– Какого хера она тут делает? – обратился он к супруге.
– Не хочет уходить. Просто молчит и все…
– Как она вообще здесь оказалась?
– Я впустила… нечаянно…
– Ли-и-и-за! Ну как нечаянно можно подойти к двери, провернуть ключ, прокрутить ручку и открыть дверь?
Лиза виноватыми глазами смотрела на мужа, не произнеся ни слова.
– Та ну, блин!… – Аркадий махнул в сторону жены рукой, но тут же обратился снова, – а что она вообще хочет?
– Не знаю, она просто молчит. Села в кресло и молчит, уже как час.
– Ты пробовала помочь ей подняться? Может у нее спина заклинила?…
– Мне страшно было…
– А-а-а, ну да… – Аркадий снова махнул рукой.
Аркадий вошел в спальню. Старая продолжала улыбаться и глазеть. Он закрыл за собой дверь, оставив Лизу в коридоре. «Что же делать?» – отчаянно прошептал на выдохе и медленно подошел к креслу. Старая так ни разу и не моргнула.
– Как вас зовут? – обратился к ней хозяин квартиры.
В ответ тишина. Хоть бы морщинка дрогнула на ее лице, хоть бы еле заметное движение глаз или едва слышный шепот послужил ответом на слова Аркадия.
– Послушайте, сейчас вас выставлю насильно, если не скажите, кто вы и чего хотите от нас?
И тут старуха отреагировала, но ее действия сложно было назвать адекватным ответом на заданный вопрос. Она прислонила свои потемневшие губы к внутренней части предплечья, у самой кисти, устремила свой взгляд на Аркадия, скорее всего, чтобы точно убедиться в том, что он наблюдает, и изо всех сил вонзила гнилые зубы в свою плоть. Из вены медленно потекла темная, практически черная, густая кровь.
– Твою мать! – заорал Аркадий и взялся за голову, – ты что делаешь?
Старуха задрала подол и вытерла сначала окровавленный рот, а затем зажала тканью место укуса.
– Какого хрена? Нет… Что тебе нужно? Хочешь денег дам? Только уйди из нашего дома!
Старуха в ответ измазала указательный палец в собственной крови и этим же пальцем указала на Аркадия.
– Ты меня хочешь подвести под это, старая ты тварь? Ты не в курсе, что там отпечаток своей челюсти, а не моей, дрянь ты заплесневелая?!
И снова старуха ответила ему жестами, столь же невнятными и неадекватными, но в этот раз менее кровавыми. Она смахнула подол с раненой руки. На удивление Аркадия место укуса уже не кровоточило, казалось, что оно странным образом затянулось, потому что на том самом месте поблескивал алыми переливами свежий шрам. «А был ли укус? Может у нее силы не хватило или зубы старые? А я-то подумал… или вовсе представил…» – размышлял он.
Старуха подняла ладонь на уровне метра от пола, потом изобразила укачивание ребенка и снова направила палец на Аркадия… Показалось, что он понял и от увиденного перформанса пришел в ярость. Лицо стало бордовым, на глазах выступили горошины слез, а губы предательски задрожали. Он в гневе поднял руку, чтобы схватить незваную гостью и силой выволочить из своего дома, но вовремя одумался, взглянув на ее тонкие, ссохшиеся от старости конечности. «Нет… Нет… Надо по уму…» – произнес он сам себе и, почему-то, не поворачиваясь к старухе спиной, вышел из спальни.
– Ну что? – ждал его вопрос жены.
– Ничего, – резко бросил Аркадий, набирая номер телефона и восстанавливая сбившееся дыхание.
– Куда звонишь?
Аркадий жестом показал, что сейчас не самый удобный момент для расспросов, когда на другом конце ответил женский голос – «Скорая».
– Алло, можно наряд…
– Что у вас случилось? – монотонным голосом ответил диспетчер.
– Тут такое дело… – замешкал он, не найдя нужных слов чтобы коротко описать неловкую ситуацию целиком и сразу.
– Говорите, я слушаю!
Аркадий совсем разнервничался и начал говорить.
– Тут… в общем… бабка проникла к нам в дом и не хочет выходить.
Теперь на том конце диспетчер пребывал в замешательстве, о чем можно было судить по десятисекундному молчанию.
– Э-э-э… повторите…
– Бабка, – нервным голосом с наигранным придыханием повторил Аркадий, – проникла! В дом! Не хочет! Вы-хо-дить!
– Ей плохо?
– Кому?
– Бабке… э-э-э… то есть пожилой женщине…
– Откуда я знаю! Она сидит в моем кресле, молчит и не хочет уходить.
– Она в сознании?
– Да в сознании она! – закричал Аркадий в трубку. – Она просто свихнувшаяся!
– Она состоит на учете в психиатрическом диспансере? – монотонный голос не унимался.
– Слушайте… вы скорая помощь вообще? Вам не кажется, что быстрее было бы вам приехать, осмотреть ее и самим уже сделать заключение о ее состоянии?
На той стороне опять замолчали. Молчание продлилось, как и в первый раз, несколько секунд.
– Спасибо большое за рекомендацию, нам важно ваше мнение.
И снова молчание.
– И что? – находясь на грани нервного срыва, поинтересовался Аркадий.
– Вы не ответили на вопрос – состоит ли пожилая женщина на учете в психиатрическом диспансере?
– Да не знаю я! – заорал в трубку Аркадий, – приезжайте и просто заберите ее!