Пытаясь уравнять дыхание, я плюхнулась на свободное сидение. Автобус был пуст, не считая меня и какой-то бабки. Ну, и водителя, конечно. Так что я могла спокойно себе болтать «сама с собой».
Этот мужчина… Точно! Я видела его на похоронах семьи Влада.
– Я не удивляюсь его поведению, – хмыкнула Настюха.
– Да что я такого натворила?!
Ирина безрезультатно поправила криво висящий венок и начала рассказ:
– Только представь картину: подходишь ты к бабке и заявляешь голосом Влада: «Бабушка, не пугайся! Это я. Влад. Пришлось позаимствовать это тело. У меня мало времени. Слушай внимательно: у папы была другая женщина. Та женщина умерла, но у неё осталась дочка. Это моя сестра! Её зовут Лена. Она сейчас в детском доме. Пожалуйста, позаботься о ней. Так ты не будешь одна!» … в этом месте ты отдаешь фотку, заворачиваешься и уходишь, – закончила Ирка противно пафосным голосом.
– Она гонит, да? – усомнилась я, а Настюха с Катей покачали головой. – Получается, у Влада есть сводная сестра? Девочка с фото?! – осенило меня.
– Молодец, Эйнштейн. Давай, подымайся. Ты сейчас упадёшь под сидение, – саркастично ответила Настя.
– Мы решили эту проблему, – вздохнула я, не зная, радоваться или нет.
– Ага. Правда, не сильно расслабляйся, – проворчала Настюха, намекая, что проблемы – это нескончаемо находящий меня поток.
Я пересела к окну и, прикрыв глаза, прижалась лбом к холодному стеклу. Перед глазами всё поплыло.
Странная вещь – сознание. Когда надо, вытесняет информацию, а когда не надо – она вдруг всплывает, как твои экскременты в воде, когда ты пытаешься от них тщетно уплыть и сделать вид, что это не ты. Вот и сейчас…
…Я слышу причитающий голос вдалеке. Направляюсь к выходу.
Дорогу мне преграждает ранговый.
– Выбирайся! Тебе пора уходить.
– Не хочу. Я останусь вместе с Тасей, – говорю я голосом мальчика.
– Если ты сейчас же не покинешь её тело, то она умрёт!
– Я не хочу, чтобы она умирала! Но хочу остаться с ней!
И ранговый сделал то, что от него совсем не ожидали. Он резко ударил пятернёй в солнечное сплетение и вышиб дух мальчишки из моей оболочки. Тело же, широко раскинув руки, как гигантская птица, пролетело по параболе и эпичненько приземлилось на груду венков и грязных искусственных цветов…
– Тебе пора туда, – настаивал ранговый, указывая на яркий сгусток света, появившийся неподалёку в пространстве. Сгусток света походил на портал, созданный мастерами визуальных эффектов в каком-нибудь фантастическом фильме и, одновременно, не был похож ни на один из них. Я частенько видела «свет». И он всегда вызывал новый спектр эмоций и чувств и никогда не повторял свою предыдущую форму. А сейчас он был особо притягателен. Настолько, что я решила: если в этот портал не пойдёт дух Влада, то пойду я!
– У неё совсем никого нет! – воскликнул мальчик.
– Это не так! – ответил ранговый своим противным голосом и добавил: – Не беспокойся. У неё всё будет хорошо! Поверь мне! Тебе туда, – повторно указал он Владу на свет. Обернулся ко мне и произнёс: А тебе – туда! – и ткнул в моё бессознательное тело, развалившееся на куче кладбищенских венков.
Я распахнула глаза:
– Так ранговый спас меня? – воскликнула удивлённо.
– Вспомнила, да? – огорчилась почему-то Ира.
– Он просил не говорить. Чтоб ты не была о нём слишком хорошего мнения, – ответила Настя.
Бабка, сидящая впереди автобуса, обернулась:
– С кем вы там всё разговариваете? – возмутилась она.
Действительно, с кем? Ведь кроме меня и неё больше в салоне автобуса никого нет.
– Тик ток я снимаю, отвернитесь! – резко ответила я.
– Совсем уже народ тиктокнулся! – проворчала бабка, но отвернулась.
Интересно, зачем ранговый спас меня? Он ведь не любит вмешиваться в дела смертных. Наверное, посчитал, что дух Влада частично принадлежит их кладбищу. А так как за душой мальчика пришёл «свет», то ранговый помог ему «уйти». Других причин помогать мне я не вижу.
На самом же деле – они были.
Но я тогда просто о них не знала…
Закупившись неполезным фастфудом, я уселась за столик, наблюдая за людьми. Среди них были и мои одногодки. Они весело и непринуждённо болтали. Я молча поглощала свой обед, наблюдая за окружающими. И чувствуя себя, нет, не одиноко. Спокойно! Мы живем в одном мире, но у нас разные понимания о жизни. Я завидую этим людям и всегда мечтала быть обычной – как они. Просто БАМ – и в один прекрасный день я заурядная и ничего не помню. Жаль, что у меня сильно хорошая память…
Это странно, наверное, для обыкновенного человека. Но, духи умерших – моя семья. Мои друзья, которые никогда меня не подводили. Всегда защищали. Не давали в обиду. Учили всему, что знают сами и подсказывали на редких контрольных. Я давно смирилась, что живу в абсолютно другом мире. В Междумирии. Эта такая страна, неподвластная человеческому глазу. Тут свои законы и правила, которые обычным людям непонятны. Люди сидят недалеко от меня за столиками и спокойно едят, даже не подозревая, что вот эта угрюмая девица, жующая бургер, на самом деле окружена призраками. Она мечтает стать очень заурядной, но никогда не сможет…
Я закончила есть, и, выйдя из заведения, направилась в сторону парка.
Баба Маня, умершая от сердечного приступа, говорит, что Бог выбрал меня не случайно. Что быть проводником Духов в иной мир – благое дело, и я должна радоваться такой миссии.
Но многие вещи не дают покоя.
Например: почему Бог выбрал именно меня из более семи миллиардов людей? Существуют ли другие такие помощники Духов? И почему Бог, ежели он есть, не заберёт этих вот Духов из моей квартиры к себе, если он любит каждого?!
– Может у нас миссия: защищать тебя! – отвечала иногда Ира.
Может!
На земле существует слишком много вопросов, на которые я не смогу найти ответов никогда. И существует слишком много дорог, по которым я не пойду. Одно наверняка: я та, кто есть, несмотря ни на какие обстоятельства. Мне не нужны деньги и слава, чтобы быть собой. Мне не важно всеобщее признание. Мне не нужно уезжать в другой город, чтобы доказать себе, что я что-то могу. Я хоть и жалуюсь иногда на своё предназначение, но определённо точно не представляю, как бы жила, не будь дара видеть призраков. Я ни хорошая, ни плохая. Не богатая, не крашусь и не модно одеваюсь. А ещё – я не воспитанная, и с трудом могу сказать, симпатичная или нет, потому что, по мнению общества, я ЗЛО в своём квартале. А по ночам я вызываю дьявола и навожу порчу на соседей. Но мне всё равно, что думают люди.
Когда-то давно, меня словно гильотиной отрезало от социума, потому я не выполняю должные функции, которые выполняет обычный человек: я не училась в ВУЗе, не работаю, не состою в сообществах и не хочу никого из людей впускать в свою жизнь. Я и школу – то не закончила. Учителя, которые должны были проводить со мной обучение на дому, просто рисовали мне отметки, а директор школы просто выдал мне свидетельство об окончании среднего образования. Я не жалуюсь. И так хорошо. В курсе, что сама себе противоречу: хочу быть обычной и не представляю, как это. Простительно, когда тебе 6 лет лечили «кукуху» от шизофрении и галлюцинаций, а они, несмотря ни на что, живут с тобой и прям сейчас следуют рядом.
В сумбуре моей жизни можно усмотреть одну неоспоримость: я просто хочу, чтобы однажды нашёлся такой человек, который захочет со мной общаться, не смотря на слухи и мнение общества. И Васечкин с Клавдией не в счёт! Они как бы «семья».
– Таась, – позвала Ира, обеспокоенная моим долгим молчанием. Всё это время девчонки вели себя мирно. Не ругались и почти не разговаривали. – Тась, ты как себя чувствуешь? Лучше?
– Нормально. Только есть хочу! – откликнулась я.
– Ты ж только что ела, – удивилась невеста.
– Разве ж это еда? Это Таське так – на один зуб, – усмехнулась Настюха, а я на это лишь вздохнула. Время свободы закончилось. Пора домой!
Увидев родной проклятый подъезд, почти обрадовалась, в предвкушении «спать».