В октябре 1943 г. в регион Сталиным был послан уроженец Грузии Богдан Кобулов, комиссар государственной безопасности 2?го ранга, заместитель наркома ГБ Всеволода Меркулова (а не Лаврентия Берии, как многие считают). В дальнейшем на него и была возложена основная работа по осуществлению депортации. И хотя поручение ему дал лично Сталин, записку «О положении в районах Чечено-Ингушской АССР» Кобулов подал на имя Берии как на члена ГКО (Государственного Комитета Обороны) – чрезвычайного органа, сосредоточившего полноту власти в государстве и наделившего Берию ответственностью практически за все оборонные отрасли промышленности и деятельность «силовиков».
После этого доклада был дан старт операции «Чечевица». В помощь Кобулову были прикомандированы комиссары госбезопасности 2?го ранга НКВД Серов и Круглов, а также генерал Аполлонов. 20 января 1944 г. Берия утвердил для своего ведомства «Инструкцию о порядке проведения выселения чеченцев и ингушей», а 31 января вышло постановление ГКО об их депортации в Казахскую и Киргизскую ССР[93 - Постановление ГОКО № 5073сс «О мероприятиях по размещению спецпереселенцев в пределах Казахской и Киргизской ССР» // РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 200. Л. 8—12.], напомню, подписанное отнюдь не Берией, а чистым в глазах истории Вячеславом Молотовым. Им же, кстати, больше всех членов Политбюро, в том числе и самого Сталина, было подписано расстрельных списков партийных и хозяйственных номенклатурных работников в 1937–1938 гг., включая практически всех его заместителей и руководителей подчинённых ему наркоматов.
Большая и самая трудная часть операции, заключающейся в том, чтобы не дать основной части мужчин уйти в горы и развернуть партизанскую войну, была организована с чисто сталинским коварством и изобретательностью. Мотострелковые войска и НКВД в одинаковой армейской форме, чтобы не насторожить население, прибыв в Чечню, не торопясь занимались маневрами и даже приступили к ремонту дорог и мостов. Это не могло не радовать местных жителей. И только к «любимому» Сталиным празднику – дню Советской Армии, который, очевидно, ассоциировался у него со Львом Троцким как с её основателем – войска вышли к селениям. В 1940 г. именно в эту дату был расстрелян многолетний начальник генштаба, маршал Советского Союза А.И. Егоров, а в 1941 г. часть генералов-авиаторов, в том числе Героев Советского Союза. В праздник не грех и отдохнуть, а также провести митинги и концерты с приглашением местных жителей. В некоторых селениях не избалованные вниманием жители с удовольствием откликнулись на приглашение и звуки музыки. Далее всё произошло, как в средневековой легенде о гамельнском музыканте, который с помощью музыки похитил детей в обидевшем его городе. Возможно, бывший семинарист Джугашвили хорошо знал эту легенду, а горцы нет и пошли за музыкой. Во время концертов праздничные площадки были оцеплены войсками, а все мужчины арестованы. Сопротивляться под дулами пулемётов желающих было немного. Женщинам дали короткое время на сборы, автомобили, товарные вагоны и охрана были наготове. Но, судя по воспоминаниям очевидцев, всё же большинство селений были оцеплены войсками, и семьи неожиданно забирали прямо из постели, либо из мечетей во время утренней молитвы. Предусмотрительными организаторами было привезено немалое количество студентов, которые временно заезжали в освободившиеся дома с тем, чтобы ухаживать за скотом до приезда постоянных переселенцев из российских городов. Не охваченным арестами мужчинам (как правило, молодым, а потому не семейным), на этот раз было весьма непросто пробраться в горы, так как мосты через реки и дороги были под контролем «ремонтников» с автоматами и пулемётами. Сам же Лаврентий Берия был под непрестанным контролем Сталина. Об этом свидетельствует телеграмма Сталину от Берии: «Сегодня, 23 февраля, на рассвете начали операцию по выселению чеченцев и ингушей. Выселение проходит нормально»[94 - Телеграмма наркома внутренних дел Л.П. Берии И.В. Сталину о начале операции по переселению чеченцев и ингушей от 23.02.1944 // ГАРФ. Ф. Р-9401. Оп. 2. Д. 64. Л. 165.]. Мог ли главный обвиняемый в народном сознании Лаврентий Берия воспрепятствовать депортации? По моему убеждению, нет. Все до единого руководители, в том числе и самые крупные, находились под сталинским колпаком, особенно во время выполнения явно противозаконных операций. Неслучайно ведь лично Сталиным первым на место был послан Кобулов, в момент операции служащий в близком, но автономном ведомстве, подчиняющемся непосредственно Сталину. Он, конечно же, мог и без Лаврентия Павловича организовать данную операцию. Но без дипломатической составляющей Берии крови при отправке могло быть значительно больше, а следовательно, возник бы и ненужный резонанс, дискредитирующий его в глазах союзников.
При этом Берия за невыполнение приказа в военное время безусловно был бы расстрелян. Но если своей жизнью он распоряжаться вправе, то жизнями близких, включая сына, жену и прочих родственников, вряд ли. Почерк Сталина в этом плане хорошо известен на примере членов семей ленинского Политбюро, а также застрелившегося Орджоникидзе, брата Кагановича и даже родственников собственной жены.
Сколько пытающихся пробраться было убито – точных цифр нет. По официальным данным, в ходе операции погибло 780 чел., арестовано 2016 чел., прорвались в горы около 6544 чел.[95 - Кречетников А. Операция «Чечевица»: 65 лет депортации вайнахов // BBC News. Русская служба. 2009. 23 февраля; URL: http://news.bbc.co.uk/go/pr/fr/-/hi/russian/russia/newsid_7906000/7906059.stm]. Но и тем, кто на момент арестов находился в горах, за пределами «концертного круга», было несладко. Весь скот с гор согнали в нижние посёлки, а сами аулы сожгли. Кроме того, у большинства «спасшихся» семьи были схвачены и высланы. Понятно, что шансы на выживание семей без мужчин резко снижались, и многие шли добровольно сдаваться, чтобы быть отправленными в жуткую, не в пример царским, ссылку ради спасения своих близких.
Как упоминалось выше, через 3–4 недели от голода и изнеможения умерло около 1272 чел. По прибытии пленников в Среднюю Азию, в том числе в Казахстан их распределили по предприятиям и колхозам. Подавляющее большинство «новосёлов» столкнулось с ужасающими условиями жизни, без нормального или хотя бы терпимого жилья и с полуголодным существованием, усугубляемом продолжающейся войной.
Однако депортация не завершилась высылкой людей из теперь уже бывшей Чечено-Ингушской АССР. Ей также подверглись чеченцы и ингуши, проживавшие в соседних областях, республиках и даже отбывавшие наказания в тюрьмах и лагерях (расположенных в европейской части СССР), а также военнослужащие Красной армии.
26 ноября 1948 г. в указе Президиума Верховного Совета СССР было заявлено, что статус всех депортированных в период между 1941 и 1945 гг. является «бессрочным». Таким образом оскорбительное клеймо «наказанных» «неизбежно переносилось на следующие поколения»[96 - За рамками тоталитаризма. Сравнительные исследования сталинизма и нацизма / Под ред. Гейера М. и Фицпатрик Ш.; пер. с англ. Матузова В.И., Сидикова Л.Е., Германенко Г.И., Шулятьев С.В. М.: РОССПЭН; Фонд «Президентский центр Б.Н. Ельцина», 2011. С. 205–206.].
Чеченец В. Алиев, служивший в Красной армии с 25 декабря 1942 г. (призывался как секретарь Атагинского райкома ВЛКСМ по пропаганде и агитации), сообщал: «Без предъявления ордера на арест мне предложили сдать оружие, снять знаки различия <…> 25 июля 1944 года военным трибуналом 3?го гвардейского Сталинградского мото-механического корпуса <…> я был осужден. Я отбыл свой срок, но у меня два сына. Я не хотел, чтобы позор, принятый мною на себя, хотя бы отраженно падал на моих сынов»[97 - Репрессированные народы России: чеченцы и ингуши: Документы, факты, комментарии / Сост. Н.Ф. Бугай, Гос. ком. РФ по делам федерации и национальностей, Департамент по проблемам репрессированных народов, Фонд репрессированных народов и граждан. М.: Капь, 1994. С. 244–246.]. Таких заявлений в то время поступало множество. По данным отдела спецпоселений МВД, среди возвращённых с фронта спецпереселенцев Северного Кавказа насчитывалось 710 офицеров, 1696 сержантов, 6488 рядовых[98 - Численность спецпоселенцев, ранее служивших в Красной армии. Март 1942 года // Там же. С. 171.].
Вслед за этим Чечено-Ингушскую АССР Сталин, единолично принимающий политические решения, постарался вычеркнуть из коллективной памяти россиян: топонимические названия были изменены, храмы разрушены, кладбища уничтожены бульдозерами, имена чеченских национальных деятелей удалены из Большой советской энциклопедии.
В начале операции ни Берия, ни старейшины не могли знать, насколько нечётко сработает бюрократическая система не подвластных Лаврентию Павловичу ведомств, и к каким страшным последствиям это приведёт. Вряд ли кто предполагал, что исполнители постановления, с молчаливого согласия «отца народов», не выполнят большую часть предусмотренных мероприятий, то есть фактически нагло обманут более 2 млн чел. При переброске заводов в тыл в отчаянном 1941 г., за которую Берия отвечал «от» и «до», адаптация рабочих и ИТР проходила успешно. Его опыт показал, что перевозку большого количества людей вполне реально провести без значительного ущерба. Но Сталин, очевидно, прикрывшись почти безобидной, на первый взгляд, депортацией, хотел свести счёты с целыми народами, и значительная часть предусмотренных в постановлении мероприятий была спущена на тормозах. Во всяком случае, за высочайшую смертность переселенцев, особенно чеченской и ингушской национальностей, никто из руководства ведомств и глав принимающих территорий не ответил ни жизнью, ни партийным билетом. Ни разу отчёты о ходе переселения не были заслушаны ни на Политбюро, ни на заседании правительства. Расхожее мнение о 100 % вине одного только Лаврентия Берии в преступной депортации кавказских и других народов в 1940?х гг. совершенно ошибочно и является плодом хрущёвской массированной пропагандистской атаки.
Вскоре после смерти Сталина и захвата власти Хрущёвым, 16 июля 1956 г. Президиум Верховного Совета издал Указ «О снятии ограничений по спецпоселению с чеченцев, ингушей, карачаевцев и членов их семей, выселенных в период Великой Отечественной войны». Он гласил:
1. Снять с учёта спецпоселения и освободить из-под административного надзора органов Министерства внутренних дел СССР чеченцев, ингушей, карачаевцев и членов их семей, выселенных на спецпоселение в период Великой Отечественной войны.
2. Установить, что снятие ограничений по спецпоселению с лиц, перечисленных в статье первой настоящего Указа, не влечёт за собой возвращения им имущества, конфискованного при выселении, и что они не имеют права возвращаться в места, откуда были выселены.
Таким образом, несмотря на снятие депортированных с административного учёта, им было запрещено возвращаться в родные края. Однако некоторые из них, не искушённые в тонкостях права, решили, что они реабилитированы полностью, и стали за бесценок продавать своё жильё и имущество в местах спецпоселения, чтобы поскорей вернуться на родину. Это дало старт почти неуправляемому процессу и новым бедам, связанным с неплановым и неорганизованным возвратом народов на прежние места. Вскоре ход событий начал приобретать лавинообразный характер, а попытки властей пресечь «несанкционированное» переселение потерпели неудачу. Ситуация в значительной степени осложнялась тем, что жильё и земля депортированных уже были заняты новыми переселенцами – русскими, осетинами, грузинами и пр. Между ними и возвратившимися вайнахами возникали конфликты, часто превращающиеся в настоящие погромы.
Только после накала страстей власти решили пойти навстречу депортированным. К 14 ноября 1956 г. Политбюро принимает постановление о восстановлении национальной автономии депортированных народов. 9 января 1957 г. Президиум ВС СССР издал Указ № 149/14 «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР в составе РСФСР». Для руководства был создан Организационный комитет во главе с М.Г. Гайрбековым. Контроль за исполнением указов и деятельностью Комитета был возложен на Микояна. После принятия данных постановлений «исход» продолжился с удесятерённой силой. С работы (на территории спецпоселений) уволилось до половины всех вайнахов, чтобы с началом весны направиться на Кавказ.
Начиная с 1957 г. начало активно разворачиваться строительство жилья и социальных объектов – школ, детсадов, больниц и т. д. Общий объём капитальных вложений за 1958 г. на жилищное и культурно-бытовое строительство составил почти 140 млн рублей, что превышало финансовое вложение за 1957 г. на 15 %[99 - Цуцулаева С.С. Деятельность Оргкомитета по восстановлению Чечено-Ингушской АССР в 1957–1958 гг. (в сфере народнохозяйственного строительства и культурного просвещения) // Вестник Калмыцкого университета. 2019. № 4. С. 71.]. В соответствии с планом, нужно было построить более 65 тыс. кв. метров, в том числе 20 тыс. кв. метров путём народной стройки.
Однако строительство существенно опаздывало, поток переселенцев был слишком велик. В основном возвращение завершилось к концу 1961 г., а всего в республику вернулось 356 тыс. чеченцев и 76 тыс. ингушей. Несмотря на вложенные деньги и развернувшиеся стройки, из числа репатриантов только 73 тыс. смогли поселиться в заново приобретённых собственных или вновь построенных домах. Ещё около 10 тыс. были расселены в коммунальных квартирах. Все остальные жильё либо арендовали, либо жили с родственниками[100 - Ахмадов Я.З. История Чечни в XIX–XX веках. М.: Пульс, 2005. С. 890.].
При этом проводилась политика закрепления на территории Кавказа «новых» переселенцев из других республик, в первую очередь русских. К 1961 г. процент вайнахского населения составлял около 41 %, в то время как до депортации – 58,4 %[101 - Там же.]. Несмотря на старания властей, многие русские, осетинские и грузинские переселенцы вскоре вернулись домой, и к 1970 г. доля вайнахов возросла до 60 %[102 - Всесоюзная перепись населения 1970 года. Национальный состав населения по регионам России / Демоскоп Weekly; URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_nac_70.php?reg=51].
За 11 лет безраздельного «владычества» на «разоблачённой» им сталинской партийно-политической модели управления обществом Хрущёв сознательно исказил многие факты, и в первую очередь о своей роли и месте Берии в репрессиях, в том числе – в депортации народов. Поэтому есть смысл внимательно рассмотреть малоизвестные, но, к счастью, рассекреченные документы, отражающие этот процесс.
Из них мы увидим, что важнейшее для выживания переселенцев продуктовое и прочее снабжение курировал член Политбюро, заместитель председателя правительства в 1937–1955 гг., нарком внешней торговли Анастас Микоян. Именно к нему в ряде случаев обращался Берия с просьбами о предоставлении депортированным продовольствия и вещей первой необходимости. Благодаря Хрущёву фамилии республиканских и местных «царей», которых обязывали принять, расселить и обеспечить всем необходимым несчастных переселенцев, общественности неизвестны. Не прозвучали они и до сих пор. Дальновидному Никите Сергеевичу они были не нужны: он списывал всё на Берию, и только на него. Именно Хрущёв «назначил» его виновным в колоссальных бедах переселенцев. Один из главных виновников тех трагических дней, ответственный за снабжение сталинских узников, Анастас Микоян вину за принятие решения о варварском переселении народов целиком возлагает на Сталина, снимая, в первую очередь с себя, а заодно и с Берии, ответственность за преступление.
В постановлениях правительства были чётко расписаны обязанности всех ответственных за сохранение переселенцев и поддержание их нормального в условиях войны уровня жизни. Ввиду остроты вопроса о депортации народов Кавказа и их огромных потерях приведу полностью текст исчерпывающих постановлений, которые преступно не были выполнены и остались лишь на бумаге.
Начнём с Постановлений ГКО № 5074сс от 31.01.1944 г. и СНК № 1118—342сс 14.10.1943 г., подписанных «главной тенью» Сталина – заместителем председателя ГКО (Сталина), заместителем председателя СНК СССР (Сталина) и членом Политбюро Вячеславом Молотовым. Из этих документов видно, кто отвечал за качество, количество и приспособленность вагонов для перевозки людей и их вещей, а также за питание в пути и на месте, за медицинское обслуживание, а главное – за приём, обустройство и обеспечение обездоленных переселенцев, сдавших на местах постоянного проживания строго по документам весь свой скот, зерно, прочие продовольственные запасы и сами дома. Постановлениями ГКО и Правительства всё это предусматривалось компенсировать им в местах депортации. Ответственным за выполнение постановлений в этой части был отнюдь не Берия. Ниже приведены эти говорящие сами за себя документы.
Постановление СНК СССР № 1118—342?сс 1943 г. «О порядке приёма от спецпереселенцев с Северного Кавказа имущества, скота и продукции сельского хозяйства, а также об условиях частичного возмещения этого имущества в местах расселения»:
«Совет народных комиссаров Союза ССР постановляет:
1. Установить следующий порядок приемки на месте от спецпереселенцев с Северного Кавказа имущества, скота и продукции сельского хозяйства, а также условия частичного возмещения этого имущества в местах расселения:
а) разрешить спецпереселенцам с Северного Кавказа взять с собой принадлежащее им имущество (одежда, мелкий хозяйственный и бытовой инвентарь, зерно и продовольствие), всего весом до 500 килограммов на семью;
б) весь молочный и продуктивный скот, лошади, птица, продфуражное зерно, дома и сельхозпостройки, принадлежащие колхозам, колхозникам и единоличникам-спецпереселенцам, – подлежат сдаче на месте:
молочный и продуктивный скот, а также птица – уполномоченным НКМясомолпрома СССР;
весь племенной скот, кроме лошадей, – уполномоченным НКСовхозов СССР;
лошади и рабочий скот – уполномоченным Наркомзема СССР;
зерно и другая продукция сельского хозяйства – уполномоченным Наркомзага СССР;
дома, сельскохозяйственные постройки, сельскохозяйственные машины, инвентарь и посевы – уполномоченным крайисполкома.
Принятые от спецпереселенцев скот, птица и зерно должны быть обращены в первую очередь на покрытие государственных обязательств поставок 1943 года и недоимок прошлых лет, вся остальная часть подлежит возмещению натурой в новых местах расселения;
в) приемку и обеспечение сохранности всего оставляемого имущества, скота и зернофуража производит краевая комиссия в составе председателя крайисполкома (председатель комиссии), заведующего Крайземотдела и уполномоченных от Наркомзема, Наркомзага, Наркоммясомолпрома и Наркомсовхозов.
Для приемки имущества, скота и сельскохозяйственной продукции по каждому населенному пункту создать местные комиссии в составе представителей крайисполкома, Крайземотдела, Крайфинотдела, Наркомзага, Наркоммясомолпрома и Наркомсовхозов.
Местным комиссиям проводить свою работу по инструкции, разработанной краевой комиссией.
В актах приемки указывать количество и вес принимаемого имущества, владельцев (колхозы, колхозники и единоличники), а также указывать, какая часть скота, птицы и зерна подлежит зачислению в счет покрытия государственных обязательств, поставок 1943 года и недоимок прошлых лет и какая часть подлежит возмещению владельцам натурой.
Акты составлять в 3?х экземплярах, из которых один экземпляр через органы НКВД направлять в места расселения спецпереселенцев для производства расчетов с владельцами имущества;
г) для организации приёма и обеспечения сохранности оставляемых спецпереселенцами скота и сельхозпродуктов командировать на место от Наркомзема СССР – зам. наркома т. Пензина; от Наркомзага – зам. наркома т. Степанова; от Наркоммясомолпрома СССР – члена коллегии т. Надьярных и от Наркомсовхозов СССР – зам. наркома т. Кабанова.
2. Спецпереселенцев с Северного Кавказа в количестве 16 000 семейств расселить в Казахской и Киргизской ССР, в том числе:
в следующем порядке:
а) расселение производить, как правило, целыми колхозами в пустующих помещениях существующих колхозов и совхозов упомянутых выше областей, а также путём временного вселения в колхозные посёлки и частичного размещения в утепленных палатках;
б) представлять спецпереселенцам возможность построить в 1943–1944 гг. индивидуальные глинобитные дома из местных стройматериалов и приспособить имеющиеся на месте пустующие и требующие ремонта постройки для жилья;
в) строительство домов и надворных построек для нуждающихся спецпереселенцев прокредитовать через Сельхозбанк в пределах 5000 рублей на семью сроком до 7 лет.
Обязать Сельхозбанк (т. Кравцова) выдавать кредиты вновь организуемым колхозам на производственные постройки, приобретение общественного скота на общих основаниях.
3. Обязать Наркомзем СССР (т. Бенедиктова), Наркоммясомолпром СССР (т. Смирнова), Наркомзаг (т. Субботина), Наркомсовхозов СССР (т. Лобанова), Совнаркомы Казахской ССР (т. Ундасынова) и Киргизской ССР (т. Кулатова) возместить натурой переселяемым колхозам, колхозникам и единоличникам оставленные ими, в соответствии с актами, скот, птицу и зерно (за исключением зачисляемого в покрытие государственных обязательств), в том числе мясомолочный скот и зернофураж в размере 25 % в 1943 году, за счет плановых заготовок этого года. Остальной мясомолочный скот и продовольствие возместить до 1 января 1945 года; возмещение рабочего скота произвести в течение 1944–1945 гг.
4. Обязать председателя СНК КазССР т. Ундасынова и председателя СНК Киргизской ССР т. Кулатова совместно с НКВД республик провести следующие мероприятия по обеспечению приёма и размещения спецпереселенцев:
а) в 10?дневный срок установить пункты и места расселения спецпереселенцев по районам, совхозам и колхозам Джамбульской, Южно-Казахстанской и Фрунзенской областей;
б) немедленно приступить к подготовке для размещения и трудоустройства прибывающих спецпереселенцев, обеспечить окончание всех мероприятий не позднее 1?го ноября т.г.;