– Свяжись с ней, пусть бегут! – Талгат выругался, набирая сообщение. ? Похоже, нечто, внизу, вот-вот получит критическую массу сигналов, поступающих в форме вибрации. А потом «рванет».
Стены кабинки тряслись и вибрировали. В некоторых местах появились вмятины. Наташа успокаивала себя, что это от переизбытка давления.
Тросы постоянно звенели от напряжения. Решетка пола ходила ходуном. В какой-то момент девушка села и уперлась ногами и руками в стены.
Несколько раз она сильно зажмуривалась от страха, опасаясь, что кабина вот-вот сорвется с петель и просто полетит вниз, в бездну, пробуренную американцами.
Лифт остановился и, наконец, замер. Наташа вскочила и принялась жать на кнопку аварийного открытия. Двери нехотя поползли в разные стороны.
В лицо ей полыхнуло сыростью и жаром. Она ощутила странный, незнакомый запах плесени, словно бы усиленный в десятки раз. Пробуренный сверху тоннель заканчивался смотровой площадкой.
Заглянув сквозь арку, Наташа поняла, почему американцы прекратили бурение. Они наткнулись на огромную полость. От размеров кармана захватывало дух. Алые всполохи подсвечивали теряющиеся вдалеке своды, низ полости терялся в колышущемся мраке.
Посреди этого открытого пустого пространства, словно подвешенная в воздухе, находилась смотровая площадка, напоминавшая плоский каменистый отвес. Под отвесом начиналась пропасть пустоты.
На самом краю у пропасти, спиной к лифту, сидел Матвей. Наташа окрикнула его:
– Мотя!
Он ничего не ответил ей.
– Пойдем домой, хватит!
Наступая на горло собственному страху, девушка, стараясь двигаться бесшумно, подошла ближе.
– А я уже дома, – раздался незнакомый голос.
– Ты что, сдурел? Скоро здесь все заполнится газом, идем, надо уходить. Ребята ждут нас наверху!
Край площадки был огорожен тонким высоким забором. Матвей смотрел сквозь сетку, наблюдая за алыми всполохами вдалеке.
– И они здесь. Пришли ко мне. Простили меня.
– Мотя… – Наташа медленно обходила коллегу сбоку.
– Они звали меня еще когда мы были там, – он кивнул головой вверх. – Но только спустившись в жилой модуль, я понял, что они уже внизу, ждут меня.
– Что за бред ты несешь?
– Не знаю, Наташка, – Матвей обернулся на ее голос. На его бледном обескровленном лице висели длинные слипшиеся пряди волос, похожие на щупальца. – Видимо, как-то проникли сюда раньше меня, это же очевидно.
С этими словами Матвей поднялся и жестом указал на два темных силуэта, сидевших в дальнем углу.
– Они здесь, они пришли. Раньше Даша все время ругала меня, осуждала, а теперь хвалит и зовет. Я так рад, что все, наконец, закончилось. Это место, – он окинул взглядом алую бездну, – оно волшебное! Здесь сбываются мечты.
– Хорошо, Мотя, – Наташа переменилась в лице, сглотнув тяжелый комок в горле, – иди к ним. Я передам нашим что с тобой все в порядке.
– Да, да, передай им, – вяло повторил Матвей, явно не проявляя интереса к дальнейшему диалогу.
Он помахал ей рукой на прощание, затем повернулся спиной и пошел к «своим» черным силуэтам, сидевшим в углу.
Наташа быстро пересекла смотровую площадку, нажала кнопку, двери неохотно раскрылись. Напоследок, сквозь слезы, она посмотрела на Матвея, севшего посередине, между «женой» и «дочкой».
Ладонь, что было силы ударила по кнопке. Глаза застлали слезы. Наташа позволила себе истерику.
– Наташка, что с тобой? – биолог опустился на колени возле подруги.
Девушка сидела в углу, обхватив колени руками и безучастно смотрела в одну точку.
– А Матвей где? Я же говорил, надо было мне с тобой ехать! – раздосадовано прорычал Алексей.
– Нет, Леш, не надо, – прошептала Наташа. – У Моти все в порядке, он… он просил вам это передать. А где американец?
– Этот чудак решил остаться здесь, чтобы стать свидетелем зарождения биотехнологической сингулярности. Ты даже не представляешь, чем они тут занимались!
– И не хочу, – прошептала девушка, обхватив голову руками.
Коля подсел рядом с ней и обнял.
– За нами летит эвакуационная команда. А знаешь, кто ее возглавляет?
– Кто?
– Не поверишь…
– Тормози, твою мать, – орал в микрофон директор «Заслона», отменяя режим ускорения. Мы сейчас мимо Тарсуса промахнемся! На такой скорости не вырулим на нужные координаты!
Вертолеты остановились почти мгновенно, зависнув в воздухе. Затем корпуса камнем ринулись вниз, сквозь алую мглу.
– Не видно нихрена!
– Было у меня такое, когда в Сирии патрулировали. Примерно так же летели, шли по приборам.
– Так ты и в Сирии был?
– Ну, полетал малость.
Расстояние до земли стремительно сокращалось. 500 метров, 400, 100.
В нужный момент запустилась система стабилизации положения в пространстве. Сопла реактивных турбин, направленные вниз, рванули пламенем, отчего сила инерции падения сошла на нет.
– Вон вход в лабораторию! – Женя ткнул пальцем, установив визуальный контакт с кабиной директора «Заслона».
– Бегут, голубчики! – не скрывая радости и волнения, рассмеялся директор.
Алый туман уплотнился, приняв очертания многоугольной фигуры. В нем просвечивали множество круглых предметов, напоминавших шарики для пинг-понга. В один миг образовалась структура, напоминавшая густой вихрь, сотканный из плотного облака.
– Борт Э-1, как слышите меня? Видим вас! Будем вести вас до места эвакуации… – ожил радиоприемник. – У вас «корона» на одиннадцать часов! Быстро сматывайтесь оттуда!