Они вернулись к ужину, довольные, с кучей пакетов в руках. Жанна хохотала что есть силы. Все покупки они сгрузили в гостиной, в которой, на удивление, никого не было. На улице начинался сильный ветер, и он чуть не выбил стёкла во входной двери.
— Игорь, я же говорила, что именно этот шарф будет реально круто смотреться с твоей курткой, а тот свитер, что ты купил, подойдёт к спортивным штанам. Но то, что ты купил своей тете, не вписывается ни в какие рамки! — гоготала Жанна.
— Тетушка у меня неординарная, совсем как ты, а эту цветную маечку она точно оценит, — возразил Игорь. — Но вот то, что ты купила Евгению, ну не знаю… — засмеялся он.
— Что?! — Жанна не унималась и достала из пакета полосатые длинные носки с пальчиками. — Он дома ходит в шортах, его не заставишь даже в холод надеть тёплые штаны, значит, будет ходить в носках! — гордо заявила Жанна. И в этой тишине раздался хохот.
Игорь с Жанной обернулись и увидели на лестнице стоявшую Адольфию, которая за ними наблюдала.
— Жанна, я вас обожаю! — сказала она. — Сколько в вас энергии и детской непосредственности.
— Это плохо? — сказала Жанна, смущаясь, опуская глаза.
— Вы что?! Это отлично! Вы живой человек и открыто выражаете свои эмоции, многие люди вам просто завидуют, потому что они не могут так открыто их выражать, — и она многозначительно посмотрела на Игоря.
— Спасибо, — сказала Жанна и устало села в кресло. — Как ваши дела?
— Уже лучше, спасибо.
В это время Шустрову кто-то позвонил на мобильный телефон. После этого он сказал:
— Хочу прервать вас, милые дамы. Сейчас звонил начальник охраны, им удалось обнаружить одну камеру, запись сохранилась, и на ней видно человека постороннего, который входил в дом.
— Что же мы стоим! — радостно провозгласила Адольфия. — Бежим скорей смотреть видео!!!
На экране чётко виден странный силуэт, одетый в мешковатую одежду. Из-за этого было непонятно — мужчина это или женщина.
— Кто это? — удивлённо спросила Жанна.
— Тот, кто треснул меня по голове! — заключила Адольфия.
— Но тут не видно ног, — возразил Игорь.
— Да, тут вообще ничего не разобрать. Даже пол не ясен… — добавила Жанна.
— Одно очевидно: этот кто-то знал расположение камер и прятался от них, — Шустров скрестил руки на груди.
— Умело… — задумчиво протянула Адольфия. — Прямо как будто служил в разведке.
— Откуда такие выводы? — нахмурился капитан.
— Ну посудите сами! Да и балахон этот…
— Так может, их было двое? — перебила Жанна. — Откуда тогда взялись следы маленьких ног? Тут явно огромный костюм натянут поверх чего-то!
— Если, конечно, Адольфии не померещились «ножки»… — предположил Шустров.
— Игорь! Я в здравом уме! — вспыхнула хозяйка дома. — Мне по голове стукнули, но женские ноги от мужских отличу!
— Мадам, я не хотел вас обидеть. Но в шоковом состоянии люди иногда…
— Я не была в шоке! — перебила Адольфия. — Я была ошеломлена!
— Зато мы знаем главное, — Жанна ткнула пальцем в экран. — Этот кто-то ещё вернётся.
— Почему ты так уверена? — Шустров приподнял бровь.
— Вот почему! — Она остановила запись и увеличила изображение. На видео было видно, как с руки преступника что-то упало и закатилось в сухую траву, ещё не припорошенную снегом.
— Надо срочно сказать садовнику, чтобы собрал всё подчистую! — засуетилась Адольфия.
— Спокойно! — капитан резко поднял руку. — Никому не двигаться! Снег уже идёт — следы исчезнут. Я сам осмотрю место. Надеюсь, ещё не поздно…
Он рванул к двери.
— Я с тобой! — Жанна бросилась вслед, едва успевая натянуть куртку.
Ветер выл нарастающей силой, хлеща колючим снегом в лицо. Жанна, кутаясь в жилетку, шла за Шустровым, вглядываясь в темноту. Снежинки цеплялись за ресницы, превращая мир в размытое полотно. Внезапно её взгляд поймал движение — на ветке старого дуба металась алая лента, будто зовя за собой.
— Игорь! Смотри! — крикнула она, прыгая за добычей. Пальцы едва ухватили шелковистую ткань, как порыв ветра рванул её вверх. Жанна потянулась сильнее, потеряв равновесие. Каменные ступени внизу замерли в ожидании удара, но Шустров, словно пантера, бросился вперёд. Его руки обхватили её талию, резко прижав к груди.
— Ох!.. — вырвалось у Жанны. Импульсивно она крутанулась, нога зацепилась за его голень, и они рухнули в сугроб у подножия лестницы.
Тишина. Только свист ветра в ушах. Жанна, зажмурившись, почувствовала тепло его ладоней на спине. Открыв глаза, она встретилась взглядом с Игорем. Его серые глаза, обычно холодные как сталь, сейчас отражали искру смятения. Дыхание сплелось в облачко пара между ними. Губы Шустрова были так близко, что она уловила запах кофе с корицей. Время замерло.
Оглушительный трель телефона ворвался, как нож в тишину. Жанна оттолкнулась от него, будто обожжённая. В кармане вибрировал экран — «Евгений».
— Женя! — Жанна прижала телефон к уху, не скрывая радости. — Привет, дорогой! Ты не представляешь, что тут творится! — Она стремительно поднялась по лестнице, зажимая в ладони смятую ленту. Дверь в спальню захлопнулась за ней с глухим стуком.
Десять минут спустя, закончив рассказ, она замолчала, переводя дыхание. За окном метель выла, засыпая снегом следы у особняка.
— И это всё? — спросил Евгений. Голос его звучал приглушённо, будто из другого мира.
— Да… — Жанна упала на кровать, уставившись в потолок с трещиной в форме молнии. — Что думаешь?
— Думаю, эта гадина где-то рядом. И не одна.
— Мы тоже так считаем, — она провела пальцем по шершавой поверхности ленты.
— А капитан твой… — пауза зазвенела, как тонкий лёд. — Руки не распускает?
Жанна замерла. Всплыло воспоминание: его дыхание, смешавшееся с её, снег, тающий на ресницах…
— Женя! — фальшивый смешок сорвался с губ. — Нет, конечно!
— Как-то ты неуверенно…
— Хватит ревновать! — она вскочила, с силой сжимая подушку. — Но знай: я скучаю. После этого дела — только дом, ёлка и ты. Никаких расследований на Новый год!
— Держу за слово, — он рассмеялся, и этот звук согрел её сильнее камина. — Ладно, красавица, бегу. Целую.
— Целую… — шепотом ответила она, глядя, как экран гаснет.
Тишину нарушил стук ветки в окно. Жанна прикрыла глаза, всё ещё чувствуя на ладони тепло телефона. Лента, брошенная на комод, трепетала от сквозняка, будто пыталась что-то сказать.
Что это было… там, в саду? Невинный флирт или просто стечение обстоятельств? А может, и то и другое? Но Жанна не флиртовала с Шустровым, нет! Случайность — и всё! Надо спуститься вниз: наверняка Шустров и Адольфия уже ждут её с этим жалким клочком ленты, чтобы тщательно изучить его. Хотя что тут исследовать? Обычная лента…
С этими мыслями Жанна спустилась в гостиную. Адольфии не было. В кресле у камина сидел один Игорь, его профиль резко вырисовывался в свете огня.
— Игорь, добрый вечер, — почему-то смутившись, проговорила Жанна, протягивая ленту. — Вот… Ничего необычного.
— Да, согласен, — холодно ответил он, даже не взглянув на неё. Ему категорически не нравилось, что эмоции берут верх. Ситуация выходила из-под контроля.
— Ещё не звали к ужину?
— Нет. Но Адольфия велела не уходить далеко. Скоро подадут.
— Хорошо, — Жанна задумчиво опустилась в соседнее кресло. — Дело какое-то… запутанное. Что делать с этой таинственной личностью, которая следит за домом Адольфии? Теперь он будет осторожнее. До Нового года осталось две недели, а в Москве ещё столько дел…
— Так может, тебе полететь в Москву? — задумчиво спросил Шустров. — Я и один справлюсь.
— Надо подумать, — Жанна уже была согласна: ей здесь не место. Она ничем не помогает следствию, а после неоднозначных столкновений с Игорем и вовсе запуталась. Не может видеть его рядом. Но больше всего бесил муж — именно из-за него она поддалась этим чувствам! Это он позволил ей уехать с чужим мужчиной! Он должен был поехать с ней!
— Жанна, ты куда? Скоро ужин! — окликнул капитан, когда она резко встала.
— Я не голодна. Плохо себя чувствую, — бросила она, исчезая в тёмном проёме гостиной.
В комнате она рухнула на кровать и закрыла глаза. Внезапно раздался звонок — Роза.
«И как она всегда чувствует, когда мне нужна поддержка?» — пронеслось в голове.
— Привет, дорогая! Ну как там ваше расследование? Как Шустров? — голос Розы звучал бодро, но с ноткой тревоги.
— Привет, Роза. Расследование зашло в тупик. Стало только хуже, и я… мешаю, — Жанна вздохнула, комкая одеяло.
— Почему? Давай рассказывай всё!
— Расскажу, когда приеду в Москву, — она отвернулась к стене, где трещал камин.
— Нет, Жанна! Зачем в Москву? Что произошло? Шустров? Он приставал?
— И да, и нет…
— Это как? — не поняла подруга.
— Ну, в общем, обстоятельства складываются так, что мы с ним постоянно сталкиваемся. Словно кто-то нарочно сталкивает нас… — Жанна провела пальцем по шву на подушке.
— Столк… Жанна, ты что… — начала Роза, но та перебила:
— Нет! Роза, ничего не было и не будет!
— Жанна, может, это не просто так? — в голосе подруги проскользнула игривая нотка.
— Всё очень просто! Мне нужно либо разводиться с Женей, либо жить одной. Новые отношения не нужны, а лёгкие интрижки — тем более! — она резко нажала «отбой», оставив Розу в недоумении.
Тишина вернулась, нарушаемая лишь треском поленьев в камине. Жанна уставилась в тёмный угол, где тень от шкафа напоминала силуэт Шустрова.
Если бы Жанна знала, что в эту секунду Шустров замер у её двери, вжав ладони в шершавые стены коридора. Нет, Игорь не собирался подслушивать — он пришёл пригласить её к ужину, но услышал обрывки фраз, вырвавшихся за пределы комнаты. Её голос, дрожащий от ярости, эхом бился о лепнину потолка: «Разводиться… Лёгкие интрижки…»
Он отступил на шаг, будто обжёгшись. Постучать? Объяснить, что просто пришел позвать ее на ужин и хочет обсудить дело? Но пальцы сжались в кулаки. Нет. Он не станет тем, кто разрушит чужой брак. Лучше закончить это дело в одиночку, а после — холодно отчитаться о результате. Пусть Жанна уедет. Чем скорее, тем лучше.
Спина упёрлась в стену. Шустров закрыл глаза, и в памяти всплыло лицо её — той, что когда-то доверяла ему спину в перестрелках, а потом ушла из его жизни, громко хлопнув дверью. С тех пор он работал только соло. Без напарников. Без привязанностей. Без риска, что чья-то ошибка снова оставит шрам.
— Всё правильно, — прошептал он, отталкиваясь от стены. — Соло и точка.
Тень от люстры дрогнула, когда он шагнул в темноту коридора.
Глава 7
Утро затянуло небо свинцовым полотном, сбрасывая хлопья снега на подоконник. Тишина была звенящей, будто город замер, затаив дыхание. Жанна сидела, укутавшись в плед, и смотрела, как мороз рисует паутину на стекле. Ночь прошла в метании: телефон мигал десятком сообщений галереи — срочные контракты, претензии клиентов, паника менеджеров. Каждое уведомление жалило, как укор. «Зачем я здесь?» — ножом вертелось в голове. Она — куратор выставок, а не Шерлок Холмс. Её место среди холстов и вернисажей, а не в этом проклятом особняке с призраками прошлого.
Звонок мужа разорвал тишину, заставив вздрогнуть.
— Милая, как ты? — голос Евгения, тёплый и бархатистый, растопил лёд в груди.
— Женечка! — она бессознательно улыбнулась, проводя пальцем по трещине на чашке. — У меня сюрприз…
— У меня тоже, но сначала твой, — он замер в ожидании, и Жанна представила, как он поправляет очки, как всегда перед важными новостями.
— Возвращаюсь в Москву. Завтрашним рейсом.
— Что так? — в его тоне мелькнуло напряжение.
— Я здесь лишняя. Галерея горит, а я… — она замолчала, глядя на отражение в зеркале: тени под глазами, растрёпанные волосы. — Я мешаю.
— Понял, — пауза затянулась, будто он взвешивал каждое слово. — А мой сюрприз… Меняю билеты. Прилечу послезавтра.
Жанна вскочила, расплескав холодный чай.
— Правда?! — её смех прозвучал неестественно громко в пустой комнате. — Это же на неделю раньше!
— Для меня вдвойне счастье, — он рассмеялся, и вдруг добавил тише: — А Шустров? Не обидится, что сбежала?
Сердце ёкнуло. Всплыло в памяти: его руки, резко подхватившие её у лестницы.
— Переживёт, — бросила она слишком быстро. — На Рождество только Сочи, ты и я. Никаких Шустровых!
— Как скажешь, — Евгений засмеялся, но смех оборвался раньше, чем обычно. — До завтра, любимая.
Она опустила телефон, наблюдая, как снег за окном хоронит следы на дорожках. Внизу, в саду, мелькнула тень — возможно, Шустров проверял периметр. Или это ей показалось. Завтра этот кошмар останется позади. Осталось пережить ещё один день.
После разговора с мужем Жанна ощутила что ей стало намного лучше. С Евгением рядом любая бездна казалась преодолимой. Теперь, когда он возвращался на неделю раньше, мир снова обрёл чёткие границы.
Спустившись к завтраку, она застала за столом Шустрова, Адольфию и её семью. Эльвира, обычно болтливая, молча ковыряла вилкой омлет. На вопрос бабушки о настроении буркнула: « Плохо себя чувствую».
— Всем доброе утро! — Жанна взяла чашку, стараясь не смотреть в сторону капитана. — У меня новость.
— Доброе, милая. И какая же? — Адольфия приподняла бровь, словно оценивая картину с дефектом.
— Завтра я улетаю. В галерее кризис — без меня не справляются.
Фарфоровая ложка звякнула о блюдце.
— Новость… неожиданная, — Адольфия отодвинула тарелку. — Особенно сейчас, когда воры, возможно, рыщут по дому.
— Маловероятно, — Жанна резко вдохнула, поймав взгляд Шустрова. Он молчал, перебирая бумаги в папке. — Я не детектив! Моя зона ответственности — художники, контракты, паника из-за каждой царапины на холсте! А капитан… — она махнула рукой в его сторону, — профессионал. У него команда, ресурсы…
— А тайны? — Адольфия ударила кулаком по столу, заставив вздрогнуть внучку. — Разве можно уехать от тайн!?
— Тайны существуют, чтобы их хранить, — Жанна встала, опираясь на спинку стула. — Но если вспомните пароль от сейфа Всеволода — позвоните. Я вскрою его в Москве, найдём наследника…
— Пароль… — старуха закатила глаза, будто взывая к небесам. — Я же говорила — не помню!
— Адольфия! — Жанна наклонилась, вцепившись в край скатерти. — Вы ясновидящая! Проведите медитацию, изучите амулет, вызовите духов — чёрт возьми, сделайте хоть что-то! На кону ваша жизнь!
Тишину нарушил скрип стула. Шустров поднялся, отложив папку.
— Она права, — его голос прозвучал как удар хлыста. — В Москве нужен человек, который разберётся с наследством. А здесь… — он бросил взгляд на Эльвиру, прячущую лицо в ладонях, — здесь я справлюсь.
— Наконец то меня услышали! -облегченно выдохнула Жанна.
Весь день Жанна провела с четой Братиславских. Болтала с Ириной о галерее и картинах. Та даже помогла разобраться в одном деле, и Жанна сразу же всю ситуацию разрулила с московскими коллегами по телефону. Эльвира была озадачена экзаменами — у девушки был последний курс медицинского колледжа, и были определённые сложности.
Потом, ближе к вечеру, они собрались пройтись по магазинам и докупить подарки на Новый год, как ей пришло СМС на телефон. Писал Шустров: «Можно пригласить тебя на прощальный ужин?» «Ок, в 19:00 в „Мадам Буше“, не опаздывай, я не люблю есть поздно».
В магазине ей было неспокойно. Зачем она согласилась на ужин с этим Шустровым? Улетела бы завтра себе спокойно. Ей не о чем с ним говорить, расследование не клеится, дело разваливается как мыльный пузырь, зацепок нет никаких. Преследователи — мелкие пакостники, но тот, кто преследует Адольфию, это не убийцы. Убийца в Москве, сидит себе спокойненько и выжидает, когда Адольфия вспомнит пароль от сейфа. И куку, всё, что там есть, в миг вскроется и опустошится.
С этими мыслями она медленно брела от торгового центра к ресторану, до которого было идти всего 20 минут. Наслаждалась видом с Медового моста, смотрела на влюблённые парочки, которые оставляли тут свои замочки, вспомнила свадьбу с Евгением и заулыбалась. Так, со своими мыслями она дошла до ресторана.
Шустров уже её ждал за столиком и заметно нервничал. Жанна решила всё ему высказать, что ходить вокруг да около. Лучше горькая правда, чем это хождение вокруг да около. Но сначала она поест и согреется, уж больно промозглая на улице погода, а Жанна замечталась на мосту.
Взгромоздив все свои многочисленные пакеты на диванчик рядом с их столиком, Жанна плюхнулась на стул.
— Боже, наконец-то я сижу! — выдохнула она.
— Жанна, что ты будешь? Что тебе заказать?
— У них есть кисель?
— Нет, я узнавал, — грустно сказал Игорь, — только глинтвейн.
— Тогда я буду французский луковый суп, греческий салат, глинтвейн и шарлотку! — сказала Жанна.
— Мне то же самое, — сказал Игорь официанту.
— Точно решила ехать? — спросил её Игорь.
— Да, — ответила Жанна, — ну сам посуди.
— Но в Москве тоже небезопасно. Я приставлю к тебе наблюдение.
— Только не круглосуточное, — попросила Жанна, — послезавтра домой возвращается Женя.
— Да? — как-то по-дурацки Шустров сделал вид, что удивился, и съязвил: — Как-то рано он в этот раз? Вроде на три недели собирался уехать, до праздников.
— У них такое бывает, — согласилась Жанна, поедая луковый суп и смачно прихлёбывая и при этом жуя гриссини.
— С одной стороны, это хорошо, — согласился Игорь, — но не знаю, как он тебя может защитить.
— Как любящий муж, — только и сказала Жанна. — Игорь, я буду на связи всегда, если у тебя появятся какие-то мысли или соображения по этому делу, ты сразу мне пиши или звони, и я тоже сразу вам сигнализирую, если в Москве что-то всплывёт, но сейчас дело зашло в тупик. Убийца, похоже, сам выбрал выжидательную позицию. Сейчас всё зависит от Адольфии.
— А тебе не кажется, Жанна, что она водит нас за нос? — предположил Игорь.
— Почему?
— Ну, к примеру, что если она уже всё вспомнила, просто не хочет говорить, чтобы не подвергать никого опасности?
— Ну это было бы глупо… И потом, убийца так не думает… Если бы он знал наверняка, что Адольфия всё вспомнила, то он бы её похитил и пытал… — опровергла его Жанна.
— Тоже вариант… — Шустров задумался.
Жанна смотрела на него и думала, сказать всё в лицо или промолчать, не мучать его, чтобы он даже не надеялся, и у них нет будущего, как поступить, она не знала, её моральные принципы не хотели портить Шустрову настроение, но и этот его собачий взгляд ей порядком надоел.
Вкусно поужинав, они вызвали такси, чтобы ехать в поместье, и, загрузив многочисленные пакеты Жанны на заднее сиденье, Шустров очень надеялся сесть вместе с ней, чтобы поговорить, но места хватило только для Жанны, а в багажник сумки она категорически отказалась класть. Конечно, сделано это было специально, чтобы Шустров не ехал с ней рядом никак. Жанна для себя всё решила.
В доме уже все спали — они явились за полночь. Жанна и Игорь вволокли все пакеты в гостиную и уселись у камина, где огонь, словно живой, облизывал поленья, отбрасывая на стены причудливые тени. Калининградские такси, даже бизнес-класса, были маленькие, холодные и неуютные.
— И вообще! Кто в таких машинах только ездит! — возмущалась Жанна, её голос звучал как скрип несмазанных петель.
— Наверно, люди с такими же маленькими ножками, как преступник у Адольфии, — засмеялся Шустров, его смех треснул, как полено в огне.
— Тихо! — зашипела на него Жанна, прижав палец к губам, — уже все спят.
Он кивнул, его тень на стене вытянулась, как хищная птица.
— Тебя проводить до комнаты с твоими пакетами? — спросил её Шустров, его голос стал бархатным, как шёпот ночи.
— Нет, я справлюсь сама. Доброй ночи, капитан. — И Жанна ушла, волоча свои пакеты к себе в комнату, где каждый шорох казался ударом колокола.
В комнате, перед сном, она сидела на кровати, её мысли кружились, как снежинки в вихре. Расчёсывая свои чёрные волосы при тусклой лампе, Жанна не услышала странный шорох под окнами дома — будто ветер играл с листьями, создавая мелодию тревоги. И уже собиралась лечь спать, как услышала тихий стук в дверь, похожий на стук сердца. Накинув халат, она пошла посмотреть, кто там. За дверью стоял Шустров, его силуэт казался тёмным пятном на фоне луны.
— Нужно поговорить, — сказал он.
Жанна распахнула дверь, впуская Игоря в комнату, где воздух был густ от аромата сандаловых свечей. Сама отступила вглубь, утонув в кресле, и поджала ноги, обвившись шелковым халатом, будто коконом.
— Что тебе надо, Игорь? — спросила она, и её голос прозвучал как струна, готовая лопнуть.
Он сел напротив, опустив взгляд. Свет лампы выхватывал из полумрака его сжатые кулаки. Жанна уловила сладковатый шлейф рома — горький, как невысказанное признание.
— Игорь, ты что пил? — её брови дрогнули.
— Да, — прошептал он, — иначе не решился бы…
«Чёрт! — мелькнуло в голове Жанны. — Надо было притвориться спящей…»
— И?.. — она подняла глаза, и её взгляд стал острым, как лезвие.
— Чёрт, не надо было… — он рванулся к двери, словно спасаясь от собственных мыслей.
— Игорь! — Жанна вскочила, цепляясь за его рукав. — Что ты хотел сказать?
Он резко развернулся, прижав её к стене. Тусклый свет скользил по его скулам, а дыхание, пропитанное ромом, обжигало кожу.
— Завтра не пожалей о содеянном, капитан, — её шёпот был холоднее январского ветра. — Запах выветрится, а твой поступок — никогда.
Она упиралась ладонями в его грудь, обнажённую под расстёгнутой рубашкой. Мускулы напряглись под её пальцами, как стальные пружины.
— Жанна, что ты делаешь со мной… — его губы коснулись ворота халата, а руки, дрожащие от желания, впились в её бёдра. — Ты… как опиум.
— Абсолютно ничего, — она зажмурилась, чувствуя, как его пальцы скользят по позвоночнику, оставляя след из мурашек.
— Я испытываю к тебе чувства! — голос Игоря сорвался, словно рвущаяся струна. — Это сильнее меня!
Он притянул её так, что шёлк халата зашелестел, как осенняя листва. Жанна не сопротивлялась.
— Игорь, это лишь твоё воображение… — её слова потерялись в поцелуе, который он вложил в изгиб её шеи.
Он поднял её, словно перо, и они рухнули на кровать. Халат соскользнул на пол, обнажив бретельку сорочки. Его губы жгли плечо, а мысли Жанны путались, как нити в клубке. Она сильнее зажмурила глаза и пыталась отстраниться.
«Как я здесь оказалась?.. Он же… обольститель…»
— Стоп! — она вырвалась, перевернув его с силой, и оказалась сверху, пригвождённая его взглядом. — Нет!
Схватив халат, она обернулась щитом из шёлка. Дверь распахнулась с тихим скрипом.
— Уходи! — её шёпот звенел, как холодное разбитое стекло. — И больше не появляйся!
Игорь замер, будто его окатили ледяной водой. Стыд? Нет. Но в её глазах он прочёл то, что искал — искру. Ту самую, что теплилась до этого мига.
Он вышел, не оглядываясь. А Жанна, прижав ладонь к груди, слушала, как сердце выбивает ритм, похожий на бегство.
В своей комнате он осушил остаток рома, осознавая что на утро будет очень плохо. Сейчас было не легче, но Игорь ликовал. Да, он понимал что в его жизни, возможно, он не увидит никогда эту женщину, но ему было приятно что он хотя бы на миг мог прижать ее к себе, ощутить ее около себя, представить на мгновенье что ощущает ее муж. Ох как он завидовал Евгению какая жена ему досталась! И почему все достается этим примитивным программистам!? Почему у них и работа высокооплачиваемая и женщины лучше?! Как жизнь не справедлива к полицейским и особенно зарплатой. Да, такие как Жанна привыкли жить на широкую ногу, он бы даже не смог купить ей платье на свою зарплату…. Нет Игорь, хватит! В тебе говорит алкоголь, все что есть у Жанны и жени они всего добились сами……плюс тетушкино наследство, да, тут они им мудро распорядились, не каждый бы смог. Конечно, жалкий програмистишка все просчитал и вложил все в дивиденды, купив тем самым Жаннино спокойствие и доверие. Игорь, ты дурак! Забудь ее! Эти отношения сразу были обречены на провал, она чужая и другая, вы из разных миров. Отпусти. Ты мент. Мент который должен быть всю жизнь один.