Почувствовав, что мои глаза снова желают расплакаться, мне пришлось подняться, выйдя из палаты, переведя дух. На свежем воздухе становилось чуть лучше, пока меня бережно согревал шарф, не позволяющий порывистому ветру щедро трепать его, пытаясь вырвать из моих рук, отдав на растерзание шуткам природы.
Позвонив Биллу в надежде на то, что мы все-таки сможем вернуть мир в наши отношения – я услышал гудки, приносящие с собой немного боли. Видимо, он был крайне занят моей сестрой, не обращая внимания на моменты, связанные с нашей дружбой.
Возвращаясь на прежнее место проживания, мне пришлось в одиночестве собирать остатки вещей, не желая слышать Лизи, с ее очередными претензиями, и придирками, делая вид, что меня не существует, растворяясь в пространстве.
Окинув квартиру уставшим взглядом, я наконец-то четко осознал, что не стану ее продавать. Тихая, пустая берлога принесет моей душе спокойствие, скрывая, как медведя в зимней спячке, отрубая связь.
Подъезжая поздним вечером к коттеджу, мне посчастливилось пересечься с Лизи, уходящей куда-то, а я вошел в дом, не говоря ей ни слова. Проводив друг друга взглядом – мы разошлись по разным сторонам, будто нас ничего не связывает, кроме брачного договора.
Не снимая обуви, я прошел на кухню, достав пару бутылок холодного пива, ожидая напиться и вырубиться, как обычно.
Будучи слегка пьяным, внезапно мне захотелось записать летающие мысли в тетрадные листы, что оказалось забавным, и совершенно нечитабельным. Составив план рассказа, продублировав его на диктофон – меня выключило до прихода жены. Вернувшись поздней ночью, а может, под утро, как мне показалось, она, по неизвестной причине быстро схватила мой смартфон, оказавшийся в свободном доступе.
– Сто один исходящий Биллу… – грубо произнесла она, – вот, кто на самом деле тебе дорог…
Бросив смартфон на пол – я еле сдержал внутренний крик на нее, решаясь сберечь нервы, пряча их под подушку от очередного скандала. Лизи Прайс неистово повезло, что он не разбился, содержа в себе множество информации по рабочим проектам. Всерьез посчитав, что я сплю – она, не стесняясь, начала с кем-то мило беседовать возле гостиной, где меня резко вырубило парочкой бутылок из-за чрезмерного утомления.
– Я уже дома, – нежным голосом говорила она, – он валяется пьяный на диване, поэтому я вся в твоем распоряжении.
– Сука! – пробурчал я в подушку. – Вот же сука!
Закончив разговор, она зашла в гостиную, посмотрев на меня, подходя ближе, убеждаясь, что все в порядке.
– Продолжай пить, Ричард, – тихо сказала она, – пропивай все мозги, окончательно отупев. Все идет по плану.
Заметив улыбку на ее лице, я дико удивился сказанным словам, наблюдая, как она свернула на лестницу, поднимаясь в нашу спальню. Медленно соскребая с дивана свое пьяное тельце, я смог дойти до холодильника, щедро предоставившего мне еще парочку бутылок, наконец-то дождавшись входящего звонка от Билла:
– Чего ты хотел? – с нотками грубости начал он дружеский диалог, громко задавая вопросы. – В очередной раз послать меня?!
– Нет, – ответил я ему, открывая зубами пиво, – извиниться хотел.
– Так извиняйся. – Спокойно произнес он, заглушив машину. – Я жду.
– Прости меня, брат! – виновато закричал я, не сдерживая эмоций, реально чувствуя себя, как полнейший навоз, обидев близкого человека незаслуженно. – Я не прав!
– Ты прощен. – Равнодушно ответил он, бросив трубку.
Во мне оставалось мерзкое ощущение, что между нами появился разъедающий душу холодок, но надеялся, что смогу исправить ситуацию со временем, искренне веря в дружбу.
Провалившись внутрь
Убежав из так называемой лаборатории, где над мальчиком хотели провести эксперименты – Томас резко очутился среди серости и дождя, капли которого стучали по черному льду.
– Лед, – задумчиво произнес он, – становится холоднее…
Его стопы замерзали, но, стараясь бежать быстрее, сильно отрывая ноги ото льда, Томас верил в свои собственные возможности, становясь слабее с каждым шагом. Вокруг не было деревьев, коры, или шерстяных носков, желающих ему помочь. От недостатка сил он перестал двигаться.
– Мне нужно отключить фантомное тело! – воодушевленно произнес он. – Душа не замерзнет!
Наверное, он был прав, но не вспомнил, что находясь в загробном мире, случившееся с фантомным телом – неизменно коснется его души.
Сосредоточившись, мальчик оставил от себя лишь маленький незримый шарик, продвигающийся вперед, замерзая невообразимо быстро из-за маленького размера. Он покрывался инеем, а затем коркой, став невыносимо тяжелым, отказавшись парить в пространстве. Томас ощутил, что сейчас же упадет, а возможности удержаться в пространстве – не существует без фантомного тела. Маленький шарик его души упал на черный лед, расколовшись на тысячу осколков, освещающих темноту вокруг него, показав заброшенный, пустой ресторан.
– Смотрите! – закричал кто-то из ресторана. – Осколки льда! Вон там!
– Летним днем увидеть осколки льда?! – немедленно ответили ему, хохоча на весь зал. – Ты смеешься что ли? Иди, проспись, дорогой!
Из дверей ресторана вышла женщина сорока лет, с огромными карими глазами, и темными, длинными волосами, бережно собранными в косу, заметно следящей за утонченной фигурой для своих лет.
– Я тоже вижу осколки льда, которые сияют. – Спокойно произнесла она, подойдя ближе, взяв один из них. – Интересно, но они не тают.
Внезапно все посетили ресторана, судорожно подняв зады от кресел – принялись собирать осколки, поднося их кареглазой женщине.
– Миссис Энн, – обратились к ней две молодые девушки, – кажется, собраны все осколки.
– Вам кажется? – уточнила она. – Или вы уверены в своем решении?
– Я уверен, что есть еще! – вмешался парень, обладающий острым зрением. – Вижу один около стула, и парочку возле мусорного бака.
– Собери, пожалуйста, остальные осколки. – Вежливо попросила его миссис Энн, улыбаясь. – И, принеси их мне.
Оказавшись рядом, осколки внезапно растаяли, превратившись в мокрую лужицу, размером с ладошку годовалого малыша.
– Всего лишь лужа! – засмеялся кто-то в зале. – Ради этой лужи носились! Попами кверху стояли! Ух!
Энн, сконцентрировавшись, посмотрела глубже в лужицу, увидев в ней серость, напоминающую ей мир, который ниже уровнем.
– Кажется, эта лужица из мира ниже, – произнесла она, шокировав посетителей ресторана, – кто-то решил прийти к нам.
– О нет! – закричали жители среднего уровня. – Они приносят страдания и боль! Нужно срочно избавиться от лужицы! Вытирайте!
Уборщица, услышав общую панику – поспешила достать тряпку, как лужица начала приобретать шарообразную форму.
– Это же мячик! – воспротивилась она. – Не вижу здесь лужи!
Суета вокруг немного улеглась, наблюдая за безопасным, детским мячиком. Никто не смог распознать душу Томаса, медленно обретающую фантомный вид белокурого, голубоглазого мальчика двенадцати лет.
– Где я? – спросил он, нервно оглядываясь, не понимая, что происходит. – Пожалуйста, скажите, где я…
Опасаясь, не скрывая дрожи, коллектив ресторана перешептывался.
– Это мальчик! – закричал кто-то, а после спрятался под стол с кружкой пива. – К нам пришел мальчик!
Перемещаясь по ресторану, Томас разглядывал людей, постоянно меняющих свой облик, шарахающих от него, пугаясь фантомного тела. Изначально он наблюдал за лицами, раскрашенными яркими красками, и глазами, светящимися от счастья. Позже, на их месте появлялись призраки, изуродованные болью, погрузившись в отчаяние, внезапно меняясь в лучшую сторону, становясь беззаботными, прежними людьми.
– Ничего не понимаю. – Тихо произнес он, упав обморок на несколько сдвинутых столов, провалившись внутрь них, исчезнув.
Глава 16. Связь