Я выгнулась, и верёвки до боли врезалась в мою грудь и ноги.
– Достаточно! Прошу!.. – крикнула я через Связь, не помня даже, как её открыла.
Мой разум, пытаясь ускользнуть из собственного тела, метнулся к Рагавурру.
И вот я уже видела обряд его глазами. Он удерживал третий круг вместе с Дикими Оиилэ. Услышав мой крик, он застыл, словно камень, борясь с желанием откликнуться.
За водоворотом меня почти не было видно, и лишь изредка сквозь бурлящую воду проглядывали очертания тёмного алтарного камня.
Если агонии не было раньше, то она настигла меня сейчас. Я закричала так сильно, что даже Рагавурр услышал этот крик. Не через Связь, а сквозь толщу воды и рёв водоворота.
Он больше не раздумывал и не сомневался, а резким движением дёрнул за предплечья плывших по обе стороны от него Диких Оиилэ, соединил их руки и вырывался из круга. Найдя глазами наблюдавшую за обрядом жрицу, он подплыл к ней и буквально впился когтями в её плечи.
– Останови обряд! – закричал он на языке диких. Его слова были понятны мне из-за открытой Связи.
Жрица посмотрела на него, но ничего не ответила, одним движением оттолкнув его от себя. Рагавурр зарычал и сквозь рык повторил:
– Останови обряд!..
– Она пройдёт его до конца, – ответила жрица спокойно.
Не медля ни минуты, он поднялся вверх и поплыл над рядами Диких Оиилэ, направляясь к изголовью алтаря. Остановившись у кромки водоворота, он с силой ударил по нему Волей, пытаясь пробиться. Мою кожу окропили брызги.
Ещё несколько ударов, и над моей головой скользнул управляемый им поток воды. Он тянулся к верёвкам на груди.
Что-то сильно ударило Рагавурра в спину. Сзади раздался громкий голос жрицы. Она говорила с ним на нашем языке, на Оагин Эёль:
– Именем Океана, – он застыл, тело больше его не слушалось, – возьми себя в руки, Рагавуррр! – его имя звучало словно рык.
Опомнившись, он сделал глубокий вдох и захлопнул Связь. Я осталась один на один с лунным светом.
В какой-то момент, не знаю, сколько прошло времени с начала обряда, боль стала успокаиваться, а водоворот замедляться. Внизу к алтарю подступила вода, прохладой коснулась моей кожи, окутала меня. С грохотом толща воды схлопнулась над моей головой. Возможно, потому что я долго смотрела на свет, мне померещился светящийся посох с лунным камнем наверху, точно такой же, как и у жрицы, проводившей обряд. Видение потухло так же быстро, как и вспыхнуло.
Казалось, обряд закончился, но никто не сдвинулся с места, словно они ждали чего-то ещё.
Глава 26
Лунный камень, закреплённый у меня во лбу, вспыхнул лазурным светом и начал нагреваться. Сквозь него, вторя полученному мною Благословению Луны, в меня хлынула Воля Океана.
Она лилась нескончаемым потоком, наполняя меня силой. Пульсировала и напевала мне песню прибоя и отлива. Мир раскачивался, как на волнах. Тело наполнила лёгкость. Я стала невесомой.
Когда сияние лунного камня померкло, а затем и совсем исчезло, Рагавурр подплыл к алтарю, держа в руке созданное из воды копьё. Резким движением он перерезал верёвки, отбросил в сторону тут же растворившееся в воде орудие и отплыл назад, вставая на устилавшую дно гладкую гальку.
– Поднимись, Лэина, дитя Луны и Океана. Да расступится мрак и откроется тебе истинная дорога Луны, – раздался голос жрицы.
Сбросив с себя то, что осталось от верёвок, я медленно приподнялась на алтаре. Всё тело ломило так, словно я без остановок и отдыха проплыла сотни километров.
Обряд прошёл, прошла и боль, оставляя после себя пустоту. Что-то поменялось, но, что именно, мне никак не удавалось понять.
Я окинула взглядом три стройных ряда Диких Оиилэ и поймала себя на мысли, что мне больше не страшно
– Страха нет, – прошептала я себе под нос.
И, готова поспорить, если кто-то из них вызвал бы меня на бой, мы бы сражались с ними теперь на равных. Как в общем-то и с Рагавурром. Я перевела взгляд на него.
Он ловил каждое моё движение, наблюдал, выжидал. Я слезла с алтаря, качнулась, и вода качнулась вместе со мной.
Словно именно этого знака он и ждал, Рагавурр сжал руки в кулаки и резким движением развёл их в стороны, формируя вокруг нас защитный купол. Однако что-то подсказывало мне, что он защищал не меня от Диких Оиилэ, а скорее наоборот.
Продолжая удерживать кулаки сжатыми, Рагавурр поплыл мне навстречу, вместе с тем сжимая купол вокруг нас. Наблюдая за его уверенными движениями, я рыкнула от недовольства. Воля колыхнулась внутри меня, выплёскиваясь наружу, расходясь волной и упираясь в окружавший нас купол.
Я могла бы сразиться с ним здесь и сейчас! Да. И стать свободной.
Могла бы.
Но почему-то меня изнутри словно передёрнуло от этой мысли. И я решила отложить нашу битву до возвращения в Скалистый город.
Рагавурр приблизился ко мне ещё немного.
Я почувствовала, как течение вокруг нас усилилось. Наверху, на поверхности, прошла лёгкая волна, где-то вдалеке сходя на нет.
О глубины, какое же странное чувство! Словно весь океан как на ладони. Он весь. Весь пронизан Волей. Она вторит волнам и раскачивается, окружая всё живое и неживое.
И сейчас эта Воля продолжала входить в моё тело. Медленно.
Медленно…
Меня снова качнуло. Руки и ноги начало покалывать.
Недалеко, почти у самой окраины города Диких, акула вцепилась зубами в свою добычу.
Мерное покачивание водорослей, распускающиеся щупальца ночных кораллов, выглядывающую из своей норы меж камней мурену – я чувствовала всех и всё.
Ещё волна. Я зажмурилась, пытаясь перевести дыхание.
В голове не осталось ни одной мысли. Ни одной собственной мысли. Словно я сливалась Океаном. Будто мы стали едины.
Я схватилась за голову, часто дыша. Рагавурр приблизился ещё немного.
Я покачала головой, пытаясь избавиться от поднявшейся в моём сознании мути. Но это не помогало.
Мир вокруг бурлил, гудел, охотился и дремал в укрытии. Он был.
А меня почти не было.
Резким движением Рагавурр сдёрнул с моей головы повязки, и Лазурный лунный камень соскользнул и устремился ко дну. Прохладный лоб Рагавурра коснулся моего, горячего.
– Дыши, Лэина, дыши…