Оценить:
 Рейтинг: 0

Три цветка и две ели. Первый том

Год написания книги
2019
<< 1 ... 51 52 53 54 55 56 57 58 59 ... 79 >>
На страницу:
55 из 79
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– Он мне брат по жене брата! – возмутилась Маргарита. – Не думай дурного! Я лишь его укрыла…

– В Ларгосе этого хватит для грязных толков. Рагнер будет очень зол. И тем пуще разгневается, если ты останешься.

Маргарита не стала более пререкаться и удалилась из спальни отроков. В своих покоях она не могла найти себе места – то плюхалась на ступень подиума, то бродила по светлице, то причесывалась, чтобы надеть красивый эскоффион. Дважды она перекусила. За окном темнело – солнце начало свой спуск и близилось обеденное время, но Соолма не приходила к ней с вестями. В конце концов Маргарита успокоилась у подоконника в опочивальне дочерей – в «опочивальне принцессы», еще необставленной и голой.

Рагнер приехал незадолго до заката в сопровождении светловолосого Рернота. Тогда Маргарита вернулась в свою спальню, взяла в руки книгу, села на медвежью шкуру да на ступени подиума – сделала вид, что читает.

Однако Рагнер первым делом побежал на четвертый этаж, к Соолме. Та тоже с нетерпением ждала его в своей спальне.

– Что скажешь? – с порога спросил Рагнер, едва замечая лапы Айады на своей груди и то, что неосознанно гладит ее черную голову.

– Я дала ему снотворного порошка. Не знаю, поможет ли, но точно знаю, что до утра он будет спать. С ним сейчас четверо, у них ружья. Мужчина высокий и сильный, хотя голодал. Ран на теле нет, но есть синяки и ссадины от падений. А еще у него красные глаза, и из-за чего это – я не знаю.

– Рернот думает, что он дряни какой-то наелся в лесу, – кивнул Рагнер. – А может, дурманными травами у Лешийки надышался?

– Это не всё… – испуганно сказала Соолма, нервно трогая толстую ковровую завесу, за какой прятался альков с кроватью. – Похоже, что я всё же умру от укуса ларгосской гадюки, как мне Йёртр предрек.

– Что за бредни? – понизил голос Рагнер, спуская вниз лапы собаки. – Йёртр же слаб разумом из-за проломленной башки. Соолма, – подошел он к Черной Царице и нежно приобнял ее. – Йёртр уже столько навещал бреда, что ему давно перестали верить. Ты же умная…

– Да, и поэтому я в лес больше ни ногой! Тогда, на набережной, он сказал твоей баронессе, что скоро придет из-за трех морей знакомый и родной ей человек. И у него будут красные глаза! Но это еще не все, – говорила Соолма, впиваясь зрачками в светло-карие глаза Рагнера. – Старик нес такое! Что это не человек вовсе, а красноглазый демон в обличье человека, который хочет вашего с ней наследника, чтобы жить в нем. И сказал, что это дитя нужно убить, пока он младенец, пока слаб…

– Соолма! – громко выдохнул Рагнер.

– У этого орензчанина были красные глаза, когда он появился! Я это видела сама! Может, на этот раз Йёртр всё же не ошибается, Ваше Величество?

– Довольно! – отошел от нее Рагнер. – Я более эти бредни обсуждать не буду и своего наследника убивать, конечно, тоже. И тебе запрещаю это делать, поняла?!

– Да как ты про меня такое думать можешь?! – возмутилась Соолма. – Младенца?!

– Ладно, прости… – перевел дыхание Рагнер. – Я устал, а тут еще этот пришелец из-за трех морей и бредни Йёртра… Херня какая-то кругом творится без конца! Пойду, погляжу на красноглазого…

Рагнер так резко развернулся, что взметнулся черный плащ. По винтовой лестнице он поднялся на этаж выше. Айада и Соолма следовали за ним. В спальне отроков Рагнер осветил лампой лицо кузнеца и выругался, узнав его.

– И даже это еще не всё… – прошептала за его плечом Соолма. – Этот человек в беспамятстве сказал по-орензски: «Женщина ночью в лесу». Именно так, – подтвердила она, глядя в нахмуренное лицо Рагнера. – Больше ничего не говорил. И Рагнер… Он пришел со стороны Пустоши, из леса… Я думаю, это он мог надругаться над Лилией Тиодо.

– Я разберусь, – мрачно ответил герцог и обратился к охранителям. – Одного его не оставлять. Его должны стеречь четверо в спальне и двое за дверью. Третий из коридора будет вас заменять, если надо в уборную. Как очнется – сразу мне докладывайте. Если будет драться – усмирите, но не убивайте, – он должен пока оставаться живым.

Только после этого Рагнер появился на третьем этаже. В светлице он кликнул Маргариту и, получив ответ, вошел в опочивальню герцогини.

– Читаешь? – спросил он, приближаясь к девушке.

– Притворяюсь, – отложила она на ступень книгу. – Что с Нинно?

– Не ранен. Соолма усыпила его до утра. Крепкий сон еще никому не вредил.

Рагнер навис над Маргаритой, поставив одну ногу на ступень и всматриваясь в ее глаза. Его лицо стало даже не жестким – жестоким.

– Рагнер, – испугалась она, – не гляди на меня так, будто я в чем-то виновата. Там было жутко холодно, и лишь потому я накрыла его своим покрывалом.

– Хрен с этим покрывалом… Я его узнал. Громилу.

– И что? – развела руками Маргарита. – Он мне брат по жене брата!

– Брат, который в тебя влюблен… – проворчал Рагнер, отходя к окну и хмуро глядя на озеро. – На руках тебя до дома нес, на меня в ратуше бросился… Ничего мне рассказать не хочешь? – повернулся он к Маргарите.

– Нет… Рагнер, мой возлюбленный – это только ты! – с жаром произнесла она и этим немного успокоила возлюбленного. – Нинно я знаю с семи лет, его сестра Беати – она же моя лучшая подруга, и она замужем за Синоли. Нинно – не чужой мне человек. И я ттак не… хочу, – дрогнувшим голосом проговорила Маргарита, начиная неуклюже подниматься со ступеней. – Не хочу оправдываться без вины! Я лучше вернусь в Орензу, если так будет всегда, – утерла она щеку и отвернулась от Рагнера. – А ты делай что хочешь. Заселяй в замок Лилию Тиодо. Она мне сказала, что ты не имеешь возражений.

– Чувствуешь разницу? – подошел он к Маргарите и встал за ее спиной. – Я без тебя решения не принял, хотя в замке хозяин я.

– Почему она вышивает такой же крест, что и у тебя? – закрывая лицо руками, сильнее заплакала Маргарита. – Ты с нееей ужеее?.. – протянула она непослушными из-за плача губами.

– Нет! – уверено заявил Рагнер и обнял ее со спины.

– Тогда откуууда? – донеслось до него.

– Не знаю… Сам удивился, когда увидел. В прошлую медиану еще… Какое-то странное совпадение, и только. Любимая, – вздохнул он, – довольно так рыдать… Давай успокоимся и поговорим.

Она промычала согласие, а Рагнер зашептал ей на ухо:

– Послушайся меня и не перечь. И не заявляй более, что уедешь в Орензу. И с этим своим братом не оставайся наедине, что бы ни случилось и как бы он ни просил. Пообещай мне это, и мы помиримся. Обещаешь?

– Тда, – гнусаво проговорила она, вытирая нос. – Я и не собиралась.

– Ладно… – поцеловал Рагнер ее в висок. – В обеденной теперь будет охрана, у лестницы в твои покои. Я ему не доверяю. И завтра донеси до своего брата, что я его мигом убью, если он опять бросится на меня, а тем более кинется к тебе. Договорились?

– Да… – всхлипнула девушка.

– Всё, моя плакса, заканчивай. Я страшусь за тебя, как же ты не поймешь? И за наше чадо тоже, – положил он руки на ее живот. – Мне неспокойно, когда ты покидаешь замок, а теперь я боюсь тебя в нем оставлять… Так Лилия Тиодо не переберется сюда?

– Расстроился?

– Еще бы! Тоже щас заплачу… Мне же, помимо твоего ухажера, для полноты счастья не хватает ссор из-за Лилии Тиодо. Весь Венераалий – насмарку!

Рагнер услышал, как Маргарита усмехнулась сквозь слезы, и улыбнулся, разворачивая ее к себе. Обняв ее лицо руками, он, как при их первом поцелуе, сначала коснулся губами ее правого глаза, выпивая слезу, а затем губ с левой стороны. После чего поцеловал девичьи губы глубоко, медленно и нежно.

– Давай здесь пообедаем и после ляжем, – приподнимая голову, предложил он. – Я устал и хочу, наконец, отдохнуть с тобой одной.

– Меня не надо уговаривать, – прошептала Маргарита. – Я так по тебе соскучилась: ты или в разъездах, или еще чем-то занят, а я всё время жду тебя здесь, в замке, одна. Я не жалуюсь, не думай, – утерла она новую слезу. – И откуда они берутся? Я и правда плакса. Быстрей бы малыш появился – мне бы не было так тоскливо днями…

– До Возрождения осталось полторы восьмиды и пять дней… Только не рожай, молю, в Судный День, как меня родили…

– Назло так сделаю, ведь ты уплывешь в Брослос, а меня здесь бросишь!

– Да я сразу назад! И то отбуду я из-за развода. Ну как я тебя потащу в столицу? Зимой на корабле – ужасающе холодно, а еще я боюсь, что ты там же и родишь из-за качки… и наш сыночек станет Ольвором.

Вскоре в опочивальне герцогини появились мясные яства, напитки, хлеба… Маргарита и Рагнер лежали на медвежьей шкуре, кормили друг друга и, помирившись, много смеялись.

Засыпая, Маргарита думала, что так счастлива: и Нинно нашелся, и Лилия Тиодо не въедет в замок, и возлюбленный Рагнер наконец-то, пусть даже из-за ревности, вспомнил о ней, своей любимой. А Рагнер еще долго не смыкал глаз и размышлял над всем услышанным от Соолмы.
<< 1 ... 51 52 53 54 55 56 57 58 59 ... 79 >>
На страницу:
55 из 79