– Я в вас не сомневался, Вальд. Идите отдыхать, а утром приходите в лабораторию вашего друга, он начнет подготовительные работы.
Вальд кивнул и угрюмо поплелся в свой отсек. Обратная дорога плыла перед глазами. Мысли путались, сбивались в нерасплетаемый клубок, да так и оставались лежать в дальнем закутке разума.
Сон не принес облегчения. Вальд бы и вовсе не уснул, но стиллеры умеют заставить себя погрузиться в поверхностные сновидения в любом состоянии и в любое время. Не самое полезное умение в повседневной жизни, но в таких ситуациях, как эта, вполне годится.
Пробуждение наступило раньше положенного, так что теперь оставалось только педантично и медленно, как можно больше растягивая время, совершать утренние ритуалы: умывание, застилание постели, уборку комнаты. Каждая минута казалась бесконечной. Мысли теснили друг друга и безуспешно пытались завладеть вниманием, но у стиллера не было никакого желания останавливаться хоть на одной из них. Все, что ему нужно знать, было и без того известно. Ему придется встретиться с Ли. И не просто встретиться, а самому искать этой встречи. Столько лет усилий, чтобы избежать этого, и все напрасно! Перевод из лицевой России, отставка Ли, тщательно выстраиваемые маршруты – все, все в пустую!
Когда пришло время отправляться в лабораторию Осмальта, Вальд испытал едва ли не облегчение – пребывание один на один со своими мыслями все больше напоминало невыносимую пытку.
Осмальт встретил его на пороге лаборатории. Друг сутулился сильнее обычного, снова теребил рукава своего огромного одеяния и бросал на Вальда робкие, озадаченные взгляды. Жестом он пригласил стиллера сесть, но разговор начинать не спешил.
Вальд не торопил. Список всех странностей Осмальта – весьма обширный, кстати говоря – был хорошо ему известен еще со времен учебы в средних классах Академии. И еще тогда, в далекие детские годы, Вальд был убежден, что Осмальт гениален. И не ошибся. Забитый худой мальчишка, сутулый и светловолосый – полная противоположность самого Вальда – под его опекой и защитой вырос в лучшего разработчика. А это, между прочим, едва ли не самый сложный труд на Изнанке. Стиллер часто бывал в лабораториях и научно-исследовательских институтах на Лицевой стороне, и знал, как хорошо живется лицевым ученым. Их глаза горят, их воображение искрит и рождает гениальные идеи. Они ищут, очарованные и влюбленные в свое дело, и находят. Творчество, чудо рождения идеи, магия ее воплощения. Чудесные, восхитительные чувства, которых лишены разработчики Изнанки. Им приходится вгрызаться, вкапываться в изобретения лицевиков, обрабатывать неподъемные объемы информации и создавать то, что в очередной раз поможет выживать всему населению мира.
– Так ты взялся за это дело, да, Вальд?
Голос Осмальта вырвал стиллера из пучины размышлений.
– Конечно, взялся. Разве у меня был выбор?
– Я боялся, что ты подашь в отставку. Прости, что сразу не сказал тебе о сути задания, Президент запретил мне это делать. Ты не злишься?
– Нет, Ос, все нормально. Ты же знаешь, ради Иена я пойду на все.
– Погоди, а при чем тут Иен?
– Разве ты не знаешь?
– Впервые слышу!
Осмальт смотрел прямо, его глаза лучились искренним недоумением. «Нет, он же не умеет врать, он не стиллер» – пронеслось в мыслях Вальда.
– Президент обещал вернуть брата.
– Ох! – только и сумел выговорить Осмальт.
– Как думаешь, он сможет?
– В теории это возможно. Я не силен в медицине, Вальд, и не могу ничего тебе обещать. Но я бы на твоем месте готовился к худшему варианту.
Вальд согласно кивнул – в этом был смысл. Осмальт мог вести себя как испуганный ребенок, но, когда дело доходило до действительно важных вещей, становился собранным и мудрым.
– Ну что, тогда я просто сосредоточусь на задании и постараюсь отодвинуть все личные чувства на задний план.
– Да уж, тебе это не помешает. Особенно зная, кого ты будешь искать. Ты уверен, что готов встретиться с ней лицом к лицу?
– А разве у меня есть выбор?
– Ты повторяешься, друг.
– Так и ситуация не меняется.
– Резонно. Ну что, начнем?
– С чего хоть начинаем, Ос?
– Тебе это может не понравиться. Надень-ка вот это.
Осмальт протянул ему длинную цепочку, на которой висел крупный круглый кулон. Вальд покрутил его в руках, ловя отблески на гранях камня глубокого фиолетового цвета.
– Аметист? Чей он?
– Да, это он. Морфеев проводник принадлежал Валерике.
– Не слышал о такой. Кто ее пустая?
– Василиса. Работает в Москве.
– Ос, ты что, серьезно предлагаешь мне вселиться в пустого женского пола? Мало того, что он чужой?
– Не он, а она. Но в общем ты прав. Мы поместим тебя в Василису. Для начала.
– Для начала? Будут и другие?
– Возможно, будут. А теперь будь добр, перестань капризничать и надень морфеев проводник.
Вальд недовольно натянул цепочку через голову. Кулон с жалобным звоном ударился об его собственный морфеев проводник. Ловкие пальцы Осмальта порхали вокруг цепочек, связывая их тончайшими полупрозрачными нитями. Через несколько минут стараний разработчик удовлетворенно хмыкнул и велел:
– А теперь засыпай и начинай перенос в пустого, как обычно. И не пугайся при пробуждении.
Вальд напоследок бросил на друга острый взгляд и закрыл глаза, приготовившись погружаться в сон. Предательский холодок пробежал вдоль его позвоночника.
Глава 6. Джарвин
Джарвин ничего не понимал. Призыв прошел успешно, никаких сомнений быть не могло. Вот он, дух, сидит напротив Ли. Но все явно пошло кувырком. Несложно догадаться по дикому возгласу и нынешнему мрачному молчанию обоих. Джарвин никак не решался вмешаться, но мысленно уговаривал себя это сделать. Его спас Старец:
– Вы что, знакомы? – строго спросил он.
Голос вывел Ли из оцепенения. Она вздрогнула и, проигнорировав вопрос Старца, обратилась к духу:
– Ты что, мертв?
Дух взвился в воздух, зависнув под люстрой.
– Типун тебе на язык, окаянная! Живее всех живых!
– Правда? – в голосе Ли звенела такая надежда, что Джарвин смекнул: тут не шутят.
Призрак миролюбиво опустился на пол.