– Я повидал многое, мне шестьдесят семь. Служил в ГДР, всю Южную Америку объездил по службе, Африку. Мне знаком твой тип. Я встречал таких молодых людей. Вас легко определить по глазам: упорные, непоколебимые, в сердце огонь.
– Было бы счастье, если вы правы.
В душе я понимал, что я обычный молодой алкоголик – не более того. Таких, как я в одной только Чуйской области – тысячи.
– А я прав, поверь мне, Нургазы! Мною полмира пройдено. Ты женат?
– Нет.
– Девушка-то есть?
– Недавно уехала в Кыргызстан. Я ей пишу, не отвечает.
– Значит, не любит. Забудь её. Будут ещё впереди большие и маленькие победы. Внешность позволяет. Да уж, любовь, романтика, приключения. Весь мир у твоих ног. Где же мои молодые годы!
– А как вас зовут?
– Пётр.
– А отчество?
– Сергеевич. Да ты не переживай, бог един, все веры в сердце, – он словно прочитал мои мысли, – я и русский, и киргиз, и мусульманин, и христианин. Ты только держись, Нургазы, не сдавайся. Аллах тебя без награды не оставит.
– Постараюсь, Пётр Сергеевич.
– Я не удивлюсь, если увижу тебя по телевизору в качестве какого-нибудь большого руководителя, как минимум, в сфере туризма. Ты трудись и не сдавайся, друг.
– Хорошо. А из какого вы города?
– Из Самары. Мой родной город. Там народ прекрасный, чего не скажешь обо всей России. Ты сам из Бишкека?
– Да.
– И там я бывал. Чистый зелёный Фрунзе
– цветущий рай.
Он дал мне два доллара и плитку шоколада.
– Спасибо.
– Ну что ж, прощай, Нургазы. Удачи тебе по жизни.
– И вам тоже.
Мы пожали друг другу руки. Он ничего выдающегося не сказал, но это был сильный эмоциональный заряд на ближайшее время. Как мне этого не хватало!
Я не спеша прошёлся по залам перед уходом со смены. Выпил крепкий кофе. Посмотрел на стены и потолки. Вспомнил то, что произошло тут за прошедшие месяцы.
Так завершилась работа в Турции. Это была моя последняя рабочая смена. Я прослезился.
1 – (Так называлась столица Киргизской Советской Социалистической Республики в период с 1926-го по
1991-й)
***
21 октября 2018 года.
На работу вышли только начальники. Они сами обслуживали остаток гостей. Столы остались только на B?y?k Teras. В остальных залах было уже пусто.
Выходной перед прощальной вечеринкой. Мы готовимся к отлёту. На сердце грустно. Оформляем всякие бумажки, сдаём рабочую форму. Лежим в своих комнатах. Ни у кого нет сил на разговоры. Мы выплеснули все искры, от яркого костра осталась только зала. Я многое недосказал, недоделал, но прочувствовал. Всё уже в прошлом. Небо Кириша изрезано инверсионными следами самолётов. Строгие белые линии в голубом небе подчёркивают окончание моих странствий. Пора домой!
Я пытаюсь занять себя чем-нибудь. До одурения купаюсь в море. Мне спокойно как никогда. Возвращаюсь в кафетерий. Снова пишу наброски к рассказам. Уже поздний вечер. Такое время самое подходящее для фантазий. У меня возникает идея написать новый приключенческий рассказ про волшебные сны. Будет интересно, – думаю я.
***
22 октября 2018 года.
Девушки готовятся к вечеринке. С удивлением замечаю, что и парни одеты с иголочки. У всех откуда-то появились платья, туфли и классические рубашки. Складывалось ощущение, что вечером состоится торжественная церемония, на которую я не приглашён. Мне и идти не в чем: у меня только простые шорты, футболка и кроссовки. Ничего страшного, первые минут тридцать посижу, постесняюсь. Потом все начнут пьянеть – там будь, что будет!
Началось. Все столы заняты. Нахожу свободное место за столом с киргизским персоналом. Из всех дворников и горничных я хорошо знаком только со своим соседом по комнате, Нурбеком. Мы с ним выпиваем по пиву. Нас обслуживают начальники. Они с сигаретами в зубах убирают грязную посуду, сами успевают пить виски.
Смотрю вправо, вижу, как Динара идёт навстречу своему повару-курду. Она выглядит соблазнительно в форме американской школьницы: тёмно-фиолетовый пиджак и коричневая клетчатая юбка. К тому же, Динара любила искусственно её укорачивать, натягивая юбку повыше. Они обнимаются и целуются. Стараюсь держаться. Беру ещё одну кружку пива и пересаживаюсь за свободный стол. Благо все куда-то устремились. Народу всё меньше. Сижу один.
Чувствую незавершённость. Такое со мной уже было. Июнь 2009-го. Я – влюблённый подросток на выпускном, которому не хватило смелости признаться однокласснице и пригласить её на медленный танец. Но бал окончен, наступил рассвет – одноклассница, моя любовь с восьмого по одиннадцатый классы нежно шепчется с другим.
Смотрю на нежно-кровавый закат. Огромное облако, похожее на булаву злобного тролля – от солнечных лучей было ярко-белым в верхней своей части, но нижняя была хмурой и потусторонней, там свисали фантастические языки фиолетового дождя. Перед глазами зависла паутинка. Солнце играет на ней всеми цветами. В этой тонкой нити спрятаны тысячи радужных миров.
Я пытаюсь написать пару предложений в свой блокнот, как вдруг сзади подходит Айкал-шеф и хлопает меня по плечу.
– Hey, bro! What are doing here? Let’s go to the Pool Bar
! – Говорит он мне дружелюбно.
– OK, chief. Just a minute.
– I know, you love wine
! – Смеётся он.
От этого красавца почти ничего не осталось. Он пил больше, чем кто-либо из начальников и в последний месяц уже плевался посреди залов, курил, конфликтовал со своими и почти ничего перед собой не видел.
Айкал-шеф уходит.
– Hey, chief! What did you say to me when we met in the first time? It was here, in B?y?k Teras.
– Oh, I don’t remember