Эргюс Бэйтс по ту сторону океана был доволен не меньше. За несколько минут он сумел заработать четыреста миллионов евро и, что было для него не менее важным, обвел вокруг пальца старину Мартина Крюгера. Такого ему еще никогда не удавалось. Птица счастья, впорхнувшая в его дом одновременно со звонком вдовы Анжело Месси, не покинула его. Набирая номер телефона Ульяны, Эргюс Бэйтс ощущал тяжесть этой редкостной птахи на своем плече. Это было восхитительное чувство.
– Я решил вопрос с деньгами, – сказал Эргюс Бэйтс. – Нужная сумма лежит на моем счете в Спирит-банке. Могу перевести ее на любой счет, который вы мне продиктуете сейчас по телефону.
– А как быть с книгами? – спросила Ульяна.
– Книги я заберу позже, – ответил Эргюс Бэйтс. – Я вам доверяю.
– Вы сказали, Спирит-банк?
– Да, вы не ослышались, – улыбнулся Эргюс Бэйтс. Он был в благодушном настроении. И даже его улыбка казалась менее искусственной, чем обычно. – Это в Швейцарии, а если быть более точным, то в Берне. Диктуйте счет.
Ульяна уже была готова произнести номер своего счета в банке, офис которого находился в Леоне. Но что-то остановило ее. И она сказала:
– Но я не помню его на память. Мне надо позвонить в свой банк. Я перезвоню вам.
– Хорошо, – неохотно согласился Эргюс Бэйтс. – Только не затягивайте с этим. У меня может не быть времени позже.
Ульяна ничего не ответила, и видеосвязь прервалась. Она задумалась над тем, что помешало ей сказать правду. И вскоре поняла, что причина была в Эргюсе Бэйтсе. Он сказал что-то такое, что остановило ее. И направило течение мыслей в другую сторону. Словно в кромешной тьме мелькнул отблеск света, на который она полетела, как ночной мотылек.
Ульяна начала восстанавливать в памяти каждую фразу из разговора с Эргюсом Бэйтсом. Это было трудно, потому что она говорила почти машинально, думая о сыне, о том, где он сейчас и что делает. Но она заставила себя, и постепенно туман в ее голове начал рассеиваться.
– Спирит-банк! – невольно вырвалось у нее.
Она вспомнила. Это был тот самый банк, которому принадлежала банковская карта, утерянная ею в Нью-Плимуте восемь лет назад.
Тогда она была беременной и многое воспринимала иначе, чем здравомыслящий человек. Потеряв банковскую карту, бывшую в те дни единственным источником ее существования и выживания, она пришла в отчаяние и не предпринимала никаких попыток, чтобы ее найти. Да и не смогла бы, потому что даже забыла название банка, выпустившего карту. Такое бывает с беременными женщинами, испытавшими сильное потрясение. В те дни ее преследовала череда смертей близких людей. Трагически погиб человек, от которого она забеременела. Карту ей вручил дед ее будущего ребенка. Он потерял сына, и завещал все, что имел, своему внуку, а затем бесследно пропал сам. Ее жизнь превратилась в кошмар наяву. Эргюс Бэйтс, по сути, спас ее, предложив стать наследницей состояния Анжело Месси. Считая, что находится в безвыходной ситуации, Ульяна согласилась. Так она стала вдовой Месси, далеко не бедной женщиной. А после этого она просто отказалась предпринимать какие-либо попытки завести новую банковскую карту взамен утерянной или, быть может, украденной у нее, посчитав, что это будет слишком цинично – пользоваться деньгами сразу двух мужчин, пусть они оба и умерли. Она решила дождаться, когда ее сын, ради которого она пошла на это, станет совершеннолетним, а затем рассказать ему все. И пусть он сам решает, как поступить. В конце концов, она просто слабая женщина. В серьезных вопросах решение должны принимать мужчины. Успокоив себя этим, Ульяна почти сразу забыла о банковской карте и деньгах, лежавших на ней.
Но сейчас ситуация изменилась. Ксиу надо было спасать. И было бы только справедливо, если бы на это пошли деньги его настоящего отца.
Потому что даже при том, что карта была утеряна, каждый месяц на нее должен был поступать один миллион евро. Так говорил дед Ксиу. И за прошедшие годы на ней должна была накопиться приличная сумма.
Ульяна быстро подсчитала в уме, и вышло чуть более ста миллионов евро. Она поразилась этому совпадению. И сочла это знаком свыше. Теперь достаточно было пойти в банк, которому принадлежала утерянная карта, и потребовать деньги, накопленные за эти годы.
И это был Спирит-банк. Ульяна вспомнила название, услышав его от Эргюса Бэйтса. Не сразу, но вспомнила. И мысленно поблагодарила Эргюса Бэйтса. Сам того не желая, он снова ее спасал.
Деньги, полученные в Спирит-банке, имели еще и то преимущество, что отпадала необходимость продавать книги, хранившиеся в замке тамплиеров. Ульяна подумала об этом с огромным облегчением. У нее с души словно упал тяжкий камень. Теперь она могла не корить себя за то, что предпочла жизнь сына возможному избавлению от угрозы существованию человечества.
Сообразив все это, Ульяна перестала думать о Эргюсе Бэйтсе и о данном ему обещании и набрала номер телефона справочной службы аэропорта Леона.
Вскоре она знала, что полет от Леона до Берна займет менее двух часов. Столько же – обратный перелет. У нее было еще несколько часов на то, чтобы получить наличные деньги в Спирит-банке или перевести накопленную сумму на свой счет в банке Леона, вернуться, обналичить ее и успеть до ночи вернуться в замок. Времени, которое оставлось до назначенного Ламией срока, на все это должно было хватить.
Приняв решение, Ульяна не стала терять ни минуты. Она снова позвонила в аэропорт и заказала чартерный рейс в Берн и обратно. Затем села в автомобиль и, не обращая внимания на спидометр и знаки, ограничивающие скорость, помчалась по шоссе.
Уже проехав половину пути до Леона, она подумала, что надо сделать еще один звонок. И набрала номер мобильного телефона Хуанито.
– Да, синьора, – отозвался тот, несколько удивленный.
– Хуанито, в замке полиция, – солгала Ульяна. – Полицейские расследуют гибель лошадей и просят, чтобы им не мешали. Поэтому тебе и всем остальным сегодня лучше не возвращаться в замок. Переночуйте в гостинице в Леоне. Номера и ужин в ресторане за мой счет. Ты все понял?
– Да, синьора, – ответил Хуанито, и на этот раз голос у него был радостный. – Я всем передам. Не беспокойтесь!
Обезопасив себя и с этой стороны, Ульяна прибавила скорости и уже ни о чем не думала.
Но думали о ней. Она поняла это, когда зазвонил ее смартфон. Взглянув на определившийся номер, она увидела, что звонит Артур. Он уже должен был долететь. В любое другое время Ульяна была бы счастлива, зная, что муж не забывает о ней, даже находясь в Париже, веками воспеваемом в стихах и прозе как город любви. Но сейчас она не могла с ним разговаривать. Что бы она ему ни врала, но по ее голосу он сразу поймет, что случилось что-то плохое. И уже ничто не удержит его вдали от нее. А это было бы очень некстати. Артур ничем не может ей помочь, но способен осложнить и без того не простую ситуацию. Он ученый, и далек от реальной жизни. Он потребует, чтобы она обратилась в полицию. И, пытаясь объяснить, почему этого нельзя делать, она потеряет время, которого у нее и без того очень мало.
Ульяна дождалась, когда звуковой сигнал смолк, и отключила смартфон. Она знала, что это было нехорошо по отношению к мужу, но сейчас ее больше волновала жизнь сына. А с Артуром она объяснится потом. Он поймет ее.
Подумав так, Ульяна беззвучно заплакала. Слезы затуманивали ее глаза, мешая вести автомобиль. Она вытирала их ладонью, когда уже почти не видела дороги и встречных машин. Это были самые горькие слезы в ее жизни.
Глава 13.
Проводив взглядом «Seat-Leon», который пролетел по направлению к Леону так, словно за ним гнался злой дух, лейтенант Гарсия не стал менять свой маршрут, чтобы догнать и остановить нарушителя. Это могло надолго задержать его, и было некстати. Он не увидел, что за рулем автомобиля находилась Ульяна, и продолжил свой путь в замок тамплиеров.
Сам он не торопился, предаваясь радужным мечтам. Многое могло случиться в этот вечер. Возможно, хозяйка замка не случайно сказала ему, что ее муж улетает на какую-то международную конференцию. Не исключено, что это было скрытое приглашение. Так думал Мигель Гарсия, подъезжая к замку.
Но его ждало страшное разочарование. Проехав подъемный мост, он был вынужден, как до него Ульяна, остановиться перед опущенной металлической решеткой.
Мигель Гарсия нажал несколько раз на звуковой сигнал автомобиля, сначала тихо и вежливо, затем уже нетерпеливо. И даже включил ненадолго полицейскую сирену. Но результат был тот же. Решетка не поднялась.
Он вышел из автомобиля, прикоснулся к решетке и получил сильный удар тока. Это окончательно вывело его из равновесия. Полицейский воспринял это как личное оскорбление. Хозяйка замка заверила его, что никуда не собирается уезжать. Значит, решил Мигель Гарсия, она в замке и по какой-то причине не хочет его впускать. Набивает себе цену или, что хуже, передумала изменять мужу. Возможно, в эту самую минуту она даже смотрит на него из одной из этих узких бойниц, служащих в замке окнами, и подсмеивается над ним. Но он не сопливый юнец, который позволяет безнаказанно издеваться над собой всем, кому не лень. И очень скоро эта рыжеволосая красотка сможет в этом убедиться.
Размышляя так, Мигель Гарсия сел в автомобиль и уехал, бросив на прощание разгневанный взгляд на узкие бойницы замка, казалось, ехидно усмехавшиеся над ним.
Но он не увидел Ламию, которая все это время незаметно наблюдала за лейтенантом Гарсией, стоя в нише окна. Она действительно потешалась над незадачливым полицейским, которому пришлось уехать несолоно хлебавши, обманувшись в своих ожиданиях. Она видела его еще утром, когда он приезжал расследовать происшествие с мертвыми лошадьми, и уже тогда поняла, что он глуп и самонадеян и не представляет для нее угрозы. А потому сейчас и не беспокоилась, провожая взглядом уезжающий полицейский автомобиль.
Но не успел автомобиль скрыться за поворотом, как раздался телефонный звонок. Звонил телефон, установленный в холле замка. На вид он казался старинным, почти антикварным – серебряный, треугольной формы, с диском для набора номера посередине и двумя рожками, на которых лежала трубка с позолоченной ручкой. Его установили здесь для Фолета, который не любил мобильных телефонов.
Ламия спустилась в холл и долго с подозрением смотрела на телефон, ожидая, когда он замолчит. Но тот не умолкал. Тогда она сняла трубку. И услышала мужской голос, который настойчиво повторял:
– Алло! Алло!
– Ну, алло, – сказала Ламия. – Говори, если есть что сказать.
– Это кто? – удивился мужчина.
– А ты кто? – усмехнулась Ламия. Ее забавлял этот разговор.
– Это я, Артур! Что за глупые шутки? Отвечайте, где Фолет?
– В подвале, – честно ответила Ламия. – И не может подойти к телефону. Еще вопросы есть?
Мужчина возмутился.
– У меня еще очень много вопросов! И первый – кто вы такая? Я не узнаю вас по голосу.
Ламия поняла, что звонит муж хозяйки замка. Она не хотела, чтобы тревога поднялась раньше времени, а он мог все испортить, если бы заподозрил, что в замке происходит что-то неладное. Поэтому Ламия изменила тон, которым говорила все это время, и сказала:
– Я новая горничная. Хозяйка наняла меня только сегодня утром. Поэтому вы меня не знаете.