<< 1 ... 7 8 9 10 11 12 13 14 15 >>

Алексей Васильевич Шишов
Белые командиры Гражданской войны


Врангель получает предложение генерала Шиллинга, оборонявшего Одессу, стать его помощником по военной части. Но Одесса, последний клочок территории Малороссии у белых, была сдана красным еще до того, как барон принял решение. Деникин поручает Шиллингу оборону Крыма с сокращением должности его помощника по военной части. 27 января 1920 года Врангель подает заявление об отставке.

8 февраля Деникин своим приказом увольняет от службы Врангеля и его сторонников в высшем эшелоне военной власти – генералов Лукомского и Шатилова, адмиралов Ненюкова и Бубнова. Оскорбленный Врангель с семьей перебирается в Константинополь (с последующим следованием в Сербию), откуда он пишет А. И. Деникину резкое письмо, в котором были и такие слова:

«…Если мое пребывание на Родине может сколько-нибудь повредить Вам защитить ее и спасти тех, кто Вам доверился, я, ни на минуту не колеблясь, оставляю Россию».

Деникин не оставил письмо без должного ответа, который барон Врангель получил на берегах Босфора:

«…Для подрыва власти и развала Вы делаете все, что можете…

Когда-то, во время тяжелой болезни, постигшей Вас, Вы говорили Юзефовичу, что Бог карает Вас за непомерное честолюбие…

Пусть Он и теперь простит Вас за сделанное Вами русскому делу зло…»

Деникин был надломлен неудачной двухлетней борьбой против большевизма, провалом «похода на Москву». Он потерял веру в дальнейшее успешное командование силами Белого дела на Юге России, объявив своему окружению о сложении с себя полномочий главнокомандующего. Новую кандидатуру на этот пост должен был назвать Военный совет, собираемый под председательством генерала А. М. Драгомирова в Крыму.

Можно сказать, что решение Военного совета было, по существу, предрешено, хотя часть его членов высказалась за то, чтобы А. И. Деникин оставался на своем посту. Первым из выступающих, кто назвал фамилию Врангеля, был капитан 1-го ранга Рябинин, которому никто не возразил.

Врангель, находившийся в Константинополе, получил телеграмму с приглашением прибыть на Военный совет. Вместе с тем англичане известили барона, что правительство Британии предлагает начать переговоры с большевиками об окончании Гражданской войны на условиях амнистии белогвардейцам. В противном случае Лондон отказывался помогать Белому движению. Стало известно, что деникинская армия в районе Новороссийска оказалась в безвыходном положении. Врангель без колебаний решил отправиться в Крым.

Новый белый главнокомандующий прибыл в Севастополь на английском дредноуте «Император Индии». Последние страницы Гражданской войны на Юге России стали в его жизни поистине «звездным часом», который «ушел» на удержание «последней пяди Русской земли», свободной от большевиков – Белого Крыма.

В Севастополе Врангеля встретил генерал С. Г. Улагай, который доложил ему о состоянии белых сил, оказавшихся в Крыму на тот день. Боеспособными можно было считать только корпус генерала Я. А. Слащёва (3,5 тысячи штыков и 2 тысячи сабель), который отстоял Перекоп и не позволил красным с налета ворваться на полуостров. Остальные войска – прибывшие на кораблях основные силы добровольцев, четверть Донской армии и небольшие силы кубанцев, деморализованные отступлением, в «себя еще не пришли».

Большая часть Вооруженных сил Юга России еще оставалась на черноморском побережье Кавказа в районе Туапсе – Сочи, ведя там бои. Это были: Кубанская армия численностью до 40 тысяч человек, 2-й и 4-й Донские корпуса общей численностью до 20 тысяч человек, другие воинские части. У белого командования имелись суда, на которых можно было перевезти большую часть этих сил в Крым, но оно надеялось, что остававшиеся там войска перейдут к успешным партизанским действиям.

Тем временем вокруг Крыма развернулась дипломатическая игра. 29 марта 1920 года английский министр иностранных дел Д. Н. Керзон предложил Москве начать переговоры с белыми о сдаче последних на условиях амнистии.

31-го числа красные войска предприняли неудачную попытку ворваться на полуостров.

1 апреля Москва ответила Лондону, что согласна разменять крымских белогвардейцев на венгерских заключенных, оказавшихся в тюрьмах после подавления революции в Венгрии в августе 1919 года.

3 апреля корпус генерал-лейтенанта Слащёва отразил новую попытку противника прорваться через Турецкий вал (Перекоп) на полуостров. Впоследствии советское командование высказало версию, что оно само прекратило наступление, ожидая обещанной сдачи белогвардейцев. В августе месяце «спаситель» Крыма Слащёв получил по врангелевскому приказу почетное проименование «Крымский».

6 апреля Керзон предупредил советское правительство, что если его войска не остановят наступления на Юг, то Британия пошлет военные корабли поддержать белых в Крыму. Фактически это был ультиматум.

9 апреля командующий английской эскадрой на Черном море адмирал Де-Ребек попросил Врангеля и его генералов «держаться».

16 апреля английский генерал Перси заявил барону Врангелю, что в случае продолжения Гражданской войны Лондон его не поддержит

15 апреля Москва, которая вела переговоры с Керзоном, подтвердила, что согласна на капитуляцию белых и выезд врангелевских войск из Крыма.

17 апреля в Крым из Парижа на имя барона П. Н. Врангеля пришло сообщение о том, что французское правительство отрицательно относится к соглашению белых с большевиками. После этого Врангель переориентировался с Англии на Францию, именно у нее ища поддержку.

21 апреля глава лондонского МИДа дал ответ советскому правительству: речь должна идти не о капитуляции, а только о перемирии воюющих сторон.

В итоге дипломатического «общения» держав Антанты с Москвой Франция предоставила главнокомандующему Русской армией генерал-лейтенанту П. Н. Врангелю заем в 150 миллионов франков. Из Франции в Крым доставили тяжелую артиллерию, из Болгарии, Румынии, Турции и Греции – вооружение и военное снаряжение (в том числе немецкое), невостребованное в Первой мировой войне.

Пока между Лондоном и Москвой шли такие переговоры относительно судьбы белого Крыма, белый главнокомандующий Врангель на полуострове не сидел сложа руки. 16 апреля в Евпатории, делая смотр Донскому корпусу, объявил донцам следующее:

«Нужно готовиться к дальнейшей борьбе. Я буду рад видеть вас во главе нового похода для освобождения России и тихого Дона. Я совершенно уверен, что попытки союзников заключить мир с большевиками будут тщетны…»

Такие «метания» союзников-англичан, известия о возможности сдачи белых войск в Крыму и амнистии им со стороны советской власти сильно повлияли на моральное состояние донцов и кубанцев, сосредоточившихся в районе Туапсе – Сочи. К тому же Грузия отказалась пропустить через свою границу белые войска. Начались переговоры: большевики обещали взять казаков в Красную Армию и направить их на Польский фронт.

2 мая в районе Сочи сдались части трех кубанских и двух донских корпусов – 1409 офицеров и военных чиновников, 10 099 урядников и 28 906 рядовых при 146 пулеметах и 25 орудиях. Англичане «забрали на суда всех пожелавших грузиться в Крым» – пять тысяч донцов и около двух тысяч кубанцев генерала Шкуро.

После этой операции в Крыму под командованием Врангеля оказалось почти все «белое воинство» Юга России. Всего на довольствии числилось 150 тысяч «ртов», и лишь шестая часть из них составляла «боевой элемент». Все собравшиеся в Крыму донцы были сведены в один корпус («пока еще не боеспособный, раздетый и безоружный»), кубанцы – в одну бригаду.

Белая Русская армия была сформирована бароном Врангелем 11 мая 1920 года из остатков Вооруженных сил Юга России, эвакуированных в марте, апреле и мае из Новороссийска, портов Кубани и Грузии, а также войск Новороссии, эвакуированных в Крым из Одессы и 3-го (Крымского) корпуса генерала Слащёва, оборонявшего полуостров на позициях Перекопского перешейка. Начальником штаба врангелевской армии был назначен генерал-лейтенант П. С. Махров, которого через месяц сменил генерал-лейтенант П. Н. Шатилов.

Организационно белая Русская армия состояла из четырех корпусов:

– 1-й (Добровольческий) корпус генерал-лейтенанта А. П. Кутепова, которого в сентябре сменил генерал-лейтенант П. Н. Шатилов в составе: Корниловская, Марковская и Дроздовская пехотные, 1-я и 2-я кавалерийская дивизии;

– 2-й (Крымский) корпус генерал-лейтенанта Я. А. Слащёва-Крымского в составе: 13-я и 34-я пехотные дивизии, Терско-Астраханская казачья бригада;

– Донской (Казачий) корпус генерал-лейтенанта Ф. Ф. Абрамова в составе: 2-й и 3-й Донских дивизий, гвардейской Донской бригады;

– Сводный (Конный) корпус генерал-лейтенанта П. К. Писарева в составе: Сводно-Кубанская и 3-я Чечено-Астраханская конная дивизии.

К началу июня вся эта белая группировка насчитывала в своих рядах до 32 тысяч штыков и 12 тысяч сабель, 1144 пулемета, 272 орудия, 14 бронепоездов, 16 автобронеотрядов, 1 танковый отряд и 11 авиаотрядов. Врангель продолжил традицию белых вождей Корнилова и Деникина, сохраняя офицерские роты, батальоны и полки. Они являлись ударной силой врангелевской Русской армии.

Врангель создавал Русскую армию в условиях наступления армии «белопанской» Польши на Советскую Украину. Польской фронт оказался летом 1920 года для Москвы важнее, чем Южный фронт против белого Крыма, который получил в ходе Гражданской войны непродолжительную передышку.

Барон Врангель создает собственное правительство, так называемый «Совет при Главнокомандующем», во главе с А. В. Кривошеиным. Однако принцип единоличной диктатуры, утвердившийся на белом Юге еще в 1918 году, изменений не претерпел. Врангель так определил главную задачу правительства:

«…Не триумфальным шествием из Крыма к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа».

…В конце мая врангелевская Русская армия вышла за Перекоп и развернула наступление в степях Северной Таврии. Ее костяк по-прежнему сохранял высокие боевые качества. Мемуаристы упоминают о «небывало жестоких и кровопролитных» боях, которые вели дроздовцы и корниловцы, о способности белогвардейцев жертвовать собой. За три дня победоносных боев в Таврии 1-й (Добровольческий) корпус генерала Кутепова потерял почти четверть бойцов. Белые, используя танки и бронепоезда, вышли к берегам Днепра и к Мелитополю.

Части корпуса генерала Слащёва высадились с кораблей на побережье Азовского моря в районе Кирилловки, заняв город Мелитополь. Донской корпус наступал в направлении Каменноугольного бассейна (Донбасса). Войска советского Южного фронта оказывали ожесточенное сопротивление, сумев окружить и разгромить у села Ново-Михайловка 3-ю конную (Чеченскую) дивизию генерала А. П. Ревишина, который был взят в плен и застрелен в штабе Буденного.

В конце июня командование Южного фронта, стремясь переломить ход событий, бросило в прорыв конный корпус Д. П. Жлобы, чтобы сильным ударом от Мелитополя выйти к Перекопскому перешейку и тем самым отрезать противнику путь отступления в Крым. Задумано было хорошо, но действительность на войне всегда чревата своей непредсказуемостью.

Врангель повернул наступавшую Корниловскую дивизию на восток для удара во фланг и тыл корпуса Жлобы. Пришла в движение белая конница. В итоге трехдневных боев корпус красной конницы оказался в мешке и подвергся полному разгрому.

Решающее слово в этом деле оказалось за 2-м офицерским Корниловским полком, который преградил путь лихо идущей вперед лаве красной конницы. Командир полка полковник Пашкевич построил его в ряды (первый ряд стрелял «с колена», второй ряд – «стоя», штыками вперед). Значительная часть всадников (и лошадей) были убиты или ранены, напоровшись на концентрированный ружейный огонь и штыки. Жлоба смог спастись от преследователей на автомобиле. Разгром его корпуса довершили бронеавтомобили и самолеты белых. Победители взяли две тысячи пленных, много трофеев и три тысячи коней, которые сразу же были переданы безлошадным казакам.

Окружение и разгром кавалерийской лавы пехотой – редчайший случай в истории войн той эпохи. Этот эпизод Гражданской войны в России тщательно, вплоть до начала Второй мировой войны, изучался во французской Академии Генерального штаба в Сен-Сире.

До середины августа на Южном фронте шли упорные бои «местного значения» с переменным успехом. Но все же белая Русская армия шла вперед по всему периметру фронта, от Азовского моря до Александровска и Днепровско-Бугского лимана. Ударной ее силой стала казачья конница генерала И. Г. Барбовича. В июле красным удалось форсировать Днепр в районе Каховки и захватить там важный по своему местоположению плацдарм с речной переправой. Каховка была спешно превращена в хорошо укрепленный район.

Врангель приказал командиру усиленного 2-го корпуса генералу Слащёву-Крымскому взять Каховку и перейти на правый берег Днепра. Но тот выполнить боевую задачу не смог, подал в отставку и был заменен генералом Витковским. Но и тот не смог, неся тяжелые потери, ликвидировать Каховский плацдарм красных.

Одновременно с боями у Каховки Красная Армия перешла в наступление на северном и других участках Южного фронта. Из района Никополя удар наносила 2-я конная армия Миронова. Двинулись в прорыв войска «батьки» Махно, которым помогала 4-я армия красных. Тяжелые бои шли с переменным успехом, но в целом наступление советских войск совместно с «армией» Махно осенью 1920 года оказалось неудачным, исключая борьбу у Каховки.

Красные войска отошли на исходные позиции. Войска врангелевской Русской армии, несмотря на понесенные в осенних боях невосполнимые потери, перешли в контрнаступление по всему фронту – у Каховки, Никополя, Александровска, Полога и Бердянска. Они всюду добились тактического успеха, кроме района Каховки, где 2-й корпус генерала Витковского в бесплодных атаках с применением танков потерял треть своего состава: прорваться на днепровское правобережье он так и не смог.

…Летом 1920 года Врангель решил перенести борьбу из Северной Таврии в казачьи области – на Дон и Кубань. Там, а также на Тереке в то время действовало 36 белоказачьих партизанских отрядов в 13 100 штыков и сабель с 50 пулеметами и 12 орудиями. Донской атаман генерал А. П. Богаевский пытался отговорить Врангеля от десантных операций, сказав:
<< 1 ... 7 8 9 10 11 12 13 14 15 >>