Малика посмотрела по сторонам. Свет факелов, вылетая из окон круглого здания, ложился на изувеченную мостовую зыбкими лучами. Улица пустовала, но так только казалось – в темноте прятались десятки, сотни стражей. Когда приехал Адэр? И где он?
Малика опустилась на ступени, привалилась спиной к тёплому камню.
– Плохо выглядишь, – прозвучал родной до боли голос.
Адэр подпёр плечом стену, засунул руки в карманы брюк:
– Устала?
– Последнее время я очень мало спала.
Он перевёл взгляд на освещённые окна:
– Мне нравится, что ты придумала.
– А мне не нравятся ваши сюрпризы. Отправиться к климам… Как такое пришло вам в голову?
– Пришло.
Малика оттянула воротник платья:
– Жизнь ничему вас не научила.
– Ошибаешься. Я лучший ученик.
– Когда вы приехали?
– Неделю назад.
– Сюда, в Смарагд.
– Немного опоздал к началу. Пойдём, Малика. Файк отвезёт тебя в город.
– Файк? Кто это?
– Мой водитель. Он служит мне почти двадцать лет, а я только недавно узнал его имя. – Адэр оттолкнулся от стены. – Идёшь?
– Я посижу.
– Как хочешь, – сказал Адэр и направился к круглому зданию.
Малика сидела на ступенях, а сердце летело за ним. Хваталось за плечи, цеплялось за руки, прижималось к спине и стонало тонкими струнами.
***
Последний драгоценный камень перекочевал в руки нового владельца. Нарушив регламент проведения аукциона, главный финансист Порубежья маркиз Мави Безбур вывел Йашуа из зала. Уставшая публика ждала объявления об окончании торгов и недоумённо озиралась. Стражи, стоявшие снаружи здания, вдруг переместились внутрь и выстроились вдоль стен, держа над головами факелы. До этого в зале горели переносные фонари и, несмотря на поздний вечер, в помещении было светло как днём. Теперь воздух приобрёл рыжеватый оттенок.
Ориентка вышла из тёмного проёма. Она в течение нескольких часов проводила аукцион, не показывая эмоций, а сейчас появилась перед людьми взволнованная, растерянная. В подрагивающих руках коробка, обитая красным бархатом. Приняв нервозность девушки за усталость, люди наблюдали, как она идёт между рядами, то и дело налетая на стулья.
Йашуа поставила коробку на трибуну и, глядя на шелковистый бархат, замерла. Молчание затянулось. Кто-то кашлянул.
Йашуа подняла голову.
– Своему владельцу алмаз обеспечивает храбрость, непобедимость в бою, несокрушимость и умение преодолевать все преграды, – прозвучал срывающийся голос. – До сегодняшнего дня существовало тридцать два алмаза, масса которых превышает четыреста карат. Они получили собственные имена, мировую известность и прочное место в истории. Мне выпала великая честь продемонстрировать вам алмаз, который войдёт в историю с собственным именем. Тридцать третий алмаз! Но его место первое! Ибо он потрясёт мир. Алмаз массой семьсот карат пополнит сокровищницу Порубежья!
Йашуа сняла с коробки крышку, стенки раскрылись как лепестки… Ошеломлённые люди поднимались один за другим. Стоя за спинами стражей, Адэр испытывал не меньшую растерянность. Ни Крикс, ни Малика не сказали ему об алмазе. Он ждал аплодисментов или возмущённого свиста, но публика молчала. Наверное, Йашуа что-то перепутала…
Не выдержав, Адэр в оглушительной тишине прошёл через зал, не обращая внимания на запоздалые поклоны. Взял с трибуны блестящий камень и сквозь него увидел рисунок на подушечках пальцев. Камню не хватало игры света, присущей огранённому и отшлифованному кристаллу, но это был точно алмаз! Семьсот карат! Непревзойдённое качество! Несметное состояние!
Ощутив дрожь в пальцах, Адэр положил кристалл на трибуну и тихо спросил:
– На этом всё?
Глядя на него во все глаза, Йашуа замотала головой: неожиданная просьба маркиза Безбура продемонстрировать чудо-камень привела её в полное замешательство, а внезапное появление правителя лишило дара речи.
– Продолжай, – кивнул Адэр и покинул зал под бурные аплодисменты.
Он ходил вдоль кромки воды. Мысли мелькали как падающие звёзды, оставляя позади себя сверкающий след.
– Мой правитель…
Адэр оглянулся.
– Он грызёт спинку кресла, – сказал Файк.
– Кто?
– Ваш зверёныш. Сначала бился лбом в стекло. Сейчас грызёт кожу.
Адэр прошёл к автомобилю, взял моранду на руки:
– Парень! Как ты себя ведёшь?
Щенок резко дёрнулся, силясь дотянуться языком до губ хозяина, и чуть было не свалился на землю.
Адэр прижал его к груди:
– Успокойся!
Жалобно взвизгнув, зверёныш закусил рубашку, больно защемив под ней кожу. Адэр попытался вытащить из пасти ткань, но молочные зубы ещё сильнее впились в тело.
– Я больше не оставлю тебя. Слышишь? – проговорил Адэр и заметил оживление на берегу.
Стражи расставляли стулья: побережье превращалось в зрительный зал, море – в сцену.
– Ваше место в первом ряду, – сказал Крикс.
– Что сейчас будет?