Рианнор зарычал от бешенства, сжал кулаки и вдруг неожиданно расхохотался неприятным резким смехом.
– Дурак ты, Рандаргаст! Этот ребенок мой!
– Джуди? – Вопросительно взглянул мне в лицо Рандаргаст, затем перевел взгляд на Рианнора. – Ты что – и с ним тоже? Вот так сюрприз!
Меня бросило в жар, я принялась яростно отпихиваться, пока Рандаргаст наконец не выпустил меня.
– Так, а ну оба отстали от меня! – Я уже тоже начала злиться. – Ты мне еще выговаривать будешь? Это случилось еще когда ты издевался надо мною в полный рост! То есть до того, как мы … как у нас … словом … и вообще! Всё!
– Давай-ка отойдем, Рандаргаст, и поговорим по-мужски, – предложил Рианнор, окатив меня ласковым взглядом, скользнув по обнаженному телу, которое я силилась закрыть руками, и задержавшись на моем животе. Блин, кажется, у меня и грудь начала увеличиваться! Потому что мне целых двух рук не хватает, чтобы нормально прикрыть ее … и еще примерно десятка, чтобы закрыть все остальное. Впрочем, может кто-то просто слишком хорошо кушал в последнее время?
На помост шлепнулись какие-то тряпки. Красный как маков цвет Грауэр старательно смотрел в другую сторону.
– Спасибо! – Буркнула я и принялась лихорадочно натягивать на себя все подряд. – Ну вот, уже лучше. Спасибо, дружище, один ты мне помогаешь, а остальные только проблемы создают.
Разговор явно не задался: мужчины яростно кричали, толкая друг друга руками, а затем Рандаргаст не выдержал и принялся превращаться в дракона. Рианнор тоже мгновенно окутал себя облаком магии.
– Вот же идиоты! – Сокрушенно покачала я головой. – И это они называют поговорить.
– Вы, взрослые, вообще любите все усложнять, – заметил Грауэр с презрительным прищуром, – кстати, к нам идут. Я превращаюсь?
– Валяй, – со вздохом разрешила я, – а то эти несостоявшиеся садовники, похоже, жить не могут, если не посадят хоть чего-нибудь в кого-нибудь. Садоводы недоделанные! Люмпен-огородники, так их во все корки!
Пока я вполголоса ругалась, Грауэр обернулся волком. Над нами ревели, шипели и рычали драконы, цепляя друг друга когтями, выпуская струи огня и оглушая друг друга ударами крыльев. С ужасом, я поняла, что сейчас кто-нибудь из этих двоих умрет … из-за меня! Ничего себе такой подход в выборе любимого мужчины. А что мне делать, если они оба мне до?роги и я даже не знаю – кто дороже?
На помост вспрыгнул белый жрец и двумя руками потянул к себе какую-то старушонку. Та сразу же шустро посеменила в мою сторону. Оборотень зарычал, упала тень и мы все вынуждены были пригнуться к помосту, чтобы не попасть под лапы стремительно скользящего дракона.
– Ай-вай, что тво?рят-то, а? – Покачала головой старушка и ласково погладила оборотня по голове, тот отскочил и с изумлением поглядел на меня. – Хороший ты мальчик, но сейчас ты должен уйти.
– Хррренушки, – прорычал оборотень и выразительно лязгнул зубами. Я все никак не могла оторвать свой взгляд от неба, где серебряный дракон наседал на зеленого, мощно полосуя его ударами лап.
– Грауэр, – с упреком сказала я, – ну что за выражения?
– Я оборрротень – мне все можно! – С вызовом произнес он и снова оскалился. Старушка покачала головой.
– Дурачок, дак ведь я повитуха. Будешь смотреть, чо ли, как я работаю?
– Я специально ее привел! – Крикнул белый жрец, снова пригибаясь, потому что в данный момент зеленый дракон стремительно гнал серебряного низко над землей, явно пытаясь сбить его. – Нашел в соседней деревне. Пусть она осмотрит тебя, Джуди, а то кто знает, беременна ты или мо?рок нам наводишь.
– Да пусть смотрит, жалко мне что ли, – вздохнула я, изучая траекторию полета крепко сцепившихся драконов, – заодно может откроет мне тайну кто из этих двоих отец малыша.
– Ого! Сразу с двумя драконами! – Удивилась старушка и звонко рассмеялась. – Иные девы до седин мечтают хотя бы увидеть дракона, а ты вон какая шустрая.
Я густо покраснела. Ну да. Шустрая. И везучая. И еще – немного беременная.
– Ну, допустим, не сразу, а поочередно … ладно, давайте уже сделайте что-нибудь, – заволновалась я, глядя как драконы лупцуют друг друга крыльями, свиваются плотным узлом, кусаются, того и гляди на землю брякнутся и тогда от всех нас точно мокрое место останется, – что мне сделать? Лечь? Сесть? Встать? Куда? Сюда?
– Не суетиться, – спокойно ответила повитуха и принялась толкать и обминать меня своими маленькими ручками, придавая мне разные позы и ощупывая мой живот со всех сторон. Меня начало мелко трясти от волнения. Что будет, когда один из этих драконов узнает, что это не его ребенок?
ГЛАВА 64. Последняя битва, последняя встреча
Повитуха осматривала меня долго, медленно, глубоко вминая пальцы в мой живот и отчего-то удивленно цокая языком. Время от времени она рисовала пальцами какие-то магические знаки на моей коже и что-то бормотала, прикрыв глаза.
– Ну? – Спросил белый жрец, снова выпрямляясь.
– Ну? – Эхом выдохнула я, продолжая наблюдать за яростно дерущимися драконами.
– Все честно, – кивнула головой повитуха, – закрой живот, дорогая, тебе теперь нужно беречь его. Что я могу сказать? Оба явно драконьи чада.
– Что? – Ошеломленно вякнула я, плюхнулась задницей на помост и схватилась рукой за живот. – Оба?!
– Ну да, – солидно кивнула бабулька, – тот, который справа – явно дитя западного дракона. А тот, что слева, – она ткнула пальцем в небо, где в данный момент оглушительно ревел серебряный дракон, впустую клацая зубами, потому что зеленый был слишком проворен, – левый это от восточного. Повезло тебе, дорогая, по всему видать – особенная ты. Не всякой женщине удается зачать от двух драконов сразу. Такое бывает крайне редко, да ты первая такая на моей памяти. Должно быть между, гм, зачатиями прошло не очень много времени.
– Недели две, наверное, – пробормотала я, совершенно оглушенная такими новостями. Немного подумала и улеглась на спину, начисто забыв про то, что отцы моих детей в данный момент пытаются убить друг друга. – Ничего себе! Как это возможно?
– Драконья магия, – с радостной улыбкой нависла надо мной знахарка, – и драконья сила. Они всегда зачинают детей. Всегда. Но драконы-то знают об этом и опосля уже не докасаются до женщины пока та не родит. А у них это быстро – всего-то пять месяцев и готов малыш. Быстро они, драконятушки, внутри матери своей растут. Отец первого ребенка знал, что ты уже непорожняя и не стал бы тебя трогать во второй раз. Голова кружится, чо ль? Чего ляжишь-то? – Засуетилась она. Я вяло отмахнулась. Ясно теперь, почему Рандаргаст перестал меня домогаться после той ночи в таверне. Он же не знал, что я уже ношу дитя Рианнора и думал, что заделал мне своего драконыша. В общем-то он и заделал. Короче тут есть о чем подумать. Нужно сначала только остановить этих двух идиотов от смертоубийства и порадовать их.
– Радость всему миру! – Восторженно воскликнул белый жрец и с силой воздел руки к небу. – Великие боги! Скоро в этот мир явятся еще два молодых дракона! Это чудо! Это благость богов! Это благословение святого океана силы!
– Что, больше не будете казнить меня? – Сурово спросила я, с помощью знахарки принимая сидячее положение.
– Да ты что говоришь такое, госпожа! – Ужаснулся жрец. – Ты теперь – главная драгоценность этого мира. Нам положено оберегать тебя. И потом – ты искупила свой поступок, больше на тебе никакой вины нет. Ты убила одного дракона, но приносишь двоих, полных силы.
– То-то же! – Поучительно подняла я вверх палец, вздохнула и крикнула, задрав голову. – Эй! Рианнор! Рандаргаст! А ну спускайтесь, нам всем поговорить нужно! Про вот это! – И я ткнула пальцем себе в пузо, но они не слышали меня, продолжая увлеченно гоняться друг за другом уже где-то слишком высоко. Так, как бы мне привлечь их внимание? О, как же это я не сообразила-то? Они же в драконьей ипостаси прекрасно общаются телепатически! Хорошенько сосредоточившись, я мысленно приказала: «Рианнор, спускайтесь, есть новости про меня и ребенка. Хватит уже убивать друг друга! И ты, Рандаргаст …», но договорить я не успела – серебряный дракон вдруг болезненно взревел, выгнулся дугой и принялся стремительно падать. Жрец ахнул, знахарка шустро юркнула в ту самую дыру в помосте, которая мне уже стала роднее дома. Рандаргаст с трудом извернулся над самой землей и тяжело упал на лапы, увязнув в земле по самую шею. Он забился, забарахтался, выгнул шею к спине и слепо закатил глаза.
– Рандаргаст! – Крикнула я, подскочив к краю помоста, отбиваясь от жреца, который настойчиво оттаскивал меня к дыре. – Рандаргаст! Ты ранен?
Он тяжело и прерывисто вздыхал, затем снова забился, зарычал, заметался, взметывая массивным хвостом целые пласты земли. И я вдруг каким-то образом поняла – ему очень, очень, просто невыносимо больно! Странно, раны, которые я вижу, не кажутся смертельными и вообще он слишком бодр – будь он так сильно ранен, лежал бы и выл потихоньку, а он вон как соседний холм разносит, почти до основания уже срыл его. Тут я заметила худощавую фигуру, которая стояла к нам спиной. Этот человек смотрел на дракона и явно творил какую-то магию. Отпихнув наконец жреца, я соскочила с помоста и крадучись принялась обходить мага, чтобы увидеть его лицо. К счастью, он был слишком увлечен своим делом и не заметил меня. Это был Арксан. Мерзавец стоял, прижав свою левую руку к камню, который виднелся в разорванном вороте рубахи, а правой медленно вырисовывал какие-то магические жесты. Камень быстро, жадно пульсировал и вспыхивал кроваво-красным огнем. Рандаргаст бился в судороге, извиваясь, выламывая хребет с оглушительным ревом. В какой-то момент он вздрогнул и застыл, глаза его затянуло белесой пленкой и тут я почувствовала как меня накрывает мощная стихия гнева. Рианнор спускался кругами, пытаясь понять, что происходит.
«Нет, Рианнор!» – мысленно обратилась я к нему – «отойди! Сядь там, за моей спиной позади холма, иначе и тебе достанется». Я тяжело дышала, чувствуя как меня окатывает жаром, как внутри начинает пульсировать сила, которую влил в меня Рандаргаст в темнице. Я выпрямилась в полный рост. Бешеный гнев, неистовая ярость, жажда действия разливались в моем теле, наполняя его мощью до предела. Арксан, наконец, заметил меня и принялся поворачиваться, но не успел – с треском лопнул и разлетелся мой ошейник, я сжала кулаки, а потом одним бесконечным движением швырнула в него весь тот тугой комок силы, который сейчас скрутился во мне. Арксан успел лишь приподнять руку и его смело, отшвырнуло на соседний холм, надеюсь, что и размазало там как следует. Все еще задыхаясь от ярости, я бросилась к Рандаргасту – он вяло трепыхался, пытаясь перевернуться лапами вниз. Затем его скрыло магическое облако, а я неслась как сумасшедшая, не замечая глубоко изрытой, задранной драконьими лапами земли. Едва добравшись, я рухнула на колени и успела подхватить падающего Рандаргаста плечом.
– Джуди! – Прошептал он, дрожа всем телом. – Ты убила его?
– Убила … вроде, но ты не беспокойся, Рандаргаст, родной. Что он с тобой сделал? – Волнуясь, сбивчиво заговорила я, помогая ему подняться на ноги. Мы направились обратно, к помосту, словно там у нас был форпост.
– Камни … сердца … это часть океана, – задыхаясь шептал Рандаргаст побелевшими губами, – они связаны … они едины.
– Он хотел убить тебя? – С дрожью в голосе спросила я.
– Нет. Подчинить. Наказать. Сломить. Когда я стал членом Ордена, мне запретили обращаться в дракона.
Он споткнулся и едва не упал, нам навстречу уже спешил белый жрец, протягивая руки, чтобы поддержать Рандаргаста.
– Чей? – Коротко спросил дракон и я сразу поняла о чем он.
– Твой. И его. – Я криво усмехнулась. – Помнишь, я впала в такое оцепенение, что едва не умерла? Там, в мире смерти, я встретила Рианнора, подумала, что больше не увижу его никогда и … ну ты понял, короче … так он заделал мне маленького западного дракончика. А пару недель спустя, во время той грозы, ты заделал мне второго. Их двое, Рандаргаст.
– Чудны дела ваши, о великие боги, – снова забормотал жрец, округлив глаза то ли в восхищении, то ли в ужасе, – восточный и западный драконы – в одной утробе. Теперь драконы должны стать единой семьей, они станут новым основанием нашего мира! Никаких больше междуусобиц! Единый мир! Слава богам!