– Да тут видно, что всем заправляет именно он. Глянь на них, они ведь прячутся за его спиной.
– Давай открывать. Деваться некуда. Они знают о нашем пребывании тут.
– Откуда?
– Иначе бы они ушли, – объяснил Фост.
Они спустились вниз и приказали всем приготовиться. Егор отодвинул засов и открыл окно. Перед ним стояли раскрасневшиеся лица.
– Привет отец, – обратился Артур к Егору.
– Я? – удивился он.
– Ты-ты, неужто забыл. Ах, да, здесь же теряют память.
Егор огляделся по сторонам, после чего помог подняться в дом троице, подав всем по очереди руку. Он закрыл окно и вернулся, сев на продавленный диван. Взглядам, бросаемым с одного на другого, казалось, нет конца, и это было частью правды. Артур переминался с ноги на ногу, чувствуя себя впервые за долгое время неудобно. Он ощущал эти чувства и раньше, когда был в школе и ему пришлось выступать на вечернем концерте для родителей. Но сейчас все было по-другому: другие лица, совсем близкие, но в то же время такие отдаленные, другая обстановка. Егор тяжелым взглядом посмотрел на своего сына, совсем не сознавая, что это он. Он слышал это, но не верил, он думал и сейчас, что у него не было детей. Голос внутри сказал иное, что это его сын, и придется с этим смириться.
Самым тяжелым для него было узнать, что его сын (о котором он и забыл) здесь. В этом зловонном месте, которое только ужасает, стирая все приятные воспоминания. Его сын очень мал, он не вынесет этого, он не сможет. Его маленькая душонка слишком слаба, чтобы пережить все эти ужасы. Артур же был не таким. Он терпел, и казалось, мужал. Он словно цветок раскрылся в этой обстановке, когда остальные завяли. Только сейчас к Егору пришло понимание происходящего. Все это время он не узнавал сына не из-за внешности, а из-за того, что он сильно изменился. Полностью, с ног до головы. Он не был теперь тем жалким нытиком, который пугался любого шороха, а драться мог только в компьютерных играх. Отец часто ругался из-за этого с сыном, но тот отвечал, что компьютер не губит, он нашел там себя, он нашел свое призвание, на что Егор только качал головой. Он не мог ничего изменить, он боялся.
Теперь перед ним стоял совсем другой человек. Тоска и грусть накатила на него, и это отразилось в его глазах, пара слезинок покатились по его грязным от пыли и пота щекам. Артур давно распрощался с беззащитным детским взглядом. Теперь его взгляд чаще был суровым, мужским. Этот взгляд не раскрывал его внутренних тайн, но давал понять, что мальчик – это только наружная плоть, внутри сидит огромный, сильный мужчина, который способен бороться не только за себя, но и за других.
– Вы знаете, зачем мы тут? – спросил твердым голосом Артур.
– Сын…
Егор подбежал к нему, стараясь обнять сына. В один миг Артур отпрянул от него, но спустя несколько мгновений сильно прижался. Все же где-то в глубине он был все тем же мальчиком, который хочет ласки и любви. Возможно, это и перепугало немного его отца. Ведь он осознавал, что перед ним стоит тот самый ЧЕЛОВЕК. Он боялся, что этот мальчик, поменявшийся только что местами с суровым мужиком, имеющим острое чутье и холодный разум, ненароком поменяются местами снова, только позже, когда будет борьба. Этого он боялся больше всего. Остальные страхи словно испарились, зато этот занял центральное место, чтобы потом пугать его долгое время.
– Мне не ответили, – Артур отошел от отца и снова стал суровым.
Его мать сидела на диване, боясь подойти к нему. В отличие от Егора она не была бесстрашной. Они сильно любила сына, но, поджав ноги, ждала, когда они закончат выяснять отношения, и она сможет с ним уединиться где-то в уголке, чтобы наговориться, наверстать упущенное время.
– Знаем, – произнес Артем.
– Вы будете бороться?
– Да! – крикнул Фост.
– Я не призываю вас к всеобщей бойне. Я просто хочу знать и быть уверенным, что никто из вас не убежит во время борьбы, скрываясь за домами.
– Да брось… – начал Артем, – мы уже встречались с ним.
– Кажется мне, что оно захватило вас, – попытался осадить пыл Артур.
– Нет, после этого. Я ему по башке арматурой дал. Она аж хрустнула.
– Арматура? – испугался Артур.
– Не, голова. Хоть небольшая, но появилась трещинка. Мы даже удрать успели, а оно еще лежало на земле, – закончил Фост.
– Почему не убили?
– Я не знаю. Так вышло, что мы и не подумали… – ответил Артем.
– Все ясно…
Артур повернулся к магу, тот уставился на него большими удивленными глазами, словно он и не ожидал такого поворота событий.
– Что-то не так? – спросил у него Артур.
– Я не понимаю… В книгах об этом не говорится…
– А ты можешь подумать своей головой, а не надеяться только на книги?
Маг замолчал, напрягая все силы от раздумий.
– Я никогда не слышал, и не читал даже о подобном, но если голова треснула, значит, оно деревянное…
– И… быстрее говори, – не мог удержаться Артур.
– Только одно заклинание может сделать это. Клауди создано из крови и плоти, но, если оно деревянное, значит, оно служит чем-то вроде саркофага или оболочки чему-то большему, чем оно.
– Ты ж сказал, что только одно заклинание…
– Оно может действовать по-разному на определенный предмет.
– Что ты хочешь сказать? – не унимался Артур.
– Теперь план, который я разработал, не подойдет. Все заклинания придется выбросить из головы.
– Ты знаешь другие? – спросил Артем.
– Знаю, но не знаю, как наложили их на него, из-за этого я не смогу подобрать нужного.
– Все провалилось… – опустил руки Артур. – Больше нет никаких шансов? Нельзя придумать чего-то другого?
– Можно, почему ж нельзя, все можно. Только мне надо попасть в логово. У Клауди есть логово, из которого оно выбирается раз в 25 лет.
– Это мы и без тебя знает, – начал Фост. – Только вот мест, в которых может быть его логово, более десятка.
– Хм… – задумался маг. – Обыскать все слишком долго. За это время оно примет другую фазу.
– Оно уже ходит, – сказала Оля.
– Да, – поддакнула Света, стараясь остаться не последним лицом, принимающим участие в этом разговоре.
– Значит, оно становится земным существом, – сказал маг.
– Завтра попробуем найти его логово, – подытожил Артур и отошел в угол, где мечтал хорошо вздремнуть.