– Мингилита, дорогая, – проговорил Бакар ей на ухо так нежно, что ее бросило в дрожь, – меньше чем через месяц ты окажешься наедине со мной в спальне. Ты же не хочешь, чтобы я припомнил тебе сегодняшнее упрямство?
Он провел пальцами по ее щеке. Минги поняла, что она в ловушке. Дрожа, она опустила руки.
– Вот так намного лучше, – прошептал Бакар, стягивая платье с ее плеча, – намного лучше…
Минги закрыла глаза, приготовившись к неизбежному. Бакар провел языком по шее, поцеловал плечо, слегка сжал грудь. Она дрожала в его крепких объятиях, тихо всхлипывая, потом на миг взглянула на него, и Бакар увидел тот же беспомощный страх, который видел в глазах матери перед отцом. Воспоминание обожгло. Женщина не должна так смотреть на мужчину, не стоит начинать с насилия совместную жизнь с матерью своих будущих детей. К тому же Мэй-Ланги как следует постаралась прошлой ночью. Он обнял невесту мягче, слегка коснулся губами губ и произнес:
– Прости, Минги, ты такая красивая, что я потерял голову.
Преемник взял ее руку и поцеловал. Заметив, как дрожат ее пальцы, он снял безрукавку и набросил ей на плечи. Теплая кожа приятно согревала, но озноб бил Минги не от холода. Бакар обнял ее за талию.
– Идем, дорогая, здесь прохладно. Нас, наверное, уже заждались.
Минги почти прониклась к нему благодарностью.
По дороге домой Митверхал спросил сына:
– Что произошло в саду?
– Ничего, – флегматично ответил Бакар.
– А почему девушка сразу удалилась в свои покои?
– Устала, – не глядя на отца, отвечал Преемник.
– А, по-моему, ты позволил себе лишнее.
– Нет, – не меняя интонации, продолжал односложно отвечать Бакар.
–Ну смотри, если я что-то узнаю…
– То что? – вяло поинтересовался Бакар, – отправишь меня весной вместе с Бикиром? Я согласен.
Он отвернулся от отца, давая понять, что разговор окончен.
Вернувшись во дворец, Пихомор направился прямиком в свои покои. Запер за собой дверь, подошел к кровати. Привязанная к ней девушка извивалась, делая отчаянные попытки освободиться. Из глаз ее при виде Митверхала брызнули слезы. Пихомор улыбнулся и потер руки.
– Ну что, продолжим? Прости, милая, что заставил тебя ждать.
Глава 4
Застава располагалась на небольшом плато недалеко от Ущелья Пырларлов. Будто бы сама природа создала его, предвидя необходимость. С двух сторон – уходящие в небо отвесные скалы, с двух других – крутые обрывы. Лишь в одном месте вдоль скалы поднималась узкая дорога – единственный путь к заставе. Повозки не могли проехать по ней, подняться можно было лишь верхом или пешком. Лучшего расположения нельзя было и желать. Пара десятков человек при наличии провизии могла оборонять заставу бесконечно долго.
Отряд во главе с Бикиром прибыл ночью, а уже утром у заставы был новый командующий. Его предшественник, господин Ватар, дослужившийся из рядовых, никак не выказал неудовольствия понижением. Он подробно, со знанием дела посвящал нового командующего во все аспекты жизни заставы, касались ли они службы или расположения уборной.
Накануне приезда Бикира в одном из ущелий снова произошла стычка с найрарами. Никто из патрульных на этот раз не пострадал, найрары скрылись, оставив четырех убитых, а одного из недомерков удалось захватить живьем. Бикир выслушал подробный доклад о стычке, патрульные действовали абсолютно правильно. Благодаря слаженности их действий в распоряжении Ар-Рааров был живой найрар. Командующий захотел взглянуть на него немедленно.
После сообщения о захвате пленного на заставу в срочном порядке прибыл старший дознаватель и личный помощник Митверхала – господин Равтар. Он уже находился рядом с заключенным. Камеры и допросная были выбиты прямо в скале. Бикир вошел и, скривившись от отвращения, взглянул на человека, привязанного к станку. Пленник был намного ниже большинства Ар-Рааров, его грязные черные волосы спутались, а редкая борода торчала сосульками в разные стороны. Он был немного истощен, но производил впечатление сильного и жилистого. Левое предплечье было забинтовано, а нижняя губа рассечена, но присыпана целебным порошком. Целитель позаботился, чтобы пленный дождался нового командующего в добром здравии.
Найрар не выглядел побежденным. Он смотрел на Бикира высокомерно, будто это он захватил его. Рассмотрев командующего, человек расплылся в насмешливой ухмылке:
– О, какая честь принимать вас в моем скромном обиталище, господин главный вояка.
– Где проход? – спросил Бикир без лишней болтовни.
– Какой проход? Их тут тысячи! Не понимаю, что вы имеете в виду, господин выродок Митверхала!
Бикир подавил горячее желание немедленно вырвать ему кадык. В чем найрарам не откажешь, так это в бесстрашии и наглости.
– Как вы вышли так близко к городу? – повторил он свой вопрос.
– Ой, не знаю, господин. Мы – бедный, обездоленный народ, скитались по горам в поисках пищи, потом вдруг увидели огоньки города, вот и вышли, – кривлялся найрар.
– Я все равно найду ваших, но в твоих силах помочь им умереть быстро, – проговорил Бикир.
– Ну-ну, – процедил пленник сквозь кривую усмешку, – вам потребуется на это несколько жизней. Клянусь прахом предков, даже ногой не укажу в ту сторону.
Бикир не слишком надеялся на разговорчивость найрара, а теперь окончательно убедился, что тот не пойдет по легкому пути. Он отстегнул со связки на поясе арбалетный болт с наконечником из шипа пырларла, взялся за него пальцами и рывком выдернул из древка. Поранившись о боковой выступ шипа, Бикир, глядя найрару в глаза, слизал кровь с пальца и протянул наконечник главному дознавателю, в молчании стоявшему рядом. Когда шип вошел под ноготь мизинца, пленник заскрипел зубами. Чуть наклонившись к нему, Бикир заинтересованно спросил:
– Приятненько?
Найрару удалось сохранить прежний тон, но в глазах зарождался страх.
– Чувствую, что проведу с вами приятный вечер… Или день… Или что там сейчас…
– С удовольствием остался бы поболтать, дружище, но дела сами себя не сделают, – проговорил Бикир тоном радушного хозяина с ноткой грусти, – но не расстраивайся, ты остаешься в прекрасной компании. Наш старший дознаватель, господин Равтар, славится своим гостеприимством, и делает все возможное и невозможное, чтобы гости не скучали. Я зайду позже, узнать, как дела и весело ли вам.
Бикир кивнул дознавателю. Ноздри того слегка подрагивали в предвкушении. Этот молодой мужчина, на несколько лет постарше Бикира, достиг невероятного мастерства в ведении допроса. Редко кто в Мааданде не вздрогнул бы, услышав имя Равтара. Пихомор нашел этот самородок на задворках Маада. Подросток увлеченно расчленял истошно орущего мосорожка. Поговаривали, что старший дознаватель – один из ублюдков Митверхала, но никто не высказывал предположений открыто, предпочитая шептаться в укромных уголках. Близнецы разделяли эту точку зрения, но никогда не считали Равтара братом или равным себе, хотя с отцом у них было намного меньше общего, чем у этого угрюмого садиста. Тем не менее, его ужасный талант был нужен и востребован, особенно когда дело касалось упертых молчунов вроде найраров. Он умел пытать жертву очень, очень долго, сохраняя при этом ей жизнь. Глядя на него, сын Митверхала подумал, что и он в руках Равтара признался бы в чем угодно, и про себя порадовался, что тот на их стороне.
– Э-э-э, господин, подождите, – окликнул его найрар, – прежде чем вы нас оставите… Мне не дает покоя один вопрос! А правда, что вы с братом… Хм-хм… Любите друг друга? Ну, вы поняли?
– Конечно, любим, – что Бикир понял, так это то, что недомерок хочет быстрой смерти.
– О-о-о… А кто кого? Или по очереди? – пленный не оставлял попыток спровоцировать командующего.
«Бакар бы точно свернул ему шею», – подумал Бикир, наклонился и негромко сказал:
– Можешь пофантазировать об этом, я попрошу господина Равтара дать тебе немного времени. А потом он побеседует с тобой на более интересные темы.
Бикир оглянулся вокруг. Вдоль стен допросной на полках, крюках и просто на полу располагались многочисленные орудия и инструменты, с помощью которых старший дознаватель общался с заключенными, поддерживая в них интерес к беседе. Взгляд его упал на деревянный шест с закругленным концом. Командующий взял его и показал пленному.
– Видишь эту штуку? Я лично вгоню ее в тебя так, чтобы она вышла прямо изо рта. Больно, но умрешь быстро. Можешь рассчитывать на это, когда дашь ответ на мой первый вопрос.
Равтар окинул Бикира одобрительным взглядом и с кривой усмешкой кивнул. Сын Митверхала значительно вырос в его глазах. Зря Пихомор сетовал, что сыновьям недостает твердости. Надо будет рассказать ему об этом случае.
В глазах найрара мелькнул ужас. Он обманулся в ожиданиях, но все же смог выдавить пару слов:
– Буду ждать с нетерпением…