– Спасибо, – сказал я ему вслед и поморщился от боли, ощущая, как Настя в очередном приступе вонзает острые ногти мне в грудь. Она трепыхается, как раненая птица, у меня в руках, и мне очень тяжело ее удерживать. Я знал, что около клуба есть сквер, где я не раз гулял со своими девушками, там же есть очень удобные скамейки.
За то время, пока мы спускались с крыльца и шли к скверу, у нее было несколько приступов. Она то расслаблялась, то опять сжималась, до боли впиваясь своими тоненькими пальчиками мне в грудь, при этом сильно стонала, сдерживая плач.
На улице душно, а из-за туч очень темно, сквер слабо освещался уличными фонарями. Вокруг ни души. Я сел на скамейку, прижимая Настю к себе. Она слабо постанывала, лежа у меня на груди. В секунду ее скрутило, она тихо заплакала, сжимаясь, как будто ее избивала невидимая сила. Прижимая ее к себе, я надеялся, что ей станет легче, и чувствовал болезненные толчки. Резко раздается мучительный щемящий крик, она затряслась мелкой дрожью, я впадаю в панику, покрываясь холодным потом. Понимая, что я сейчас связан той паутиной из сна и совершенно беспомощный для нее. Одной рукой я поддерживаю Настю за спину, а другой пытаюсь достать телефон из кармана джинсов, все кажется неудобным и тесным, пальцы от волнения трясутся и не слушаются.
– Не ннадо… «сскорую»… все пройдет, – еле слышно произносит она уставшим голосом.
От звука ее голоса моя паника начала отступать, и я вздохнул с облегчением. Она расслабилась, ее ноги вытянулись по скамейке, кулаки разжались, и она тихо лежит в моих объятиях. Мне стало интересно, что это было, но я даю своему любопытству отставку и наслаждаюсь спокойным моментом. Невольно склоняю голову, прижимаясь щекой к мягкому капюшону на ее голове, вдыхаю приятный цветочный аромат и чувствую, что она мне безумно дорога и очень близка.
Какое-то время мы сидели в полном покое, потом она откинула голову, и я увидел измученные глаза и на розовых щеках две светлые дорожки от слез. Она смотрит мне прямо в глаза, ее лицо печально и недвижимо. Проводя ладонью по ее щеке, я вытер остатки слез. Она как будто очнулась из оцепенения, резко отталкивает меня от себя и поспешно садится рядом со мной, обхватив себя руками.
– Привет, – тихо произнес я.
Она испуганно смотрит на меня и прячет взгляд, опустив глаза.
– Ты определенно не должен был видеть этого, – робко произносит она с долей сожаления.
– Но я увидел…
Она, пошатываясь, встает и делает пару шагов вперед.
– Постой, не уходи, – я встал вслед за ней.
– Так надо, – она смотрит измученными глазами и делает еще пару шагов.
– Ты обещала мне один вечер разговора, если мы увидимся в течение месяца… Прошу, не уходи, мне нужно с тобой поговорить.
Она вздохнула с усталостью, ее руки расслабленными плетями упали вниз, ноги подкосились. Я вмиг среагировал и подхватил ее, иначе она бы рухнула на землю. Она снова оказалась в моих объятиях.
– У меня совсем нет сил, – шепчет она, – помоги добраться до машины, ключи в правом кармане.
Сквозь складки плотной ткани кофты я нащупал ключи, запустив палец в карман, подцепил металлическое колечко и потянул за него. Ключи веселым звоном легли мне в ладонь.
«И что теперь? Куда идти? Задала ты мне задачку…» – сказал я сам себе.
Настя была в полуобморочном состоянии, поэтому спрашивать ее о машине было бесполезно. Ее тело стало расслабленным и тяжелым, и я понимал, что мне надо скорее двигаться. Я посмотрел на ключи: галочка в кружочке, у нее «Mazda». Интуитивно жму на первую попавшуюся кнопку в брелоке и смотрю по сторонам. Вдалеке блеснули световые маячки и раздался короткий звуковой сигнал. Я нажал еще раз и пошел на этот сигнал.
Вокруг очень темно, лишь свет фонарей создавали малейшую видимость. Я шел на мерцание фар машины и надеялся в конце пути узнать, что случилось с моей таинственной незнакомой.
Подойдя к машине, я дернул за ручку, и дверь с легкостью открылась. Я аккуратно положил расслабленное тело Насти на пассажирское сиденье. Она находится в опьяненном состоянии, приходит в себя и опять погружается в сон. Я завис над ней, пытаясь пальцами нащупать кнопку, которая опустит сиденье, почувствовал на себе ее теплое дыхание и замер. Ее губы так близки ко мне, но моя совесть не позволяет воспользоваться беззащитной девушкой.
– Как тебя зовут? – произнесла она сквозь сон, я отшатнулся от ее лица.
– Максим…
– Максим, – повторила она нежно и ласково, – думаю, тебе можно верить.
Она притихла, ее расслабленная рука соскользнула вниз и упала меж сидений. Меня как током пронзило испугом, в этот момент я нечаянно давлю кнопку, и сиденье опускается. Потрогав пульс у нее на шее, я ощутил, как под мягкой теплой кожей бьются ритмичные толчки, и тяжелый выдох моего облегчения раздался в машине. Я заботливо поднял ее руку, положил на живот и заметил, что на ее запястьях нет светящегося штрих кода. Она не пошевелилась от моих прикосновений.
Обойдя машину, я сел за руль, у меня проскользнула мысль, увезти ее подальше от этого места, но я побоялся ее испугать.
Кто-то включил дополнительные фонари на парковке, и в машине стало светло. Где же они были, когда я прорывался сквозь тьму с Настей на руках?
Я расслабился на сиденье и стал наслаждаться нашей близостью. Прикидывая всевозможные варианты, я пытался понять, что с ней могло произойти.
– Девушка-загадка, ты во снах мне снишься, то находишься, то пропадаешь. Стоило задумать завести небольшой роман, ты появилась вновь. А ты ведь меня не отпускаешь… – говорю я тихо, как бы размышляя, но ее сон такой крепкий, что она меня не слышит.
Я пальцем провел по ее щеке там, где недавно была дорожка из слез, щека была нежной и шелковистой. Провел по ее расслабленной мягкой нижней губе, как бы я хотел поцеловать ее, и по моему телу невольно прошло волнение.
Моя спящая красавица спит мертвым сном, а я смотрю на нее не дыша и пытаюсь найти объяснение всему происшедшему. Я взял ее ладошку в свою руку, она была прохладной, ее пальчики тонкие и длинные с ухоженным маникюром. На среднем пальце красовалось золотое колечко с гравировкой «Спаси и сохрани».
– Конечно же, ты – верующая, в этом наши взгляды не совпадают. Я не знаю, кто такой Бог, может быть, когда-нибудь ты просветишь меня, – произнес я вслух, когда читал надпись на кольце, но в ответ тишина.
Ее ладошка утопала в моей руке, я надеюсь согреть ее своим теплом. Настя по-прежнему оставалась недвижима, лишь грудь слабо колыхалась при дыхании. Так мы просидели очень долго, и я тоже начал погружаться в сон…
Сквозь сон чувствую, что кто-то слабо толкает меня в плечо. Открываю глаза, и весь ужас пережитого пролетает в голове. Вижу сквозь лобовое стекло, как утренние лучи солнца озаряют все вокруг и нашу машину, единственную на парковке. Я ощутил на себе любопытный взгляд Насти, ее глаза стали спокойными и светлыми. Я смотрел на нее не отрываясь и чувствовал, как между нами рождается близость. Я попытался дотронуться до ее руки, но она резко одернула ее, спрятав в кармане кофты, и наша еле заметная близость испарилась и сменилась неловкостью.
– Привет, – произнес я тихо, будто ничего не произошло.
– Привет, – ее мимолетное возмущение исчезло с лица.
– Тебе лучше?
– Да, – она заерзала на сиденье, смущаясь моего присутствия.
– У тебя нет отметки на руке, как ты оказалась в клубе? Что вообще это было? – мое любопытство берет верх.
– Случайно, – коротко ответила она, взгляд ее стал серьезный, и прежняя мягкость сменилась напряжением.
– Ты одета в спортивную одежду, понятно, что ты оказалась в клубе случайно, только я не понимаю, что с тобой случилось? – говорю я настойчиво, желая получить ответ.
– А ты и не должен понимать, это не твое дело! – крикнула она и отвернулась в сторону. Она тяжело задышала, и было понятно, что она сильно нервничает. Я осознаю, что мое любопытство может окончательно испортить наше дальнейшее общение.
– Я к тебе неравнодушен, вот к чему эти вопросы, – спокойно объясняю я.
Мои слова заставили ее повернуться. Мы долго смотрим друг на друга, и я пропадаю в ее больших карих глазах и хочу узнать, о чем она сейчас думает. Невидимая близость вновь возникает между нами.
– Максим, откуда ты меня знаешь? Почему ты говоришь, что влюблен в меня? И мы не должны были встретиться.
– Знаешь, это давняя история… – начал неуверенно я.
– Я слушаю, – внимательно смотрела она на меня.
– С полгода назад я начал видеть во сне прекрасную девушку. Мы с ней гуляли, общались. Чаще всего она говорила об окружающих людях, их проблемах и взглядах, но иногда мы просто беседовали о погоде, об увлечениях, в общем, темы нашего общения напрямую зависели от ее настроения. А кто руководил ее настроением, мне было не известно, – я в нерешительности сделал паузу. – Эта девушка – ты, Настя!
В ее взгляде промелькнул испуг и сменился удивлением.
– Может, ты что-то путаешь?