– А если я вас куда-нибудь приглашу?
– Если или пригласите? – она засмеялась.
– Приглашу, – сказал Антон уже твердо.
Опять пауза.
– Давайте сделаем так, – сказала, наконец, она.– Я вам перезвоню через пять минут и скажу, смогу ли.
Пять минут показались ему вечностью. Хотя позвонила она раньше, минуты через три:
– Ну, приглашайте.
– Ой, а я даже не знаю, куда у вас можно пойти.
– Тоже мне кавалер, – она опять засмеялась. – Я должна место назначать?
– Да, – сказал он, – А я время. Так часиков в полвосьмого. И пожелание: чтобы место тихое, не на виду. Есть такие?
– С отдельными кабинетами? Вообще-то я танцевать люблю. Но есть, конечно. Ресторан «Фрегат», например. Возле реки. Пойдет?
– Да, конечно. Вас где забрать?
– Там встретимся. Если вы так шифруетесь, то со служебного входа. Найдете?
– Конечно.
Большую часть времени до конца дня Антон провел как в тумане. Он с кем-то общался, кого-то принимал, но старался отделываться общими фразами. Собрался он уже ближе к концу рабочего дня. Окончательно обговорил с Евсиным и Вилецким детали завтрашней поездки, уточнил, что необходимо взять Русакова. Потом позвонил Катину:
– Зайди.
– Сергей Сергеевич, – сказал он, когда Катин появился в кабинете, – У меня встреча в ресторане «Фрегат». Конфиденциальная.
Катин вопросительно поднял брови.
– Узнай, что за ресторан, как туда подъехать без помпы. Со служебного входа. Сам посидишь в зале, подстрахуешь. Но со стороны.
– Чтоб никто не видел?
– Чтоб меня не видели. Дальше скажу, что делать. И если что – машина должна быть в моем распоряжении. Понятно?
– Понятно, – кивнул Сергей Сергеевич, но по его внешнему виду было видно, что он несколько озадачен.
– Выезд в девятнадцать. И личная просьба: чтоб никому. Хорошо?
Катин кивнул и вышел.
Антон задумался: а насколько можно доверять этому человеку. В Москве ему сказали: «можешь доверять, как себе самому». До сих пор Сергей Сергеевич его не подводил. Правда, все это не касалось личных дел. А с другой стороны – неужели он не может расслабиться, к работе это отношения не имеет. К быту? Так, ведь Катин должен, в том числе, обеспечивать и эту сторону его жизни. Впрочем, желательно без всякой огласки. Неизвестно, как посмотрят на ситуацию в Москве. Для себя Антон решил скрывать встречу с Алиной по максимуму. И все равно без помощи и перестраховки ему не обойтись.
Перед выходом он позвонил Русакову. Завтра во время поездки Тонковидов хотел с ним решительно поговорить о смене тактики, пока же был краток. Катин уже ждал его в машине. Это была не представительская «Тойота», а другая машина. Тоже джип, но с совершенно обычными номерами. Антон хотел быстро нырнуть в машину, но опять зазвонил телефон. Жена. Он недовольно поморщился.
– Ты собираешься домой? Обещал ведь.
– Выходной будет и приеду. А может раньше, если вызовут. Пока не вызывают. Как у вас дела?
– Тебя это еще интересует?
– Послушай, – он старался говорить, как можно миролюбивей. – Ты не представляешь, насколько я здесь загружен.
– Да, конечно, – она, впрочем, слегка сбавила тон. – Еще скажи, что положение хуже губернаторского.
Тонковидов почувствовал иронию и решил подыграть:
– Ну вот, очень точное определение. Именно.
– Ладно. Разговор есть нетелефонный. Целую. И жду.
Тонковидов раздосадовано хмыкнул и сел в машину.
Катин посмотрел на него в зеркало, но ничего не сказал.
– Ну и как «Фрегат»? – спросил врио.
– Прилично вроде, – неопределенно повел плечами Сергей Сергеевич. – Я буду в зале. Кабинеты отдельные рядом.
– Спасибо, – сдержанно сказал Тонковидов и зачем-то повторил.– Очень важная встреча.
Тут ему показалось, что он выглядит смешно. Антон замолчал и отвернулся к окну.
Глава двадцать четвертая.
Что было дальше, Санин помнил смутно. Его куда-то везли, что-то вливали, кололи в руку. Потом его выворачивало наизнанку, он лежал под какими-то лампами и вокруг бегали врачи. Наконец, Виктору Васильевичу стало легче, и он забылся тяжелым удушливым сном. Проснулся он в той же палате, что и накануне вечером. За окном было уже светло. Совершенно измученный и мокрый от пота. Страшно хотелось пить. Санин с трудом дотянулся до кнопки вызова врача.
Сначала в палату вошла молодая симпатичная девушка. Очевидно, медсестра. Но Виктору Васильевичу было не до девичьих красот.
– Пить, – попросил он сухими губами.
Она налила ему воду из графина в стакан. Санин жадно выпил, потом попросил еще.
– Врача пригласите, – сказал он, когда горло, наконец, чуть смягчилось. И все равно голос был противно хриплым. Девушка улыбнулась и кивнула. Так же молча она вышла из палаты, а вскоре вернулась с доктором. Снова с другим. На этот раз пожилым с добрым, немного одутловатым лицом.
– Здравствуйте, Виктор Васильевич, – сказал он как-то устало, присаживаясь на стул возле кровати. – Что ж вы нас так подводите?
– В смысле? – удивился Санин.
– Едите что попало.
– Почему что попало?