«Дурак этот Сучок! – удивлялся он, вспоминая малолетнего гаденыша. – Зачем он кривит рожу и говорит «все отстой», когда каждый из нас хотел бы оказаться на его месте. Даже Конский хотел, хоть этот цепной пес никогда не признается – «слава автору! Гип-гип ура!» – да, так мы и поверили. Но маньяк… господи, это ведь правда было СЛИШКОМ! И, к тому же, совершенно неоправданно! Никто даже не увидел, как я страдаю…».
Должно быть, еще больше удивился бы Раздвиног, если б узнал, что этот маленький засранец Сучок – сын наркоторговца Сеткина. Тогда он, возможно, пересмотрел бы величину собственного унижения достопочтенным и весьма гениальным автором. Ведь женщина-тень не только погибла, но и от чистого сердца отдала цветок своей девственности наркоторговцу Сеткину, которому была верна всю жизнь и чьего сына растила в любви безо всякой взаимности.
Не считая демарша Раздвинога, происшествия в пути были довольно странные. Постоянно вдалеке хлопали аплодисменты и взрывы салютом. Кучки восторженных людей толпились у пивных ларьков – «К черту хмурого! Выпью пива! Хочу запомнить этот день!». Иногда через улицу перебегали два-три алкоголика или наркомана, держа в руках цветочные букеты… Владельцам бутиков, казалось бы, только и торговать в такой чудный день, а они закрывали свои галереи и прижимали свои носы к панорамным окнам, выходящим на проспект. Разные голоса из квартала в квартал перекликались:
– Канатов!
– Канатов!
– Он вконец охренел!
– Но ТАКОГО мы еще не видели!
Порой пролетал полицейский на служебном мотоцикле, стыдясь, что тот марки BMW, а у его друзей лишь «Явы», «Уралы» и «Ижи». Порой какой-нибудь толстяк, пыхтя, бежал в проулок, стремясь выпить двести граммов водки втайне от жены.
В одном месте такие толстяки, вместо того чтобы мирно пить крепкие алкогольные напитки, совершенно неожиданно принялись хором петь одну из старых песен артиста Канатова и пускать при этом по кругу тугой дымный косяк.
Раздвиног сперва подумал, что это выколачивают пыль из турецкого дивана, а потом понял, что автор вновь глумится над ним.
– Какой нехилый день! Всех нахер да и в пень! Какой некислый я! И срать ваще на все! – пели люди.
Спотыкнувшись на втором куплете песни, их голоса снова слились:
– Канатов!
– Чуваки, мать его, Канатов!
Словом, была большая тревога, что Канатов – это полный отстой. Но в воздухе отчетливо пахло канабисом, а больше того – человеческим праздником. Казалось невероятным, но выступление артиста Канатова объединило людей.
И, наконец, случилось последнее происшествие.
Мальчишки-дошколята, сбежавшие из домов, пока их родители предавались ощущениям от необычного дня, перекрыли дорого лимузину, везшему Раздвинога во Дворец.
– Давите их нахрен! – крикнул инструктор танцев. Но из-за отсутствия языка все услышали только «Ахихе их храхрхххх!».
– Действительно! Ах! Какие милые крохи! – сказал водитель лимузина, неверно истолковав звуки, издаваемые Раздвиногом. Автомобиль остановился.
– Стой и не катайся! – сказал один из мальчиков. Голубые глаза его сверкнули гневом. –Где конфеты?
– Ну, видишь ли, мой стоматолог не рекомендует есть сладкое. И мой диетолог с ним полностью согласен, – сказал водитель и рассмеялся собственной шутке, демонстируя белозубую улыбку. – Поэтому с конфетками у нас маленький ууупсик!
Тогда голубоглазый мальчик вынул из внутреннего кармана курточки большой револьвер и сказал:
– Тогда вам копец.
Все малыши, окружившие лимузин, достали пистолеты.
Шофер схватился за свое оружие – баллончик с перечным газом средней едкости. Пока он думал, имеется ли у него моральное право использовать газ против детей, пуля вошла в его левое ухо и вышла из правого тазобедренного сустава. Да, это была пуля со смещенным центром тяжести.
Раздвиног лишился чувств. Но это, так как он был безумен, не помешало ему вылезти из лимузина и даже удивиться, что тот не был бронированным.
Когда инструктор танцев очнулся – точно сказать нельзя, но, во всяком случае, уже после того, как бой между малышней и капитаном Конским окончился. Очевидно, победили первые. Раздвиног увидел около себя того самого Конского, и он был мертв.
«Вот даже нельзя сказать, плевать мне или нет» – подумал Раздвиног.
Но то, что он увидел через секунду, заставило его склониться к первому варианту.
Мешок с трухой, бывшей некогда роботом наследницы Софьи, лежал на земле. Помимо подтеков гидравлической жидкости, он был весьма очевидно умащен мочой и фекалиями.
Раздвиног смотрел на этот мешок и с горечью осознавал, что ничем от него не отличается. Он упал на колени и горько заплакал, моля незримого бога послать ему быструю и безболезненную смерть без дальнейших унижений.
Инструктор школы танцев воздевал к голубому небу свои кулачки, похожие на черствые окровавленные булочки. Он не подозревал, что мальчишки, убившие шофера и капитана Конского, спасли его от ужасного конца. Благодаря им он избежал встречи с… Впрочем, какой именно встречи он избежал, станет ясно в свое время.
Сейчас же украденный лимузин гнал вперед. Один из мальчиков давил на педаль газа, второй на тормоз, третий рулил, а карапуз, пользующийся наибольшем авторитетом, координировал их действия. Перед своим лицом он держал глаз, висящий на проводке.
Встречные люди грозили кулаками и показывали средние пальцы лимузину вслед, или гибли под его колесами, или просто его не замечали. Город жил своей жизнью. Но никто не заметил голубого глаза в руках маленького пассажира. Его просто не было видно – настолько был мал этот маленький пассажир…
Глава XIII
Полный отстой
Любите ли вы путешествия во времени? Только что мы описывали утро с его необычайными происшествиями, а сейчас повернем обратно и будем описывать ночь, которая предшествовала этому утру и была, как вы уже знаете, полна не менее удивительными происшествиями.
Но для начала давайте еще разок проверим вашу многострадальную память. Чтобы делать это было не скучно, устроим небольшую викторину с призами. Возьмите бутылочку любимого напитка или коробку дорогих и вкусных конфет, чтобы вознаграждать себя за ответы.
Первый вопрос. Что случилось с наркоторговцем Сеткиным в эту ночь?
Вариант А. Из-за удара в пах он отказался от употребления наркотиков и алкоголя.
Вариант Б. Сидя в кастрюле, он признал иллюзорность человека-пиццы и двухголового зайца.
Вариант Б2. С Сеткиным ничего не случилось, зато сам он явно с кем-то случался.
Тяжелый выбор? Что ж, никто не обещал, что будет легко. Тем не менее, прошу вас потерпеть. Осталось совсем чуть-чуть.
Итак, второй и последний вопрос нашей викторины. Какое действующее (или недействующее) лицо этой книги полюбилось вам больше всего и почему?
Напишите, а лучше нарисуйте ответ прямо тут.
Так. Теперь переходим к процедуре награждения. За каждый ответ налейте себе столько рюмочек любимого напитка и возьмите из коробки столько дорогих и вкусных конфет, сколько вам хочется. Мои поздравления победителям!
Пока вы наслаждаетесь заслуженными призами, я, как и обещал, увлеку вас в головокружительное путешествие назад во времени – в ту давнюю пору, когда на Земле царила Ночь!
В эту ночь наркоторговец Сеткин угодил в кастрюлю. В эту же ночь Сучок заблудился и, благодаря этому, сумел выполнить поручение артиста Канатова и передать от него привет своему собственному отцу.
Кроме того, в эту ночь три человека с фонарями вошли в спальню наследницы Софьи.
Это происходило приблизительно через сорок одну минуту после того, как Сучок наткнулся на ужаснейшего Александра Ивановича и принял его за слегка поправившегося Сеткина.