Черный Меридиан
Возле меня снова появился бородач.
— Вот теперь застряли.
— Сколько их там?
Он посмотрел наверх.
— Человек восемь. Может, десять. Капитан с ними.
— А наших?
— Достаточно.
Очень полезный ответ.
Один из наших выглянул из-за перевёрнутой бочки. Сверху тут же выстрелили, и он спрятался обратно.
Перезаряжались они долго. Я не знал точного времени, но даже по фильмам понятно, что это не автомат. Один выстрел, потом возня с порохом, пулей и шомполом.
— Почему не идём сразу после выстрела? — спросил я.
Бородач покосился на меня.
— Потому что у них не один мушкет.
Сверху показался новый ствол.
— А. Логично.
Он снова странно на меня посмотрел.
Пришлось замолчать.
Справа от кормы шла узкая полоса палубы вдоль борта. Там стояла небольшая пушка, а дальше проход почти скрывали бухты канатов и разбитая шлюпка. За ними начиналась вторая лестница наверх.
На ступенях лежал человек.
Ещё один был возле борта.
Я показал туда саблей.
— Туда можно пройти?
— Можно. Двое уже попробовали.
— Я вижу.
— Тогда зачем спрашиваете?
Я посмотрел на корму. Стрелки следили в основном за центром палубы и левой лестницей, где собрались наши. Правый проход был частично закрыт шлюпкой. Если идти пригнувшись, сверху заметят не сразу.
— Потому что если мы ещё раз полезем толпой по центру, там ляжет ещё пятеро.
Бородач перестал улыбаться.
— И что предлагаете?
— Часть людей пусть шумит здесь. Стреляет, орёт, делает вид, что снова лезет по левой лестнице. А несколько человек пройдут справа.
Он посмотрел туда, куда я показывал.
— Они услышат.
— Вряд ли. Тут я себя через раз слышу.
Рядом снова ударила пушка с соседнего корабля. Палуба содрогнулась, сверху посыпалась мелкая щепа.
Бородач провёл языком по зубам.
— Можно попробовать.
— Вот и попробуем.
— Вы тоже пойдёте?
Я уже хотел сказать, что нет. Очень хотел.
Но вокруг стояли люди, которые считали меня своим капитаном. И судя по тому, как бородач смотрел на меня после вопросов про имя, ещё несколько странностей могли закончиться плохо.
Я крепче взял саблю.
— А куда я денусь?
Он усмехнулся.
— Теперь точно узнаю капитана.
Мы сделали несколько шагов к правому борту.
Сверху раздался мужской голос:
— Роу!
Все рядом на секунду притихли.
Я поднял голову.
За ограждением кормы стоял мужчина в тёмно-синем камзоле. Волосы у него выбились из хвоста и прилипли ко лбу. В правой руке он держал пистолет.
Он смотрел прямо на меня.
— Натаниэль! Я уж решил, что тебя наконец отправили в ад.
Вот так я узнал своё новое имя. Мужчина поднял пистолет. Бородач рядом заорал и толкнул меня в плечо. Я полетел на палубу и выстрел прогремел раньше, чем я успел выставить руки.
Я ударился плечом и прокатился по мокрым доскам. Пуля прошла там, где секунду назад была моя голова, и выбила щепу из мачты. Бородач уже сидел рядом на корточках, прикрывшись краем разбитой шлюпки.
— Ещё живы?
— Пока да.
— Тогда ползём.
Он первым двинулся вдоль борта. Я пошёл за ним, стараясь держаться ниже ограждения. Впереди лежал убитый, которого я заметил раньше. Пришлось перешагнуть через его ноги и сразу пригнуться, когда сверху снова показался человек с мушкетом.
Выстрела не было. Стрелок только увидел нас и что-то крикнул остальным.
— Быстрее! — сказал бородач.
Спрятаться дальше было негде. До лестницы оставалось шагов десять, а между нами и ней тянулся открытый участок палубы.
Слева началась стрельба.
Наши пошли вперёд, как мы и договаривались. Кто-то орал, кто-то бил саблей по борту, несколько человек выскочили из-за укрытий. С кормы им сразу ответили.
Один выстрел.
Второй.
Третий. Бам. Бух. Плях. Плюх.
— Сейчас! — крикнул я.
Мы побежали.
За спиной свистнула пуля. Бородач прыгнул за бочку, я врезался в него следом. Сверху нас пока не видели. Стрелки на корме были заняты людьми у другой лестницы.
До правого подъёма оставалось несколько метров.
— Бриггс! — крикнули откуда-то слева.
Бородач обернулся.
— Потом! — рявкнул он и махнул мне рукой. — За мной.
Бриггс первым добрался до лестницы. На нижних ступенях лежал мёртвый мужчина, из-за него пройти вдвоём было невозможно. Бриггс ухватил тело за рубаху, стащил вниз и почти сразу начал подниматься.
Я посмотрел наверх.
Лестница была узкая, ступеней восемь или девять. За ограждением пока никого не было видно.
Я полез следом.
На середине Бриггс остановился так резко, что я едва не ткнулся лицом ему в спину. Сверху появился человек с саблей.
Он ударил вниз.
Бриггс успел подставить клинок. Сабли столкнулись над его головой. Места размахнуться не было, оба давили друг на друга, а я стоял на ступень ниже и ничем не мог помочь.
Потом наверху показался ещё один.
У него был пистолет.
— Бриггс!
Он увидел сам.
Бородач отпустил саблю одной рукой, схватил первого противника за рубаху и дёрнул на себя. Мужчина потерял равновесие и полетел вниз.
Прямо на нас.
Бриггс прижался к перилам. Я отшатнулся насколько позволяла лестница. Чужое плечо ударило меня в грудь, сапог проскользнул по ступени.
Я схватился за верёвку у борта и повис на одной руке.
Мужчина пролетел мимо и рухнул на палубу.
Сверху снова раздался выстрел.
Бриггс выругался.
Я посмотрел на него. На рубахе возле плеча появилась кровь.
— Попали?
— Царапнуло просто. Лезьте давайте!
Он вытащил из-за пояса пистолет и выстрелил наверх почти не целясь. Второй противник исчез за ограждением.
Мы поднялись.
На корме было теснее, чем я ожидал. Штурвал, несколько ящиков, бухты канатов. За мачтой стояли ещё четверо, двое пытались перезарядить мушкеты. Капитан в синем камзоле был возле противоположного борта.
Он увидел нас первым.
— Справа!
Поздно.
Бриггс бросился на ближайшего стрелка. Я пошёл за ним, потому что другого варианта уже не оставалось.
Мужчина возле мачты выпустил шомпол, схватился за саблю и ударил меня. Я встретил клинок своим. На этот раз руки сами повернули оружие чуть в сторону, удар прошёл мимо плеча.
Получилось лучше, чем внизу.
Не настолько хорошо, чтобы я решил, что умею фехтовать.
Противник сразу ударил ещё раз. Я отступил, он пошёл за мной и наступил на валявшийся канат. Нога у него уехала вперёд.
Я не стал ждать.
Ударил рукоятью сабли в лицо.
Мужчина завалился на ящики. Я пнул его в грудь, он упал между ними и больше не поднялся.
Слева Бриггс сцепился с другим. Ещё один противник уже бежал ко мне.
Я успел подумать, что долго так не протяну.
С нижней палубы донёсся крик. Наши прорвались по второй лестнице.
На корму полезли сразу несколько человек.
Всё закончилось очень быстро.
Те, кто минуту назад держал проход, оказались между двумя группами. Один бросил саблю. Второй попытался прыгнуть через борт на соседний корабль, но его поймали за куртку и стащили обратно.
Капитан в синем камзоле не сдался.
Он выстрелил в человека, поднявшегося первым по левой лестнице, бросил пустой пистолет и вытащил саблю.
— Роу, мать твою! Иди сюда!
Я повернулся.
Он шёл прямо ко мне.
Теперь между нами никто не стоял.
— Похоже, придётся закончить самому, — сказал он.
Я не ответил.
Мне совершенно не хотелось заканчивать что-либо самому. Мне было страшно.
Он двигался спокойно, не торопясь. Саблю держал низко, почти возле ноги. По тому, как остальные отошли в стороны, стало понятно, что мешать ему никто не собирается.
Я тоже остался один.
— Капитан? — негромко спросил Бриггс.
Он стоял сбоку, прижимая ладонь к простреленному плечу.
Я посмотрел на него.
— Помочь?
Отказываться было глупо.
Но противник уже остановился в нескольких шагах.
— Давай, Натаниэль. Или теперь ты только за чужими спинами прячешься?
Люди вокруг услышали.
Вот поэтому Бриггса я позвать уже не мог.
— Да чтоб тебя.
— Что?
— Ничего.
Я поднял саблю.
Капитан улыбнулся и пошёл вперёд.
Первый удар я отбил. Второй тоже, хотя лезвие прошло так близко, что я почувствовал движение воздуха возле щеки. На третьем он обманул меня, показал удар справа и сразу перевёл клинок вниз.
Острая боль прошла по боку.
Я отскочил.
Рубаха быстро намокала кровью под рёбрами.
Противник заметил кровь.
— Вот теперь узнаю тебя.
Он снова атаковал.
Я больше не пытался драться красиво. Отступал, отбивал то, что успевал увидеть, один раз едва не упал через ящик. Сабля становилась тяжелее с каждым ударом.
А потом он сделал то же движение, что мужчина внизу.
Шагнул вперёд и повёл клинок снизу.
Моё тело уже знало, что делать.
Кисть повернулась сама. Я отвёл его саблю в сторону и оказался почти вплотную к нему.
Он явно ожидал другого ответа.
Я ударил головой ему в лицо.
Боль отдалась в мой разбитый висок, зато капитан отшатнулся. Из носа у него хлынула кровь.
Я толкнул его плечом.
Он сделал два шага назад и упёрся спиной в ограждение.
Сабля осталась у него в руке.
У меня тоже.
Мы оба тяжело дышали.
— Ты что творишь? — спросил он, вытирая кровь рукавом.
Хороший вопрос. Он бросился снова. Я успел отбить удар, но второй клинок выбил саблю из моей руки. Она ударилась о палубу и отлетела к штурвалу.
Капитан замахнулся. Я схватил первое, что попалось под руку. Пустой пистолет.
Ударил им его в висок.
Он пошатнулся, я ударил ещё раз.
Капитан рухнул возле борта и больше не двигался.
Несколько секунд никто вокруг ничего не говорил.
Я стоял с пистолетом в руке и ждал, что он поднимется. Не поднялся.
Бриггс подошёл первым. Ногой перевернул мужчину на спину, присел и приложил два пальца к его шее.
— Готов.
Я бросил пистолет на ящик.
С нижней палубы раздался крик:
— Они сдаются!
Потом закричал кто-то ещё. По кораблю быстро пошёл шум. Оружие падало на доски, наших пленных стаскивали к мачте, раненых оттаскивали в сторону.
Бриггс посмотрел на меня.
— Ваш бок кровит.
Я опустил глаза.
Рубаха была разрезана сантиметров на двадцать. Под ней тянулась длинная полоса крови.
— Глубоко?
Бриггс осторожно раздвинул ткань.
— Жить будете.
— Сегодня мне это уже говорили?
— Сегодня ещё нет.
Он усмехнулся, но почти сразу поморщился и снова прижал ладонь к своему плечу.
Я подошёл к ограждению. Отсюда было видно оба корабля. Только теперь я заметил, что бой шёл не на нашем судне. Наш корабль стоял рядом. Он был меньше захваченного, с тёмным корпусом и двумя мачтами. Между бортами ещё висели абордажные крюки, по доскам туда-сюда перебирались люди. Море за ними было ярко-синим. До самого горизонта.
Ни берега, ни порта, ни современных катеров. Только вода, паруса и два деревянных корабля, связанные канатами посреди моря.
Я крепче ухватился за борт. Где-то внизу Бриггс начал раздавать команды. Забрать оружие. Связать тех, кто ещё сопротивляется. Потушить что-то у носа. Проверить трюм.
Я почти не слушал.
Поднял руку и ещё раз посмотрел на чужую ладонь.
Потом на море.
1718 год.
Дата на карте.
Глава 5. Капитан
Бриггс окликнул меня раза два, прежде чем я оторвался от моря. Он стоял у лестницы и всё ещё прижимал ладонь к плечу. Рукав промок от крови почти до локтя, но, похоже, его это волновало меньше, чем всё остальное вокруг.
— Капитан, вы меня слышите?
— Слышу. Что там?
— Там многое, — он кивнул на палубу. — Раненые, пленные, трюм. И корабль теперь наш. Надо решить, что делать.
Я огляделся. Пока мы дрались, палуба казалась тесной, а теперь вдруг стала большой. У грот-мачты сидели пленные. Человек пятнадцать, может чуть больше. У одних руки были связаны за спиной, другим пока просто приказали сидеть и не дёргаться. Рядом лежали отобранные сабли и мушкеты. Раненых оттащили к борту, чтобы не мешали проходу. Наших и чужих пока даже не разделили.
— Кто у нас раненых смотрит?
Бриггс помедлил.
— Хью. А что?
— Пусть сначала занимается теми, кто долго не протянет. Неважно, наши или их.
— Их тоже?
Он не спорил со мной, но я всё равно услышал в голосе удивление.
— Если человек потом сможет встать, с него будет толк. А если сдохнет, то я думаю ты и сам догадаешься.
Бриггс посмотрел на меня ещё секунду и кивнул.
— Это уже больше похоже на вас.
Я не стал спрашивать, какая часть. Чем меньше я сейчас узнавал о себе вслух, тем лучше.
Бриггс подозвал парня в красном платке и отправил его к носу. Там кто-то сразу начал орать, чтобы несли воду и освобождали место возле борта. Я сел на перевёрнутый ящик. После драки меня трясло уже не от страха, а от усталости. Бок жгло, повязки на голове ещё не было, и кровь с виска успела засохнуть у самого уха.
Через пару минут ко мне подошёл худой мужчина с кожаной сумкой. Лет сорок, может чуть больше. Рукава закатаны, пальцы в крови. Он поставил сумку рядом и без приветствия взялся за мою рубаху.
— Поднимите.
— Что?
— Рубаху. Или хотите, чтобы я Вас через неё смотрел и лечил?
Я поднял ткань. Он осмотрел порез на боку, потом вылил на тряпку что-то из маленькой бутылки.
— Сейчас будет щипать.
— Ууаа ууффсс…
— Я предупредил.
Щипало так, что я непроизвольно втянул живот. Мужчина даже головы не поднял. Промыл рану, приложил чистую ткань и туго обмотал меня длинной полосой полотна.
— Глубокая рана?
— Нет. Если бы было глубоко, вы бы со мной сейчас не разговаривали.
— Успокоил.
Бриггс, стоявший рядом, усмехнулся. Мужчина перешёл к голове, осторожно раздвинул волосы возле виска и надавил пальцами рядом с раной.
— Тошнило?
— Нет.
— В глазах двоится?
— Иногда плывёт.
— Людей узнаёте?
Я посмотрел на него, потом на Бриггса.
— С этим как раз есть небольшая проблема.
Хью впервые остановился.
— Какая ещё проблема?
— Имена выпадают. Не все. Кусками.
Бриггс перестал улыбаться.
— Вы меня минут десять назад спрашивали, как вас зовут.
— Я спросил, кому ты сказал «Роу».
— Это сильно меняет дело.
Хью ещё раз осмотрел рану на виске.
— После такого бывает. Если станет хуже, если начнёте путаться, где находитесь, или вас вырвет, зовите меня. И сегодня никакого рома.
— Вот это уже жестоко, — сказал Бриггс.
— У тебя самого дырка в плече. Сядь и заткнись.
— Царапина.
— Сядь.
Бриггс нехотя опустился на соседний ящик. Хью занялся им, а я наконец получил несколько минут, когда от меня ничего не требовали. Я смотрел, как по палубе таскают ящики, собирают оружие и перетаскивают тела к правому борту. Всё происходило без суеты. Люди явно знали, что делать после боя, и это немного спасало меня. Пока они работали по привычке, я мог хотя бы помолчать.
— Пятеро наших насмерть, — сказал Бриггс, когда Хью затянул повязку у него на плече. — Ещё трое плохи. Один, думаю, до вечера не дотянет.
Я кивнул. Имена спросить не решился. Если капитан не помнит половину команды, рано или поздно это заметят.
— А на нашем корабле?
— Двое раненых. Джонни руку сломал, когда борта сводили. Маккоя зацепило пулей, но там мясо одно.
Я снова кивнул, будто знал обоих.
Хью собрал сумку и ушёл к остальным. Бриггс проводил его взглядом, потом попробовал подняться. Получилось не сразу, только со второй попытки.
— Теперь корабль, — сказал он. — Что с ним делаем?
— А что с ним?
— Капитан, он наш.
По его лицу было видно, что второй раз повторять очевидное ему уже надоедает.
— Это я понял. Он плыть сможет? То есть, ходить?
— Сможет. Фок порван, снасти на носу побило, в борту несколько дырок. Всё выше воды. Если ветер не свалится, до Порт-Мерси дойдёт.
Название зацепило меня сразу. Port Mercy я видел на карте перед тем, как всё погасло.
Я постарался никак этого не показать.
— Значит, не топим. Сначала выгрузим всё, что нам нужно, потом решим.
Бриггс нахмурился.
— Всё, что нам нужно, на «Ведьме» не поместится.
Я едва не переспросил, что ещё за ведьма, но вовремя промолчал. Судя по тому, как он сказал, речь шла о нашем корабле.
— Тогда часть людей оставим здесь. Пока.
— Вот это уже разговор.
Он хотел уйти, но я остановил его.
— Бриггс.
— Да?
Я подбирал вопрос осторожно. Слишком прямой мог окончательно убедить его, что капитану выбили из головы не пару имён, а вообще всё.
— Напомни мне одну вещь. Мы три дня за ними шли. Ради чего именно?
Бриггс медленно повернулся ко мне.
— Вы серьёзно?
— Если бы помнил, не спрашивал бы.
Он посмотрел на повязку у меня на голове, потом сплюнул за борт.
— Я думал, вы притворяетесь перед Хью.
— Зачем?
— Откуда мне знать? Вы иногда любите устроить людям проверку там, где никто её не просил.
Это было полезнее любого ответа. Настоящий Роу, похоже, был человеком не самым приятным.
— Я сейчас тебя не проверяю.
Бриггс подошёл ближе и заговорил тише.
— За этим судном мы шли из-за капитанской каюты. Вы сказали, что груз команда может делить добро как обычно, а из каюты никто ничего не трогает. Ни бумаги, ни сундуки, ничего. Даже мне не разрешили.
— И тебя это не удивило?
— Меня много чего в вас удивляет. Я давно перестал каждый раз спрашивать.
— Что именно я хотел найти?
— Не сказали. Только велели взять корабль целым, если получится, и не дать их капитану сжечь бумаги.
Я посмотрел в сторону кормовой надстройки. Где-то там находилась каюта человека, которого я полчаса назад забил пистолетом. Настоящий Натаниэль Роу три дня гнался за ним по морю не ради золота и не ради самого корабля. Ему были нужны документы.
— Туда уже заходили?
— Нет. Я же помню Ваш приказ.
— Хорошо.
Бриггс хмыкнул.
— Ну, хоть его помните.
Я пропустил это мимо ушей и поднялся. От резкого движения заболел бок, пришлось придержать повязку ладонью.
— Показывай.
— Может, сначала на свой корабль? Вам бы полежать.
— Сначала каюта, я сказал, — Пробормотал я приказным тоном.
Он посмотрел на меня так, будто именно этого ответа и ожидал.
— Тогда идёмте, капитан.
Мы спустились с кормы и прошли вдоль правого борта. Люди расступались перед нами, некоторые коротко кивали. Я отвечал тем же и старался не задерживать взгляд ни на одном лице. Чем меньше разговоров сейчас, тем лучше.
Дверь капитанской каюты оказалась в кормовой надстройке. Возле неё лежал убитый в зелёной куртке. Бриггс оттащил его за ноги в сторону и попробовал дернуть ручку.
Заперто.
— Так и было?
— Когда начался бой, да. Их капитан сам отсюда вышел и закрыл.
Бриггс дважды ударил плечом. Дверь выдержала.
— Подвинься.
Я хотел пнуть ногой возле замка, но вовремя вспомнил про бок. Бриггс заметил, усмехнулся и позвал одного из наших. Вдвоём они выбили дверь со второго раза.
Внутри было темно. Я подождал, пока глаза привыкнут, только потом вошёл.
Каюта оказалась маленькой. Стол у окна, койка, сундук, два шкафа. На стене висела карта, рядом морской хронометр в деревянном футляре. Во время боя всё съехало к одному борту. На полу валялись книги, разбитая кружка и несколько листов бумаги.
Бриггс остановился в дверях.
— Что будем искать?
— Пока ничего не трогай.
— Как скажете.
Я поднял с пола первый лист. Список каких-то товаров, цифры, фамилии. Второй оказался таким же. На столе лежала толстая книга с записями по дням, но бегло я ничего полезного там не увидел.
В ящике нашлись деньги.
Много.
Серебряные монеты лежали в двух холщовых мешках. Под ними была небольшая деревянная коробка с кольцами, цепочками и несколькими камнями.
— Это тоже бумаги? — спросил Бриггс.
— Нет.
— Жаль.
Я закрыл ящик.
— Это команде.
Он довольно кивнул.
Я продолжил искать. Сам не знал что, поэтому просто проверял всё подряд. Сундук, шкаф, полки над койкой. Одежда, запасные сапоги, бутылки, два пистолета в деревянном футляре. Ничего, ради чего стоило три дня гнаться за кораблём и терять людей.
Бриггс всё это время молча стоял у двери.
— Ты уверен, что никто сюда не заходил?
— Я сам людей отогнал. Вы же приказали.
— Даже во время боя?
— Во время боя у нас были дела поважнее.
Я снова посмотрел на стол.
Три дня погони. Груз можно отдать команде. Нужна только каюта и бумаги. Если настоящий Роу знал, что искать, значит вещь не должна была лежать на виду.
Я вытащил ящики полностью.
За нижним обнаружилась пустота.
— Вот.
Бриггс подошёл ближе.
За ящиком была деревянная стенка. Слева в ней виднелась небольшая выемка. Я подцепил её ножом, который нашёл на столе, и потянул.
Панель открылась.
Внутри лежал свёрток, завёрнутый в промасленную ткань.
Бриггс присвистнул.
— Вы знали?
— Похоже на то.
Я достал свёрток и положил на стол.
Внутри оказалось несколько листов, сложенных вчетверо. Первый был письмом. Бумага старая, края потемнели, часть текста расплылась от воды. Внизу стояла подпись, которую я не смог разобрать.
Зато два слова увидел сразу.
Port Mercy.
Я прочёл строку ещё раз.
Название было написано ближе к концу письма. Рядом упоминался какой-то журнал и человек, которого автор называл старым штурманом. Дальше почерк становился совсем неразборчивым.
— Что там? — спросил Бриггс.
— Пока сам не понял.
Следующий лист был частью карты. Даже не карты целиком, а грубой копией участка побережья. Несколько островов, цифры возле линий, какие-то заметки по краям.
На одном из островов стоял крест.
Под ним было написано: San Judas.
Я перевернул лист.
На обратной стороне кто-то нарисовал круг, перечёркнутый двумя линиями.
Точно такой же знак был на медной тубе.
Я невольно провёл пальцем по рисунку.
— Капитан?
— Что?
— Вы побледнели.
Я сложил бумагу.
— Рана болит.
Бриггс посмотрел на повязку и нахмурился.
Оставшиеся два листа были мне непонятны. На одном шли столбцы цифр. Похоже на координаты или расчёты, только часть значений кто-то специально зачеркнул. На последнем была короткая записка.
Её я прочитал и первый раз ничего не понял, прочитал еще раз.
«Оригинал остаётся в Порт-Мерси. Везти его морем я больше не стану».
Ниже снова стояла подпись.
— Мы идём в Порт-Мерси? — спросил я.
Бриггс нахмурился.
— Мы и так туда шли.
— До погони?
— Да. Вы сами курс выбрали.
Я сунул бумаги обратно в ткань.
Карта перед переносом показала мне Порт-Мерси.
Настоящий Роу тоже собирался туда.
Совпадений становилось многовато.
— Эти бумаги никому не показывай.
— Я их и не видел.
— Хорошо.
— А вот серебро я видел.
— Серебро можешь видеть сколько тебе угодно.
Бриггс улыбнулся.
Мы вышли из каюты. Свёрток я оставил у себя, засунув за пояс под рубаху. Это было неудобно и давило на перевязанный бок, но отдавать его кому-то не хотелось.
На палубе за это время стало заметно спокойнее. Пленных пересадили ближе к носу. Мёртвых уже укладывали вдоль борта, накрывая парусиной. Из трюма поднимали бочки, ящики и мешки.
Возле мачты нас догнал парень в красном платке.
— Бриггс, там внизу сахар, ром, табак и ткани. Ещё два ящика мушкетов. Пороха немного.
Бриггс посмотрел на меня.
— Я же говорил, на «Ведьме» всё не поместится.
— Оставляем здесь людей и ведём оба корабля.
— До Порт-Мерси?
— Да, до Порт-Мерси.
Парень убежал передавать приказ.
Бриггс почесал бороду.
— Кого оставим старшим?
Я чуть не ответил: «кого обычно оставляем», но вовремя остановился.
— Кого бы ты поставил?
Он усмехнулся.
— У тебя плечо дырявое, зато голова пока работает.
— Томпсона. Он море знает и командой управлять может. Человек десять ему хватит.
Имя я постарался запомнить.
— Ставь Томпсона.
— А пленные?
— Пока здесь. Оружие забрать и держать отдельно. В Порт-Мерси решим.
Бриггс кивнул и уже хотел уйти.
— И ещё.
Он остановился.
— Мне надо на «Ведьму».
— Наконец-то.
— Что?
— Я вам это ещё полчаса назад говорил. Что Вам надо лечь.
Через несколько минут между кораблями освободили проход. Обычного мостика не было. Лежала широкая доска, один конец которой прыгал вместе с нашим бортом.