S-T-I-K-S. Испытание Ульем

— Неудивительно, — отозвался Док. — На таких этажах часто используют свинцовые пластины, тяжёлый бетон с добавками барита или железа и специальные защитные панели. Сами стены толстые, а дверь, очевидно, со спецзащитой от ионизирующего излучения. Тут же просвечивающего оборудования в лабораториях выше крыши.

— Ну класс! — цыкнул Хмурый.

Легавая коснулась тангенты рации:

— Легавая докладывает: просканировать минус первый этаж не могу. Стены слишком толстые, плюс идут наслоения противорадиационной защиты, мой дар не проходит. Ждём приказа по дальнейшему продвижению…

В наушниках зашипел голос генерала:

— Ясно. Даю разрешение зайти на минус первый этаж. Поддерживать визуальный и голосовой контакт. Если встречен слабый противник - ликвидировать, опасный - отступать с удержанием позиции. При обнаружении безопасной зоны доложить.

— Принято, — отозвались один за другим бойцы.

Док мельком глянул на экран потрескивающего дозиметра: цифры замерли на отметке 10 миллизивертов в час. Для сравнения: нормальный природный фон колеблется от 0.05 до 0.20 микрозивертов в час. При 4-5 микрозивертов - это уже порог лучевой смерти.

— Фигово, — буркнул он. — Снежные ветра таки дотащили радиоактивную подлянку.

Все остановились и прислушались. Из-за двери не доносилось ни звука. Бетонные стены и толстая, словно из танковой обшивки, дверь глушили всё.

Легавая встала у косяка со стороны петель, держась вне створа возможного обстрела (имеется в виду, обстрела со стороны своих), и обхватила ладонью металлическую ручку. Хмурый и Птаха тут же взяли створ двери на прицел, а Туча в хвосте отряда развернулся спиной, контролируя лестницу позади группы.

Она не спеша потянула тяжёлое полотно на себя. Появилась узкая щель, из которой сразу повеяло влажным теплом. Бойцы внутри своих костюмов напряглись: Легавая резко выкинула руку с поднятым вверх пальцем, давая понять, что слышит одного заражённого. Ей удалось уловить слабые импульсы сквозь эту щель.

Договорить или приоткрыть дверь шире она не успела. Что-то массивное с той стороны с разбегу впечаталось в железное полотно, и дверь распахнулась наружу, едва не ударив Легавую, но та успела отпрянуть. В проём тут же просунулась длинная, серая, в струпьях, с чёрными крючковатыми когтями лапа, а следом, ломаным и дико быстрым движением, из темноты вывалилась сама тварь.

Когда-то это был медик. Об этом говорила синяя форма, вся в бурых пятнах и разодранная, болтавшаяся на сухом теле. Но самым примечательным оказалось другое: эта тварь была ненормальной. Она вообще не должна была выжить с такими повреждениями. У неё имелась лишь половина черепа, остальную часть срезало наискось - непонятно, что могло так изуродовать спидера и почему он всё ещё жив. Его торчащий наружу мозг едва заметно пульсировал, точнее, половина мозга. Тварь была слепой. Глаза также срезало до половины, и их содержимое вытекло... Половинчатые глазницы были уродливо затянуты. Зато слух у этого чудовища оказался отменным. Единственное чудом уцелевшее ухо водило из стороны в сторону, пытаясь поймать звуки. Бойцы стояли, будто их заморозили. Буквально каждый из них видел подобное впервые. Абсолютно никто не мог пошевелиться. Раздутые ноздри заражённого жадно втянули воздух, и тварь с утробным рыком прыгнула прямо на Птаху, который был ближе всего.

Птаха среагировал мгновенно. Пальцы в плотной перчатке рванули фиксатор тесака, закреплённого на груди поверх БХРЗ. Но спидер превосходил его в скорости, и в замкнутом пространстве костюм защиты сковал движения иммунного, снять нож он попросту не успел.

Бросив рукоять, он вскинул руки в блоке. Серая туша сбила его с ног. Физическая сила помогла Птахе удержать лапы и зубы твари в сантиметрах от своего экрана, но спидер бешено рвал когтями его снаряжение. Затрещал пластик разгрузки, когти с визгом прошлись по бронеплите, пытаясь добраться до горла и маски.

В тесноте коридора группа замерла на долю секунды. В такой куче-мала можно было легко пристрелить своего. Хмурый поймал просвет. Шаг в сторону, ствол чуть завален набок, чтобы пуля пошла под углом, и хлёсткий, резкий выстрел, сдавленный глушителем, мягким эхом ударил по бетонным стенам. Пуля вошла бегуну точно в открытый мозг и вышла, разворотив часть уцелевшего черепа. Тварь обмякла и завалилась на Птаху мешком.

— Бля, Хмурый, — зло прошипел Туча, не оборачиваясь от своего сектора на лестнице. — По-тихому надо было!

— Спидер шустрый попался! — огрызнулся тот, помогая Птахе подняться и пинком отталкивая дохлого мутанта. — Живой? Костюм цел?

— Так они все шустрые! — в ответ окрысился Туча.

— Да тихо вы! — жёстко оборвала их Легавая.

Когда тварь прыгнула на соратника, блондинка успела захлопнуть дверь и навалилась на неё спиной, чтобы, если за порогом остались ещё заражённые, они не присоединились к первому. Теперь она стояла, вжимаясь лопатками в железо, и краем сознания всё ещё прокручивала тот момент. Когда спидер прыгнул на свою жертву, она поймала его мысли. Нет, не так. Мыслей там не было, там стоял сплошной белый шум, сквозь который ощущались лишь голод и злость. Вид пульсирующего серого вещества под срезанной черепной коробкой до сих пор стоял перед глазами, и её саму слегка потряхивало.

Птаха поднялся, его дыхание внутри маски сделалось частым и хриплым. Он испуганно осматривал рваные лоскуты на плече:

— Сука... Док, глянь! До тела дошло? Наружу не сифонит?

В голосе бывалого рейдера прорезалась паника. При таком уровне радиационного фона поймать рентгены в открытую прореху означало получить очень неприятные симптомы. Никакой живец не спасёт, если цепанёшь лишку: грибница в тебе начнёт дохнуть от облучения, превращая в беспомощного "смертного".

Док подскочил, зафиксировал его плечо и уже накладывал плотную клейкую ленту из ремкомплекта поверх дыры:

— Всё в хлам... Но закрыться надо... — проворчал он.

— Сука!

Знахарь проверил стыки ленты, убедился, что Птаха в безопасности, и переключил рацию:

— Генерал, докладывает Док. Был контакт с заражённым на минус первом. Уничтожен выстрелом Хмурого в упор. Угроза устранена. Выстрел был с глушителем, но в бетонном мешке звук пошёл гулять. Учитывайте, что в ближайшие минуты возможен приток местных аборигенов на шум. Группа цела, продолжаем движение.

— Принято, Док. Претензий нет. Но будьте крайне осторожны, там может быть ещё куча тварей. Всем группам, с этого момента соблюдать тишину.

— И это… — Док сделал паузу. — Принять йодид калия немедленно, радиационный фон нестабилен.

— Принято.

— Вас всех это тоже касается, — знахарь окинул взглядом товарищей.

Он споро выудил из глубин походной медицинской сумки пластиковый блистер и раздал по два маленьких белых драже каждому бойцу. Как бы ни хотелось девушке сохранить относительную безопасность своего удушливого микромира внутри защитного костюма, герметичный стык шлема всё же пришлось на секунду отстыковать. Легавая глубоко затаила дыхание, аккуратно оттянула резиновый уплотнитель маски и проворным движением забросила в рот оба кругляша, чуть не промахнувшись. Вот бы смеху-то было. После чего резко выдохнула, очищая подмасочное пространство, и вернула фиксаторы на место.

Убедившись, что группа готова, блондинка вновь осторожно приоткрыла тяжёлую створку примерно на десять сантиметров. Хмур незамедлительно просунул в образовавшийся зазор ствол автомата с закреплённым тактическим фонариком и плавно прощупал темноту снопом света. Яркий луч заметно подрагивал от напряжения, однако в доступном секторе обзора никого не обнаружилось. Перед бойцами раскинулся мрачный, полутораметровый в ширину коридор, напоминающий кишку, которая уходила вглубь цокольного этажа и затем резко сворачивала в сторону. По серому линолеуму тянулись широкие бурые полосы давно засохшей крови, а у стены одиноко покоился чей-то левый туфель, заляпанный настолько плотным слоем крови, что определить изначальный цвет не представлялось возможным.

Стоило Хмуру сделать короткий кивок, как Легавая распахнула преграду до упора. Напарник скользнул за порог первым, а девушка поспешила следом, не прекращая ментальное сканирование. Лучи их светодиодных фонарей принялись рваными лоскутами вырезать из тьмы опалённые бурой гарью стены, обрывки разодранной одежды и фрагменты сломанной мебели. В этот момент Док вновь опустил взгляд на экран дозиметра и с явным облегчением зафиксировал нулевую отметку. Это означало, что конкретно этот отрезок подвала радиоактивная беда миновала, по крайней мере, в плане жёсткого излучения. В остальном же назвать данное место чистым не повернулся бы язык даже у оптимиста.

Повсюду хозяйничал типичный для катастрофы бардак: въевшиеся в поверхности гнилостные потёки, высохшие лужи зловонной слизи и следы чудовищных органических выделений. Продвинувшись чуть дальше, группа наткнулась на первый цельный труп, точнее, на то, что от него осталось. Обглоданные до зеркального блеска кости лежали компактной кучкой, и поначалу костяк показался совсем крошечным, похожим на детский. По всей видимости, давешний слепой мутант вылизывал костяшки с особым усердием, смакуя каждый позвонок. Однако уцелевшие лоскуты изодранной ткани на поверку оказались остатками женского платья. Наверное, это и была хозяйка той самой туфельки.

Миновав узкую галерею, отряд вплотную приблизился к угловому повороту, где их поджидал всем сюрпризам сюрприз. Прямо возле пластикового фикуса кто-то умудрился навалить просто гигантскую кучу дерьма, да такую, будто тут орудовал задницей очень старательный слон. Неужели столько говна таилось в том "спидунчике"? Тяжёлое, едкое зловоние до сих пор не вывернуло бойцам желудки только благодаря надёжной фильтрации противогазных коробок, хотя человеческий мозг уже заранее сжался в паническом предвкушении неминуемой атаки на рецепторы.

Внезапно Легавая вскинула вверх сжатый кулак, принуждая группу застыть на месте. Её щуп отчётливо уловил присутствие живого объекта в глубине одного из смежных кабинетов. Сквозь узкое окно в дверном полотне виднелась фигура. Заражённая, судя по форме, когда-то бывшая местной медсестрой, пребывала в глубоком анабиозе и стояла спиной к проёму. Это был характерный для всех заражённых полусон, в котором деградирующий разум то проваливался во тьму, то вскидывался на поиски любой пищи.

Птаха рванул ручку. На полу комнаты мгновенно обнаружились человеческие останки, отполированные до такого же характерного блеска, как и предыдущий костяк в проходе. Похоже, местная обитательница совсем недавно кем-то плотно отужинала, а значит, успела насытиться и пребывала в максимально бодром, опасном состоянии.

Свою дикую кондицию мутантка продемонстрировала в ту же секунду, совершив молниеносный разворот в прыжке, который со стороны напоминал изощрённый элемент из конкурса по художественной гимнастике. Однако издать призывный утробный рык или даже скромнёхонько заурчать тварь так и не успела, потому как Птаха резким ударом вогнал гранёный кинжал ей точно в глазницу. Сухой хруст проламываемой кости гулким эхом прокатился по кабинету, после чего обмякшее тело безжизненно рухнуло прямо в груду останков, намереваясь дополнить её своими собственными.

Комната напротив щупом не просматривалась, что, впрочем, было вполне объяснимо, ведь за массивной, тяжеленной преградой располагался кабинет МРТ. Кто знает, может, и там тоже дремал в анабиозе кто-то, меланхолично мечтающий о горячем блюде из свежего человека. Однако створка оказалась закрыта на замок, так что при всём желании потенциальный заражённый наружу бы не выбрался, ведь открывать запертые двери твари, к счастью, не умели.

Дальше по коридору вытянулась стойка ресепшена или станция медперсонала, где взгляду предстала всё та же безрадостная картина: ни одного уцелевшего тела, повсюду разметались чистые останки, валялась порванная одежда, клочья грязной ткани, веером разлетевшиеся медицинские карты и голубые кроксы с характерным бурым рисунком. Следом уходил ещё один узкий проход, завершающийся поворотом направо. Док мельком глянул на дозиметр, тот выдал три миллизиверта. Цифра выглядела подозрительно, однако отряд двинулся дальше. Надо было понять, откуда фонит.

Птаха периодически косился на элементы своего защитного снаряжения и внезапно заметил кое-что весьма неприятное, а именно глубокую царапину на маске, причём сквозную. Парень выматерился и потыкал пальцем в едва видимое повреждение смотрового стекла, оставленное когтем его приятеля. Демонстрируя находку знахарю, он ждал хоть какой-то подсказки, но Док лишь угрюмо покачал головой - в полевых условиях сделать с этим всё равно ничего было нельзя. Изолентой уже такое не заклеишь, так как обзор перекроет. Будут уповать теперь на таблетки и живчик. А, ну и на удачу.

Новый коридор пролегал вдоль технических помещений, двери которых оказались тоже заперты, да и ничего живого Легавая там не заметила.

Наконец они дошли до деревянной двери, самой обычной межкомнатной, за которой, как выяснилось, тоже не притаилось никакой опасной монстрятины. Легавая осторожно приоткрыла её и тут же зажмурилась, получив резкий удар светом, точно тяжёлым кулаком в лицо. После кромешного подземного мрака даже такое слабое сияние нещадно било по привыкшим к темноте глазам. Блондинка толкнула створку пошире и поняла, что блеклый свет лился из огромной дыры в потолке. Пробоина оказалась настолько гигантской, что сквозь неё сюда при желании с лёгкостью забрался бы даже элитник. Потолок обрушился косым скатом и превратился в идеальную лестницу, ведущую прямиком вниз с первого этажа.

Стены этого помещения украшали двери кабинетов, а рядом с ними выстроились синие диванчики, местами глубоко распоротые когтями. В дальнем углу зала расположилась детская зона. То есть игровой уголок для малышей, а вовсе не специальный блок для маленьких арестантов. Стены там пестрели милыми рисунками с весёлыми облачками, на полу стояли два крошечных пластиковых стола и миниатюрные стульчики, только вся эта мирная идиллия покоилась теперь в окружении всё тех же обглоданных костей.

А ещё группа подметила странное явление... несмотря на очевидную разгерметизацию этажа из-за гигантской дыры в потолке, куда так-то задувал промозглый уличный ветер, внутри становилось всё жарче. Пот уже градом катился по лицам под костюмами, а ладони неприятно прилипали к изнанке перчаток. Хмур провёл пальцами по стене, и на его ладони влажно блеснул жирный, вязкий конденсат, точь-в-точь как человеческая испарина.

— Тут жарко, — буркнул он. — Хотя отопления-то нет... И вентиляция вон какая...

Док снова глянул на дозиметр, экран которого теперь выдавал семь миллизивертов. Знахарь коснулся тангенты рации:

— Докладывает Док. В ходе продвижения по минус первому этажу обнаружили структурное повреждение в одной из комнат... потолок частично обрушен, имеется проход наверх с прямым доступом с первого этажа. По нашим оценкам, комната, а теперь и весь этаж непригодны для укрытия, плюс это отличная лазейка для заражённых. Конец связи...

Легавая не понимала, что за странная атмосфера сгустилась вокруг и откуда взялась эта давящая жара. Из-за огромного расхода дара ей уже становилось дурно, но интуиция приказывала не отключаться, а топить его на максимум до последнего. Толстые перекрытия этажа глушили фон, мешая разглядеть то, что она так упорно искала. Но всё же...

Ту-тух!

Низкочастотный толчок прокатился по полу, заставив девушку пружинисто подпрыгнуть и замереть. Она резко вскинула вверх сжатый кулак, приказывая отряду сохранять полную тишину. Её напряжённый взгляд впился в двустворчатую дверь чуть левее детского уголка. Из-за неё тянуло чем-то чуждым и пугающим. Где-то там, во тьме цокольного лабиринта, ментальное зрение смогло уловить рябящие переливы, похожие на северное сияние. Вот только ничего прекрасного в этом свечении не было. Сквозь толщу бетона пробивался рваный, нечёткий отпечаток чего-то очень злого, голодного и смертельно опасного.

Совсем не вовремя над краем гигантского провала в потолке показалась ехидная рожа Бучи, который залихватски показал фак застрявшей внизу команде. Ну а Птаха не растерялся и по-дружески продемонстрировал ему средний палец в ответ, так и не оторвав сосредоточенного взгляда от тёмного прохода, куда всматривалась девушка.

Ту-тух! И снова пробежала эта дрожь. Страх моментально прошёлся по телу блондинки мощной волной, которую она поймала буквально всем организмом: она горячо накатила через позвоночник, затем болезненно вгрызлась в затылок и под конец грубо скребанула по внутренностям. В ту же секунду девушка напрочь перестала воспринимать шорохи и шипение в рации, потому как весь окружающий мир внезапно сжался до одного-единственного слепого пятна, до того кошмара, что яростно пульсировал там, за закрытыми дверьми. Прямо за обшивкой стремительно сгущался осязаемый клубок неестественно цветного, плотного и пугающе живого.

— Тихо всем! — Выпалила она резко, но как можно тише. А то некоторые начали кривляться вместе с Бучей, а точнее перекидываться неприличными жестами.

Девушка чувствовала, как её ноги наливаются свинцом и становятся совершенно неподъёмными, а мгновение спустя прямо в голове эхом прозвучал чужой, хриплый голос:

— Зааапаааах… Вкусноооо...

От подобного откровения у неё аж передёрнуло всё внутри, и на долю секунды она полностью потеряла равновесие, ухватившись перчаткой за скользкую стену, чтобы не повалиться на пол.

Кое-как справившись с приступом мигрени, Легавая повернулась к Птахе и тут же похолодела от новой страшной детали. Плотный комбез у парня на левом ребре, под мышкой, был глубоко изодран и оставался совершенно не заклеенным, а сквозь рваную трещину уже просачивалась густая тёмная влага. Слепошарый спидер всё-таки умудрился зацепить рейдера своим когтем, а этот, ещё более слепошарый, боец в горячке попросту не заметил у себя сквозного ранения и наличия ещё одной опаснейшей прорехи. Да уж, поистине велики твои дела, адреналин, раз ты способен настолько сильно притуплять у человека элементарные ощущения физической боли.

— Засекла активность, — быстро затараторила она, нагоняя жути на команду. — В двадцати метрах от нас на минус первом элитник. Повторяю: элитник! С ним два топтуна, рубер, минимум три спидера и вроде как один лотер. Они уже в движении. Мы их не удержим. Срочный отход!

После этих страшных слов все присутствующие будто очнулись от затянувшегося оцепенения. Разом защёлкали оружейные затворы, а Туча грязно ругнулся, мгновенно осознав масштабы надвигающейся задницы.

— Отходим! Живо-живо! — скомандовал Док, уже доставая дымовуху и забрасывая её к детской зоне, поближе к двери.

Хмурый первым метнулся к обледеневшему обвалу и принялся карабкаться вверх по скользким остаткам рухнувшего потолка. Однако громоздкий защитный костюм лишил его былой ловкости, а подошвы никак не могли сцепиться с намыленной поверхностью, так что парень почти сразу сорвался и шумно покатился обратно, сбивая Тучу и Птаху, которые тоже ринулись к скату и теперь повалились на пол, словно кегли в кегельбане. К счастью, Буча вовремя сориентировался и, далеко вытянув руку сверху, помог ему всё-таки забраться на перекрытие первого этажа. Следом за Хмурым, цепляясь за куски торчащей арматуры, рванул и Туча.

— Мы не успеем! — Легавая заблеяла и посмотрела наверх. — К лестнице! Они нас прижмут! И вы наверху валите! Живо!

Легавая, Док и Птаха рванули обратно, пока за их спинами уже доносились звуки суетливых, стремительно приближающихся шагов. Эти звуки были тяжёлыми и какими-то пугающе цокающе-клацающими, длинные когти преследовавших их монстров с противным скрежетом царапали пол. Вдобавок по бетонным перекрытиям раскатилось гулкое, звериное, голодное урчание, которое буквально цеплялось за кожу и пробирало до самых почек, нещадно щекоча измотанные нервы.

Первыми пустили вперёд мелких сошек, чью хаотичную мозговую активность Легавая сейчас улавливала своим щупом. Вначале неслись спидеры, чуть позади спешил лотерейщик, а следом за ними тяжело ухали топтуны и рубер. Элита же… Элитник вообще лениво так оторвал свою сраку от насиженного насеста или лежбища - неважно, что у них там было обустроено в подземных чертогах, и крайне неспешно двинулся вслед за авангардом стаи. Ну вполне справедливо, а чего ему лишний раз поршнями-то работать, когда под рукой есть послушные холопы? В открытую такая крутая тварь лезть явно не станет, предпочитая благоразумно дождаться, пока её многочисленные прихвостни приволокут уже дохлые, но зато свежие и сочные человеческие тушки прямиком к ней на тарелочку.

Отряд мчался изо всех сил, однако спидеры были существами быстрыми. Двустворчатая дверь легко открывалась в обоих направлениях, из-за чего монстрам не составило труда с ходу проскочить в зал с обрушенным потолком. Точно так же стая в следующую секунду безжалостно разнесла вторую хлипкую деревянную преграду в мелкие щепки. А вот самим бойцам, закованным в громоздкие защитные костюмы, в этой тесноте было хрен развернёшься, да к тому же их стремительный путь изрядно осложняли разбросанные повсюду вещи, хрустящие под ногами кости и общая узость проходов.

Добежав до стойки ресепшена, Птаха вдруг резко остановился и круто развернулся, попутно снимая с себя уже бесполезный защитный экран. Легавая на ходу принялась звать парня, но в итоге тоже затормозила, вцепившись глазами в развернувшуюся сцену. Рейдер стоял на широко расставленных, полусогнутых ногах и раскинул руки в стороны, принимая на себя весь удар. Буквально перед ним, всего в каких-то двух метрах, внезапно замерли и принялись неестественно корчиться и морщиться разъярённые спидеры, готовые вот-вот кинуться в финальный прыжок, в то время как за углом к ресепшену уже подкатывали остальные твари на подмогу. Легавая с огромным трудом вычленяла из окружающего шума приглушённый, вибрирующий свист... возможно из-за него, твари ничего и не предпринимали...

Впрочем, поражал воображение не только этот внезапный массовый гипноз, но ещё и сам внешний видок монстров, способный довести до дрожи любого бывалого рейдера. Волосатые, дикие, похожие на каких-то белоснежных чубак с огромными острыми зубами, они были сплошь усеяны мерзкими, надутыми пузырями, на их телах часто проступали противные, осклизлые нарывы, будто всё их тело забилось токсичным ядом. Бррр…

— Чо встала?! Вали их! — взорвался Док и тут же начал яростно палить из автомата прямо по головам застывших заражённых.

Благодаря секундному замешательству врагов, они с Легавой быстрыми очередями завалили передовых спидеров и хрипящего лотерейщика, однако с топтунами предсказуемо вышла заминка. Птаха исчерпал лимит своего дара и внезапно прыснул густой тёмной кровью из горла. Больше сдерживать натиск он не мог - парень согнулся пополам и начал надрывно закашливаться. В этот же момент из самой глубины чёрной кишки извилистого коридора до звона в ушах зарокотал сокрушительный, утробный рёв - элитник потерял терпение и лично полез в проход.

Док моментально подхватил слабеющего Птаху под мышки и волоком потащил его в сторону спасительной лестницы, тогда как Легавая отстреливалась, прикрывая отход товарищей. Коротким, хлёстким нажимом она пробила одному из наступающих топтунов слабенькую костяную бляшку прямо между глаз, а второму глубоко посекла незащищённое горло. Шедший следом рубер от греха подальше резко отскочил за массивную стойку ресепшена, откуда снова послышался дикий, раздражённый рёв. А вот это уже сам громадный элитник застрял своей тушей в слишком узком для него проёме и теперь злился там, словно попавший в капкан лесной зверь.

— Что там у вас, группа А? — встревожился Сова.

— Встретьте нас на лестнице! У нас один раненый! — крикнул Док, таща Птаху на себе.

— Уже тут, — ответили из рации.

Док на пределе сил пробивался к процедурной комнате, где они ранее упокоили спящую пустышку-медсестру. Внезапно из кабинета МРТ, расположенного напротив, донеслись оглушительные удары, подкреплённые утробным, яростным рычанием. От неожиданности знахарь едва не выронил слабеющего подопечного, однако сумел вовремя перехватить бесчувственное тело покрепче и упрямо поволок его дальше по коридору.

В это время Легавая, пятясь, прикрывала их тактический отход, дабы дать товарищам драгоценную возможность оторваться и выиграть безопасную дистанцию у наседающей угрозы. Рубер до поры до времени тихонько шкерился в мертвой зоне, аккурат за широкой стойкой. Выждав идеальный момент, мутант одним бесшумным толчком задних лап взлетел из своего укрытия прямо на заляпанную пластиковую столешницу. Оказавшись наверху, он мгновенно сжался на корточках, превратившись в готовую выстрелить пружину. Заметив девушку, тварь яростно рявкнула и сразу же ринулась в прыжок, прикрывая уязвимую морду мощными, покрытыми костяными щитками предплечьями.

Легавая навскидку выдала хлесткую автоматную очередь, однако свинец со звоном и рикошетами ударил в естественную лобовую броню, выбивая лишь бурые брызги и мелкую крошку, что ничуть не остановило стремительного падения тяжёлой туши. Снеся часть обшивки стойки, которая со свистом разлетелась в щепки, рубер всем своим весом рухнул в полуметре от девушки. Та едва успела финтом уйти в сторону, спиной впечатавшись в холодную стену, в то время как чудовищные когти с визгом распороли воздух, оставив глубокие рваные борозды на краске в считанных миллиметрах от её лица.