Опираясь на данные, приводимые по приговорам НКВД и НКГБ, во второй половине 1941 г., когда обе структуры подчинялись Берии, на них приходится примерно 7,2 тыс. чел. В 1942 г. НКВД расстреляно 23 278 человек. С 1943 г. говорить уже о казнях, осуществляемым НКВД, труднее, поскольку указанная справка приводит суммарные данные совместных приговоров НКВД и НКГБ, вновь выделенного в самостоятельную структуру: 1943 г. – 3579 расстрелянных, 1944 г. – 3029, 1945 г. – 4252. Разделим эти сравнительно небольшие цифры пополам между двумя наркоматами и таким образом получим за 1943–1945 гг. приблизительно 5430 казнённых, которых мы отнесём на долю НКВД. В результате за годы войны на долю НКВД выпало приблизительно 35,7 тыс. расстрелянных (из 41,1 тыс. в общем на НКВД и МГБ), причём, согласно справке, в основном осуждённых по ст. 58 УК РСФСР[117 - Справка спецотдела МВД СССР о количестве осуждённых по делам органов НКВД – МГБ – МВД за 1939–1953 годы. 11 декабря 1953 г.; URL: https://istmat.info/node/17753] (измена Родине, шпионаж, контрреволюционные преступления и т. п. в годы войны).
Конечно, эта огромная цифра жертв, по сравнению с союзниками, у которых было расстреляно: британских военных – 40 человек, французских – 102, американских – 146. Немцы при этом расстреляли 7810 человек[118 - Гутионов П.С. Дожить до расстрела // Новая газета. 2019. № 49; URL: https://novayagazeta.ru/articles/2019/05/08/80449-dozhit-do-rasstrela]. Но вместе с тем количество расстрелянных НКВД меркнет на фоне общего числа расстрелянных в годы войны красноармейцев, чья смерть на совести военных трибуналов – 217 080 человек[119 - Справка Министерства юстиции СССР о численности осуждённых военными трибуналами в период с 1940 г. по 1954 г. 28 ноября 1955 г. // ГАРФ. Ф. Р-7523. Оп. 89. Д. 4408. Л. 25–27.].
Согласно приказу наркома юстиции СССР и прокурора СССР от 24 июня 1941 г № 102/58[120 - Приказ Наркомюста СССР № 102, Прокуратуры СССР № 58 от 24.06.1941 «О порядке направления в военные трибуналы дел о преступлениях, предусмотренных ст. 7 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 22.06.1941 «О военном положении» // КонсультантПлюс; URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU&n=41828#s7yh5CTyLq6tbL2G], полномочия по рассмотрению дел в условиях военного времени распределялись между военными трибуналами Красной армии и ВМФ, которые подчинялись армейским генералам и командующим фронтами. Свои трибуналы были и в наркоматах железных дорог и водных путей сообщения. Все эти структуры в конечном счёте замыкались на Верховном главнокомандующем – Сталине. А значит, непосредственно на нём и лежит ответственность за наших расстрелянных военных. Но отличались мы не только количеством, но и доселе невиданным «качеством» казней. 19 апреля 1943 г. М.И. Калининым был подписан закрытый Указ Пленума Верховного суда СССР «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников», объявленный приказом Народного комиссариата обороны СССР (НКО СССР) за № 0283. В этот же день Сталиным был подписан приказ НКО СССР, в котором указывалось, что в срок до 10 мая 1943 г. должны быть созданы военно-полевые суды. В нём говорилось и о порядке их проведения: приговоры должны были приводиться в исполнение публично; более того, тела повешенных по решению суда оставляли на виселице в течение нескольких дней, для устрашения прочих граждан[121 - Указ Президиума Верховного Совета СССР № 39 от 19 апреля 1943 г. «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников» // ГАРФ. Ф. Р-7523. Оп. 4. Д. 164. Л. 118–120.]. Данный указ широко использовался в процессах не только военно-полевых судов, но и военных трибуналов.
Подготовку открытых процессов поручили «Смершу», возглавляемому комиссаром государственной безопасности 2?го ранга В.С. Абакумовым, который, напомню, также подчинялся непосредственно Сталину. Выявление и разоблачение военных преступников и их пособников являлось одним из важнейших направлений его деятельности.
К числу жертв НКВД мы, с известной долей условности, должны отнести также 50 % погибших в войне с украинскими националистами-бандеровцами, мирного населения, войск НКВД и националистов, которые были в основном уроженцами Западной Украины и, естественно, гражданами СССР. Как минимум половина из этих жертв – на «хозяине» Украины и члене Политбюро с 1938 г. Хрущёве, то есть примерно по 82,5 тыс. человек (если брать за основу данные о 110 тыс. ликвидированных бандеровцев и около 55 тыс. погибших советских военнослужащих, сотрудников органов госбезопасности, милиции, пограничников и представителей партийного актива – подробнее в Гл. 1. § 2).
Большое внимание следует уделить репрессиям, происходившим на территории Украины. В статистической отчётности Отраслевого государственного архива Службы безопасности Украины хранится в единственном экземпляре «Документальная справка о массовых репрессиях на Украине в 1937–1938 гг.». В 99?страничном деле находится богатый фактический материал: цифры, таблицы, цитаты из приказов, обзоры, аналитика. Согласно ему, за 1937 г. и первую половину 1938 г. на Украине было арестовано 267 579 чел. В 1937 г. к высшей мере наказания было приговорено 66 591 чел. В первой половине 1938 г. было расстреляно 54 390 чел., во второй половине того же года – 23 764, итого 78 154 чел. Всего в 1935–1940 гг. на Украине было осуждено 332 429 чел., в том числе к высшей мере наказания приговорено 161 748 чел.[122 - Богуславский К. «Под руководством тов. Хрущёва…». Секретная «Справка о сталинских репрессиях на Украине» с комментарием историка. Публикуется впервые // Новая газета. 2020. 7 июля; URL: https://novayagazeta.ru/articles/2020/07/06/86166-pod-rukovodstvom-tov-hruscheva?utm_source=fb&utm_medium=novaya&utm_campaign=zakon-o-dekommunizatsii-ukrainy-prinyatyy].
Чтобы вычислить, к скольким казням причастен Хрущёв, надо от 161 748 отнять 66 591 расстрелянных за 1937 г., когда его не было на Украине, и мы получим приблизительно 95 157. В 1935–1936 гг. цифры вряд ли превышали несколько сотен человек и особо не повлияют на результат.
Ещё одной формой жесточайших репрессий стало неведомое царям чисто сталинское изобретение – депортация малых российских народов (немцев, чеченцев, ингушей, татар и др.). Подробные данные о жертвах депортаций представлены в соответствующем параграфе (Гл. 1. § 3). Погибших во время переселения и/или уже в местах ссылки мы условно поделим между Берией и Хрущёвым, а также Кагановичем (наркомом НКПС) и Микояном (председателем Комитета продовольственного и вещевого снабжения Красной армии).
Причастность Хрущёва к репрессиям 1937–1938 гг. в Москве и на Украине несомненна и показана нами в Гл. 1. § 1. Учтены и его военные «подвиги», а именно «заслуги» в Киевском (1941) и Харьковском (1942) котлах (Гл. 1. § 2).
Итого в общей сложности на счёт структур, руководимых Лаврентием Берией, с большой натяжкой можно отнести около 144,7 тыс. чел., в то время как Никита Хрущёв причастен к гибели около 682,4 тыс. чел. На совести же ядра Политбюро – Кагановиче, Молотове, Микояне, Ворошилове, Калинине, ответственных вместе со Сталиным за «Большой террор», голодомор, коллективизацию, раскулачивание и т. д. в 1930–1940?х гг., – более десяти миллионов человек (без жертв Гражданской войны и ленинского голода 1920?х гг., под прикрытием которого грабили церкви)[123 - Письмо В.И. Ленина В.М. Молотову для членов Политбюро ЦК РКП(б) о необходимости борьбы с реакционным духовенством и мещанством и проведения кампании по изъятию церковных ценностей // РГАСПИ Ф. 2. Оп. 1. Д. 22947. Л. 1–4, 9.]. Общепризнанная цифра преступно-умышленного голодомора 1932–1933 гг., когда через систему Торгсин меняли вековые фамильные драгоценности на кусок хлеба – 7 млн человек[124 - Постановление ГД ФС РФ от 02.04.2008 № 262—5 ГД «О заявлении Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Памяти жертв голода 30-х годов на территории СССР» // Государственная Дума РФ. Оф. сайт; URL: https://duma.consultant.ru/documents/955838]. Эта страшная история не является предметом нашего рассмотрения, так как не имеет прямого отношения ни к Берии, ни к Хрущёву, но подчёркивает, что по большому счёту с виновностью каждого члена Политбюро ещё предстоит разбираться историкам и юристам (см. таблицу 1).
Таблица 1
Сравнительный анализ жертв с участием структур, подчинённых Л.П. Берии, и регионов, руководимых Н.С. Хрущёвым
Как видно из соотношения жертв Берии и Хрущёва, страх разоблачения был мощнейшей пружиной, бросившей последнего в опаснейшую игру по уничтожению главного и достойнейшего претендента «на трон», по принципу русских пословиц «Пан или пропал» или «Двум смертям не бывать, а одной не миновать». Хрущёв был единственным из членов Политбюро, кто непосредственно руководил репрессиями в своих рекордно больших «вотчинах» СССР. Кроме того, из всего начальства только он «отметился» страшными «котлами» во время войны и, уже совместно с Кагановичем, голодом на Украине. Вклад остальных членов Политбюро в дело репрессий не столь очевиден. Их косвенное участие состояло в том, что они завизировали часть расстрельных списков в общей сложности на 43,6 тыс. чел. Все остальные жертвы террора проходили через ежовское НКВД и лично Сталина. Подписи товарищей на высоких должностях, как правило, мало на что влияли, так как большинство списков визировал сам «хозяин всея Руси», причём свой «божественный» автограф нередко ставил первым. Да и тысячи убитых по коллективно подписанным спискам меркнут перед хрущёвскими сотнями тысяч! Так что непосредственному организатору массовых убийств Хрущёву, стоявшему по своим «заслугам» особняком от всех остальных членов Политбюро, было во имя чего рисковать.
На долю Берии относят также вину за выпавшие на его время катынские зверства с расстрелом почти 22 тыс. польских военнопленных[125 - Убиты в Катыни: книга памяти польских военнопленных-узников козельского лагеря НКВД, расстрелянных по решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. М.: Общество «Мемориал»; Звенья, 2015. С. 62.] по решению Политбюро ВКП(б) от 5 марта 1940 г. Однако будет несправедливым записывать загубленные жизни польских офицеров, солдат и чиновников на Берию. В 2010 г. Государственная дума РФ официально признала, что катынское преступление было совершено по прямому указанию Сталина и других советских руководителей[126 - О заявлении Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации «О Катынской трагедии и её жертвах»: Постановление Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26.11.2010 № 4504—5 ГД // Собрание законодательства РФ. 2010. № 49. Ст. 6471.], по-прежнему безвинных в глазах народа, прежде всего, членов Политбюро: Климента Ворошилова, Михаила Калинина, Вячеслава Молотова, Лазаря Кагановича, Андрея Андреева, Анастаса Микояна, Андрея Жданова и Никиты Хрущёва. Хотя в данной работе рассматриваются исключительно советские граждане, ставшие жертвами сталинской тирании, нельзя не отметить, что в Катыни полёг почти весь цвет польского офицерства. Данное обстоятельство, вкупе с не поддержанным в полной мере нашими войсками польским восстанием в преддверии освобождения Польши, были звеньями заблаговременно продуманной сталинской технологии по коммунистическому порабощению «братского народа».
Беда Берии была в том, что, по своим деловым качествам и занятости конкретными делами, он был слишком далёк от большинства, которое в силу невысокого профессионализма не могло не чувствовать шаткости своего положения. Особенно выделялись своей бесполезностью бывший и действующий министры обороны – Климент Ворошилов и Николай Булганин, а также полуграмотный «политрук-терминатор» государственного масштаба Никита Хрущёв.
Кроме того, Сталин, несомненно, позаботился о том, чтобы Берия был предан только ему лично, а со всеми остальными, особенно с военными, находился в постоянном позиционном конфликте. Вождь стремился, чтобы армейцы и НКВД испытывали друг к другу жгучую ненависть. Их сближение и симпатии в сталинской системе координат исключались, так как это могло обернуться заговором. И, как видим по судьбе Берии, «главному кукловоду» и талантливому политтехнологу такой расклад удался в полной мере.
Глава 2
Если сорвать с Берии зловещую маску…
§ 1. Уникальная комбинация берии при защите Кавказа
Кроме побед на ядерно-космическом фронте, в активе Берии – важная победа над немцами по защите главнейшего ресурса войны, миллионы тонн которого невозможно было бы восполнить никаким ленд-лизом, а именно – кавказской нефти. К августу 1942 г. войска Северо-Кавказского фронта оказались отрезанными от Центра, были малочисленны, совершенно не подготовлены к горной войне и не обеспечили оборону. Отсутствие скоординированных действий Северо-Кавказского и Закавказского фронтов ставило под угрозу подступы к Закавказью с севера, особенно на стыке двух фронтов – на горных, труднодоступных, а, по ошибочному мнению наших военачальников, недоступных перевалах Большого Кавказа.
Для сдерживания натиска превосходящих сил противника пришлось в полном объёме использовать части НКВД. К ним в годы Великой Отечественной войны относились: оперативные войска (с января 1942 г. – внутренние); пограничные войска; войска по охране тыла действующей Красной армии; войска по охране железных дорог, войска по охране особо важных предприятий промышленности; войска по охране правительственной «ВЧ» связи; конвойные войска. Все они, кроме пограничных, обобщённо именовались внутренними войсками[127 - Сидоренко В.П. Деятельность войск НКВД СССР на Северном Кавказе в 1941–1943 гг. (к 75-летию Великой Победы советского народа). Russian Colonial Studies, 2019. № 4. С. 107.].
21 августа Лаврентий Берия по указанию Сталина прибыл на Кавказ. И надо же быть такому совпадению, что именно в этот день нацисты подняли над Эльбрусом свой флаг, символизируя захват Кавказа. Хотя для Лаврентия Павловича это была первая фронтовая командировка, выбор именно его кандидатуры был неслучаен: Берия имел большой опыт в управлении Закавказьем, отличался изобретательностью, хорошо знал горы, а главное – людей. Да и с собой он вёз команду толковых и квалифицированных работников НКВД, на которых мог полностью положиться. В их числе были уроженец тех мест, его первый заместитель генерал В.Н. Меркулов, хорошо знакомый с Кавказом; заместители генерал И.А. Серов, генерал внутренних войск И.А. Петров и большая группа старших командиров НКВД. В одном самолёте с Берией на Кавказ прибыл и разведчик, старший майор государственной безопасности П.А. Судоплатов, в распоряжении которого были самые засекреченные, спортивно подготовленные войска ОМСБОН (Отдельной мотострелковой бригады особого назначения), специализирующиеся на диверсионной работе в тылу противника, а также все партизанские отряды, в том числе и на Северном Кавказе.
В ту же команду Берия включил опытного армейского генерала, начальника оперативного управления Генштаба, также уроженца Кавказа генерал-лейтенанта Павла Ивановича Бодина с группой штабных офицеров. С 23 августа 1942 г. он возглавил штаб Закавказского фронта. Командующим вновь образованной Северной группы Закавказского фронта был назначен заместитель наркома НКВД по войскам генерал-лейтенант Иван Иванович Масленников. Ещё один уроженец Грузии – Б.З. Кобулов – вылетел на Кавказ раньше Берии и срочно приступил к проведению согласованных с Берией оборонительных мероприятий.
Но ещё за месяц до этого, 23 июля 1942 г., гитлеровские войска начали массированное наступление на Кавказ с целью захвата не только нефтяных, но и газовых, и рудных месторождений Баку, Грозного и т. д.
Уже в августе немцы захватили Армавир, Майкоп, Краснодар и Анапу, в сентябре Новороссийск, Карачаево-Черкессию, Кабардино-Балкарию, Северную Осетию и Малогбек в Ингушетии. Главный Кавказский хребет был покорён профессионалами альпийской дивизии «Эдельвейс». До выхода немцев к кавказской нефти, а значит и до нашей военной катастрофы – потери «крови войны» – оставался всего один рывок. Множество турецких дивизий, сосредоточенных на границе с Кавказом, замерли в ожидании этого часа.
Горно-стрелковые войска немцев были, пожалуй, самой элитной и спортивно подготовленной дивизией с давними традициями. Созданы они были ещё в Первую мировую войну, в 1915 г., а в 1935 г. их лучшая горнопехотная дивизия получила звонкое наименование «Эдельвейс». Численность профессионалов-альпинистов была максимальной для фашистской армии – 22 тыс. чел.[128 - Бобров М.М. Записки военного альпиниста. От ленинградских шпилей до вершин Кавказа 1941–1945. М.: Центрполиграф, 2015. С. 90.] Многие из них прекрасно представляли местность боевых действий, так как имели самые подробные карты с указанием расщелин, обрывов и т. д. «Все виды стрелкового оружия были предельно облегчены, при сохранении стандартных калибров, и, что самое важное, их прицельные системы были рассчитаны с учётом угла возвышения вплоть до ведения огня вертикально вверх или вертикально вниз»[129 - Там же. С. 85.], — вспоминал военный альпинист Михаил Бобров. Это значит, что они могли стрелять точно по прицелу, не высовываясь из-за укрытий.
У нас же ведущий специалист в области оптики профессор В.К. Фредерикс был расстрелян в 1944 г. Жаль, что невозможно посчитать цену этого убийства в жизнях солдат, вынужденных целиться вне укрытия.
Пушки и миномёты наши солдаты с неимоверными трудом и жертвами таскали на верёвках, как в суворовские времена. Острая коса репрессий в немалой степени прошлась по конструкторам артиллерии, а создатели «катюш» – и директор, и замдиректора «Реактивного института», Клейменов и Лангемак – были расстреляны. В силу этого огневые точки красноармейцев были стационарны и легко уязвимы. У немцев же вся артиллерия, используемая в горах, была сборно-разборной и прекрасно приспособлена для транспортировки в условиях гор, быстро собиралась на новом месте, давая возможность широкого манёвра и скорого покидания выдавших себя мест.
Не более подготовлены, чем техника, были до вмешательства Лаврентия Берии и наши героические воины, которые держали позиции только благодаря беспримерному мужеству и огромным жертвам на «поле» боя. Отпор немецкой дивизии «Эдельвейс» пытались дать в том числе молодые курсанты военных училищ и пехотинцы, никогда не воевавшие в горах. И всё же наступление немцев на время было приостановлено.
Об огромном значении, соизмеримым со взятием Москвы, которое Гитлер отводил Кавказу, и о бешеном напоре его войск свидетельствует заявление фюрера на совещании в штабе группы армий «Юг», которое состоялось в начале июня 1942 г. Гитлер заявил: «Моя основная мысль – занять область Кавказа, возможно основательнее разбив русские силы… Если я не получу нефть Майкопа и Грозного, я должен ликвидировать войну»[130 - Цит. по: Тюленев И.В. Крах операции «Эдельвейс». Орджоникидзе: Ир, 1975. С. 23.].
План фашистов по захвату Кавказа получил условное кодовое название «Эдельвейс». Он был изложен в директиве Гитлера № 45 от 23 июля 1942 г.[131 - Там же.]. Ещё до нападения на Советский Союз в типографиях Лейпцига, Берлина, Дрездена выполнялся специальный заказ Генерального штаба рейха. Там с секретным грифом «только для служебного пользования» печатался подробный путеводитель по Кавказу. К нему прилагались множество фотоснимков, справочных словарей, подробные красочные карты Северного Кавказа и Закавказья с указанием точных расстояний от Ростова до Баку и Орджоникидзе, от Нальчика до Сухуми и Тбилиси, от Пятигорска до Грозного и Махачкалы. Неудивительно, что незваные «гости», в отличие от наших солдат, прекрасно ориентировались на местности. Это позволяло им днём и ночью маневрировать, не срываясь в пропасть в самых неожиданных местах.
Из-за полнейшей неподготовленности наших солдат и командиров к горной войне ситуация быстро становилась критической. Кавказ уверенно «дрейфовал» в руки противника. Поэтому после получения задания Ставки главного командования действия Берии были буквально молниеносными. НКВД по всей территории СССР немедленно даётся указание выявить всех военнослужащих, имеющих альпинистский опыт, и безотлагательно направить нужное количество на Кавказ. В отличие от лелеющих «Эдельвейс» немцев, у нас учёт этих незаменимых в горной войне кадров напрочь отсутствовал.
В это же время Лаврентий Берия отбирает наиболее толковых руководителей и офицеров НКВД, большинство из которых были знакомы с местностью и людьми Кавказа. Кроме этого, невзирая на возраст, в немалом количестве привлекались местные жители, в первую очередь опытные охотники, хорошо знакомые со спецификой гор. Не остались в стороне и тренеры по альпинизму, в том числе старший инструктор, а в будущем заслуженный тренер России, почётный гражданин г. Санкт-Петербурга Михаил Бобров. Он оставил ценные мемуары, запечатлевшие героизм кавказских сражений с чудовищными, всепожирающими лавинами и собственным, едва не смертельном «плаванием» в её бешеном потоке. Им достоверно описаны и десятидневные боевые вахты с питанием всухомятку вдали от лагеря, когда на высоте 2–4 тыс. метров даже небольшая рана или простуда были смертельно опасны. А если боец срывался в пропасть, то должен был лететь молча, чтобы не выдать присутствие боевой группы товарищей.
Об экстренной отправке альпинистов на Кавказ в своих мемуарах вспоминает и Павел Судоплатов: «В августе 1942 года Берия и Меркулов (при этом разговоре присутствовал также Маленков) поручили мне экипировать всего за двадцать четыре часа 150 альпинистов для ведения боевых действий на Кавказе. Как только альпинисты были готовы к выполнению боевого задания, Берия приказал мне вместе с ним и Меркуловым несколькими транспортными самолетами вылететь из Москвы на Кавказ. Перелет был очень долгий. В Тбилиси мы летели через Среднюю Азию на С?47, самолётах, полученных из Америки по ленд-лизу. Наши операции должны были остановить продвижение немецких войск на Кавказ накануне решающего сражения под Сталинградом. Первую посадку мы сделали в Красноводске, затем в Баку, где полковник Штеменко, начальник кавказского направления Оперативного управления Генштаба, доложил об обстановке. Было решено, что наше специальное подразделение попытается блокировать горные дороги и остановить продвижение частей отборных альпийских стрелков противника.
Сразу после нас в Тбилиси прибыла группа опытных партизанских командиров и десантников, руководимая одним из моих заместителей, полковником Михаилом Орловым. Они не дали немцам вторгнуться в Кабардино-Балкарию…»[132 - Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы. М.: Олма-пресс, 1998. С. 234.].
Трагизм войны с привлечением альпинистов международного уровня, часто знакомых между собой по соревнованиям и даже друживших, ярко и трогательно запечатлел Владимир Высоцкий:
…А до войны вот этот склон
Немецкий парень брал с тобою,
Он падал вниз, но был спасён,
А вот сейчас, быть может, он
Свой автомат готовит к бою.
Отставить разговоры!
Вперёд и вверх, а там,
Ведь это наши горы —
Они помогут нам!
Они помогут нам!
Ты снова тут, ты собран весь —
Ты ждёшь заветного сигнала.
И парень тот – он тоже здесь,
Среди стрелков из «Эдельвейс».
Их надо сбросить с перевала!
Срочно организованное Берией буквально «суворовское» обучение шло непосредственно в период боевых действий. Но главное в том, что специалисты Генштаба, прибывшие с Лаврентием Павловичем, проверили боеготовность высшего командования Закавказского и Северо-Кавказского фронтов.
Всем крупным военачальникам пришлось сдавать очень непростые «экзамены» лично Берии и генштабистам по владению ситуацией в подчинённых им войсках. В результате без лишнего шума, чтобы сохранить «раскрученный» образ, прежде всех был «убран» с должности командующего Северо-Кавказского фронта друг Сталина по Гражданской войне символизирующий непобедимую Красную конницу маршал Семён Будённый. Его фронт был расформирован, а командование перешло к едва усидевшему в кресле генерал-лейтенанту Ивану Тюленеву, возглавлявшему Закавказский фронт. Ничем не проявил себя и оставался в тени Берии и член Военного совета фронта народный комиссар Каганович. Тем самым он подтвердил, что, как и почти все члены сталинского Политбюро, в отличие от наркома НКВД, был не более чем прекрасным исполнителем воли вождя.
Также с должностей были сняты ближайшие помощники Тюленева: начальник штаба фронта генерал-майор А.И. Субботин, начальник оперативного управления и заместитель командующего войсками Закавказского фронта генерал-майор Я.А. Ищенко, начальник разведотдела фронта полковник Симаков, командующие 9, 46, 47?й армиями генерал-майоры В.Н. Марцинкевич, В.Ф. Сергацков[133 - Донесение представителя Государственного Комитета Обороны и Военного совета Закавказского фронта Верховному Главнокомандующему о положении на Северном Кавказе и принимаемых мерах от 23 августа 1942 г. // ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1064. Д. 1. Л. 167–170.]. 31 августа Ставка приняла решение об объединении Северо-Кавказского и Закавказского фронтов[134 - Запрос Ставки ВГК представителю Государственного Комитета Обороны на Закавказском фронте по поводу кандидатуры командующего фронтом от 31 августа 1942 г. // ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 30. Л. 52.].
Берия, будучи уверен, что его подчинённые более квалифицированны и сообразительны в условиях горной войны, чем большинство армейских командиров, допустивших провальную ситуацию, создал две самостоятельные структуры управления: обычную армейскую и по линии НКВД. На высшем уровне оперативные группы войск возглавлялись генералами НКВД, на самом верху – Лаврентием Берией. По требованию Берии его заместителем Кобуловым был создан штаб НКВД по обороне Кавказа, в который входили сотрудники и офицеры госбезопасности. Он был основан в дополнение к уже существующему армейскому штабу Закавказского фронта, выполнявшему те же функции. В рамках НКВД были созданы две опергруппы по обороне Кавказа. Таким образом, созданная Берией структура управления НКВД не являлась полностью параллельной армейским войскам, как считают многие авторы[135 - Великая Отечественная война 1941–1945 годов. В 12 т. Т. 3. Битвы и сражения, изменившие ход войны. М.: Кучково поле, 2012. С. 305.].
Оперативную группу по обороне перевалов при Закфронте, которой подчинялись и полевые армейские войска, возглавил генерал-майор НКВД И.А. Петров, имевший богатый опыт пограничной службы. Ко всему прочему, он был одновременно и заместителем командующего Закавказским фронтом. Новый штаб, состоявший из работников НКВД, разместился там же, где и штаб фронта, – в Тбилиси, что, безусловно, облегчало взаимодействие и обеспечивало согласованность действий. Заместитель начальника штаба группы полковник М. Романов объяснял замысел Берии несколько узковато: «Мы объединяем специально выделенных снабженцев и хозяйственников, войска и управления НКВД. Тесная связь и полное взаимодействие с ЦК КП(б) Грузии и Совнаркомом Грузии; все вопросы по снабжению и проведению решений командования как можно быстрее проходят через нас. Эта структура помогает нам объединять все силы и средства»[136 - Лурье Л.Я. Лаврентий Берия. Кровавый прагматик. СПб.: БХВ-Петербург, 2015. С. 392.].