Дверь с шипением раскрылась. Команда вышла в небольшое округлое помещение, подсвеченное алыми проблесковыми маячками. Аварийное предупреждение все еще звучало. Стены были выдолблены прямо в породе. По ним бежали черные жилы силовых кабелей.
– Так, ребята, надо все хорошенько обыскать. Заглядывайте в каждый ящик. Ищем любую документацию, все может пригодиться. Матвей, проверь связь, если ее нет, попробуй наладить. Давайте, ребята. Нам надо сделать все быстро и убраться отсюда прежде, чем на табло высветится ноль.
Лабораторию оказалось сетью разветвленных ходов, каждый из которых заканчивался небольшим помещением, комнатой с порядковым номером. Идеальное место для проведения засекреченных исследований.
Блуждая по коридору, подсвечиваемому оранжевыми всполохами аварийной сигнализации, Алексей наткнулся на дверь, запертую изнутри. На помощь пришел Илларион.
Проблему решили ломом. Дверь в области замка выгнулась, засов вышел из пазуха и дверь поддалась.
Лаборатория оказалась существенно больше других комнат. Ровными рядами стояли шкафы с химическими реагентами и образцами пород. За ними скрывался другой конец комнаты.
– Только осторожно, – Алексей приложил указательный палец к губам.
Илларион перехватил лом обеими руками и двинулся вслед за ним. В дальнем углу раздался звон. Что-то разбилось об пол. Затем, звук повторился, сопровождаемый проклятиями.
– Осторожно, – прошептал Алексей. Священник кивнул, готовый в любой момент защищаться.
– Damned! – истеричный голос с надрывом продолжал винить кого-то.
Заслоновец и монах обошли очередной высокий шкаф и оказались рядом с рабочим местом ученого. На полу, возле стола с компьютером, лежал мужчина средних лет. На нем был белый халат и полупрозрачный костюм химзащиты, одетый поверх. Худое изможденное лицо выражало усталость, злобу и отчаяние.
– Ненавижу! – выкрикнул он.
– Ты по— английски понимаешь? – прошептал Илларион.
– Бегло, – кивнул в ответ Алексей. – Эй, привет, как тебя зовут?
– Адам, меня зовут Адам.
– Хорошо, Адам, я Алексей, а это Илларион. Мы из «Заслона» прибыли сюда с заданием.
– «Заслон»? Это еще что такое? ? Адам недоверчиво прищурил глаза. ? Этот акцент, я его узнаю. Вы русские, да?
– Йес.
Американец расхохотался, откинув голову. Затем он потер переносицу, и снова посмотрел на гостей.
– Везде лезете. Вот и сюда проникли.
В Алексее всколыхнулись чувства:
– Что же нам теперь, сидеть, и наблюдать за вашими поступками?
– Черт, – Адам закашлялся, – вы ничего не понимаете. Всё пытаетесь соревноваться, дать ответ, считаете, что вам вечно бросают вызов. Спорим, вы вообще не понимаете, что здесь происходит? – он окинул взглядом помещение.
– Ты, что ли, понимаешь, американец? – обиженно спросил Алексей.
– Кое— что мне известно, – кивнул ученый.
– Где ваша документация?
– Все напечатанное вывезли, – на лице ученого появилась шутливая улыбка. – А информация на носителях… – он дернулся, попытавшись нажать на кнопку ввода на клавиатуре, но Илларион опередил его, саданув ломом по ладони.
– Щет! – Завопил ученый, схватившись за травмированную кисть.
– Надеюсь, не сломал? Это его рабочий инструмент, – удовлетворенно поинтересовался Алексей.
– Что вы, как можно, я ж любя, – откладывая лом в сторону, ответил монах.
Алексей выключил компьютер, открыл боковую крышку, отсоединил жесткий диск и положил его в карман:
– Без обид.
Наташа, Николай и Алексей стояли возле ученого. Его посадили на стул, предварительно взяв обещание, что он не будет пытаться бежать или навредить.
– Говорю же, мы здесь с рабочей программой, помогали турецким партнерам с исследованием нового вида газа. Вряд ли вас здесь что-то заинтересует, у вас, в России, своего газа полно.
– И что узнали? – спросил Алексей.
– Мои работы опубликовали «Нэйче», «Сайенс», «Ворлд Джеографи». Там все подробно описано.
– Не надо считать себя умнее других. Повторяю вопрос, что вы узнали?
– А если не скажу, станете пытать, как всегда это делаете?
– Нет, дружок, – стряхивая ладони, улыбнулся монах, – это не наш метод, это скорее по вашей части. Но вот ломом еще разок вразумить могу. Хочешь?
Ученый пугливо погладил ушибленную кисть.
– Не надо, – он произнес это презрительно, словно плюнул, – бэрберианс.
– Ближе к делу.
– Это газ «повторитель». Одна из его функций воспроизводить воспринятые им формы. При этом так и не удалось отыскать центры, отвечающие за обработку информации. Высшими структурами психики газ не обладает, хотя, прекрасно воспроизводит ее функции. Он просто повторяет все, что находится рядом с ним. Эдакая бесформенная дымчатая копировальная машина. Эффект копирования не постоянен. Воспроизводя объекты, газ постепенно исчерпывает потенциал, растворяясь в воздухе. Через какое-то время наступает новый выход. За ним ожидается прорыв.
– Обратный отсчет на всех часах, это время, оставшееся до прорыва?
– Да, и все мы станем его свидетелями. Покинуть это место по суше за такое время невозможно.
– А что насчет КПД газа? – поинтересовался биолог.
– Это вообще тут причем? – возмутился американец. ? Не суй свой нос не в свое дело!
– Вряд ли бы ваши инвесторы решились на такие массовые и рискованные исследования ради торжества науки. Так как насчет КПД?
– Что за глупая привычка интересоваться тем, что вас абсолютно не касается?
– Значит, Коля попал прямо в яблочко? Полагаю, вся эта информация есть на жестком диске, который ты собирался форматировать?