– Как неожиданно.
– Помолчи! И Сэм к тебе больше не зайдет!
– Да что я ей сделаю?
– Лучше мне даже не знать!
Я вышла, громко хлопнув дверью и, как всегда, задвинув засов. Но стоило только спуститься на второй этаж, как на меня налетела сестра:
– Лиса, ничего серьезного! Он просто, просто… Он неплохой человек!
И это она еще мне говорила о предательстве!
– Что бы он тебе ни наговорил…
– Лиса, я и без тебя все прекрасно знаю! Ты что, решила, что я собираюсь сбежать в Пустошь, что ли? Просто… он просто заставил меня задуматься о некоторых вещах…
– Вот! Вот так оно и начинается! Он скажет тебе одно, другое, а потом запудрит тебе мозги словами о Законе, а ты и не заметишь, как сама станешь такой, как он!
– У тебя мозги, что ли, совсем от жары оплавились?! – воскликнула она. – Я не собиралась поддерживать изгнанников! Просто некоторые вещи…
– Нет! Не продолжай! – я вскинула руки. – Ты хоть слышишь себя со стороны? Мы и без того влипли, а если он тебя еще настроит против…, – Я испуганно сглотнула и продолжила шепотом: – Против Закона… считай, что нас уже повесили!
– И это говоришь мне ты?! – со злобой прошептала Сэм. – Которая и привела его к нам в дом!
– Знаю, и сегодня, наконец, все закончится. Но до этого момента может произойти все, что угодно, поэтому…
Во мне откуда-то появились огромные силы, я дотащила упирающуюся Сэм до ее комнаты и, затолкав сестру туда, заперла дверь с наружной стороны, благо ша когда-то сделала засовы на наших спальнях для воспитательных мер. Сэм лишь пару раз что-то злобно выкрикнула и с силой ударила в дверь. Было противно так поступать, но меня охватила такая паника, что я ничего не могла с собой поделать. Все, что с нами происходит, – неправильно, такого просто не должно быть!
Глава 7
Времена Чистки, времена Охоты принесли нам высшую из благостей – мы, наконец, избавились от гнусных предателей и преступников, мы, наконец, установили мир в Объединениях. Теперь и поныне три пунктирные линии – это метка позора, который никогда не может быть прощен!
Из речи Дэвида Руквеля, первого советника
Уже была середина дня, а Туман все еще не возвращался. Хороший знак, может, он так и не придет? Ша разрешила мне посидеть на пороге дома. Она не спрашивала про Сэм, она вообще ничего не спрашивала. В воздухе пахло травой и одновременно гарью, что всегда бывает после Тумана. Солнце жгло лицо, и хотелось бы подставить его ветру, но стоял настоящий штиль. А это уже плохой знак – перед Туманом никогда не бывает ветра.
Тишину неожиданно прервал настойчивый гудящий звук. Я прислушалась и смогла узнать его прежде, чем его обладатель повернул из-за угла. Мотоцикл. Это был мотоцикл Троя. Я вскочила на ноги, как же давно мы не виделись! Трой затормозил резко, неожиданно, словно бы он чуть не проехал наш дом. Я не стала дожидаться, пока он слезет со своей металлической зверюги, и понеслась к нему навстречу, чтобы задушить в дружеских объятиях. Трой терпеть не мог таких нежностей, но разве кто его спрашивает?
– Ну все, слезь, – пробубнил он, хотя и через шлем можно было понять, что друг улыбается.
– Не ожидала, что ты приедешь.
– Я тоже.
– Вдруг Туман вернется?
– Что ж, тогда у вас останусь, хотя, конечно, лучше бы успеть, – он задумался, – отец хочет, чтобы я мотался поблизости. У них какая-то неприятность на работе.
Я понимающе кивнула и пригласила Троя в дом. Ша, как всегда, при виде его расцвела и готовилась достать все самое вкусное, что только у нас могло быть. Трой как всегда вежливо отказался (еще бы, дома-то он получше ест), и мы поднялись в мою комнату.
– Ты приехал ведь не просто так, правда? В это время никто не решается ехать в такую даль.
– Я беспокоился.
– Почему? – я искренне удивилась.
– После того вечера ты так и не перезвонила. Я знаю, сам замотался, но все-таки ты обещала.
Я смутно припомнила наш последний разговор, но о чем мы вообще болтали? Как всегда, наверное, о всякой чепухе.
– Да? Ну, наверное, просто забыла, – я пожала плечами. – Извини.
– Ты теперь в порядке?
– Почему ты спрашиваешь?
– Потому что, судя по твоему голосу тогда, ты едва в обморок не упала. Я хотел приехать, но не смог выбраться. Ты же знаешь нашу охрану.
Я потеряла нить разговора и окончательно запуталась. Чуть не упала в обморок? Что за глупость! Он точно мне звонил?
– А о чем мы с тобой тогда говорили?
– Лис, ты издеваешься?! Такое не забудешь. – Он наклонился и прошептал: – О Ванессе Делинхолл.
Это имя не вызвало во мне никакого отклика, совершенно безличное сочетание букв.
– О ком еще раз?
– Не пугай меня, – его выражение лица скорее уж меня напугало. Мы сидели, и как два идиота пялились друг на друга. – Девушка. Самоубийство. Она приходила к тебе в офис.
На секунду что-то во мне шевельнулось, словно заржавелый механизм, неприятно скрипнув, слегка сдвинулся со своего места, но никаких воспоминаний я в своей голове не отыскала. Мне было трудно понять, о чем говорит Трой.
– Прекрати загадывать загадки! Расскажи уже, – непонятный страх заставил меня злиться. А я и без того была на нервах.
– Я уже тебе рассказывал!
– Нет! Я бы запомнила!
Он вдруг сощурился и оценил меня взглядом.
– Они тебя обработали.
– Трой…
– Следовало ожидать. Она же была твоим клиентом.
– Трой…