– Свечам потухшим, – прохрипел Ёзган, сфокусировав взгляд на Чёрном древе, – Гиадорк гират. Долой Алый совет. Юдмер сказал.
– Кто такой Юдмер? – спросил Игер, поморщив лоб от напряжения.
– Юдмер Скорбная весть, старший брат Двейгана, – ответил Тонрус и задумчиво почесал лысый затылок, – он заседает среди старейшин в Алом совете.
– Долой совет, – зрачки Ёзгана сузились до двух крохотных точек, – Юдмер сказал. Один гират. Один правитель. Долой совет.
Воин Красных плащей судорожно затрясся. Он запрокинул голову за спину и до крови прикусил язык, закатив глаза. На его крепкой шее выступили жилы, похожие на натянутые до предела канаты.
– Помогите, – жалобно взмолился Ёзган и захныкал, как ребёнок, – я умираю. Прошу вас, помогите.
Чёрное древо через плечо посмотрел на Ярриду. Женщина взволнованно поглядывала на сцену допроса, составляя по местам опрокинутые столы и стулья. Она хотела броситься на помощь солдату, но красноречивый взгляд Игера запретил ей вмешиваться.
– С ним всё будет хорошо, – успокоил хозяйку кабака Тонрус, – немного помучается и надолго впадёт в беспамятство.
Слова бритоголового подтвердились, когда Чёрное древо попытался привести Ёзгана в чувства и попутно задал очередной вопрос. Вместо ответа солдат издал протяжный стон, выгнул спину, распластавшись на полу, и резко умолк, потеряв сознание. Игер цокнул языком и обречённо вздохнул, а лицо Ярриды сильно побелело от испуга, но Тонрус проверил у одурманенного жгучей пылью бойца пульс и, ухмыльнувшись, произнёс: «Жив. Нужен целый мешок порошка Сенирель, чтобы погубить такого громилу».
– Что дальше? – Чёрное древо кивнул на лежащего без чувств солдата.
– Жди здесь. Я найду Туругера и расскажу ему всё, что удалось разузнать, – Тонрус повернулся к выходу, – Хромой господин подскажет, как следует поступить. Скоро вернусь.
После того, как бритоголовый ушёл, Яррида сбегала на кухню, принесла оттуда старый вязаный шарф, сложила его в несколько раз и подложила под голову Ёзгана. Затем Чёрное древо помог хозяйке прибраться в кабаке, выслушивая то, как женщина в шутку проклинала молодых людей за помятые железные кружки, погнутый поднос и сломанную ножку стула, остроумно выдумывая каждому товарищу Игера обидное прозвище. Несмотря на усталость и пережитый ужас, на лице Ярриды вновь засияла тёплая улыбка, а её раскосые коричневые глаза дружелюбно заблестели. Вскоре пришли отправленные Тонрусом бритоголовые. Не без труда четверо мужчин в кожаных куртках за ноги и за руки подняли Ёзгана и понесли к выходу.
– Что вы с ним сделаете? – поинтересовался Игер, придерживая перед бритоголовыми дверь с погнутым засовом.
– Бросим в канаве на Левой улице, – пренебрежительным тоном ответил один из подчинённых господина Туругера, – после порошка Сенирель люди приходят в себя несколько дней. Рано или поздно наш гость оклемается.
– И заявится с Красными плащами в Подземный рынок? – тоненьким голоском спросила Яррида.
– Нет, – бритоголовый покачал головой, – о сегодняшней ночи он точно ничего не вспомнит. Не переживай, красавица.
– Голову оторву, – напоследок в бреду пробурчал Ёзган, верный соратник сотиора Гиадорка, и четверо мужчин, кряхтя и бранясь вполголоса, вынесли его из кабака.
После ухода бритоголовых Яррида и Игер долго сидели в полной тишине. Они не произносили ни слова и изредка переглядывались. Чёрное древо посматривал на уставшую женщину и часто порывался произнести целую речь, но вместо этого лишь беззвучно шевелил губами, а хозяйка кабака часто зевала, прикрывая ладонью рот, и резко вздрагивала, когда на долю мгновения проваливалась в сон. В итоге Игер первым не выдержал повисшее молчание.
– Яррида, – тихо прошептал Чёрное древо, взяв ладонь женщины в свою руку и аккуратно сжав её, – прости за всё, что мы сегодня устроили.
– Извинения приняты, – мягко улыбнулась хозяйка кабака и потрепала молодого человека за ухо.
Тонрус вернулся в сопровождении Кодорка. Яррида не дождалась их возвращения и, положив голову на плечо Игера, уснула. Ледяные перста по-приятельски похлопал Чёрное древо по спине и присел на соседний стул, а бритоголовый разместился напротив.
– После встречи с Туругером многое прояснилось, – заговорил Тонрус, сложив на столе руки, – казалось, под чарами жгучей пыли Ёзган нёс сплошную чушь, но мудрый старик быстро отыскал истину. Сведения, которые мы вытянули из солдата, касаются не только беженцев с другой стороны Артерии, но и судьбы всего города Сердце. Игер, мы имеем дело с целым заговором.
– О чём ты говоришь? – спросил Чёрное древо, непонимающе взглянув на бритоголового.
– О сговоре между старейшиной Юдмером Скорбная весть и сотиором Гиадорком, – Тонрус через плечо с опасением посмотрел на приоткрытую дверь, – в рядах Красных плащей и среди прислужников Алого совета у Туругера достаточно осведомителей, и в последнее время от них начали поступать необычные, странные, а порою и противоречивые вести. Хромой господин долго не мог разгадать сокрытую от чужих глаз тайну, но сегодня всё сошлось, Игер.
– Юдмер и Гиадорк желают захватить власть над городом Сердце, – выпалил Чёрное древо, опередив бритоголового, – без поддержки Красных плащей свергнуть могущественных владык из Алого совета невозможно, но гират Эланрус Печальный никогда не встанет на сторону предателей, и поэтому он должен умереть.
– Ты прав, – Тонрус тяжело вздохнул и сглотнул слюну, – не сомневаюсь, что после гибели Эланруса гиратом ордена Красных плащей станет Гиадорк. Заполучив армию, Юдмер Скорбная весть без промедления завоюет власть.
– Но кто осмелится покуситься на жизнь главнокомандующего? – спросил Кодорк, почесав подбородок, – Простой народ и солдаты восхищаются Эланрусом Печальным.
– Поэтому Юдмер и Гиадорк обратились за помощью к Свечам, – приглушённо произнёс Тонрус и пояснил, не отрывая немигающего взгляда от Чёрного древа, – Потухшие свечи – это отряд наёмников из Обречённых земель. Раньше мы слышали о них только слухи и сплетни про жертвоприношения во славу никому неизвестного бога, мерзкие обряды с поеданием человеческой плоти и жестокие расправы над неверными. Несколько месяцев назад хранитель Артерии надолго покинул город Сердце, и господин Туругер полагает, что именно Двейган по просьбе старшего брата заключил соглашение с гиратом Потухших свечей.
Кодорк Ледяные перста присвистнул и смахнул со лба прядь чёрных волос, обнажив коричневое родимое пятно над правой бровью. Обдумывая услышанное, Чёрное древо затаил дыхание и не шевелился, словно окаменев, только взгляд Игера метался между бритоголовым, закопченным потолком и выбитой дверью. Кожей шеи он чувствовал слабое дыхание безмятежно спящей Ярриды. Плечо, на которое она положила голову, сильно затекло, но молодой человек не посмел потревожить сон женщины.
– Засада, – не выдержав тишины, хриплым голосом протянул Кодорк, – не думаю, что Юдмер и Гиадорк после захвата власти позаботятся о беженцах.
– Их всех без лишних колебаний перебьют вместе с вашими друзьями, – прозвучал решительный голос бритоголового, – чудовища подобные Юдмеру, Двейгану и Гиадорку иначе не умеют.
– И мы никак не сможем помешать головорезам, – с досадой выпалил Ледяные перста и стукнул кулаком по столу, отчего Яррида вздрогнула во сне.
– Мы предупредим гирата, – сорвалось с губ Чёрного древа, и его глаза заблестели, словно стены глубокой ледяной пещеры, в которую впервые за долгое время хлынул беспечный солнечный свет.
– Как? – поперхнулся Кодорк Ледяные перста, – Войдя в город Сердце, мы угодили в капкан, Игер. Отсюда нет другого выхода, кроме проклятой Артерии!
– Обожгу сердце огнём, подкинув в душу полени, и тихонечко выйду по Вене, – вполголоса пропел бритоголовый и ехидно ухмыльнулся.
– Шутишь? – Кодорк вопросительно поднял брови, – Я слышал, что без помощи знающего человека вход в Вену отыскать невозможно. Только члены самых влиятельных семей города и доверенные разведчики Красных плащей имеют право пользоваться тайным ходом.
– Верно, вход в Вену находится глубоко в подземельях города Сердце среди переплетений древних туннелей, однако всегда можно прибегнуть к помощи проводника, зачатого и рождённого в кромешной тьме, – наигранно мёртвым голосом сказал Тонрус, и от приоткрытой двери повеяло мерзким холодом. По спине Игера пробежала мелкая дрожь.
– Как отыскать проводника? – нетерпеливо спросил Чёрное древо, немного наклонившись вперёд.
– Черви выползают на поверхность во время дождя. Чтобы выманить госпожу Мёргдис из логова, достаточно просыпать горсть монет в тайном месте, и тогда проводница сама отыщет тебя, – без промедления ответил бритоголовый, – не беспокойся, Игер, я уже обо всём позаботился. Осталось только ждать, когда явится госпожа Мёргдис и выведет нас из города.
– Нас? – опешил Ледяные перста, широко распахнув тёмно-синие глаза, – ты идёшь с нами?
– Да, парень, – Тонрус откинулся назад и поднял лицо к потолку, – господин Туругер не желает, чтобы бритоголовые имели дела с солдатами, но я связан с Красными плащами кровью. Мой племянник отправился в поход вместе с Эланрусом в качестве оруженосца одного из бойцов. Я обещал покойному брату, что позабочусь о его сынишке, и сдержу своё слово. Если Потухшим свечам суждено перебить отряд гирата, то я предпочту вытащить своего племянника из пекла.
– А что предпримет Туругер? – Чёрное древо слегка потрепал Ярриду за плечо, женщина сразу проснулась и протёрла заспанные глаза.
– Мою затею Хромой господин поддержал, но, чтобы не навлечь на себя и Подземный рынок гнев Красных плащей, он останется в тени, – Тонрус улыбнулся Ярриде и вышел из-за стола, – прощай, красавица, а вы, парни, возвращайтесь к ночлежному двору и ждите меня. Скоро пожалует госпожа Мёргдис, прислужница тьмы.
– Заходи ещё, Тонрус, – сиплым после сна голосом произнесла Яррида, сладко зевнув.
– Непременно, – ответил бритоголовый и вышел из кабака.
Глава 19. Подземелье
– Откуда в подземелье ветер? – вполголоса обратился Игер к ползущему впереди Кодорку, и непроглядная темнота несколько раз повторила вопрос Чёрного древа, до неузнаваемости исказив голос. «Ветер! В подземелье. Откуда?», – со всех сторон прозвучали слова, отразившись от прочных каменных преград, и, словно насмехаясь над нелепым созданием, поток тёплого воздуха хлестанул Игера по лицу. Чёрное древо беззвучно выругался.
В непроглядной темноте четверо мужчин ползли по очень узкому ответвлению туннеля, ведомые госпожой Мёргдис. Несколько раз они сталкивались с застоявшимися в прогибах каменного лаза лужами, отчего их одежда испачкалась и насквозь промокла. Большую часть пути компания преодолевала ползком, поэтому на коленях, локтях и плечах мужчин появились ноющие ссадины. Шеи молодых людей сильно затекли, а руки и ноги, обволакиваемые промокшим холодным тряпьём, стремительно теряли силы.
По началу Чёрному древу казалось, что каменные стены туннеля дрожат, пока он не осознал, что сам трясётся от холода. Вода в лужах казалась нереально ледяной и воняла протухшим мясом, поэтому Игер до хруста сжимал челюсти и высоко задирал голову, чтобы ни единая капля местной жижи не попала в рот или нос. «В подземелье? Ветер? Откуда?», – робко интересовалась тьма у незваных гостей.
– Что? – прокряхтел Ледяные перста, оглянувшись назад. Шмыгая носом, Кодорк полз следом за Тонрусом и ни на метр не отставал от бритоголового, который истошно мычал и бранился, продираясь вперёд по узкому туннелю.