– Орден на поддержит тебя. По соглашению с Кланами был принят… – начала было Ада.
– Меня уже поддержали, – оборвал её Марк. – Совет Бригадиров на моей стороне. Орден прогнил до самых основ и все это понимают. Раньше чистильщики ни о чем не договаривались с тварями. Они убивали их всех до единой. Пора это вернуть. И Южный клан ночи станет первым, кто будет уничтожен.
– Ты подвергнешь людей такой опасности? – Ада не понимала, как ему удалось уговорить хоть кого-то на такое безумие.
– У меня уже есть план, как сделать это быстро и с минимальными потерями, – ответил Марк и двинулся в сторону двери, но остановился, – и ещё…
Ада молча посмотрела на мужа.
– Скоро меня выберут новым Главой Ордена, – сказал он. – Хочу, чтоб ты это знала. Твой отец стареет и многих в последнее время не устраивает его манера вести дела. И поэтому мы решили, что пора его сменить. Всё случиться на следующем собрании.
– И кто же это решает? Ты? – Ада почувствовала, как внутри начинает закипать злость. – И давно ты начал плести интриги за спиной у моего отца?
– Предложение было моим, да, – кивнул Марк, проигнорировав её последний вопрос, – Но Совет Бригадиров поддержал меня. Не переживай, я не стану забирать у вас этот дом. Я знаю, как он тебе нравится, да и мне он ни к чему. Я не собираюсь засиживаться на месте.
– Просто уходи, – ответила Ада, практически сквозь зубы. – Продолжай избегать нас, как ты это делал последние полгода.
– Скоро ты всё сама поймёшь, – в очередной раз повторил он. – Очень скоро.
После этих слов Марк тихо покинул её комнату. Ада осталась сидеть, переваривая всё произошедшее в последние минуты. Книга, которую она до этого пыталась открыть чтобы обозначить конец разговора с мужем, выпала из её дрожащих рук, тем самым встревожив Снега. Пёс подошёл к девушке и положил свою громадную голову ей на колени, внимательно разглядывая её своими умными голубыми глазами.
– Всё в порядке, Снежок, – сказала Ада дрожащим голосом и потрепала пса по голове. Сама она в это уже не верила.
На следующий день Ада первым делом рассказала отцу о своём вечернем разговоре с Марком. Оказалось, что он знал о многом из того что она поведала, но уже не мог ничего с этим поделать. Марк набрал слишком большое влияние среди чистильщиков, половина Совета бригадиров была так же на стороне её мужа, а после недавнего убийства древнего вампира молодняк был готов собственными руками усадить его в кресло Главы Ордена.
– Возможно я смогу уговорить Совет, – ответил отец Аде, – но если все чистильщики встанут на сторону Марка, то тут мало что удастся. Орден никогда не игнорировал мнение большинства.
– Неужели никто не понимает, что война с Кланами это чистой воды безумие? – спросила Ада.
– Старики вроде меня понимают, – ответил отец. – Не для этого сто лет назад Орден прекратил бессмысленную войну с вампирами. Но молодым этого не понять. Им нужна битва. И не убей Марк этого древнего вампира они бы побоялись идти за ним. Но теперь… – отец вздохнул. – Теперь они думают, что даже древние это не угроза и готовы ввязаться в эту бестолковую войну.
– Стоп, – Ада нахмурилась. – А разве убийство древнего вампира не должно одобряться Советом?
– Должно, – кивнул её отец. – После того как об этом стало известно я хотел подчистить Марку память и изгнать его из Ордена. Совет даже не стал со мной спорить. Но бригады чистильщиков встали за него горой. Идиоты… Они же прекрасно знают, что Кланы Ночи не оставляет такое безнаказанным. Теперь этой войны не избежать.
– Ты не пробовал связаться с правителем Южного Клана? – спросила Ада.
– Он не хочет говорить. И вовсю готовиться к нападению, как я понимаю, – ответил отец. – Несколько бригад уже убиты. Они даже не знали о том, что произошло, – он горько вздохнул.
– Марк обезумел, – сказала Ада. – Не понимаю, как этого никто не замечает?
– Никто не знает его так как ты, вот и всё, – он усмехнулся. – Быстро же все забыли, как он забросил все дела Ордена и всё время просиживал свою задницу в Архивах.
Отец был прав. Кроме неё никто не мог знать, что творилось с Марком всё это время. Сейчас для всех он был героем, новым лидером, убийцей древних вампиров. В этот момент Ада поняла, что только ей под силу его остановить.
– Его Меч… – начала было она, но заметила, как отец подошёл к окну. На короткий момент в его глазах мелькнуло удивление, после чего он резко нахмурился.
Ада встала рядом с отцом и выглянула наружу. На тренировочной площадке собралась огромная толпа во главе с Марком. Ему каким-то образом удалось собрать тут почти весь Орден, за исключением тех, кто находился на заданиях и Хранителей Архивов. Сам Марк нахально смотрел прямо на неё с отцом, в руках он сжимал ножны с этим треклятым Мечом, а за его спиной в первых рядах, не поднимая голов, стояли все члены Совета бригадиров. Они боялись смотреть в глаза её отцу и правильно делали. Во взгляде Главы Ордена сейчас пылал гнев. Марка это абсолютно не волновало. Он стойко выдержал испепеляющий взгляд её отца после чего повернулся к собравшимся и громко заговорил:
– Братья и сёстры! Сегодня мы собрались здесь, чтобы вспомнить кто мы такие. Чтобы вспомнить для чего был создан этот Орден и что мы, чистильщики, поклялись защищать любой ценой! – Марк выдержал эффектную паузу, оглядывая всех собравшихся. – Мы с вами поклялись защищать покой мирных людей от порождений зла в любых его проявлениях. Мы поклялись вычищать эту скверну любыми силами, дабы ни одна тварь не смогла больше причинить кому-то вред. Но мы стали забывать об этом, братья и сёстры! Мы боремся с последствиями, не обращая внимания на причины! – Марку принесли широкую скамью с тренировочной площадки, соорудив ему небольшой постамент. – Причина в том, что вампиры проникают в правительства стран, получая власть и влияние. Причина в том, что Орден прогнил и размяк! Мы так привыкли что Место даёт нам всё что нужно, что стали слабыми и беззаботными! Мы больше не внушаем страха тем тварям, с которыми призваны бороться! Буквально вчера я показал вам что даже древние вампиры смертны, что даже им не уйти от наказания! – по толпе прокатился одобрительный гул. – Так почему же мы должны бояться их? Разве мы не чистильщики? – из толпы начали раздаваться согласные выкрики. – Мы ведём переговоры с вампирами или водим дружбу с оборотнями. Только беда в том, что они нам не друзья и не союзники. Это противоестественно! И все эти трусливые соглашения, заключенные сто лет назад ничего не стоят! Разве вампиры не продолжают их нарушать? – многие в собравшейся толпе активно закивали. – Кланы выгоняют своих паршивых овец чтобы снять с себя ответственность за их злодеяния! В то время как эти твари вырезают целые деревни, правители Кланов спокойно сидят в своих резиденциях, абсолютно не переживая о последствиях своих поступков. Их не волнует жизнь каких-то там людей! Главное, что Клан соблюдает соглашение! А сколько при этом погибло? Да кому какая разница? Это же всего лишь жалкие людишки! – Марк перевёл дыхание. – Я считаю, что нам пора положить этому конец! Ответственность лежит на каждом кровососе. И Кланам пришла пора заплатить по счетам!
По толпе чистильщиков опять прокатился одобрительный гул. Ада была поражена тем, какое воодушевление Марку удалось разжечь в глазах собравшихся. Он никогда не был особо красноречивым, но сейчас девушка, в очередной раз, поймала себя на мысли, что не узнает его. Человек стоящий на этой скамье не был Марком – у него был тот же голос, та же внешность, но внутри него произошло что-то, что изменило всю его сущность до неузнаваемости. И Ада понимала, что скорее всего причиной этому был тот самый Меч, который её бывший муж так долго искал и с которым после этого практически не расставался.
– Пора стряхнуть с себя старые правила и законы, – продолжал Марк. – Наш Глава, при всём моём глубочайшем уважении к нему, – после этих слов её отец криво ухмыльнулся, – не готов это принять. Он слишком стар для этого – он, продукт другой эпохи. И поэтому, братья и сёстры, я предлагаю вам проголосовать. Здесь и сейчас. Проголосовать за то, что вам ближе. Если вы хотите оставаться в прошлом веке – с его архаичными «соглашениями», с его блаженным неведением очевидных вещей, с его узколобостью, которую они называют мудростью, то голосуйте за старого Главу. Но… – Марк снова сделал эффектную паузу зорко вглядываясь в лица собравшихся. – Если вы хотите бороться за мирное будущее, если вы хотите вспомнить что такое настоящий Орден Чистоты, который не ведёт переговоров и не сотрудничает с тварями, то голосуйте против старого Главы. Но знайте, я не буду вам лгать, выбрав второй путь, поначалу, будет невыносимо сложно. Вполне возможно, что многих мы потеряем и они не увидят, как преобразится наш Орден и какой мир он принесет людям. Но мы должны принять это решение здесь и сейчас, потому-что скоро Кланы придут за нами и дадим ли мы им отпор или будем пытаться вести с ними эти унизительные переговоры – решать только нам всем.
Из окна второго этажа, возле которого она стояла, Ада увидела своего отца, идущего в сторону собравшихся. Снег следовал за ним, как большая белоснежная тень. Девушка даже не заметила, когда он ушёл. Старик бы мог открыть это окно и высказаться отсюда, но это было не в его стиле. Для отца отсиживаться на безопасном расстоянии всегда было неприемлемым. И сейчас он уверенным шагом шёл в сторону этого своеобразного «митинга». Он взобрался на скамью, заняв место рядом с Марком, и оглядел толпу.
– Пока вы не приняли своё решение, я тоже выскажусь, – громко сказал отец. – Вы знаете меня. И вы так же знаете, что я никогда не боялся трудностей. Никогда не прикрывался чужими жизнями. Чёрт, да я готов был свою жизнь отдать за каждого погибшего чистильщика, – в толпе повисло молчание. – Многие из вас, стоящих здесь, живы благодаря мне. И об этом вы тоже знаете, – отец тоже умел делать эффектные паузы. – Но то что вам предлагает Марк, это чистое безумие. Соглашения были приняты, чтобы оградить всех от вот таких вот случаев. Чтобы Орден не бился в бесконечной войне с вампирами, чтобы кровососы знали о последствиях своих поступков. И почему-то Марк умалчивает о том, что вампиры сами убивают зарвавшихся своих. Его выходка с убийством одного из сыновей правителя Южного Клана уже стоила жизней нескольких бригад. Об этом вы знали? Конечно, вы можете выбрать войну. Только представьте, чего она вам будет стоить. Скольких друзей вы готовы потерять перед тем как поймёте, что вся эта резня бессмысленна? Подумайте об этом, когда будете голосовать. Я подчинюсь любому решению Ордена.
Отец умолк. Никто из собравшихся на площадке не проронил ни слова. И тогда снова заговорил Марк.
– Вы слышали своего Главу, – сказал он. – Было бы нечестно не дать ему высказаться, но… Я уже упоминал, что наш Орден прогнил. Прямо сейчас среди нас есть те, кто сидит «на зарплате» у разных Кланов Ночи, выдавая им информацию о делах Ордена. Я знаю о них. И именно из-за одного такого «товарища» недавно погибли несколько бригад наших с вами братьев.
В толпе поднялся шум. Это было слишком серьёзное обвинение. Марк поднял одну руку вверх, привлекая к себе внимание и пытаясь утихомирить толпу.
– Дабы не быть голословным, – прокричал он. – Я назову этого человека!
Все разговоры в толпе сразу затихли.
– Если он сам, конечно, не захочет признаться, – Марк пристально посмотрел в первые ряды, состоящие преимущественно из Совета бригадиров. – Это один из приближенных нашего Главы и член Совета, – Марк указал ножнами Меча в своей руке на одного из старых друзей отца.
– Эдгард? – выдохнул отец. – Не может быть…
– Ещё как может, – победоносно провозгласил Марк. – Древний, которого я убил, хотел меня завербовать и назвал один из своих самых ценных «контактов» в Ордене. Чтобы наладить мосты дружбы видимо. Теперь, братья и сёстры, вы верите мне? Теперь вам ясно что Орден прогнил?
Однако многим этого было недостаточно. Им нужно было признание. Чистильщикам трудно было поверить в столь громкие обвинения. Ада возле окна только поражалась с какой быстротой развивались события. Марк обещал, что очень скоро всё должно произойти. Но, чтобы настолько? Ада с детства помнила доброго дядю Эда, лучшего друга её отца, весёлый и добродушный мужчина, у которого всегда находилась для неё какая-нибудь конфетка или мелкая безделушка извне Места. Сколько девушка помнила себя он всегда был верным и честным человеком. Вместе с её отцом дядя Эдгард участвовал в самых сложных заданиях. Эти двое всегда были готовы отдать жизнь друг за друга. Это именно Эдгард познакомил её отца с её мамой. То, что он может быть информатором Кланов не укладывалось у Ады в голове. Да и чего ради? Место даёт всё нужное для жизни любого члена Ордена.
– Эдгард, дружище! – сказал отец. – Что за чушь несёт этот выскочка?
Эдгард вышел из толпы вперёд. В отличии от отца время совсем его не пощадило, хоть они и были практически одного возраста. На его голове уже не осталось волос, лицо избороздили морщины, однако он всё еще был крепок и полон сил, об этом говорила его прямая осанка и уверенные движения. Эдгард молча посмотрел на отца, потом перевёл взгляд на Марка, после чего повернулся к собравшимся.
– Ну вы и наивные! – усмехнулся он. – Думаете этот сопляк что-то изменит? Или вы готовы из-за пары громких слов жертвовать своими жизнями? Вампиры уже победили, причем давным-давно. Орден вымирает. Нас уже заменили секретные службы правительства и церковники. А вы продолжаете верить в «великий Орден»! Идиоты…
Толпа была явно несогласна с такими высказываниями, из-за чего в ней начал нарастать неодобрительный ропот.
– Да успокойтесь вы! – прикрикнул на них Эдгард своим хрипловатым голосом. – Вы сами в курсе что я говорю правду. С каждым годом здесь всё меньше чистильщиков. Редким счастливчикам, вроде меня, удается состариться, остальные гибнут на зачистках. А где же наш молодняк? А он готов пойти на корм кровососам после пары пафосных словечек одного из них. Хотя… Марк и так подписал вам смертный приговор убив сына правителя Клана. Постарайтесь хоть умереть достойно…
– Эд, – резким тоном прервал его отец. – Ты не ответил на вопрос.
Эдгард повернулся к её отцу.
– Альберт, старина, – снова усмехнулся он. – Конечно же это правда. Я уважаю твою приверженность идеям Ордена и бла бла бла, но мне хочется быть на стороне победителей. Да и дружба наша уже давно сдохла. Такие дела.
– Почему ты предал Орден? – в голосе отца зазвучали те самые стальные нотки, не сулившие ничего хорошего его собеседнику.
– Ой, избавь меня от своего страшного взгляда и строгого голоса, – махнул на него рукой Эдгард. – Я слишком долго тебя знаю, чтобы испугаться этого.
– Просто отвечай, – отрывисто произнёс отец.