выглядел слишком счастливым. Это подозрительно.

— Не начинай.

— Но это факт.

— К сожалению.

— Значит, придется мне тебя терпеть.

— Нет.

Он нахмурился.

— Нет?

— Это тебе придется терпеть меня.

Дан пару секунд смотрел на меня. А потом улыбнулся.

— Вот теперь я уверен, что неделя будет веселой.

Я закрыла глаза.

Почему-то мне казалось, что он говорит не про тренировки.

И это очень плохой знак.