Свефнир. Последнее объятие

— Вы будто обнесли кабинет командующего, — вырвалось у Эвальда.

Он напряг лицо, ожидая резкий ответ. Однако, лейтенант лишь пожала плечами.

— Все так. Но это согласовано.

Капитан подошел чуть ближе. Новый шкаф больше и шире, теперь не придется класть бумаги на полу связками. Четыре стула — все крепкие, из темной древесины, их спинки были достаточно высокими, чтобы даже откинуть голову.

И, конечно, стол. Сейчас обернутый тканью, он лежал столешницей вниз — его край как высунутый язык выпирал из телеги. Он был настолько тяжелым, что двое спускали его в руки троим гвардейцам на земле, жилы на их шеях вздулись и каждое движение сопровождалось кряхтением.

Лейтенант жестом остановила Эвальда, когда он шагнул к ним, чтобы помочь.

— Пора завтракать, капитан, — махнула она в сторону столовой, затем произнесла вполоборота. — По словам вашего сержанта, Магда готовит что-то особенное.

Сквозь приоткрытую дверь казармы доносились голоса и лязг железа. Ухо, прижатое к подушке, начинало ныть сильнее с каждым звуком. Ланс сел на кровати, вспоминая где он. Плечи затекли от долгого лежания в одной позе.

Еще только утро. Остальные уже, наверное, прибыли в гарнизон.

Ланс спустил ноги на холодные ботинки, вздрагивая, затем обулся и направился во двор. В глазах зарябило от мелькающих людей и резких световых бликов — гвардейцы, небольшие отряды стражников и служанки разбирались с рутиной: патрули отправлялись, дозоры сменялись, отчеты находили своих адресатов. В сравнении с тихой ночью, сегодня гарнизон походил на жужжащий улей. В груди стало щекотно, когда воспоминание про посиделки в пустом кабинете медовым послевкусием отозвалось на языке.

Глядя на отдающих приказы гвардейцев, мелькнула мысль, что с таким уровнем командования, капитан, должно быть, сможет спокойно разобрать свои дела. Но как он будет восстанавливать отчеты?

Ланс прижал ладонь к животу, сдерживая растущую голодную тошноту, и зашел в столовую.

— Доброе утро, наемник, — голоса капитана и лейтенанта прозвучали почти хором, едва он открыл дверь.

Троица сидела за одним столом. Перед ними стояли тарелки с хлебом и творогом, перемешанным с зеленью. Теплый ягодный аромат из кружек мягко сгладил предвкушение от кислой еды на завтрак.

— Простите, проспал, — прохрипел Ланс, не успев прочистить горло.

— Садись здесь, — лейтенант похлопала по сиденью рядом с собой. — Надо обсудить планы.

Ланс помедлил мгновение, затем плюхнулся на лавку, а капитан подвинул к нему кружку и тарелку.

— Я не стал будить тебя, — встретился с ним взглядом Рафир. — Подумал, что тебе стоит выспаться после допроса.

Ланс взял двумя руками кружку, отогревая ладони.

— Ты хорошо справился вчера, — отозвался Эвальд, отпивая ягодный отвар. — Погорячился немного, но для первого раза неплохо.

Ланс кивнул, поджав губы, затем опустил взгляд на еду. Ложка оказалась в руке и с усилием двинулась к тарелке, затем ко рту. И вместо кислого, вяжущего язык, творога он почувствовал вкус бульона, что приготовили на птице.

— Очень вкусно, спасибо, — заулыбался Ланс, энергично пережевывая свою порцию.

Лейтенант закончила есть и отодвинула тарелку вбок. Ее пальцы сцепились в замок и серебряные кольца тихо стукнулись друг о друга.

— Собираем, что нам известно. Черный экипаж появился в двух делах, кажется, не связанных. Я не думаю, что это совпадение, но исключать такую возможность не будем. И наш единственный путь к нему — Илзин.

— Мы отпустим его, но отправим гвардейцев следить за ним, — ответил капитан, собирая бульон со дна тарелки. — Нужно сделать это до вечера, пока хозяин экипажа ничего не заподозрил.

Ланс расстегнул сумку и достал крошечный предмет на нитке.

— Есть еще это. Пуговица, с которой помог Арденскельд.

— Арденскельд это?.. — подняла бровь лейтенант.

— Мой знакомый алхимик, — ответил капитан. — Он живет недалеко и помогает в мелких делах.

Лейтенант глянула исподлобья.

— Еще и алхимик, — словно передразнивая, спросила она. — Капитан Фарн, вы полны загадок. Какие еще звери водятся в вашем лесу?

Тут ее взгляд упал на пуговицу и она наклонилась ближе.

— Наемник, где ты видел пуговицу с одним отверстием?

Ланс слегка отпрянул. Пуговицы ведь пришиваются петлей через два, а то и четыре отверстия.

— Что же это тогда? — мотнул головой капитан.

Лейтенант мягким движением забрала нить из руки Ланса.

— Это так называемая «чешуйка». Видели чешуйчатую кольчугу? Идея такая же, только для платья. Эти блестящие штуковины нашиваются друг на друга снизу вверх.

— И что это значит? — спросил Ланс, представляя как такое платье будет смотреться на девушке, но в голову пришли только рыбы и змейки.

Лейтенант вздохнула с досадой.

— Это значит, наемник, что для поисков владелицы ты, увы, не подходишь. Для роли слуги нужен неотразимый, внимательный и воспитанный молодой человек.

Она медленно перевела взгляд на человека напротив.

— Я? — Рафир выпрямился на скамье словно ощетинившийся кот. — Но, я же… А кто будет играть госпожу?

Ланс подавил смешок, глядя на лицо лейтенанта. Их молчание сопроводил тихий стук ножа о разделочную доску.

— Я. Мне не нужно играть, — заявила она.

Выпрямив спину, лейтенант закинула ногу на ногу и сложила ладони на колене. Черты лица едва изменились. Но даже намека на улыбку, что подали ее губы и глаза, оказалось достаточно, чтобы превратить гвардейца в даму высшего сословия.

— Я из рода Лорик, — произнесла она голосом мягким и ровным. — Это не будет притворством. Я в любом случае задолжала пару визитов к моим знакомым.

— Госпожа, — улыбнулся Ланс и склонил голову. — Мне тоже жаль, что не выйдет поработать с вами.

Лейтенант ухмыльнулась.

— Не расстраивайся, я найду способ. На одних поручениях ты не задержишься, гарантирую тебе.

Ланс отпил из кружки. Чем меньше оставалось напитка, тем сильнее ощущалась осевшая на дно сладость — он раскусил ягоду и она брызнула кислым соком на язык. Пытаясь разжевать косточку, он сказал:

— Насчет моего дела в Северном районе. Герт признался. Получается, нам не нужно выяснять, чем они с Сэвором там занимались?

Рафир поднял на него глаза, тоже пытаясь справится с ягодой.

— Нет, мы должны выяснить все, — твердо ответил он.

Ланс мотнул головой.

— Но теперь это не нужно.

— Герт и Сэвор пробыли в городе несколько часов до случая на складе, — Рафир поднял бровь. — Тебе известно, как именно они успели взять поручение и в чем оно заключалось?

Ланс осел на лавке, опустив плечи. И ведь правда. Почему для связи Морлора и наемников понадобился кузнец Грар?

— Заказчик может быть владельцем экипажа, — продолжил Рафир. — Или может знать его.

— Это верно, — кивнул капитан. — К тому же, ты отсидел целый день в камере ради этого. Не стоит под конец бросать.

Ланс потер костяшками пальцев свой подбородок — короткая щетина кольнула кожу, впиваясь в маленькие трещинки. Он задержал взгляд на плече лейтенанта. Лорик… кажется, это семья, владеющая единственным белокаменным особняком в городе. Их дом сиял на солнце так же, как сверкает серебро на ее плечах. Ланс не часто видел это здание — какие дела могли быть у наемника в чистом и богатом Южном районе? И сейчас, сидя в своей старой поношенной куртке, он не мог ни понять, ни прочитать по ее лицу, с чего к нему такой интерес?

Из мыслей его выдернул ее звонкий голос:

— Пора за работу. Давайте поднимем мебель в кабинет. Сержант Иасан, найди плотника среди стражников, нужно заменить окно.

Поднявшись с лавок, они вышли во двор.

У входа в главное здание Ланс замер — мурашки поднялись от его подмышек к шее, когда он увидел огромную темную столешницу на резных ножках. Солнце согрело древесину, позволяя почувствовать слабый сладковато-терпкий аромат. Его мысли сами нарисовали белый лист бумаги и перо.

Тем временем, капитан и сержант подошли ближе, оценивая вес изделия. Они попробовали приподнять стол, но, судя по расширенным глазам, четырех рук могло не хватить.

— Мне кажется, что он не пройдет в двери кабинета, — заметил капитан, обращаясь к Арвис.

— Распилите, — бросила она. — Из него можно сделать пару. Еще по две ножки приделать.

Взгляд капитана вернулся к столу. Он покачал головой и взялся за края. Ланс, глядя, как краснеют лица от усилий, с облегчением выдохнул — нельзя портить такое изделие.

— Я помогу.

Лейтенант поймала его за локоть и остановила.

— Ты будешь только мешать, — тихо сказала она с ничего не выражающим лицом. Только глаза выдавали в ней человека, что совсем недавно кривился от кислого напитка. — Даже если ты залезешь под стол, весь вес пойдет на того, кто идет по лестнице последним. Позволь им… самим с этим разобраться.

Ланс кивнул, глядя как капитан и Рафир поднимают стол, едва разгибая колени. Столешница вошла в двустворчатые двери и вместе со спиной капитана скрылась в тени.

— Как поднимут, мы поможем занести ящики. Будь здесь, — сказала лейтенант и взяла небольшую коробку.

Под затихающий хруст гравия под сапогами и грохот содержимого в ее руках, Ланс подошел ближе к привезенным из Цитадели припасам. Распахнув глаза, он рассматривал открытые деревянные ящики — даже в лавках, где он работал, не было такого разнообразия и качества. Бумага была не настолько белой как в его тетради, но такой же гладкой и с ровными краями. Чернильницы из металла и покрытой лаком глины. Деревянный футляр.

Перья и ножи, — предположил он, надеясь, что под его взглядом крышка откроется сама.

Услышав приближающиеся шаги, Ланс отпрянул и обернулся. Лейтенант смотрела на окно кабинета.

— Думаю, они уже наверху. Начнем со шкафа, — сказала она и сразу взялась за боковые стенки.

К своему удивлению, Ланс не заметил, что ей хоть сколько-нибудь тяжело — лишь выступившие сухожилия на запястьях напоминали о прилагаемых усилиях. Поднимая очередную коробку, он не мог не подумать, что дочь маркиза Лорик таскает тяжести. Сама. Она даже не обернулась к стражникам, которые заходили в арсенал, не поручила работу им, не заставила наемника работать в одиночку.

Уже на втором этаже, перед дверью, Ланс положил руку на спинку стула, восстанавливая дыхание. Капелька пота защекотала бровь. А лейтенант удостоверилась, что внизу ничего не осталось и промакнула лоб платком.

Из кабинета выглянул Рафир.

— Вы уже все занесли, — заметил он, сам весь в поту, осматривая коридор.

— Предлагаю пока оставить вещи здесь, — Арвис указала рукой на коробки, затем заглянула в внутрь. — Нужно сначала покрасить стены.

Пропуская Рафира на лестницу, Ланс тоже зашел в кабинет и окинул комнату взглядом. Бледно-зеленые стены в дневном свете, измазанные сажей, напомнили ему представление на ярмарке — только здесь, вместо силуэтов кукол, стены покрывали жуткие очертания умершего пламени.

Капитан вытер рукавом шею и сказал:

— Лучше вечером, чтобы краска сохла ночью. А пока, я бы занялся отчетами.

Лейтенант обернулась к Лансу.

— Помоги капитану. Сегодня ты закреплен за ним. Я пойду отпущу Илзина.

Он кивнул и проводил ее взглядом. Его ладонь легла на теплое дерево, скользя по гладкой поверхности стола. В закрытом помещении аромат сандала стал ярче.

— С чего начнем? — спросил Ланс, глядя как капитан вносит два стула. — Предлагаю заполнить самые срочные отчеты. Вы помните, какие дела были важнее других?

Тот вернулся в коридор.

— Можем начать… — протянул он, доставая стопку бумаги. — Да, хозяйственные рапорты. Мы не получим провизию, если палата не увидит отчет по остаткам.

Пока капитан диктовал Лансу шаблоны, он подготавливал формы документов, расчерчивая поля. Освоившись, они начали заполнять бумаги всем, что капитан мог вспомнить: приоритетные маршруты для патрулей; список провизии, пока без количества; задачи для сержантов.

Ланс по опыту сообразил, какие бумаги куда отправятся — торговцы принимали свой товар по таким же накладным. Незнакомыми были только отчеты по инцидентам и жалобам.

Они работали несколько часов, складывая рапорты отдельными стопками на край стола. Лейтенант так и не вернулась в кабинет, но заходил Рафир, чтобы оставить им кувшин с водой.

Ланс потянулся и зевнул, видя что капитан дописывает список своих стражников — адреса и имена родителей. Почти все поля заполнил.

— Капитан, вам нужно подышать пару минут, — заметил он, подойдя к окну.

Тот сказал что-то невнятное, быстро водя пером по бумаге, а Ланс улыбнулся, глядя на пронзительно ясное небо.

— Не верится, что через пару недель начнется Поступь.

У Объятий Свефнира осталось лишь полмесяца. Нужно выбрать, где переждать приход Глатариса. Может, в гильдии? Там будет людно — весело, но тесно. Ланс вспомнил прошлый год и поежился: запотевшие окна, вечный запах мокрой шерсти, скудный свет, что едва пробивался сквозь ледяную пелену… Нет, только не снова в гильдии. Попроситься в казармы?..

Ладонь капитана с хлопком приземлилась на стол.

— Я закончил, — он встал и потянулся так, что из него вырвалось мычание. — Теперь сержанты… Или гвардейцы займутся составлением расписания.

— Не хотите поесть?

Стук каблуков за дверью заставил их обернуться. Вошла лейтенант.

— Непорядок, капитан, — покачала она головой и указала пальцем в стену. Где-то за ней серебряная колокольня отбивала часы. — Время обеда, а вы не идете. Распорядок нужно соблюдать.

Ланс выпрыгнул из-за стола и усмехнулся.

— Уже идем. Как раз закончили.

— Вообще… Ну ладно, — Эвальд поправил листок и кивнул.

Лейтенант осмотрела стол, кивнула сама себе и повела их в столовую.

Ветер на улице попытался сдуть тепло, что оставило во дворе солнце за первую половину дня. Но у него не вышло.

— Я отпустила Илзина, — отчиталась лейтенант и ступила внутрь здания, перекрикивая гам от собравшихся стражников. — Мой гвардеец, сержант Миквард, переодетый разумеется, уже отправился за ним.

Они сели за утренний стол. Ланс оглянулся — все столы были заняты, но этот почему-то был свободен.

Присаживаясь, он зацепился штанами за скамью.

— Вы начали наблюдение? — спросил он. — Значит, вы с Раф… сержантом Иасаном завтра начнете искать платье?

Арвис покачала головой, взмахивая ложкой.

— На светские встречи нельзя являться, когда вздумается. Нужна подготовка, — она повернулась к капитану и направила ложку на него. — Я одолжила вашего стражника. Он понес письмо в Гард семьи Лорик, чтобы мой дворецкий подготовил все необходимое. Стражник может задержаться, поэтому уведомляю вас.

Капитан кивнул ей, а затем, видимо, заметив то же, что и Ланс, — чернила на тыльной стороне ее ладони, — спросил:

— Вы работали здесь? Почему не поднялись в кабинет?

Лейтенант махнула головой в сторону зала — стражники ели, гремели посудой и смеялись.

— Шум помогает сосредоточиться.

Капитан не стал с ней спорить. Он тихо доел свой обед, начал уже вставать, как к нему кто-то обратился.

— Капитан! Хорошо, что вы здесь.

Взгляд Арвис метнулся на говорящего. Мальчишка в мантии на пороге. Это алхимик? Она навоображала себе старца с кожей, зеленой от бесконечных едких паров, а этот бледный юноша еще не успел окраситься в свое ремесло.

Капитан пригласил его сесть за стол.

— Меня зовут Арденскельд, — алхимик протянул руку Арвис. — О! Ланс, и вы здесь.

— Лейтенант Арвис Лорик, — привстав, она пожала тонкую бледную ладонь.

Алхимик присел, открывая сумку. Стеклянные баночки внутри звякнули друг об друга.

— Я принес вам чай, — сказал он и протянул банку с перевязанной крышкой капитану. — Подумал, что вы не вернетесь домой еще несколько дней.

Домой? Значит, Эвальд держит алхимика при себе.

Капитан принял банку и поблагодарил алхимика. Арвис бегло осмотрела травы, из которых состоял чай.

— Что это за трава? — указала Арвис на коричневую звездочку, в лучах которой лежали семена. — Я вижу золотой корень, мяту, тысячелистник. Но эту не узнаю.

— Звездный анис, — улыбнулся алхимик. — Я добавляю его в смесь, чтобы аромат дольше держался. Он растет на юге, в Вальдорф добирается долго.

Капитан протянул ей банку. С позволения она открыла ее и поднесла к лицу. Уютное облако окутало Арвис древесным кисло-сладким ароматом. Она принюхалась — за плотной пряной пеленой до нее донесся холодящий ветерок.

— Могу попробовать? — спросила Арвис, сетуя, что отказалась от предложения капитана в свой первый день.

— Конечно, я сейчас все принесу, — Эвальд встал и пошел за чайником.

Арвис протянула банку Лансу.

— Ты знаешь для чего эти травы?

Наемник нахмурился, разглядывая золотистые кругляшки и мелкие серые листья, затем взял двумя пальцами круглый сушеный корень.

— Такое я не собирал, но, кажется, это успокаивающий чай.

— Золотой корень — бодрящее средство, — пояснила Арвис. — Если нужны силы, а сон не вариант — ищи его.

Она довольно кивнула, глядя, как Ланс достал тетрадь и записал ее слова.

— А вы много знаете, — Арденскельд спрятал руки в мантии. — Госпожа Арвис…

— Лейтенант.

— Да, лейтенант… простите, — он отвернулся, словно в поисках Эвальда. — Так вот, лейтенант, не думал, что гвардеец будет увлекаться травничеством.

Арвис выпрямила спину, положив ладони на стол. Шум в зале стихал — стражники закончили обедать и возвращались к работе.

— В определенный момент я нуждалась в этом знании. Оружием может быть не только сталь в руке.

— Вот оно что, — ответил алхимик и поерзал на стуле. — Я подумал, что вы увлекаетесь.

Арвис встретилась с ним взглядом.

— Я не слышала о тебе. Чем ты занимаешься? Почему решил приехать в Вальдорф?

— В этом городе свободно, — протянул Арденскельд. — И я могу получать материалы прямо из рудников.

Она едва прищурилась. Алхимик изучает руду. Ответ скромный и не полный, хотя… руду можно изучать по-разному.

За его спиной показался Эвальд, ставя четыре кружки на стол. Кипяток полился из чайника. Арвис отвлеклась от алхимика, забирая свой чай и вдыхая аромат, иной, нежели из банки: сначала тяжелый и смолистый, затем освежающий как только сорванная трава. Арвис подняла кружку выше и услышала последнюю ноту — нежная прохлада мяты, окутанная сладким кружевом звездочки со дна банки. Это был суровый аромат, но до трепета живой. Так пахнет прогулка по горному склону с вековыми деревьями в прохладный день.

— Подходит к имени, — пробормотала Арвис и попробовала горячий напиток.

— Что? — переспросил Ланс, тоже взяв свою кружку.

— Это я так, — бросила Арвис и перевела взгляд на алхимика. — С какой целью ты изучаешь минералы?

— Целью? — Арденскельд почесал бровь. — Скорее… ради исследования. Даже обычные камни, в разных формах — пыли, например, в составе раствора, — могут быть лекарствами или...

— Но ты не знаешь от какой болезни? — Арвис подула в кружку, чтобы отогнать от края заварку.

Эвальд, прищурившись, посмотрел на нее, затем на Арденскельда.

— Это верно, — улыбнулся алхимик. Его плечи, как рычаги колодца, пришли в движение. — Но я не занимаюсь лекарствами. Свойства энергии руды куда ценнее и интереснее.

Локти Арвис дернулись, но чай в кружке остался спокойной гладью. Тихим спокойным тоном она заметила:

— Я знаю, что извлекать пользу из руды можно только переплавкой.

— Не только, — Арденскельд энергично закивал. — Например, я пытаюсь воспроизвести безопасное свечение желтой кристаллической руды.

Арвис перевела взгляд на Эвальда, который спрятал лицо за ладонью. Ланс прекратил дуть на чай и посмотрел в возникшую тишину.

— Какой руды? — все так же тихо, но с отзвуком серебра спросила она.

— Это безопасные исследования, — начал Эвальд, закрывая одной рукой Арденскельда. — Проблем не возникало. Он всегда берет много инструментов, прежде чем что-то делать.

Арвис отпустила кружку и стукнула ладонью по столу.

— Капитан Фарн. Вы понимаете, кого пустили в свой дом?

На улице, за дверью, послышался крик, — приказ или ругань, — но недостаточно громкий, чтобы кто-то из них обернулся.

— Понимаю, лейтенант, — ответил капитан. — Я понимаю и опасность, и пользу. Но общая ценность в его случае, больше чем риск.

— Тогда, — она выдержала паузу, — Это полностью под вашу ответственность.

Мальчишка играет с силами Распада. Однако, капитан, видимо, знает его не первый месяц. Вероятно, алхимик и правда не переходит черту. Она могла бы сейчас же потащить его к Блюстителям, но… Арвис лишь вздохнула и отметила в мысленной карте гарнизона вероятную точку кризиса.

От чая ее отвлек голос алхимика:

— В исследованиях я не раз находил занятные способы…

Арвис дернула бровью.

— Ты играешь с еретической сутью для… забавы?

Ответный взгляд Арденскельда вдруг стал таким же твердым и пронзительным, как и ее собственный. Он вынул руки из под складок мантии.

— Это не игра, — заявил он. — И не обязательно всегда решать задачи. Я знаю о своем ремесле больше, чем написано в догмате.

Эвальд встал со скамьи, забирая свою кружку.

— Лейтенант Лорик, я заберу Ланса и мы вернемся к отчетам.

Она кивнула, не оборачиваясь. Капитан и наемник вышли из столовой, по пути поглядывая на них.

— Догмат был написан задолго до твоего рождения, — твердо сказала Арвис. — Границы знания очерчены не просто так. Я могу прямо сейчас отвести тебя в Доминиум.

Алхимик хмыкнул.

— И тогда мир не узнает, что ножом можно не только порезаться, но и заточить перо.

Она отпрянула. Глядя на него, она не столько пыталась внять аргументам, сколько осознать масштаб его одержимости.

— На пути развития всегда стояли препятствия, — начала Арвис. — Они помогали видеть слабость, неподготовленность. Препятствия помогают ставить верные цели и решать их. Но ты исследуешь. Любопытство, в лучшем случае, убьет только тебя, а в худшем…

Арденскельд нахмурился, качая головой в стороны.

— Свет знания прописан в догмате так же, как и запреты. Вас послушать, так Корректоры и Цензоры сами еретики! — он сделал паузу и понизил голос. — Стремление к знанию — тоже служение Архитектору. Нет вреда в том, чтобы пытаться сделать опасное безопасным.

Арвис отвела глаза от сердитого алхимика. Столовая совсем опустела — от того, что все закончили есть, или от их спора, лишь пара стражников сидели в дальнем конце и тихо о чем-то говорили.

Она поднялась со скамьи, глядя на Арденскельда сверху вниз.

— Я не согласна. Но капитан Фарн тебе доверяет — значит, считает полезным. Надеюсь, ты не сожжешь его очередной ядовитой вспышкой.