Книга Духов. Основы спиритического учения
Аллан Кардек

1 2 3 4 5 ... 18 >>
Книга Духов. Основы спиритического учения
Аллан Кардек

«Книга Духов» так же мало нуждается в рекомендациях, как «Библия» или «Бхагават-гита», как «Веды» или «Упанишады». Она посвящена самой загадочной и важной проблеме, волнующей человечество на протяжении всей его истории: есть ли жизнь после смерти? И если да, то какова она и что тогда такое смерть? Для чего вообще мы здесь? Ответ на эти и подобные вопросы можно отыскать в «Книге Духов».

Аллан Кардек

Книга Духов. Основы спиритического учения

Введение

I

Для новых явлений нужны и слова новые; этого требует ясность языка; это необходимо для того, чтобы избежать всяких недоразумений, неразлучных c различными значениями одних и тех же терминов.

Слова спиритуальный, спиритуалист, спиритуализм имеют значение весьма определенное; объяснять их снова для применения к учению «духов» было бы бесполезно.

В самом деле, спиритуализм есть учение, противоположное материализму. Всякий, кто верит, что в нем, кроме материи, есть еще что-то, тот – спиритуалист. Но из этого еще не следует, что он верит в существование духов или в сообщения их с видимым миром.

Вместо слов спиритуалист, спиритуализм мы употребляем, для определения этого последнего верования, слова спирит и спиритизм, которые сами по себе высказывают свое происхождение и настоящий смысл, оставляя слову спиритуализм его собственное значение.

Итак, спиритизм имеет своим основанием сношения материального мира с духами или существами невидимого мира. Последователи спиритизма будут спириты или спиритисты.

Как частность, «Книга духов» содержит в себе учение спиритизма, в общем же значении она охватывает собой спиритуализм, как разновидность его. Вот почему в ее заглавии находятся слова: Философия спиритуализма.

II

Существует еще слово, в значении которого необходимо условиться, ибо выражаемое им понятие является ключом всех моральных учений и предметом многочисленных споров за неимением для него вполне определенного смысла; слово это – «душа».

Различие мнений о природе души происходит от различного смысла, который каждый придает этому слову.

Язык совершенный, в котором каждое понятие имеет свой особенный термин, устранил бы много споров, и люди легко понимали бы друг друга.

По мнению одних, душа есть начало материальной, органической жизни; она не имеет собственного существования и прекращается вместе c жизнью тела; это чистый материализм.

В этом смысле и говорят образно о разбитом, не издающем звуков инструменте, так как в нем нет души. С этой точки зрения душа есть следствие, а не причина.

Другие думают, что душа есть начало разума, всеобщий деятель, часть которого воспринимается каждым существом. По их мнению, у всей вселенной есть только одна душа, наделяющая своими частицами все разумные существа во время их земной жизни.

После же смерти каждая эта частица возвращается к общему источнику, с которым она и сливается, как ручьи и реки сливаются с морем, откуда вышли.

Это воззрение отличается от предыдущего тем, что признает в нас что-то еще, кроме материи, и допускает, что после смерти это «что-то» остается, но это сводится почти ни к чему, ибо, потеряв индивидуальность, мы утратили бы и самосознание. По этому мнению, всеобщая душа есть Бог, а каждое существо – часть божества; это толкование есть один из видов пантеизма.

Третьи, наконец, полагают, что душа есть существо моральное, отличное и независимое от материи, сохраняющее свою индивидуальность и после смерти. Это понятие о душе самое распространенное потому, что под тем или другим названием идея о существе, переживающем тело, помимо всех учений, составляет инстинктивное верование всех народов, какова бы ни была степень их цивилизации.

По этому воззрению душа есть причина, а не следствие, и это воззрение лежит в основе учения спиритуалистов.

Не входя в обсуждение справедливости этих мнений и смотря на них лишь с точки зрения лингвистической, следует признать, что в них содержится три понятия, для каждого из которых необходим особый определенный термин. Таким образом, слову «душа» присущи три значения, и каждое со своей точки зрения определяет его совершенно верно; вся беда лишь в бедности языка, у которого имеется одно только слово для обозначения трех понятий.

Во избежание всякого недоразумения следовало бы слову «душа» присвоить одно из этих трех значений; выбор того или другого безразличен; важно лишь условиться, какое именно.

Нам кажется более логичным употреблять это слово в его наиболее распространенном смысле; поэтому мы называем душою нематериальное и индивидуальное существо, пребывающее в нас и переживающее наше тело. И во всяком случае, если бы это существо являлось только в нашем воображении, то необходим был бы термин для его обозначения.

За отсутствием особого термина для каждого из других понятий мы назовем жизненным началом начала жизни материальной и органической, каков бы ни был его источник, присущий всем живым существам – от растений до человека включительно.

В смысле жизни реальной, отдельно взятой от мыслительной способности, жизненное начало – понятие ясное и независимое. Слово «жизненность» не выражает, как следует, это понятие. Одни считают жизненное начало свойством материи, результатом нахождения ее в определенных данных условиях; по мнению других (и это наиболее общее понятие), оно заключается в находящемся повсюду особенном токе, часть которого каждое существо поглощает и усваивает себе на время своей жизни, подобно тому, как некоторые органические тела поглощают свет; в таком смысле – это жизненный ток, который, по мнению иных, есть не что иное, как электрический оживотворенный флюид, обозначаемый также названиями «магнетический ток, нервный ток» и т. д.

Как бы то ни было, но неоспорим тот, подтвержденный наблюдениями, факт, что органические существа заключают в себе скрытую силу, жизнеспособность, действующую, пока существует явление жизни; что жизнь материальная присуща всем органическим существам, независимо от разума и мысли: что разум и мысль – способности, свойственные только некоторым органическим существам, наконец, что между органическими существами одаренными разумом и мыслью, есть одно, наделенное особенным нравственным чувством, дающим ей неоспоримое превосходство над другими, это – человек.

Очевидно, что понятие о душе при многоразличном своем толковании не нарушает принципов ни материализма, ни пантеизма. Сами спиритуалисты могут принять то или другое определение слова душа, не нарушая притом понятия о нематериальном существе, которому они дают в таком случае любое название.

Итак, слово это не может быть результатом какого-либо известного мнения, каждый понимает его по-своему, вследствие чего оно и является источником бесконечных споров.

Можно было бы избежать недоразумения, употребляя слово «душа» и для обозначения всех трех понятий, прибавляя лишь к каждому определение, показывающее значение, придаваемое слову. Тогда это будет понятие родовое, обозначающее одновременно начало как жизни материальной, так разума и нравственного чувства, подобно тому, как например, различают понятие «газ», прибавляя к нему слова: «кислород», «водород» или «азот». Тогда можно было бы сказать, – и это, может быть, было бы лучше и проще всего: жизненная душа– о начале жизни материальной, разумная умственная душа – для обозначения разума и духовная душа – для обозначения нашей индивидуальности после смерти.

Таким образом, очевидно, весь вопрос здесь в словах, но вопрос этот слишком важен, чтобы о нем не условиться.

Из всего этого следует, жизненная душа свойственна всем органическим существам: растениям, животным и человеку; умственная душа – только животным и человеку; а духовная душа – только одному человеку.

Мы сочли себя обязанным остановиться на этих предварительных разъяснениях особенно потому, что спиритическое учение основано именно на присутствии в нас существа, независимого от материи и переживающего тело.

Слово «душа» часто будет употребляться в этом труде, а потому, во избежание каких-либо недоразумений, и было необходимо точное определение значения, которое мы придаем этому выражению. Обратимся теперь к главному предмету этих предварительных разъяснений.

III

Учение спиритизма, как и все новое, имеет своих сторонников и своих противников.

Попробуем отвечать на некоторые возражения последних, разбирая достоинство причин, на которых они основываются, хотя не имеем вовсе претензии убедить всех без исключения, потому что есть люди, которые думают, что свет истины существует только для них одних.

Мы обращаемся к людям честным, добросовестным, чуждым всяких предубеждений, искренне желающим познать истину, и покажем им, что большая часть возражений, противопоставляемых учению о духах, происходит от неполного рассмотрения фактов и от слишком легкомысленного и поверхностного суждения об этом предмете. Припомним сперва постепенный ряд явлений, послуживших основанием этого учения.

Первым замеченным явлением было движение различных предметов; его называли обыкновенно явлением вертящихся столов или пляской столов.

Это явление, прежде всего, проявилось в Америке или, лучше сказать, возобновилось в этой стране, потому что история доказывает, что оно восходит до глубокой древности; оно сопровождаемо было странными обстоятельствами, как то: необыкновенными шумами, стуком, раздававшимся без всякой видимой причины, и пр.

Оттуда оно быстро перешло в Европу и другие части света; сперва оно возбуждало много недоверия, но многочисленные опыты вскоре уничтожили сомнения в действительности явлений.

Если бы явления эти ограничивались движением предметов, они могли бы быть объяснены причинами чисто физическими. Мы далеки еще от того, чтобы знать все скрытые силы природы и даже все свойства известных нам сил; уже одно электричество каждый день открывает нам свои новые свойства и дает человеку возможность делать из него новые применения и освещает науку новым светом.

Итак, легко могло быть, что электричество, измененное различными обстоятельствами, или какой-нибудь другой деятель были причиной этих движений. С увеличением числа участвующих лиц увеличивалась и сила действия. Это обстоятельство, по-видимому, поддерживало эту теорию, потому что собрание лиц, делавших опыты, можно было рассматривать как сложный гальванический столб, сила которого пропорциональна числу составных элементов.

Кругообразное движение тоже не представляло ничего необыкновенного, оно замечается во всей природе; все светила движутся кругообразно; это могло быть в малом виде отражением всеобщего движения вселенной, или, лучше сказать, причина, неизвестная до сих пор, могла произвести движение малых предметов, подобное тому, какое мы видим во всех мирах вселенной.

Но движение это не всегда было кругообразно; часто оно бывало неправильно, сопровождалось толчками, предмет бывал опрокидываем, увлекаем по какому-нибудь направлению и даже совершенно противно законам статики. Иногда поднимался вверх и без всякой точки опоры держался в пространстве.

Во всем этом нет еще ничего такого, что не могло бы быть объяснено силою какого-нибудь невидимого физического деятеля.

Не видим ли мы, что электричество разрушает здания, опрокидывает деревья, бросает далеко самые тяжелые тела, притягивает и отталкивает их?

Предположим, что эти необыкновенные шумы, стук ударов – не что иное, как следствие простого, быстрого расширения дерева или других каких случайных обстоятельств, и они легко могут быть производимы скоплением невидимого тока; разве электричество не производит самых сильных звуков?
1 2 3 4 5 ... 18 >>