– Нет, нам вперед и только вперед!
Фонарь осветил пространство за сталактитом, в его тени проявилась металлическая дверь. Добротная дверь. Толстая и герметичная. Два рычага, один сверху другой снизу, просто по центру продолговатая ручка. Медленно формировалась она в моем сознании, будто камень менялся, трансформировался, превращаясь в железо. Трудно сказать, в чем причина такого поведения вполне обыденной вещи, то ли рабочие соорудившее это чудо были великими мастерами, то ли от всех навалившихся на меня испытаний скорость моего соображения существенно замедлилась.
Почти минуту Дима колдовал над хитрым запорным механизмом, я почти заскучал, но вот раздался протяжный скрип, его дополнили несколько отчетливых щелчков. Он потянул на себя тяжелую створку, та неохотно поддавалась. Я стал рядом, схватился, поднатужился. Медленно, сопротивляясь изо всех сил, дверь поворачивалась на ржавых петлях.
Как бы она ни старалась, совместными усилиями удалось с ней совладать. Дверь отодвинулась настолько, что можно было в нее протиснуться даже толстяку.
Перед нами, гораздо более черный, нежели тьма самой темной ночи открылся тоннель. Тут-таки в лицо пахнуло отвратительным запахом подвала. Тяжелый воздух щекотал в носу, отвратительные ароматы плесени, переплетенные с непередаваемым запахом многолетней пыли отбивали всяческое желание переступать через высокий металлический порог. Как-то раньше я и не замечал подобного свойства нашего подземного убежища!
Исключительно чтобы нас подбодрить, Димка посветил себе в лицо, широко улыбнулся. Улыбка с подсветкой снизу совершенно не удалась. Как минимум, для ободрения…
– Добро пожаловать под землю. Снова. Ничего не попишешь, но, похоже, на этом островке нам рады исключительно в глубоких тоннелях. Как бы там ни было, проходите!
Мы вошли внутрь. Дверь закрылась. Совершенно беззвучно, практически незаметно, лишь щелчок подтвердил то, что сработал замок, да тьма внутри тоннеля стала еще чуточку гуще. Странное дело, но закрывалась створка гораздо легче, нежели открывалась…
Быстрым шагом, энергично размахивая фонариком, Димка шел впереди. Изредка он оглядывался, светил нам под ноги, говорил несколько ничего не значащих фраз, так, чтобы не молчать, кивал и спешил дальше. Лично я думаю, что он боялся, как бы мы не отстали и не заблудились. Весьма странная мысль, разве тут заблудишься, если тоннель идеально прямой! Нет ни поворотов, ни ответвлений, даже дверей и тех не видно.
Когда я отчетливо ощутил, что усталость, плетущаяся в десятке метров позади нас, сдерживаемая страхом быть пойманными, начала догонять, свет Димкиного фонарика вырвал из темноты груду искореженного металла, то, что ранее было дверью, перекрывавшей тоннель. Какая-то нечеловеческая сила выдавила ее, свернула в спираль, будто бумажную полоску. Висела она непонятно на чем, в колышущемся свете казалось, покачивалась, точно как и большой кусок бетона, что над ней.
– Да, как видите, пришлось раскурочить, даже немного жаль! – засмеялся Димка, отвечая на мой удивленный взгляд. – Я пытался ее вскрыть еще до нападения на остров. Аккуратно работал, методично. Теперь же, когда выдалось свободное время, не утерпел, взорвал. Кстати, надо не забыть, передохнем пару часиков, потом поможете мне. Раскачаем железку эту да уроним на пол, а еще чем-нибудь собьем тот кусок бетона наверху. Так и вижу, упадет, придавит кого-то. Оно нам надо…
Я кивнул и промолчал, только голову пригнул, проходя опасный участок, что ни говори, а висящий над головой камень, да еще и в темноте, далеко не самое приятное из того, что можно увидеть в жизни.
Мы оказались в «обжитой» части тоннелей. Не могу понять, почему я так решил, тогда не мог, да и после. Просто атмосфера нового коридора заметно изменилась. В воздухе стало меньше сырости, не было запахов тления и плесени (или я к ним просто привык?). Из того, что не спишешь на привычку, был изменившийся интерьер. Двери. Множество дверей с обеих сторон. Плюс повороты, множество поворотов…
– Все! Делайте со мной что хотите, но я больше не могу. Нет, ну имейте же вы совесть! Да я за всю свою сознательную жизнь меньше пешком прошел, чем за последние несколько часов. Как минимум, за один заход, – Витя демонстративно посветил фонариком в пол. – Я прошу, нет, я требую передышку!
– Раз ты требуешь – уважим. Так и быть, привал. В коридоре сидеть не станем, неудобно, предлагаю расположиться вот здесь, – Димка толкнул ближайшую дверь, переступил через порог и громко щелкнул выключателем. Вспыхнул свет, осветив радиорубку, наш штаб, подземный дом, в котором мы так долго не были.
Мрачная обстановка темной запрятанной глубоко под землей комнаты меня заметно ободрила. Сам себе удивляюсь, но я действительно обрадовался! Всему обрадовался: ждущему меня спальному мешку, старенькому ноутбуку, который так и лежал на полу, на том месте, где я его оставил, разряженному телефону…
Следуя примеру Витьки, я растянулся в своем углу. Вот только не лежалось мне. Очень уж хотелось узнать, что произошло за то время, на протяжении которого мы не покладая рук трудились на стройке.
Димка не стал отмалчиваться. Наверняка дни, которые он провел в полном одиночестве, чуточку придушили в нем диггера, отшельника, живущего под землей, не стремящегося к человеческому обществу. Он начал говорить еще до того, как мы отдышались и смогли задавать вопросы. Говорил он много, часто несвязно, зато пространно и не жалея слов. Большей частью это была лекция по истории нашего островка, в которую органично вплетались основы создания укрепленных районов.
– Все это конечно интересно, – заметно устав от бесконечного монолога сказал я, – но ты другое расскажи, как ты здесь очутился? Откуда ты здесь взялся? И вообще, я ведь сам видел – тебя убили!
Услышав мой голос, Димка вздрогнул и удивленно посмотрел на меня, перевел взгляд на Виктора, пожал плечами, громко рассмеялся.
– Не надо! Чего не было, того не было. Более того, меня даже не ранили. Понимаете, как только мы обогнули косу, я увидел катер. Стало понятно – мы проиграли. Он больше, мощнее, быстроходнее. Я и раньше подозревал о существовании чего-то подобного, все-таки пираты как-то же умудрились перевезти припасы на берег! Да, когда мы с Серегой осматривались, я специально направился к причалу, рассчитывая увидеть там плавательное средство размерами больше обычной лодки. Нет, не увидел ничего даже отдаленно похожего… – Димка вздрогнул, пожал плечами и улыбнулся. – Да, понял я, что нашим лодочкам с мощным катером не тягаться. Какой из всего этого я должен был сделать вывод? Правильно, решил, что надо спасаться, прыгать…
– Говори как есть, ты решил нас бросить! – речь Виктора понемногу приходила в норму, отдышка исчезала.
– Да! В принципе, да. Сознаюсь, каюсь, все такое. – Димка театрально склонил голову, по-прежнему продолжая улыбаться. – Но у меня есть смягчающие обстоятельства – я планировал вас спасти! А в общем да, именно так все и произошло, как вы сейчас думаете. Лишь только первые пули полетели в нашу сторону, я свалился за борт, нырнул так глубоко, как только мог и поплыл к берегу. Непростая это задача, скажу я вам! Течение. Да, оно очень быстро доставило меня к берегу, вот только подплыть к нему вплотную не давало. Огибало оно остров, вот и меня пыталось заставить плыть вдоль побережья. Честное слово, я чуть было не утонул! Чудом добрался, ухватился за камень у берега, долго висел на нем, силы восстанавливал. Конечно, вы можете возразить, мол, а почему сам? Почему не скомандовал, почему не нырнуть всем вместе…
– Тут я пас, пловец из меня… – мне тут-таки представилось, как я иду на дно, а быстрое течение подгоняет, превращая меня в подводный спутник островка. Жуть!
– А я и того хуже, – поддакнул Витька, – я и вовсе плавать не умею!
– Вот видите, как все сложилось! Я же все-таки выплыл. Удалось мне выбраться на берег в сотне метров от того места, где нас настигли. Спрятался в дюнах, проводил вас взглядом, понимая, что в тот момент ничего изменить не могу. Выждал, пока катер скроется из виду и побрел обратно, сюда, в свою подземную резиденцию.
– Ага. Значит, тогда ты и нашел этот тоннель? – вне всякого сомнения, Витька вернулся в норму. Он извлек из ящика начатую еще до побега бутылку коньяка, выдернул пробку и глубоко вдохнул так манящий его аромат.
– Нет, о существовании этого коридора я знал и раньше. Видел дверь, смутно догадывался, куда она ведет, вот только не мог ее открыть. Вернувшись, взялся за нее с новыми силами. Поначалу возился с замками, после забросил это дело, так сказать, перешел к решительным действиям. Я ведь готовился, был небольшой запас взрывчатки. Тут не без этого, пришлось пошуметь, пришлось раскурочить, но, увы, без взрыва я бы точно не справился, – он вздрогнул и смущенно хихикнул. – О чем это я? Ага, да. Мое трусливое бегство. Что дальше? Все просто. Я прогулялся по островку, добрался до входа, открытого нашим другом и товарищем Серегой. Спустился, отдохнул, взялся за работу. Пошумел и в результате открыл запасной вход в тоннели, который в нашем случае может стать отличным парадным. Ну а дальше, обеспечив путь к отступлению, принялся следить за пиратами, за вами, да и вообще за всем, что происходило на острове. Думал. Искал способ вас, узников, освободить, да все не мог придумать ничего толкового. Каждый день взбирался на верхушку горы, часами там сидел, размышлял. Когда же увидел свет маяка, внезапно все понял – сегодня что-то должно случиться. Оказался прав…
– Ясно. Значит, это тебя я видел на скале, – я взял переданную мне бутылку, глотнул, поморщился. – Слушай, а где это ты так принарядился, форму достал, еще и вооружился!
– Нравиться? Я, пока вы спину гнули на бандитов, целый арсенал нашел! Отдохнете, покажу.
– Еще вопрос, – не унимался я, – вход в галерею, что там громыхнуло, пираты гранатами забросали?
– Нет. Это я перестарался. Как-то не думал, что противотанковые мины могут так здорово сработать после многолетнего хранения. Честно говоря, я думал, будет гораздо тише. Если бы знал, отошел бы дальше! Волна как догнала, как дала по ушам, до сих пор еще не отошел, нить разговора теряю, гул в голове стоит, вы не представляете какой! Просто колокольня… – он посмотрел на бутылку, покачал головой, но взял, сделал большой глоток, медленно выдохнул. – Я, как только нашел еще один выход из подземелья, сразу задумался над тем, как бы закрыть старый. Лучший способ – взрывчатка. Где взял? Да все там же. Ладно, отдохнули – хватит, пойдемте, прогуляемся, тут недалеко…
Ярко освещенные круги, отблески фонарей, медленно передвигались по стенам. Раскачивались, сходились в одной точке, расходились, останавливались, вздрагивали, высвечивали все новые и новые фрагменты стен, пола и потолка. Одинаково серые, одинаково безликие.
Скоро тоннель закончился. Мы вышли в «комнату управления». Яркие круги разбежались в огромном пространстве, вырывая из тьмы фрагменты обстановки.
– Иногда я думаю, может меня не в подземелья манит, может страсть у меня другая. Может, меня защищенные хранилища привлекают! Может, я взломщик глубоко в душе. В любом случае меня очень интересовала вот эта дверь, – Димка высветил металлическую конструкцию, не дверь, а ворота. Больше двух метров в высоту, в ширину метра четыре. Добротная она, надежная. – Хорошая дверь, я бы сказал. Всегда подозревал, что за ней спрятано что-то полезное, что-то важное. Посмотрим?
Легкое движение руки и массивная конструкция беззвучно отъехала в сторону. Свет всех трех фонариков слился в один мощный луч. Он влетел в просторное немногим меньше «комнаты управления» помещение. Внутри снова разделился на три отдельных световых круга, они заметались, прыгая по стенам. Дима хихикнул и первым переступил через невысокий порог, мы последовали за ним.
В воздухе висела пыль. Лучи эффектно преломлялись на ней, играли отблесками, добавляли комнате таинственности и загадочности. Сквозь волшебные искры проглядывали стеллажи. Много стеллажей, они стояли вдоль стен по периметру помещения. На них угадывались сложенные комплекты формы, стопки ткани или бумаги, какие-то несуразные рюкзаки. Ближе к нам, продолжая ряды деревянных полок, расположились несколько металлических шкафов. Ржавых и пустых. На полу – ящики. Много ящиков, один на другом, на крышке каждого из них толстый слой пыли, сквозь который проглядывали замысловатые иероглифы.
– Такое вот хранилище. Что самое интересное, оказалось – оно не заперто. Уверен, не забудь ребята запереть дверь, я бы в жизни сюда не пробрался. А так она лишь слегка приржавела. Представляете, я взрывал одну дверь, а волной открыло еще и другую, – Димка подошел к ближайшему ящику, замер, медленно оглянулся. Убедился в том, что мы на него смотрим, демонстративно поднял крышку. Медленно, торжественно, опустил внутрь луч фонаря. – Правда, здорово?
В глубине ящика матово блестели покрытые толстым слоем густой коричневой смазки винтовки. Четыре, под ними еще четыре. Заставив нас удивиться еще сильнее, Дима открыл другой ящик, в нем просто насыпью лежали пистолеты.
– Что скажете, как вам моя кладовая? – с нотками чисто мальчишеского восхищения в голосе спросил он. – Лично я просто не могу налюбоваться. Особенно мне нравится этот ящичек с японскими карабинами. Арисака Тип 38. Это же настоящий раритет! Сколько их штук я не скажу, так как сам не знаю, но точно много. Патронов же еще больше. Карабины в полном порядке, а вот с пистолетами беда. Почти в половине случаев осечки. Словом, я предпочел карабин и вам рекомендую. Сколько стрелял, никаких проблем не было. Боекомплект вон в тех ящиках. Они герметично запечатаны, количество я бы обозначил термином «не меряно». Там еще мины имеются, гранаты, правда, возиться с взрывчаткой я бы не рекомендовал, опасно, чего доброго можно разнести островок в клочья…
– Да, тут можно снарядить целую армию, – мои руки непроизвольно потянулись к оружию, все-таки мальчишка в любом возрасте остается мальчишкой. Манит его ко всему опасному, разрушающему.
Глава 19. Ночная прогулка
Витька даже и не пытался протестовать. Услышав, что мы собираемся прогуляться, он внимательно посмотрел на нас, мигнул глазами и отрицательно покачал головой. Шутя, перекрестил, благословляя, удобнее устроился на своем лежаке. Я так понимаю – он представил подъем по не самым удобным ступенькам, вспомнил, каково это бродить по ночному лесу, пиратов вспомнил. Все вспомнил разом и предпочел не высовываться.
– Кроме всего прочего, вы оба числитесь среди мертвых, вас не ищут. Никому вы не нужны, там, наверху. Живой я один – беречь меня надо, потому даже и не уговаривайте, никуда я с вами не пойду. Останусь здесь, заодно, штаб наш покараулю, – пробормотал он, громко и от всей души зевая.
Да. Именно так, мы собрались на разведку. Вдвоем. Как-то Димка намекнул, я тут-таки с ним согласился. Не то чтобы мне хотелось увидеть старых знакомых: Отто и его компанию, тут иные причины. Прежде всего, у нас практически не осталось провизии, а единственное место, где можно было пополнить запасы – кладовая пиратов. Конечно, ни я, ни Димка не рассчитывали на то, что те проявят истинное радушие и поделятся, но ведь и шли мы только на разведку. Посмотреть, выявить то, что плохо лежит, а по возможности и поживиться.
Провизия – слабое место любой осажденной крепости. Провизия и вода. Благо, смерть от жажды нам не грозила, природа побеспокоилась. В глубине подземелья, уровнем ниже, из трубы, вмурованной в стену, веселым потоком текла самая настоящая минералка. Холодная и удивительно вкусная, ее хотелось пить, ею хотелось насытиться. Вот только вода, какой бы она ни была, это просто вода, хороший обед она точно не заменит.
Съестные припасы надо было раздобыть, пусть хотя бы попытаться, но и это еще не все. Цель любой разведывательной вылазки – собственно, разведка. Надо было посмотреть, что делается на острове, как ведут себя бандиты, что изменилось после нашего побега…
Отлежаться Витьке не удалось. Он отправился с нами, недалеко, до пещеры, что у входа. Чтобы не возиться с дверью, Дима решил последовать примеру наших «соседей» и оставить часового.
– Покараулишь, кроме того, вполне может случиться, придется и поработать… – напутствовал он Витьку, посмеиваясь над его недовольной физиономией.
Тот не стал долго препираться, подобрал в тоннеле доску, соорудил себе подобие лавочки, расселся, оперся о нагретый за день солнцем камень, проследил глазами за тем, как мы поднимались наверх и медленно так, печально, помахал рукой.