Простите меня, папенька, что я Вас огорчаю, но его любовницей мне пришлось стать. (Обстоятельства и сожаления). Ранее я опасалась Вашей реакции и потому этого не писала. Я надеюсь, вы не встретитесь, и у Вас не будет соблазна из-за этого письма совершить оскорбление высокопоставленного духовного лица действием.
Настоящее имя он не назвал. Привык опасаться колдовства, а может, мести родственников невинно засуженных. Имя Клод не его (обоснование из наблюдений). Потому в письмах к нему называя его для маскировки братом, а в лицо – отцом Клодом, про себя я называла его «лжебрат Клод».
Еще один доминиканец был с ним на допросах. Я так поняла, он наблюдатель из другой партии кожаных поясов. Они до того отправляли кецалькyецпалину «ведьм» за выкуп. Сейчас главная партия лжебрата Клода, хотят захватить все сокровища кецалькyецпалина. Инки прежней партии наблюдают.
Кажется, «Клод» хотел переговорить, но шум воды мешал. А если орать, заметят.
Мецтли, оставаясь высоко на ильyикак, скрылась за близким западным хребтом. Отряд двинулся в путь. Тень хребта росла, мы старались оставаться в ней.
Я догадалась, что остальные шестеро инков были тремя такими же парами, как мои, из Майнца, Труа и Тулузы. Отойдя от Амолинальи, они стали расспрашивать о посланных ими (называя их по кличкам). Их интересовало не то, что они делали, а что говорили. Инки не могут думать как солдаты, даже когда надо.
«Клод» опять хотел было поговорить со мной, но все они следили друг за другом.
Покинув Науатилоцотль ранним утром понедельника, миновали овечью отару Мелиссы Мутонье. Она была одной из нас. Не стала трубить в тревожный рог, а успокоила встревоженных овец. Ее захватили с собой.
Овец оставили пастись. Инки запретили солдатам брать их для еды. Запах может разноситься далеко. Не время пировать.
Скрылись в лесу. Мецтли зашла. Зажгли факелы. Дошли до избушки лесниц.
Инки устроили суровый допрос лесниц Флоры и Фелиси Форестье и пастушек Шарлотты Берже-де-Шеврё и Мелиссы Мутонье. Ведь их они не посылали как своих шпионок. Сперва называли их по кличкам, нарушая правило использовать клички только заочно, но запутались и бросили. Все допрошенные торжественно поклялись спасением души, что всеми помыслами с Отцами Святой Инквизиции. Были не союзницами, а пленницами врага Отца рода человеческого и Сына Его. Готовы подвергнуться сожжению, лишь бы душу спасти. Их торжественно простили за преступления (на самом деле мнимые, но об этом все умалчивали), которые привели их ранее на костер и велели служить против всех, живых и мертвых.
Я обрадовалась. Хоть их завербовала не я, но так и моих простят. А то мало ли, что договорено.
Помощницы, завербованные Августиной, на меня косились подозрительно. Хотя я молилась все время, как они. Я же пошла в Циуатлан – продалась за драгоценности и благосклонность Тенкутли. Только Шарлотта не косилась, мы вместе, надрываясь и обдирая в кровь ладони, тащили на веревке лодки через Науатилоцотль, мокли и мерзли от брызг и глохли от грохота. Я же старалась убедить всех, особенно инков, что с отвращением пошла в Циуатлан по необходимости. Себя старалась убедить, что правильно помогаю инкам, хотя не доверяю им ни на обол.
В предпасхальную субботу наемники не казали носу из лесу. Отдыхали вокруг избушки, пока в ней отдыхали инки. На свой манер: опять допрашивали пленниц по очереди. Меня тоже. Спрашивали бесконечно, ответов не слушали. То есть не совсем не слушали, не слушали удачных оправданий, а к неудачным цеплялись.
Особенно «Клод» и его напарник. Он не мог добиться от остальных согласия на мой допрос без них. Остальные тоже пытались допросить меня отдельно, ведь уже знали о жемчужине. Но у них не было оснований. Я же как бы была готова рассказать всем, но как только разговор приближался к этой теме, «Клод» исподтишка показывал мне кулак. А то и два, притиснув друг к другу и скручивая. О жемчужине друг при друге они не говорили. Цеплялись к другому.
Я писала про лодку, которую мы с Мартой упустили как бы нечаянно. На самом деле специально потихоньку спустили на веревке, чтобы они поймали, и стало ясно, что в туннель можно попытаться так проплыть. Чтобы замаскировать главное – когда предстоит попытка – я придумала целый рассказ с опасностями на горной реке. На случай, если кто прочтет. Не все ли равно, какой рассказ я придумала? Нет, они расспрашивали. Я же писала, что мы в лодке увлеклись разговором – нужна же была какая-нибудь причина для такой глупости! – и потому попали из озера в реку. – О чем был разговор? – Какой разговор? – Не советуем запираться. (Агрессивный допрос с недоверием к каждому слову, цеплянием к каждой оговорке и усиливающимися угрозами). Представляете себе?! Мои письма были у них с собой, так что они припомнили (перечисление сомнительных высказываний и поступков). С остальными наверняка было то же самое.
Мы уже не понимали, мы бывшие пленницы кецалькyецпалина и помощницы против него, или же прислужницы кецалькyецпалина, попавшие в плен к инкам.
Наемники, тоже не понимали, охраняют они помощниц или пленниц. (Жизнь может окончиться внезапно), стали склонять девушек погулять с ними в лес. Мне после кецалькyецпалина наемники неинтересны (извиняется перед отцом). Те четверо не хотели грешить перед возможной гибелью. Но мне удивлялись. Не удалось их убедить, что в Циуатлане я для пользы дела. Наверное, восьмерых инков тем более. Наемники пока опасались применять силу. Однако отказам всё более возмущались, так что дойдет и до этого.
Тут «Клод» улучил момент, когда остальные инки были заняты допросом сразу всех девушек, причем меня временно выгнали, чтобы не оборачивались ко мне за одобрением ответов – хоть и не я их завербовала, и подозрительна из-за Циуатлана, но я же и ближе к инкам. «Клод» отлучился из избушки в кустики, но недолго в них пробыл и подошел.
Солдат он опасался меньше, чем соратников, ведь они не знали о жемчужине. В противном случае… (Рассуждения на тему управления толпой). Но он не мог говорить открыто. – Когда и где? – тихо спросил он, имея в виду «когда и где ты отдашь мне ее?». Я покосилась на охранников. Они прислушивались. (Притворяется, что думает, речь о проникновении в Тепанкальи. Он угрожает отменой покровительства). Никто не даст нам поговорить наедине – разве что в виде последней исповеди, а тогда будет поздно. (Требует намекнуть, где, тогда он придумает, зачем она нужна в дальнейшем). – Ушел в избушку.
То есть он хочет сказать, что агентов оставят в живых только по исключительной причине. Которую он только попробует придумать. И я под такое слабое обещание должна отдать жемчужину? Чтобы он потом «не смог» найти причину?
Авось, инки не решатся убить меня, пока не найдут жемчужину. Ту, что на стене, возьмут (и за неё передерутся?). А мою без меня не найти.
Теперь-то я могу написать, где прятала: не у себя в комнате – там всё переберут по крупинке и шерстинке – а в общей гостиной. Не смогут же ввосьмером хорошо обыскать всю башню. А солдатам сказать – потерять искомое. И замаскировала на самом виду. Вставила в середку большой свечки семисвечника. Видно, среди циуатланок есть еврейка-другая. Свечи непримечательные. (На самом деле дают цветное пламя, но по ним не видно, если не горят). Подсвечник деревянный, и здоровенный. Неудобен как добыча (помня о туннеле). Каждая свеча зажигается ненадолго и служит много раз. Чтобы жемчужине стало угрожать пламя, должен пройти месяц-другой. И пребывание в воске не вредно.
Жизнь секретного агента. Не столько чужих обманываешь, сколько своих боишься.
Так инки отдыхали, скучать и нам не давая.
Впрочем, и солдаты не только отдыхали. Они зачем-то обвязывали веревками дрова – весь запас лесниц. И нарубили сами. Это нас испугало.
Может, для осады? (Рассуждения).
Ещё делали четыре верёвочные лестницы (описание). Наверное, по числу башен. Длина маловата, но я промолчала. Меня ведь никто не спрашивал. Позже оказалось, что я напрасно вылезла бы со своим советом. Тепанкальи они прекрасно себе представляли, это я не догадалась, как они собираются его штурмовать.
Пока инки тренировались, мы переживали, а наемники готовились к штурму, остальные заговорщицы готовили Тепанкальи к предательской сдаче. Им надо было всех усыпить, запереть или отвлечь, а на башнях оказаться самим. А мы могли только надеяться на это. Или бояться этого.
Изоляция ударных сил
Мирей из Руана об отвлечении дракона
Более внимательных, чем этой ночью, дежурных на башнях Замка не бывало, я уверена, еще никогда. Правда, только на трех из пяти. На Монастырь нас не хватило, а на донжоне я старалась не видеть и не слышать ничего снаружи, чтобы не обратить на это внимание Горного властелина.
(Беседа. Ирландская королева Гормлат. Мирей просится в покои дракона погреться. Видно оттуда не хуже. И интересно, что там. Изображала флирт, чтобы он заинтересовался, зачем и подыграл, чтобы выяснить. Морис, не ревнуй из-за притворства. Дракон не шастал по замку, не летал по окрестностям, не маячил на какой-нибудь из башен. Нужно его непрерывное внимание. Древняя ирландка, которой ни в чем нельзя отказать, Леборхам Ратнах в повествовании о сыновьях Уснеха. Детали сюжета и обсуждение. Интересно, он сам все это видел? Обстановка: много необычных предметов. Как воду подать вдвое выше водонапорной башни. Другая техника. Марта была бы счастлива на месте Мирей. Большая медная труба, ею он мог бы позвать на помощь, но кого, как, в какой ситуации, не сказал. Секрет. Прямо-таки Олифант, волшебный рог Роланда. Никаких висящих по стенам мечей и копий, оставшихся от каких-нибудь нападавших на него рыцарей. Не нападали. Там, где он жил среди людей в последний раз, он был объектом поклонения. И именно поэтому пришлось сбежать. Кажется, уже испортила ему настроение! Нет, настроение у него плохое от каких-то нехороших предчувствий. Хм, лучше не обсуждать. Все время подчеркивала, как приятно беседовать с владельцем Замка, именно в облике. Чтобы не разделился на человека и Аш-бэ, тот стал бы прослушивать Замок и окрестности. Как он выбирает свой облик? Сейчас напоминает гигантского черного ворона, если бы у того были не перья, а толстая шкура, а вместо клюва – закругленно-обтекаемая морда. Объявил всё военной (!) тайной. Связана с предчувствиями. Может, наш замысел раскрыт?! Мирей льстит. Мифические предки королевских династий. Недаром умершие в начале века братья Лимбурги изобразили дракона над правой башней замка Лузиньянов, принадлежавшего позже Карлу VII, отцу Людовика, в «Великолепном часослове», который они сделали для герцога Беррийского. Иллюстрация. Мелузина точно родственница доктора! Легенда. Интересно, что такое был знаменитый «вопль Мелузины»? Мирей не подозревала, что в тот же день позже сама сыграет её роль. Завоевания рода Лузиньянов вплоть до современности. Три года назад умер король Кипра Жак II Лузиньян, номинальный король Иерусалима и Армении. Права на Кипр, Иерусалим и Армению достались его вдове Катарине Корнаро, венецианке. Не собирается ли монсеньор завлечь ее в свой замок и получить их? Или он и так может на них претендовать по древнему родству? Дракон: у инквизиции нет претензий к Катарине. Мирей продолжает льстить дракону. Как мышей пугает кот, человека дракон. В Священном Писании с самого начала истории человека указан Змей как причина потери рая. И далее со змеем или драконом сражаются все боги и герои древности. Хотела перечислить, но уже в прошлый раз он привел еще более древние легенды. А наскучить ему нельзя. Рецепты, как нарочно покраснеть. Нескромный вопрос: в каком виде дракон посещает жён? Хотя от Юлии знала, что в любом. Зачем спасал Мирей, непонятно. Хотя дезинфекция привела почему-то к омоложению. Проговорилась, а это был сюрприз для Мориса. Обновление внутреннего имени. Рассеянное среди людей драконово наследие. Придворный опыт ловли значительного лица для приватного разговора… оглядывалась, пройдя мимо, чтобы посмотреть, не оглянулся ли он, чтобы посмотреть, не оглянулась ли я, чтобы посмотреть… Спойлер – слова из песни “Видение” Максима Леонидова с альбома “Проплывая над городом” 1997. Собственно, это слова, сделавшие всю песню, а эта песня сделала весь альбом. Альбом же, возможно, всего автора. Одиночество Мирей. Обиды на Пьера за Маргариту Анжуйскую. Кусок истории войны Йорков и Ланкастеров. Истинное одиночество дракона. Так мог бы говорить вечный жид Агасфер. Или сам мятежный дух Люцифер. Трудности воспитания детей. Ах, вот она, интересная тема! Сын Жак попал под влияние короля Людовика с его драконовским чувством юмора. Проблемы с Людовиком у его отца Карла. Жанна д'Арк и дофин. Неудачная попытка Людовика руководить войском, с участием в том походе Карла и Пьера. Дракон знает историю – рассказывает для доказательства про Аррасский договор. Была ли Мирей, тогда – Жанна дю Бек-Креспен на площади, когда жгли Жанну д'Арк в её Руане? Все-таки зрелище не для детей, а той и самой-то было семнадцать. Мирей было пятнадцать, а Руан тогда еще не был её. Но она там была, о чем жалела много раз. Рассказал, что мог вытащить ее из тюрьмы, приняла за посланца дьявола и отказалась. Спасти ее оказалось очень сложно, хотя дело того стоило. О спасение Мирей и Юлии. Роль Труа в войне с англичанами. Что тогда делал Людовик. Жиль де Рэ и Бертран дю Геклен. 1444, Аньес Сорель и замок Анэ сейчас и двести и триста лет назад. Смерть жены Людовика. Маргарита, Аньес. Нормандия. Гиень. Порт Кале до сих пор у англичан. А в вашей Нормандии в том же году была эпидемия ведовства, точнее, инквизиторства. Новый папа римский, оправдание Жанны д’Арк, бегство дофина в Бургундию с новой женой. Опять история Юлии. Коронация Людовика и его ссоре с Бургундией. А при чем тут воспитание сына Мирей? Не стала его прерывать, чтобы отвлекать подольше. А что со спасением Девы Жанны? Тот рассказывает. Куклы типа ашь. Не бесчувственные, но с ослаблением боли, достававшейся кукловоду (доктору Акону). Давний кошмар не такой, оказывается, ужасный, но остался кошмаром. Дама дез Армуаз. Ещё спасение с костров?! Он не единственный симбионт (?). Но большую часть спасенных удается вернуть в мир, изменив им внешность и переселив в другой город. Чаще в страны без инков – например, мусульманские. Обсуждение этики этого. Э, а что с воспитанием детей? В рассказе об Аньес Сорель он забыл… Дочери Аньес, их наследство и замужество и казус с приданым старшей. Неправдоподобные слухи о причинах бегства Людовика, как-то: убийство Аньес и слухи о неверности его жены. Милые особенности ее поведения. Шарлотта Савойская. Жак ездил к Людовику, передавая послания от друзей и друзьям от дофина. Тогда и выбрал дофина в наставники. Браки сводных сестер короля, старшей и младшей. Ее печальная участь. Людовик XI начал свое правление в 1461 как раз с того, что стал пристраивать сводных сестер. Брак средней самым прямым образом затронул сына Мирей. Награда великовата. Но король не прогадал с этим браком, как монсеньор сейчас увидит. Поведение короля и Лига за общественное благо: время тянула).
Авангардом войска короля командовал мой муж, Великий сенешаль Нормандии (историческая справка) Пьер де Брезе. Король, подозревавший всегда и всех, прямо спросил его, не договорился ли и он с восставшими сеньорами, и Пьер с усмешкой отвечал, что да… но что он лично останется с королем, а они – лишь с договором. (На это король и рассчитывал, вспомнив, как поступил Пьер при Прагерии – только король был тогда дофином и интриговал против короля, так что Пьер был на другой стороне). Король указал ему вступить в Париж, не сталкиваясь с бургундцами, однако Пьер устроил так, что столкновение все же произошло. Это было в шестьдесят пятом при Монлери под Парижем, больше десяти лет назад. (Король должен был подозревать, что Пьер поступит по своему разумению. И он знал, что в руководстве войсками он много уступает Пьеру). В этом столкновении Пьер погиб. (Планы Пьера). Рискнул и оставил меня вдовой. Пришлось браться за дело. (Переговоры и кто чего хотел. Сговор сеньоров и помощь Мирей, тогда Жанны де Брезе). Я впустила в Руан герцога Жана Бурбонского, мужа законной сестры короля Жанны, и ему, как представителю герцога Беррийского (брата короля), принесли присягу все жители Руана. Брат короля стал герцогом Нормандским. В девятнадцать лет! Ведь он на двадцать три года младше короля, своего брата. Не принесли присягу и сбежали к королю (перечисление и причины. В конце списка её сын – новый Великий сенешаль Нормандии (или, по крайней мере, он должен был бы им стать, если бы новый король не стал вводить новые порядки и лишать сеньоров их должностей без всякой вины и без суда), Жак де Брезе, и тоже перешел к королю. Мой сын. (Интересы семьи при любом исходе).
Оказалось, на правильную сторону встал тогда Жак. А на чью же сторону он мог встать, если король отдал ему в жены свою единокровную сестру?
(Некоторое время казалось. что права Мирей. Примирение короля с сеньорами Уступки короля. Интриги короля. Всё обратно. Опала).
Жак и Шарлотта женаты четырнадцать или пятнадцать лет, и все эти годы слухи о них меня пугают, как пугали они сами, когда я еще жила в Брешессаке, часто навещая их в Анэ. Боюсь, он убьет ее, застав с каким-нибудь ловчим из королевской охоты. Особенно подозрительно Жак всегда косился на своего молочного брата де Лаверне (спойлер: да!). Мезальянс: дочь короля от фаворитки знатнее, чем сын министра от законной жены. А Шарлотта нипочем не даст Жаку это забыть.
– Но ведь это вы с мужем воспитали сына так, чтобы он падал, как кот, на четыре лапы. А вы с сыном минимизировали угрозу семье от войны короля с Лигой. Вспомните печальную судьбу коннетабля, графа де Сен-Поля. (Кусок недавней истории). Ваш сын – Великий сенешаль Нормандии. Значит, король им доволен!
– Он слишком хорошо угождает королю. Шарлотта Валуа и истинная дочь Аньес Сорель, с самого начала она дала понять Жаку, что его ни в грош не ставит. Будь он хоть герцогом Нормандским! Она повинуется воле короля, назначившего ей мужа, но любовников будет выбирать сама! И Жак не обязательно попадет в их число! И она посмотрит, как он осмелится пожаловаться на это королю! А как он осмелится? Король и так об него ноги вытирает. Это мой муж был соратником Карла VII, а мой сын веселит его сына непристойными стихами! (Обстоятельства). И он, конечно, не жалуется королю на Шарлотту.
Король терпеть не мог Аньес Сорель, ее дочерей ему нужно было пристроить прилично: он был занят умиротворением многочисленных родственников, почти все из которых интриговали против него, начиная с родных брата и сестры. (Обсуждают короля).
Жак был подавлен: Шарлотта была права, называя его мальчишкой. Хоть ему было двадцать семь, а ей – семнадцать, в точности как Пьеру и мне, когда мы поженились… А Жанну д'Арк сожгли в семнадцать… Но опыт придворной жизни у них был разный. Он умел отлично охотиться на зверя в лесу и таскать незаметно депеши дофина, проводя в его обществе не так уж много времени… с этим удалением Людовика от двора Жаку не повезло. А она – сами понимаете, с детства при дворе… (Обстоятельства их жизни). Помучив для развлечения совсем немного, она включила его в число своих любовников. Более того, рожает ему детей. Но это не ослабило их противостояния. Скорее, наоборот. (Ещё обстоятельства). А он-то считает себя важной персоной и чуть ли не другом короля, хотя для короля он скорее шут, чем советник. Но Жак от себя это скрывает.
– Ну, и шут может быть важным советником.
– Не в этом случае, пусть поверит мне монсеньор, я знаю, хоть и жила последние годы в Труа. Всем известно, кто главный советник короля. (Обсуждают Оливье ле Дэна по прозвищу Дьявол). (Уязвлённое самолюбие Филиппа де Коммина, лучшего дипломата герцога Бургундского – причина его перехода к королю). (Попутно дракон посмеивается над придворными обычаями Европы, и не думает подражать).
– При дворе, я знаю, иногда, на празднествах, развлечения ради разыгрываются представления на темы из Библии, из жизни греческих богов и героев, пастушков и пастушек. Но это не примеры для подражания. (Мирей снова поражена самомнением дракона: обычаи славнейших дворов Европы для него – не более чем обычаи диких язычников. А впрочем, сама только что жаловалась на воспитание при дворе дочери Аньес Сорель).
– (На примере Коммина): осознать себя шутом в чужих глазах очень страшно. (Кстати, предсказывает упадок карьеры Коммина, как только герцог окажется побежденным). Жак оказал королю услугу с Лигой, но король давно считает, что расплатился. И забыл о ней. Вот Филипп такие вещи понимает, только ему деваться некуда. А Жак – нет, не понимает. Вернее, не хочет понимать.
– Боитесь, сорвется? Сбежит от короля?
– Хуже. Наоборот, рассчитает момент, когда можно сорваться, чтобы не вызвать у короля большого гнева. Вы ведь знаете, брат короля недавно умер, бывши в то время герцогом Гиенским. А против главного своего соперника, герцога Бургундского, король плетет такие сети, что и более хитрому человеку трудно было бы спастись. Де Коммина он, пользуясь вспыльчивостью герцога, переманил давно, а это был, думаю, самый его умный дипломат. Не удивлюсь, если прозвище Голова В Сапоге Филипп получил от придворных герцога, но по наущению короля… Падение герцога не за горами, первое поражение от швейцарцев, на которых король потратил кучу денег, он уже потерпел, и оно ничему его не научило, он собирает новое войско, вместо того, чтобы заключить с ними мир и принять их предложение выделять войско для войны с кем угодно… Видать, они не дураки подраться… А когда герцог потеряет войско и влияние, все более мелкие противники короля сразу побегут к нему от герцога с изъявлениями преданности. Король больше ни на кого не будет оглядываться. Зачем ему тогда заботиться о сводных сестрах – дочерях ненавистной Аньес Сорель. Много ли пройдет времени до той ночи, когда мой сын зарежет Шарлотту, как свинью, обнаружив в ее постели в замке Рург какого-нибудь королевского ловчего или собственного оруженосца?
– Вам её жаль?
– Не очень. В конце концов, она-то давно нарывается. Я в ужасе от того, что он погубит душу. В вашем понимании, окончательно станет злодеем. Одно дело, приказ короля, другое – для себя самого. Пусть даже по видимости – чтобы освободиться от принуждения, а на самом деле – опять к удовольствию короля. Понимаете?..
– Не могу сказать наверняка, но мне кажется, что да… – задумчиво начал мой грозный собеседник…