Сзади с севера, где держал оборону отряд сотиора Исейдара, доносился шум ожесточённой битвы, а справа у бреши в стене гневно кричали разъярённые солдаты. Казалось, что Красные плащи продолжали отчаянно сопротивляться натиску Потухших свечей повсюду, однако Чёрное древо с леденящим кровь ужасом осознал, что на левом фланге неожиданно наступила полная тишина.
– Игер! – крикнул гират Эланрус Печальный, светлая борода которого покрылась тёмно-красными пятнами крови врагов и соратников, – Беги к Исейдару! Предупреди, что мы отступаем! Слышишь? Беги к Исейдару! Отступаем к башне!
Чёрное древо судорожно кивнул командиру, подхватил заряженный самострел и изогнутый кинжал, скатился по земляному валу вниз, где у подножия лежало несколько обезображенных смертельными ранами тел, сбросил с плеч заляпанный кровью тулуп и ринулся бежать на север. Когда он добрался до развалин одной из хозяйственных построек, позади прозвучал громкий хлопок. В грудь солдата, который безрассудно поднялся на одно колено, чтобы сделать прицельный выстрел, врезалось нечто незримое и смертоносное. Выпущенный из таинственного оружия снаряд разорвал плотную ткань красного плаща, пробил кольчужную рубаху, прогрызся сквозь человеческую плоть и вырвался со спины, оставив за собой безобразную дыру. Не останавливаясь, Чёрное древо быстро оглянулся назад и увидел, как тело убитого бойца скатывается к подножию земляной насыпи.
Обжигающий огонь вспыхнул в лёгких. Сотни острых игл воткнулись в правый бок. В ногах, несущихся огромными прыжками, поселилась ноющая боль. Очертания бревенчатых хижин, каменных развалин и хозяйственных построек расплывались перед глазами. Чёрное древо пронёсся в нескольких метрах от полуразрушенной башни, обогнул старый амбар и выбежал на открытый участок, когда заметил промелькнувший между торчащими из земли руинами каменных построек невысокий силуэт. Игер резко изменил направление бега, и брошенный наёмником длинный метательный гвоздь пролетел в трёх шагах от цели. Чёрное древо вскинул арбалет и сжал спусковой рычаг. Когда неприятель вновь замахнулся для смертоносного броска, короткая стрела пронзила его сердце. Воин Потухших свечей рухнул лицом вперёд, продолжая держать в ладони тяжёлый гвоздь. Не успел Игер натянуть тетиву, как сбоку от него из темноты выскочил вооружённый огромным тесаком наёмник с изуродованным шрамами и ожогами лицом. Чёрное древо швырнул самострел в голову неприятеля, рассёк изогнутым кинжалом воздух, вынудив противника уклониться, и из последних сил бросился бежать.
– Стой, мертвец! – неистово рявкнул воин Потухших свечей и устремился в погоню, – Жалкий трус!
Огромными прыжками Игер пронёсся мимо пылающего костра, на мгновение оглянулся назад и споткнулся о нечто твёрдое, торчащее из земли. Чёрное древ потерял равновесие, однако ловко кувыркнулся вперёд и вскочил на ноги. Топот и хрипящее дыхание преследователя звучали всё громче и громче, и за несколько мгновений наёмник Потухших свечей оказался слишком близко. Волосы на затылке встали дыбом. Игер невольно вжал голову в плечи, предчувствуя, как лезвие тесака воткнётся в спину, но удара не последовало. Тяжёлый топот воина Потухших свечей неожиданно оборвался. Чёрное древо добежал до угла ближайшей хижины и оглянулся назад. Бездыханное тело сражённого спасительной стрелой наёмника лежало неподалёку от плюющегося оранжево-красными языками пламени костра. Игер с благодарностью посмотрел на вершину полуразрушенной башни и помчался к северному укреплению.
Боевые выкрики Красных плащей, ужасающий рёв осадивших крепость Потухших свечей, вопли раненых солдат нахлынули на Чёрное древо, когда он достиг возведённой на месте рухнувшего участка стены баррикады, которую обороняло меньше двух десятков уцелевших бойцов. Изрубленные, изрезанные кинжалами и проткнутые стрелами тела врагов и соратников валялись повсюду. Красные плащи непрерывно стреляли из самострелов и метались от одного ненадёжного укрытия к другому, спасаясь от неприятельских стрел или спеша на подмогу.
– Исейдар! – сквозь шум битвы прорезался крик Чёрного древа, – Где сотиор Исейдар?
– Мёртв, – к Игеру повернулся солдат с перекошенным от гнева лицом и махнул рукой на лежащее около громадного заляпанного кровью валуна тело командира, утыканное стрелами.
– Гират приказал отступать к башне! – во всё горло закричал Игер, – Отступайте к башне!
– Слышали, парни? Отходим! – зычным голосом скомандовал матёрый солдат в красном плаще, шаря рукой в опустевшем колчане, – Отступаем к башне!
Непрерывно отстреливаясь, остатки отряда сотиора Исейдара отошли от укрепления и побежали следом за Чёрным древом. Потухшие свечи перебрались через покинутое бойцами ордена укрепление и бросились на зачистку Осколков. По пути к полуразрушенной башне одного из Красных плащей сразила вражеская стрела, выпущенная в спину. «Быстрее!», – рявкнул матёрый солдат на отстающих соратников и едва не столкнулся с Игером, который задержался над телом убитого наёмника с тесаком, чтобы подобрать оружие.
У входа в башню в компании четверых Красных плащей, прибывших с правого фланга, и девяти местных мужчин над трупами троих наёмников стоял Урхмер, вооружённый охотничьим луком. Заслон искренне улыбнулся Чёрному древу, прибывшему в сопровождении уцелевших бойцов. Почти одновременно с Игером к полуразрушенной башне подоспел гират ордена Красных плащей с шестью выжившими солдатами. Из левого плеча Эланруса Печального торчало обломанное древко стрелы, а из пореза на лбу по лицу стекали струи тёмной крови.
– Неплохо мы потрепали вонючих головорезов! – хищно оскалился матёрый воин, возглавивший отряд Исейдара после гибели сотиора, – И ещё многих наёмников положим. Верно, гират?
– Верно, друг, – скривившись от боли, произнёс верховный командующий и горько усмехнулся, – я сомневаюсь, что мы доживём до рассвета, но перед смертью, обещаю вам, Красные плащи вдоволь искупаются в крови Потухших свечей!
Солдаты издали боевой клич, подняв над головами заряженные самострелы. К полуразрушенной башне нерешительно подступали тени. Свет затухающих костров выхватывал из темноты очертания наёмников. Чёрное древо увидел прокравшийся между хижинами силуэт, который неожиданно ринулся бежать в сторону башни. Матёрый солдат харкнул через плечо и вскинул арбалет, однако Игер не позволил бойцу выстрелить, заметив за очертаниями коренастого мужчины долговязую фигуру подростка. Племянник Тонруса и Якемрус Недобитый изо всей мочи мчались к полуразрушенному укрытию. Несколько Потухших свечей погнались следом за оруженосцем и стариком, но выпущенный Красными плащами пучок коротких стрел разом сразил половину наёмников, вынудив оставшихся головорезов броситься врассыпную. Под прикрытием соратников мальчишка и старый солдат добрались до полуразрушенной башни.
– Заплутали немножко, – пошутил Якемрус Недобитый, рукавом стерев с лица капли крови и пот.
– Укроемся в башне! Быстро! – твёрдым голосом скомандовал гират Эланрус Печальный, когда со стороны булыжного тракта донеслись звуки сражения, приглушённые рёвом толпы и предсмертными криками, словно, помимо остатков Красных плащей, у Потухших свечей неожиданно появился новый противник.
– Что происходит? – удивился матёрый боец и натянул тетиву арбалета, – Вы слышите, парни?
Перегруппировавшись и по кругу оцепив башню, наёмники из Обречённых земель бросились в атаку. Разрезая темноту, засвистели слепые стрелы, устремлённые в тела Красных плащей. «В башню! Быстро!», – воскликнул гират Эланрус, отворив толстую дверь. Сотиор Кьяндар и разведчик Велгер, засевшие на вершине полуразрушенного сооружения, выстрелами из луков сразили первых наёмников, добежавших до башни. Под прикрытием соратников Красные плащи протиснулись внутрь укрытия, однако стрелы неприятелей успели забрать жизни у одного солдата ордена и двух мужчин из Осколков. Когда Чёрное древо следом за Урхмером Заслоном, племянником Тонруса и Якемрусом Недобитым проскользнул в башню, раздался громкий хлопок, после которого храбрый боец по имени Велгер со сквозной раной в груди сорвался с вершины каменного сооружения и с огромной высоты упал у ног гирата Эланруса, задев головой край ступени таким образом, что на шлеме осталась глубокая вмятина. Игер обернулся на омерзительный хруст и увидел залитое тёмной кровь лицо убитого неведомым оружием разведчика с рассечённым лбом, свёрнутой набок нижней челюстью, сломанными скулами и наполненным осколками зубов ртом. Впустив последнего солдата, верховный командующий запрыгнул внутрь и захлопнул скрипучую дверь, в которую со звонкий чавканьем впилось сразу три вражеских стрелы.
Гират Эланрус задвинул тяжёлый железный засов, а Красные плащи и Урхмер Заслон забаррикадировали вход в башню ветхим столом, покосившейся тумбочкой и прочим хламом. Деревянная дверь загрохотала под ударами Потухших свечей. Снаружи толпа наёмников заревела гораздо громче, когда неожиданно вспыхнувшая за стенами Осколков битва перенеслась во внутренний двор крепости. Чёрное древо взглянул наружу через узкую щель, но увидел только мечущиеся между хижинами и развалинами силуэты.
– Кьяндар! – крикнул гират Эланрус Печальный, задрав голову кверху, – Что происходит?
– Сражение! – сотиор разведчиков ордена, расположившийся на вершине башни, немного приподнялся, опираясь на подгнившую деревянную балку, и окинул Осколки взглядом, – Целое войско окружило крепость и напало на Потухших свечей!
– Войско? Откуда? – командир Красных плащей прикусил губу, – Немедленно спускайся, Кьяндар! У наёмников есть ружья!
Молодой сотиор кивнул, сбросил вниз три пустых колчана и убрал лук за спину. Он повис на деревянной балке и пытался нащупать носком сапога выступ в стене, когда резко стих устрашающий рёв врагов. Битва Потухших свечей с таинственным войском продолжалась во внутреннем дворе, однако наёмники неожиданно отступили от башни. Чёрное древо, словно младенца, прижал трофейный тесак к груди и отошёл подальше от двери. С мученическим выражением на лице Игер, пожираемый изнутри гнетущим предчувствием, обеспокоенно озирался по сторонам. Сверху доносились шорохи. Сотиор Кьяндар осторожно спускался вниз.
– Слышите шипение? – вполголоса спросил вооружённый топором мужчина из Осколков.
– Шипение? – испуганно промолвил матёрый солдат из свиты Исейдара, глаза которого округлились от нахлынувшей тревоги.
– Ложись! – сорвав голос, закричал Эланрус Печальный, рванул двух ближайших бойцов за капюшоны плащей вниз и рухнул на пол, закрыв руками голову.
От неимоверного грохота заложило уши. В одно мгновение деревянная дверь разлетелась на куски. В лица и тела укрывшихся внутри башни людей полетели щепки и каменные обломки. Невидимая и непредсказуемая сила снесла баррикаду, Урхмера Заслона и Красных плащей, стоявших у входа. Нечто твёрдое врезалось в живот Чёрного древа, выбив из лёгких воздух. В глазах померкло. Во рту появился привкус крови. По телу прокатились волны дрожи. Застонав от боли, Игер согнулся пополам и повалился на бок в тот момент, когда в образовавшийся пролом влетел плотный пучок длинных стрел, которые пригвоздили трёх устоявших на ногах бойцов к каменной стене. Сквозь назойливый звон в ушах и стоны раненых Игер расслышал, как в отместку Потухшим свечам выстрелило всего четыре арбалета.
Крепко зажмурив глаза, Чёрное древо лежал на полу, закрыв руками голову, пока по каменным стенам башни стучали наконечники вражеских стрел. Выжившие солдаты ордена рычали от гнева и отчаяния и, не целясь, стреляли в ответ. Игер нащупал поблизости рукоять тесака и распахнул глаза, сразу наткнувшись взглядом на тело сотиора Кьяндара, шея которого оказалась неестественно вывернута. После удара о каменный пол залитое кровью лицо командира разведчиков утратило почти все человеческие черты. Урхмер лежал неподалёку с проломленной головой. Окровавленный обломок стены, убивший Заслона, валялся поблизости. Глаза бритоголового смотрели на Игера безжизненным взглядом. Тяжело дыша, Чёрное древо подполз к лежащему без чувств гирату Эланрусу, перевернул его на спину и несколько раз ударил по щекам. «Игер», – почти не шевеля губами, прохрипел пришедший в сознание командир Красных плащей, когда лучники Потухших свечей прекратили беспощадный обстрел, и в проломе показались наёмники, намеревающиеся прикончить уцелевших бойцов ордена.
– Мерзкие дикари! – промычал Якемрус Недобитый. Поднявшись на ноги, он выстрелил из арбалета в живот одному наёмнику, швырнул бесполезное оружие в лицо другому и голыми руками вцепился в горло третьему. Несколько Красных плащей и храбрых мужчин из Осколков бросились соратнику на подмогу.
Задрожав от ярости, Чёрное древо встал на ноги и поудобнее перехватил рукоять тесака. Перешагивая через трупы и обломки, пошатываясь и опираясь на стену, Игер направился к выходу. Тем временем Якемрус Недобитый свернул шею своему противнику, но получил удар ножом в спину от другого наёмника и упал на колени, истекая кровью. Над старым солдатом навис высокий воин Потухших свечей, коротким топором рубанул Якемруса по шее и пнул сапогом в живот оруженосца, рискнувшего отомстить за убийство наставника. На глазах Чёрного древа ещё двое Красных плащей вместе с местным мужчиной исколотые и изрезанные пали к ногам безжалостных наёмников. Тренькнула тетива арбалета, и короткая стрела вгрызлась одному из противников в горло. Неприятель захрипел и упал на колени, тёмная кровь хлынула из раны на каменный пол. Над упавшим оруженосцем навис воин Потухших свечей и замахнулся коротким топором, однако один из проскользнувших в башню наёмников подскочил к нему сзади и молниеносным движением перерезал горло. Переодевшийся в заляпанный кровью плащ Тонрус помог мальчишке подняться на ноги и со звериным рыком набросился на ближайшего неприятеля, яростно защищая племянника.
Снаружи отчётливо доносились звуки сражения. Таинственное войско обрушившиеся на Потухших свечей, вытеснив неприятелей с южной части Осколков, подобралось к полуразрушенной башне. Краснолицый наёмник с отвисшей челюстью и безумным взглядом преградил дорогу Чёрному древу и атаковал дубинкой с железным набалдашником, однако Игер резко нырнул вниз, спасшись от сокрушительного удара, и рубанул неприятеля по голени. Лезвие тесака с лёгкость рассекло ткань штанов и погрузилось в плоть, задев кость. Взревев от боли, наёмник упал на колено и взмахнул оружием, но Чёрное древо вовремя откатился в сторону, и тяжёлый набалдашник дубинки громко звякнул о каменный пол. Игер вскочил на ноги и рубанул наёмника по голове, оставив чудовищную рану, растянувшуюся от виска до затылка. Испустив последний вздох, неприятель повалился набок. Снаружи раздался грохот таинственных орудий Потухших свечей, тщетно пытавшихся сдержать неведомое войско. В суматохе часть наёмников бросилась бежать. Когда Чёрное древо подобрался ближе к выходу из башни, в проломе показался невероятно высокий человек в длинном плаще. Игер пригнулся и вжался в каменную стену так, что громадный воин из Обречённых земель не заметил его. Наёмник шумно дышал и осматривал заваленное обезображенными телами и обломками помещение, в котором Красные плащи и Потухшие свечи резали и душили друг друга. Взгляд холодных блёклых глаз неприятеля остановился на Эланрусе Печальном, который отполз к стене и из последних сил пытался натянуть тетиву самострела, пока солдаты ордена и бритоголовый Тонрус сдерживали Потухших свечей. Отыскав гирата, наёмник хищно оскалился и направил на командира Красных плащей странное короткое оружие с металлическим стволом и деревянной рукоятью. Затаившись сбоку в одном шаге от неприятеля Чёрное древо увидел огонёк тлеющего фитиля, замахнулся тесаком и рубанул наёмника по вооружённой руке. Раздался оглушительный хлопок, и в стене высоко над гиратом образовалась трещина, из которой на голову Эланруса посыпалось каменное крошево. В нос ударил едкий кислый запах. Отрубленная по середину предплечья левая рука воина Потухших свечей вместе со смертоносным оружием упала на пол. Наёмник жутко зарычал. Игер ударил снова, но неприятель с невероятной проворностью увернулся от мелькнувшего перед лицом зазубренного лезвия, схватил молодого человека за кисть и резко вывернул. Тесак звякнул о каменный пол. Истекающий кровью воин Потухших свечей с силой рванул обезоруженного Игера на себя, выдернув молодого человека из башни наружу. Вцепившись друг в друга, противники покатились по земле, заваленной трупами погибших в бою врагов и соратников. В один момент наёмник оказался сверху, придавив Чёрное древо своим весом. Игер попытался нащупать на поясе изогнутый кинжал и с запозданием осознал, что потерял его в суматохе. Сцепив зубы, он впился пальцами в горло неприятеля, из обрубка руки которого непрерывно струилась кровь. Захрипев, могучий воин Потухших свечей врезал кулаком по челюсти противника. В глазах Чёрного древа на мгновение потемнело. Наёмник нанёс ещё несколько молниеносных и ошеломляющих ударов, прежде чем Игер вынужденно отпустил хватку и закрыл разбитое в кровь лицо. Несмотря на покалеченную руку, боец из Обречённых земель бил непрерывно и беспощадно. Его холодные блёклые глаза покраснели от гнева, а изо рта брызгала слюна. Закрываясь от громадного кулака, Чёрное древо безуспешно пытался сбросить с себя воина Потухших свечей.
На мгновение противники встретились взглядами. «Блуждающий?», – будто увидев нечто знакомое и пугающее в глазах Игера, с удивлением прошипел наёмник и слишком запоздало нанёс следующий удар, позволив Чёрному древу захватить мускулистую руку и крепко прижать к телу, лишив неприятеля возможности атаковать. Боец из Обречённых земель не растерялся и впился гнилыми зубами противнику в шею. Игер пронзительно завопил от боли, но хватку не ослабил. Тёплая липкая кровь, струящаяся из культи, залила его лицо и одежду. Краем глаза он видел, как несколько Потухших свечей ринулись на подмогу соратнику, но толпа людей в обносках с топорами и дубинами отрезала им путь. Почувствовав приблизившуюся смерть, могучий воин из Обречённых земель нанёс Чёрному древу сокрушительный удар лбом, запрокинул голову кверху и из последних сил на неизвестном Игеру языке выкрикнул приказ для группы наёмников, которая держалась вдали от сражения.
– Блуждающий, – прохрипел истёкший кровью воин Потухших свечей и повалился на бок, испустив последний вздох.
Чёрное древо выкарабкался из-под бездыханного тела врага и поднялся на ноги. Зажимая ладонью прокушенную шею и шатаясь из стороны в сторону, он направился к башне, из которой выскочил Тонрус, разделавшийся с последним наёмником. За спиной Игера продолжалось сражение между остатками Потухших свечей и большим войском облачённых в лохмотья людей. Бритоголовый шагнул соратнику навстречу, когда из темноты вылетело несколько небольших, но тяжёлых шаров, которые ударились в стены башни и отскочили в разные стороны.
– Бомбы! – во всё горло заорал Тонрус и бросился к каменному укрытию, – Берегись!
Чёрное древо со смиренным равнодушием взглянул на упавший слева от него шар с чёрной шероховатой поверхностью. После боя с могучим воином Потухших свечей у истощённого Игера совсем не осталось сил, чтобы бежать и прятаться. В следующее мгновение случилось несколько оглушительных взрывов, один из которых погубил Тонруса, отбросив бритоголового на несколько шагов назад. Содрогнулась каменная башня Осколков. Чёрное древо всем телом почувствовал резкий невыносимый жар и невероятно мощный толчок. Игера подбросило в воздух и с чудовищной силой швырнуло на землю.
Боль от полученных в бою ран моментально исчезла. Беспорядочный гул заглушил доносящиеся отовсюду звуки затянувшегося сражения. Старое укрепление, прозванное Осколками, вместе с Красными плащами из города Сердце, Потухшими свечами из Обречённых земель и подоспевшим на подмогу войском бедняков перестало существовать. Ничего не чувствуя, Чёрное древо лежал на мягкой земле, беззвучно шевелил губами и смотрел в необъятное небо, которое подчинившись единственному желанию Игера постепенно приобрело оранжево-розовый оттенок.
Два размытых силуэта склонились над молодым человеком, пережившим ужасную ночь. Сквозь назойливый гул Чёрное древо расслышал знакомый голос, но не сумел разобрать слов. Некто поднёс к его губам фляжку, но Игер не пошевельнулся, и вода из горлышка полилась по подбородку и шее, смывая засохшую кровь. Добрый человек махнул рукой, отправив безмолвного соратника на поиски лекаря. Завинтив крышку и убрав флягу за пояс, старый охотник ласково погладил Чёрное древо по голове и смахнул со лба прядь опалённых волос. Зиндар Зоркий глаз долго и неспешно утешительным голосом говорил с молодым человеком, который никак не реагировал на его слова. Пока Мстидар вместе с лекарем и двумя помощницами во всю прыть нёсся к полуразрушенной башне, Игер Чёрное древо окончательно провалился в забытье.
Глава 22. Бесконечное падение
Оглушающий взрыв бомбы повторялся раз за разом. Снова и снова неведомая сила поднимала Чёрное древо в воздух и швыряла на землю, но Игер не чувствовал боли.
– Сегодня ты не умрёшь, парень, – словно издали прозвучал незнакомый голос, – Перетащите его в башню! Быстрее! Сенирель, помоги мне!
– Посмотри на меня, Игер, – произнёс Зиндар Зоркий глаз, пока Мстидар и несколько бойцов, перешагивая через обезображенные взрывами трупы, волокли тело покалеченного товарища к башне.
– Бедняга, – сквозь неутихающий гул послышался надсадный голос одного из бойцов, подоспевших к Осколкам на помощь.
– Счастливчик, – громко произнёс другой воин в рваных лохмотьях, – не каждому повезло дожить до рассвета.
– Покойтесь с миром, братья, – донеслось до Чёрного древа, когда его затащили внутрь башни и положили среди трупов соратников и врагов.
– Сенирель, куда запропастился мой мешочек со жгучей пылью? Найди немедленно! – строгим тоном отдавал приказы лекарь, – Парни, не стойте без дела! Помогите раненым!
– Где Эланрус Печальный? Гират жив? – разыскивали своего командующего уцелевшие солдаты ордена Красных плащей.
– Жгучая пыль поможет тебе, Игер, – с надеждой в голосе промолвил старый охотник, склонившись над покалеченным товарищем.