Напротив госпожи Мёргдис, окатив путников волной тошнотворного смрада, остановилось существо отдалённо похожее на человека в сгнивших лохмотьях. Чёрное древо прикрыл нос рукавом, не отводя ошарашенного взгляда от полутрупа. Натянутую на хрупкий скелет, тонкую серо-зелёную кожу ходячего покойника повсеместно покрывали шершавые пятна и уродливые наросты. Волосы, как и зубы, выпали очень давно. Губы почернели и ссохлись. На тонких пальцах рук и ног отсутствовали ногти. Однако, больший ужас вселяли неживые глубоко запавшие, словно искусственные, выточенные из дерева или камня, глаза человекоподобного существа. Впалая грудь полутрупа не шевелилась. Он не дышал.
– Зараза, – цокнув языком, Кодорк невольно отшатнулся назад и наткнулся на Чёрное древо.
– Не паникуй! – прошипел Тонрус, – Подземельная падаль не причинит нам вреда.
Госпожа Мёргдис поднесла горящий факел близко к изуродованному лицу полутрупа. Существо широко распахнуло заросший тёмно-зелёными коростами рот, будто намереваясь выкрикнуть проклятие, но так и не произнесло ни единого звука. Оно отвернулось от проводницы и зашагало в сторону, медленно переставляя одеревеневшие ноги. Как только полутруп скрылся от света факелов, прозвучала череда глухих всплесков.
– Проклятый источник, – восторженно произнёс Урхмер. Ходячий труп с оторванной нижней челюстью бесшумно подкрался сзади к Заслону и схватил его за воротник куртки. Бритоголовый охнул от неожиданности и ударил полутрупа локтем в покрытую тёмно-зелёными шершавыми наростами голову. Существо беззвучно отлетело назад и повалилось на землю. Отовсюду послышались шаркающие шаги. Отряд ускорил шаг.
Сначала Чёрному древу показалось, что по правую руку от него находится обычная лужа, но, когда группа путников приблизилась ближе, он обнаружил целое озеро, край которого растворялся в темноте. В нескольких шагах Игер заметил человеческие силуэты, по пояс погружённые в тёмную безмятежную воду. Безобразно скрюченные шипастые растения покрывали каменный берег озера. «Проклятый источник», – произнёс про себя Чёрное древо и вздрогнул, когда ледяные пальцы одолевшего саму смерть существа сомкнулись на его руке. Исходящее от полутрупа зловоние ударило в нос, отчего из глаз брызнули слёзы. Ненадолго растерявшись, Игер свободной рукой вцепился в горло ходячему покойнику. От сильного сжатия тонкая серо-зелёная кожа жалкого создания лопнула, и из рваной раны на пальцы Чёрного древа хлынула ледяная жидкость. Искривив от отвращения лицо, Игер оттолкнул полутрупа от себя, с удивлением заметив, что подземное существо не сумело удержать захват. Не устояв на тонких ногах, оно грохнулось на землю и больше не шевельнулось.
– От людей, однажды пришедших к Проклятому источнику, осталась лишь хрупкая оболочка, не обладающая прежней силой, – надсадно произнёс Тонрус, врезав кулаком по носу полутрупа, преградившего дорогу, отчего раздался противный хруст. Ходячий покойник упал на спину, но быстро перевернулся на живот и пополз к озеру.
– Мерзкая падаль, – Кодорк пнул прошедшего мимо Мёргдис неприятеля в колено, переломив ему пополам ногу.
– Падаль? – невнятно прошипело подземное существо и, протянув костлявые руки к Ледяным перстам, повалилось на бок.
Оставив поверженных полутрупов позади, отряд наткнулся на целую толпу ускользнувших от смерти людей. Урхмер и Тонрус приказали молодым товарищам спрятаться за их спинами и выставили вперёд пылающие факелы. Госпожа Мёргдис безмятежно шагала вперёд, не оглядываясь назад. Подземные существа обходили проводницу стороной. Больше двух десятков полутрупов вплотную приблизились к отряду, прижав мужчин к подземному озеру.
– Давай! – рявкнул Тонрус, и бритоголовые одновременно ткнули факелами в толпу. Почувствовав огненный жар, большинство ходячих покойников отшатнулось назад и мгновенно потеряло интерес к живым людям, однако некоторые полутрупы, наоборот, изъявили немалое желание поквитаться с незваными гостями.
Несколько скрюченных рук одновременно потянулось к бритоголовым. Прорычав пару ругательств, Урхмер принялся яростно отбиваться от порождений проклятого озера, размахивая факелом. Из-за плеча Заслона Чёрное древо с ужасом наблюдал за тем, как от ударов бритоголового ломаются и хрустят прикрытые тонкими лоскутками кожи кости. Пара ходячих покойников повисла на Тонрусе, но тот небрежно тряхнул плечами, и неприятели упали у его ног. «Пощади», – промычал полутруп с пустыми глазницами, у которого на месте правой кисти болтался огромный кусок из тёмно-зелёных наростов, напоминающих шероховатую кору дерева. Игер выпрыгнул вперёд, толкнул ходячего покойника в грудь и отступил назад, за спину Урхмера. Тем временем Тонрус и Кодорк начали стремительно прорывать окружение. Рыча и брызгая слюной, Ледяные перста отчаянно помогал бритоголовому, расталкивая полутрупов. Госпожа Мёргдис заметно отдалилась от путников. Отвлёкшись на подкравшегося сбоку живого мертвеца, Чёрное древо поскользнулся и упал на спину, сразу четверо бессмертных созданий навалилось на него сверху. Ледяные пальцы воткнулись в руки и ноги, впились в шею, вцепились в лицо. Игер позвал на помощь, но Урхмер не услышал его, отбиваясь от нереально высокого полутрупа с раздувшейся до невиданных размеров шеей и длинными руками, полностью покрытыми толстыми коростами. Дыхание перехватило. Чёрное древо увидел перед собой уродливое лицо с впалыми щеками и почти полностью сгнившими губами, обнажающими покрытые серо-зелёным налётом дёсны. Из пустой глазницы полутрупа торчало необычное растение, пустившее свои ветви в лоб, виски, скулы и в шею. Кожа прямо на глазах сползала с уродливого черепа. Игер попытался сбросить нависшего над ним неприятеля, но потерпел неудачу, и тогда он дотянулся рукой до самого длинного отростка, торчащего из левого виска полутрупа, крепко вцепился в него и дёрнул со всей оставшейся в теле силой, вырвав огромный кусок растения из головы порождённого проклятым озером создания. Существо беззвучно распахнуло рот и повалилось на бок, а Чёрное древо, воспользовавшись моментом, нанёс несколько сокрушительных ударов ближайшему ходячему покойнику, проломив хрупкий, словно яичная скорлупа, череп, и выскользнул из цепких рук двух оставшихся полутрупов в тот момент, когда яркая вспышка пламени озарила пещеру.
Не совладав с огромным противником, Урхмер Заслон воткнул факел в прогнившую грудь живого мертвеца, не ожидая, что подобные деревянной коре наросты и остатки одежды вспыхнут, словно спичка, пропитанная слезами чёрного дерева. Жадно глотая ртом воздух, Игер подскочил к бритоголовому, в ошарашенных глазах которого танцевали языки пламени. Окутанный пеленой огня полутруп крутился на месте и махал горящими руками, отпугивая себе подобных созданий. Чёрное древо подтолкнул растерявшегося Урхмера. Они догнали Тонруса и Ледяные перста, которые, дожидаясь отставших товарищей, с большим трудом сдерживали толпу наполовину разложившихся людей. Совместными усилиями четверым мужчинам удалось прорваться через окружение, но в последний момент за спиной Кодорка из озера неожиданно восстал мертвец, из тела которого выпирали насквозь проросшие ветви местного растения. Игер предупредил товарища и бросился на помощь, но Ледяные перста не успел увернуться от захвата, и длинные руки полутрупа обвили его плечи и сомкнулись на груди. Восставший из Проклятого источника покойник опрокинулся на спину, захватив с собой Кодорка.
Чёрное древо, пронзительно закричав, по колено забежал в холодную тёмную воду и наклонился над захлёбывающимся другом. Урхмер и Тонрус без колебаний набросились на ближайших мертвецов, чтобы выиграть Игеру время. Кодорк брыкался ногами и мотал головой. Чёрное древо вцепился в худые покрытые шершавыми пятнами и наростами руки полутрупа и, истошно зарычав, разомкнул захват, схватил Ледяные перста за грудь и выдернул из смертельных объятий.
Отряд изо всех сил бросился бежать. Госпожа Мёргдис дожидалась в нескольких десятках шагов. Догоревший факел в руках Тонруса потух. Опираясь на плечо Игера, Кодорк постоянно запинался и непрерывно кашлял. Урхмер Заслон держался немного позади и подгонял молодых людей. Оказавшись ближе, Чёрное древо сумел разглядеть рядом с проводницей ветхую железную лестницу, будто свисающую с потолка пещеры.
– На лоскуты порежу! – полутруп в красном изорванном в лохмотья плаще преградил путникам дорогу, – Всех перебью!
– Живой? – воскликнул Игер, прищурив глаза, но лишь потом заметил болтающиеся до самых ног кишки. Помимо вспоротого живота, на груди бывшего солдата зияло несколько широких ран, затянутых странной серо-зелёной плёнкой.
– Стой! – закричал Урхмер Заслон, когда Тонрус, вооружённый потухшим факелом, бросился на восставшего из мёртвых бойца, – Берегись!
Из-за тусклого света, лениво отбрасываемого единственным факелом, Тонрус не заметил, как в руке полутрупа появился ржавый кинжал. Бывший солдат взмахнул клинком, тупое лезвие скользнуло по лицу бритоголового, оставив борозду от правого виска до края губ. Тонрус отпрыгнул назад, чудом увернувшись от следующего удара. Урхмер, Кодорк и Игер подоспели товарищу на помощь, встав полукругом. Краем глаза Чёрное древо заметил, как проводница медленно положила факел на землю. Восставший из мёртвых яростно рубил кинжалом воздух, не подпуская живых людей близко. Стычка грозилась затянуться надолго, но в один миг полутруп грохнулся на колени, и за его спиной показалась госпожа Мёргдис. Бывший солдат полоснул кинжалом, но проводница ловко перехватила его руку, вырвала ржавый клинок из крепких пальцев и воткнула острие в висок полутрупа, после чего восставший из мёртвых обмяк и повалился на землю. Мёргдис окинула мужчин презрительным взглядом и направилась к лестнице. Тонрус выдернул ржавый кинжал из головы бывшего солдата и спрятал за пояс.
Ветхая железная конструкция скрипела и дрожала под весом пятерых людей. Добравшись до свода пещеры, Мёргдис, Тонрус и Кодорк попали в круглый пролом, во тьме которого исчезала лестница. Напоследок Чёрное древо посмотрел вниз, где у догорающего на земле факела судорожно зашевелилось тело бойца, в очередной раз восстающего из мёртвых.
– Впредь буду держаться подальше от подземелий и пещер, – пробурчал Урхмер, замыкающий цепочку путников, – и никогда отныне не подойду близко к таким подозрительным авантюристам, как вы. Спасу сына и поставлю крест на подобных приключениях.
– Сначала доползи до поверхности, здоровяк, – нервно усмехнулся Тонрус, капли крови из нанесённой полутрупом раны стекали на его подбородок и падали вниз.
По проложенному вверх пути железная лестница привела отряд в каменный круглый туннель, по которому гуляло гулкое эхо шагов, отчего Чёрному древу казалось, что полутрупы продолжают преследовать путников. Мужчины построились в колонну и друг за другом следовали за госпожой Мёргдис в полной темноте.
– Почему мы не можем освещать себе путь? – поинтересовался у Заслона Ледяные перста, с трудом подавляя судорожный кашель. Падение в воды Проклятого источника не прошло для Кодорка бесследно.
– Прислужница тьмы не желает, чтобы мы запомнили дорогу к Вене, – шёпотом произнёс бритоголовый Урхмер, – у госпожи строгие правила. Никакого света. Никакого оружия и лишнего груза. Только человек и его слепое доверие.
Кодорк цокнул языком, когда Мёргдис шипением приказала отряду остановиться около очередного поворота. Проводница повелела Тонрусу ждать, и в одиночку ушла на разведку. Четверо мужчин одновременно расселись на холодном каменном полу и перевели дыхание. Чёрное древо снял сапоги и вылил зачерпнутую из Проклятого источника воду. Игер заметил, как от стоп до коленей загрубела холодная кожа, и сразу наощупь отыскал в темноте Кодорка.
– Что ты делаешь? – непрерывно стуча зубами, просипел Ледяные перста, пока товарищ вслепую исследовал его лицо.
– Плохо дело, – взволнованно прошептал Игер, – твой лоб ледяной, как у покойника, друг.
– Проклятый источник беспощаден к живым людям, – обречённо вздохнул Урхмер, – знаете, как появляются полутрупы?
– Вода в подземном озере отравлена? – неуверенно предположил Чёрно древо.
– Не отравлена, а проклята, парень, – подал голос Тонрус и зашипел от боли, коснувшись пальцами раны на лице.
– Испившему из подземного озера даруется бессмертие, – прохладным тоном заговорил Заслон, —однако дальнейшее своё существование человек вынужден влачить, ни на шаг не отходя от Проклятого источника и непрерывно упиваясь мёртвой водой.
– Так я стану полутрупом? – спросил Ледяные перста, резко вскочив на ноги, – Я превращусь в подобную тварь?
– Сомневаюсь, – протянул Урхмер Заслон, – полутрупами становятся глупцы, которые слепо желают продлить свою скудную жизнь, но не замечают, как, наслаждаясь проклятыми дарами, стремительно теряют разум и человеческий облик. Ты не из таких, парень. Переживёшь.
– Солнечный свет точно излечит тебя, – пообещал Тонрус, и Чёрное древо неосознанно задрал голову вверх, вглядываясь в нависшую над путниками тьму, угрожающую поглотить слабых и беззащитных людей.
С момента спуска в подземелья города Сердце Игер потерял чувство времени. Ему казалось, что ожидание госпожи Мёргдис затянулось на целую вечность. В круглом туннеле, в котором застряли брошенные проводницей мужчины, спереди и сзади доносилось эхо чужих шагов, внушая путникам лишнее беспокойство. «Призраки присматривают за нами», – объяснил необычное явление Урхмер Заслон, но Игер только скептически улыбнулся. «Мы тут явно не одни», – произнёс про себя Чёрное древо.
– Когда вернётся Мёргдис? – после рассказа бритоголовых о полутрупах гробовая тишина стала для Кодорка настоящей пыткой.
– Рано или поздно, – прозвучал сбоку раздражённый голос Тонруса, который, шипя от боли, стирал с лица засохшую кровь.
– Или никогда, – добавил Урхмер, – я ни раз слышал истории о том, как Мёргдис бросала своих клиентов на неотвратимую смерть. Говорят, после гибели их не упокоенные души продолжают блуждать по туннелям.
– Зачем проводнице так поступать? – произнёс Кодорк и согнулся в приступе удушающего кашля.
– Неутолимая жажда мести всем и каждому, – коротко ответил Урхмер Заслон.
– С самого рождения Мёргдис обманывали, избивали и насиловали не одну сотню раз, – пояснил бритоголовый Тонрус, – прислужница теней злопамятна и жестока.
– Очень давно один наёмник надругался над беззащитной девушкой, а спустя два десятка лет, позабыв лицо униженной им бедняжки, обратился за услугой к Мёргдис. Госпожа с радостью согласилась помочь старому знакомому, отвела его в самую глубь подземелий и бросила на произвол судьбы. Наёмнику чудом удалось выбраться на поверхность, однако остаток своих дней он провёл, блуждая в бреду по улицам города Сердце, всё так же продолжая разыскивать выход, – рассказал Урхмер мрачную легенду, – тело наёмника вырвалось на свободу, но разум остался в беспросветном плену у госпожи Мёргдис.
После услышанной истории, Чёрное древо и Ледяные перста погрузились в глубокие раздумья. В груди Игера поселилось гнетущее чувство безысходности, невидимые и бесплотные руки сдавили горло, тонкие ледяные шипы повсюду впились в продрогшее тело. «Мёргдис обязательно вернётся», – раз за разом повторял про себя Игер, пока не услышал приближающиеся шаги. Четверо мужчин встретили проводницу с невыразимой радостью на лицах.
Следующие несколько часов отряд бродил по бесконечному туннелю, который петлял и постоянно извивался из стороны в сторону. Даже госпожа Мёргдис, к удивлению Чёрного древа, несколько раз ошиблась с выбором пути и заводила компанию в тупик. За всё время путешествия по подземельям глаза Игера так и не приспособились к кромешной темноте, и ему повсюду мерещились силуэты окружающих отряд полутрупов. Эхо многократно повторяло шаги путников, отчего казалось, что по древнему туннелю идут не пятеро людей, а марширует целая армия. То, что Игер считал временем, попросту не существовало в катакомбах. Один миг казался вечностью. Чёрное древо часто трогал руками лицо, опасаясь обнаружить обвисшую кожу с глубокими морщинами. Игер шагал след в след за Кодорком, который непрерывно кашлял и жаловался на невыносимый холод. Замыкающий цепочку Урхмер дышал всё тяжелее и тяжелее. Бритоголовый Тонрус до последнего не выдавал признаков усталости, пока госпожа Мёргдис вновь не свернула в очередное ответвление, точь-в-точь по витающей в воздухе смеси запахов, протяжённости и торчащим из стен трубам похожее на десятки предыдущих.
– Мы ходим по кругу? – не выдержал Тонрус, опустив громадную ладонь на хрупкое плечо безмолвной прислужницы теней.
Леденящее душу шипение оглушающей волной окатило мужчин. Госпожа Мёргдис освободилась от руки бритоголового и влепила ему хлёсткую пощёчину, задев свежую рану. Тонрус охнул и отступил на шаг назад, пробормотав извинения. Проводница презрительно фыркнула и пошла дальше, отряд без колебаний последовал за ней.
– Надеюсь, Потухшие свечи не торопятся с расправой над Красными плащами, – пробурчал Урхмер Заслон и трижды гневным шепотом проклял туннель, не имеющий конца.
«Поздно, – прозвучал в голове Игера незнакомый мужской голос, – Эланрус вместе с верными соратниками давно кормит падальщиков неподалёку от Осколков». Чёрное древо помотал головой. «Поздно, – зазвенел в ушах тоненький женский голосок, – ты не спасёшь своих друзей, и себя ты не спасёшь». Игер до крови прикусил язык и ущипнул себя за ухо. «Поздно, – произнёс Зиндар Зоркий глаз, – болезнь и голод истребили почти всех беженцев, а оставшихся перебили солдаты гирата Гиадорка». «Заткнитесь! Отстаньте! Умолкните!», – прорычал Чёрное древо. «Поздно, – истерически засмеялся Иморган Волчий страх, – ты не отомстил моему отцу и брату за убийство дедушки Иварта! Ты никогда никому не отомстишь, ничтожество!». Игер сдавленно замычал, жгучие слёзы хлынули по его щекам. «Поздно, – ласковым голосом прошептала Эгирта – помнишь, давным-давно мы мечтали с тобой вместе сбежать из Древней станции и путешествовать по городам с торговыми караванами? А что сейчас? Ты сбежал! Ты бросил меня! И прощения ты не достоин!». Чёрное древо обоими руками вцепился в голову и с силой рванул за волосы, зашипев. «Не слушай голоса, мой мальчик, – успокоительным тоном произнёс дедушка Иварт, – не сдавайся. Иди и не останавливайся, сынок, иди и не останавливайся».
– Иди и не останавливайся, – раз за разом, словно в лихорадочном в бреду, повторял Игер Чёрное древо, давно не чувствуя собственных ног.