В преступном замысле не исчерти лица,
Не искази шедевр пером старенья,
Работу беспристрастного резца
Оставь! Но сохрани пример нетленья!
Так сделай лучшее, на что способно ты,
Пусть в мире будет больше Красоты!
20. «Прекрасен лик и женственна природа…»
Прекрасен лик и женственна природа,
И обаянья нестерпимо сладок плен.
Изящно сердце, деликатно – не в угоду
Капризам женским, скромен и смире?н.
Но ярче взор и пристальней вниманье,
Достойней изучения объект.
Не избежать сетей очарованья:
Лорд ловит взгляд, а леди – комплимент.
Что ж, превзойдя себя в твореньи,
Природа приумножила черты
В заботе лишь о женском наслажденьи,
И ею у меня был отнят ты.
Прошу, даря сокровища другим,
Сердечность для меня прибереги.
«… Безупречен поступающий справедливо, говорящий истину в сердце своём, который не обманул языком своим…» Пс.14. 2.
21. «Я не из тех затейливых певцов…»
Я не из тех затейливых певцов,
Что славят красоту небесной краше,
И превозносят прелесть образцов,
Переполняя в рвении лести чашу.
Творя гордыне жалкий антураж,
Бросая тень на солнце, море, звёзды,
Не зная меры, будто входят в раж,
Ничтожной лестью сотрясая воздух.
Как истинно влюблённый на века,
Я блеск и нищету[37 - Современные литературные аллюзии – прихоть Домохозяйки.] оставлю втайне.
Из всех рождённых матерью, пока
Лишь ты достойней многих и… печальней…
Я не предам твою любовь и не продам,
Лишь в тишине хвалу тебе воздам.
22. «Я не поверю зеркалу,
что стар…»
Я не поверю зеркалу, что стар,
Пока твой возраст – юности улика.
Пусть смерть настигнет раньше, как удар,
Чтоб не застал я увяданья лика.
Я благолепьем сердца своего
Тебя раскрашу в одеянье света,
И ты моё украсишь естество
Прекрасным взором молодого лета.
Так береги себя, мой юный друг,
Чтоб образ сердца твоего не истончался.
Я ж, с трепетом сиделки, мерный стук
В своей груди храню, и в том поклялся,
Что не смогу вернуть твой ценный дар,
Пока в глазах твоих я молод, а не стар.
23. «Как не достигший зрелости актёр…»
Как не достигший зрелости актёр,
Что от волненья забывает роли,
Или чудовище – что ярость распростёр
От самой нежной и сердечной боли,
Так я, благоговея, онемел.
Не в силах отыскать зачатки воли,
Сказать люблю я так и не посмел,
И тяжко бремя безнадёжной доли.
Пусть взгляды скажут сами за себя,
Глаза – немые вестники признанья,
В мольбе красноречиво говоря,
Безмолвию послужат оправданьем.
Услышь же как молчанье говорит,
Как я кричу глазами о любви…
(О, научись же видеть между строк,
Любовь для сердца чуткого – урок)[38 - Лишний сонетный ключ – примечание Домохозяйки.].
24. «Мой глаз живописует и творит…»
Мой глаз живописует и творит
Твой дивный образ на скрижалях сердца,
А тело обрамленьем завершит,