– Может, подскажите, как связаться с риелтором? – спрашивает Регина.
– Вам, собственно, что желательно знать? Куда переехали сектанты?
Агата и Регина переглядываются. Мужчина хмыкает:
– Да ладно, девушки. Вы не первые кто этим интересуется. Просто впервые слышу байку про давнюю подругу. Вы журналистки?
– Нет, вы не поняли, – Агата качает головой, – мы действительно разыскиваем подругу.
– К сожалению, ничем не могу помочь.
– Ну, хорошо, а где эти… сектанты? – спрашивает Регина. – Вы не знаете?
– Понятия не имею. Видите? – мужчина высовывается из двери, указывая на прямоугольный след на стене. – Они и табличку свою забрали. Висит сейчас над какой-нибудь другой дверью.
– А что здесь было? – озадаченно спрашивает Агата.
– Штаб-квартира. Собрания чернокнижников. Спиритические сеансы или что-то вроде того.
– И вы не побоялись купить такую квартиру? – удивляется Регина.
– Я без предрассудков. Квартира была выставлена на продажу по бросовой цене и, представьте себе, за все годы я не видел ни одного привидения.
Мужчина приторно улыбается, то и дело косясь на грудь Регины, выпирающую через влажную ткань свитера.
– Спасибо, – говорит Агата. – Извините за беспокойство.
– Может, еще чем-то помочь?
– Нет. Спасибо еще раз.
– Идиот… – раздраженно шепчет Регина, пока Агата тянет ее к выходу. – Это точно не тот псих, который преследует тебя?
– Конечно нет. Тот высокий, под два метра ростом, брюнет, лицо узкое, и нос такой, с горбинкой…
Агата пытается собраться с мыслями, оказавшись на свежем воздухе.
– Пойдем отсюда, Аверина. Жуткое место. Слыхала? Сектанты. Я думаю, самое время сообщить номер машины в полицию и не лезть больше в это дело самим.
– Думаю, ты права. Знаешь, что напрягло больше всего?
– То, что сектанты переехали десять лет назад.
– Да. Столько же лет прошло после смерти Вадима.
– Думаешь, это связано, с тем что… ну, с его смертью?
– Не знаю… Но мне даже подумать страшно, будто мой брат состоял в какой-то секте. Вот бы узнать, чем они здесь занимались.
– Кстати, Димка как-то высказал предположение, что смерть Вильчука тоже связана со смертью Вадима.
Агата останавливается:
– Когда это вы обсуждали?
– Да так, случайно зашел разговор…
– Как это он зашел? Как он вообще мог зайти? Когда вы с Димкой говорили о Вадиме и Вильчуке?
– Что ты завелась? Когда ты попала в больницу, мы как-то случайно разговорились об этом.
– Регин, что за привычка обсуждать меня за моей спиной?
– Да нужна ты очень, обсуждать тебя… Успокойся. Ничего особенного я твоему Димке не сказала.
Девушки идут по проспекту в сторону метро. Чтобы избежать продолжения неприятного разговора, Агата изобретает предлог:
– Мне нужно в аптеку. Ты поедешь на работу или..?
– Иди. Я тебя подожду. Позвоню пока Темке.
Агата направляется в аптечный киоск, понимая, что безумно сердится на подругу:
«Вечно лезет в чужие дела. О своих проблемах помалкивает, а о моих – пожалуйста! Конечно, приятнее болтать о чужих неприятностях, а о своих при этом забывать».
Однако выйдя на улицу Агата замечает, что от прежнего оживления Регины не осталось и следа, та стоит, как в воду опущенная.
– Что случилось?
– Темка завтра в армию уходит… – Регина убирает свой мобильник, достает из сумочки пачку сигарет и закуривает. – Ты не смогла бы сегодня выйти на работу вместо меня? С Луизой я договорюсь. Хочу побыть с Темкой.
– Конечно, о чем речь.
– Спасибо.
– Ты… поговоришь с ним? – спрашивает Агата. – Ну, о том, что рассказала мне вчера.
– Нет, – отсекает Регина. – Незачем ему знать об этой грязи. Пусть уедет со спокойным сердцем. По правде сказать, я даже рада, что он уезжает…
Глава 26
«Закон Бумеранга»
Зло излученное тобой к тебе вернется непременно? Совсем не обязательно.
Классический случай неприязни двух агридов, вылившийся в поединок между двумя особями женского пола, описывается в главе 4, книги Вершителя Крио Гуна.
Мэри, возраст 34 года и Ванесса, возраст 37 лет – подруги детства, работали в одной и той же крупной туристической фирме. Мэри была убежденной феминисткой. Ванесса – замужней дамой с тремя детьми, что не мешало ей предаваться мечтам и тайно грезить о парне из бухгалтерского отдела Барни Флинне. На рождественской вечеринке, будучи изрядно под шафе, Ванесса разговорилась и проболталась Мэри о своей тайной, долголетней симпатии к их общему коллеге. Именно в тот момент Мэри впервые посмотрела на Барни Флинна другими глазами.