Васс встрепенулся, сразу же забыв о своём недовольстве.
– Мы бываем одни и в других местах, не столь опасных. – Васс притянул её к себе и наклонился ближе.
Сни-Жанна внутренне содрогнулась. Как же она устала от этого, но Васс был тем, кто стоял между нею и другими общинниками. Несмотря на то, что Сни-Жанна считалась нелюдимой и странной, её красота привлекала многих. И Васс был, пожалуй, лучшим вариантом. Поэтому, усилием воли заставив пальцы на его куртке расслабиться, Сни-Жанна зажмурилась. Большие ладони легли на её поясницу, а в грудь впился дурацкий амулет, с которым Васс никогда не расставался, – завязанная свободным узлом чёрная гибкая верёвка из неизвестного материала с продолговатым пластиковым наростом на конце, из которого торчали два небольших металлических закруглённых штырька. Между этих штырьков Васс закрепил отшлифованный в виде ромба осколок кости торкоса – его первой добычи. В лицо Сни-Жанны пахнуло несвежим дыханием, желудок сжался, готовый в любой момент расстаться со скудным обедом. Мимолётное касание мокрых губ вызвало в ней лишь дрожь омерзения.
Вдруг над их головами раздался громкий треск. Сверху посыпался снег вперемешку с острыми ледяными обломками. Руки Васса на спине Сни-Жанны дёрнулись, чтобы то ли оттолкнуть, то ли прижать к себе, а потом он вместе с ней отпрыгнул назад, к стене. С оглушающим хрустом верхняя часть тоннеля провалилась. По потолку, потерявшему всю наледь, змеились трещины, с каждой секундой становившиеся всё больше и глубже. Казалось, ещё мгновение, и люди останутся в этом тоннеле навсегда.
– Пригнись и закрой глаза! – крикнула Сни-Жанна Вассу, с ужасом понимая: то, что она хочет сделать, может стоить ей жизни.
Глубоко вздохнув и сосредоточившись, она резко взмахнула руками. С её пальцев сорвался рой искрящихся голубым светом точек. Повинуясь молчаливому приказу, волшебные светлячки заполнили своими крохотными телами опасные, грозящие обвалом трещины и застыли ярко-голубым, мягко сияющим льдом. Второй взмах, и прозрачная корка затянула пролом в потолке, ограждая людей от сыплющегося сверху снега.
Сни-Жанна покачнулась. Волшебство всегда давалось ей с трудом: сложные манипуляции отбирали много сил. И сейчас она чувствовала, что близка к обмороку. Но терять сознание было нельзя, у неё появилась ещё одна проблема – Васс. Конечно же, он не послушался и увидел то, чего ему видеть не стоило. И теперь, тяжело дыша, он бешеными глазами смотрел на неё, не зная, что сказать.
– Это не то, что ты думаешь… – начала она, но Васс не захотел слушать оправдания.
– Ты можешь использовать волшебство? Да как ты умудрилась столько лет скрываться? В голове не укладывается!
– Послушай, Васс. Успокойся, пожалуйста. – Сни-Жанна подошла ближе и попыталась взять собеседника за руку. Тот отшатнулся. – Я не просила себе эти способности. Я родилась с ними. Ты же знаешь меня, Васс. Мы выросли вместе. Я всё та же Сни-Жанна, ничего не изменилось!
– Изменилось! У тебя есть силы, волшебство. Именно из-за таких, как ты, рождаются холодные дети. Из-за тебя умерла моя мать! – Васс почти кричал, его била крупная дрожь.
Слова резанули Сни-Жанну больнее ножа – он знал, куда бить. Однако нужно было как можно скорее вернуть ему способность здраво рассуждать. Общинники боялись носителей волшебства; они верили, что такие люди могут влиять на окружающих, вмешиваться в разум и читать мысли.
– Послушай меня! – Сни-Жанна повысила голос, снимая с головы капюшон. По плечам рассыпались русые с рыжей искоркой длинные волосы, которые Васс обожал. – Помнишь, когда нам было по десять лет, мы сбежали из дома, хотели путешествовать по миру? Мы тогда построили недалеко от храма иглу, чтобы переждать непогоду. А потом ударила неваска. Думаешь, будь я страшной злой волшебницей, тащила бы я тебя на себе до дома, когда ты был ранен? Позволила бы я себе заболеть и слечь почти на месяц с жуткой простудой? Я такой же человек, как и ты. И эти силы – проклятье, а не благо! Постоянный страх, что кто-нибудь узнает и община вышвырнет меня из дома… Я хочу просто спокойно жить.
– Но… Но сейчас-то ты их использовала!
– Нас бы тут завалило! Пополнили бы списки пропавших без вести. Я спасала наши жизни!
Внезапно Сни-Жанна краем глаза уловила движение в упавшем снегу. Куча шевельнулась, и показался чёрный ботинок. Васс, проследив её взгляд, воскликнул: «Там кто-то есть!» – и бросился раскапывать.
Спустя несколько минут они откопали бессознательного парня, у затылка которого на белоснежном снегу ярко выделялось алое пятно. Сни-Жанна проверила пульс – сердце билось.
– Он жив? – Васс, казалось, забыл о том, что она только что сделала.
– Да, но его голова мне не нравится. Отнесём его ко мне, я смогу обработать рану и немного… – Она запнулась, подумав, что не стоит напоминать ему о своих способностях: – Согрею его.
– Лучше сразу к лекарю!
– И как мы ему это объясним? Если кто-то узнает, что мы были здесь… Несём его ко мне, сам знаешь, я кое-что смыслю в лечении. А если не выйдет, то сама позову лекаря – придумаю какую-нибудь отговорку. Мне поверят. А если нет, то возьму всю вину на себя. – Она вымученно улыбнулась. – Не хочу, чтобы из-за меня пострадал ты, – закончила Сни-Жанна, настороженно вглядываясь в непроницаемо-чёрные глаза друга и гадая: донесёт он на неё или нет.
– Хорошо. – Васс нахмурился, взвалил бесчувственную находку на плечо и странно посмотрел на Сни-Жанну, будто о чём-то сосредоточенно раздумывая. – Но мне это всё совсем не нравится.
***
Влад пришёл в себя из-за жары. Он лежал ничком на чём-то мягком, тело окутывало приятное тепло. Ему привиделось, что он на пляже и яркое солнце дарит коже жаркие поцелуи. У ног, едва касаясь пяток, накатывают морские волны – ещё немного, и он услышит их убаюкивающий плеск. Влад приоткрыл глаза и охнул – от этого казалось бы простого движения затылок взорвался резкой болью. Вместе с болью пришло осознание произошедшего: будущее, холод, Ла-Урра, падение.
«Значит, всё это не было сном. – Затопившее его разочарование было таким сильным, что в уголках глаз выступили слёзы. – Я на самом деле в ледяном будущем, и мне нужно как-то вернуться домой. И возможность поговорить со стариком я успешно потерял из-за Ла-Урры. И что же мне теперь делать? – Влад закрыл глаза, чувствуя, как две слезинки скатились по разгорячённой коже. – Почему так жарко? Где я?» – Его воображение разыгралось, и он представил, как его нашли местные каннибалы и сейчас он лежит на сковородке, под которой горит огонь.
От этих мыслей Владу стало не по себе, он вздрогнул и подскочил. Его голова взорвалась вспышкой чудовищной боли, а перед глазами потемнело, лишь яркие разноцветные круги летали и мерцали, становясь то фейерверком, то синими искрящимися огоньками. Влад прижал ладони к вискам и упал на что-то мягкое, отвратительно воняющее, и свернулся в клубок, пытаясь хоть как-то унять пульсирующую в голове боль.
Сквозь шум в ушах до него донесся далёкий, словно из глубокой бочки, женский голос, и на лоб легли приятно холодные пальцы:
– Лежи спокойно. У тебя серьёзная рана на затылке. Я смогла остановить кровотечение, но если ты будешь так прыгать, то сделаешь ещё хуже, и кровь опять пойдёт.
– Где я? – прохрипел Влад. – Мне нужен врач…
– Врач? – повторил голос. – О чём ты?
– Человек… который… лечит… – Владу вдруг стало холодно, зубы застучали, и говорить получалось с трудом. – Как же холодно…
– А… Лекарь. – На Влада навалилась такая тяжесть, как будто сверху упала гранитная плита, почему-то пахнущая мускусом и никогда не стиранной потной одеждой, – стало чуть теплее, но мелкая дрожь не прошла. – Он уже приходил. Остановил кровь, но больше ничего не смог сделать. Сказал давать больше воды и согревать, чем я и занимаюсь. Откуда ты прилетел? – Хозяин голоса вздохнул, и по коже Влада заструились капли воды – в голове сразу же немного прояснилось.
– Мне нужно на корабль… «Удача искателя» улетит без меня… – Влад чуть повернул голову на голос, и из желудка удушливой волной поднялась тошнота. – Меня сейчас стошнит…
Чьи-то руки помогли ему переползти к краю лежанки и поддерживали голову, пока желудок освобождался от завтрака. Спазмы быстро сошли на нет, и Влад обессиленно застыл, ощущая неимоверную слабость; ему захотелось спать. Но спать было нельзя. Травма головы не даст ему вовремя попасть на «Удачу искателя», а значит, контрабандисты улетят без него и он застрянет в этой общине надолго. Возможно, даже навсегда. При мысли об этом Влад похолодел – он был уверен на все сто процентов, что если корабль сегодня улетит без него, то шанс вернуться домой будет упущен навсегда, а значит, он во что бы то ни стало должен сейчас встать на ноги и вернуться на корабль, даже если всю дорогу придётся ползти.
– Спасибо за помощь. – Влад поднял веки – перед глазами немного прояснилось, и он смог увидеть, где находится и кто ему помогает.
Перед ним, лежащим на низком постаменте на нескольких пушистых шкурах, на коленях стояла девушка, по виду его ровесница. Она была одета в потрёпанный серый комбинезон, на котором то тут, то там виднелись аккуратно пришитые кожаные латки; капюшон был откинут, открывая собранные в толстую косу русые волосы. На бледной коже яркими пятнами выделялись синие глаза и розовые губы. За спиной девушки Влад увидел почти пустую, крохотную, два на два метра, комнатку. Всё в ней было из снега – пол, стены, потолок; на вырезанных прямо в снегу полках стояли ледяные и костяные предметы обихода и деревянная резная шкатулка. Под потолком висел крохотный светящийся шарик – единственное освещение комнатушки.
– Где я? – проговорил Влад одними губами.
– В моей комнате, – ответила девушка и добавила: – в Снежбурге. Ты ведь прилетел с Марго-Ритой, да?
– Да. – Влад ощутил, что разговор отнимает у него почти все силы, и его охватило отчаяние. Как в таком состоянии он сможет добраться до корабля? Один он точно не справится. – Мне очень нужно вернуться… Они улетят без меня… Я должен…
Девушка не ответила, о чём-то задумавшись. Её пальцы неосознанно начали поглаживать Влада по голове. От этой нехитрой ласки Владу почему-то стало легче: боль, а вместе с ней и тошнота, постепенно сошли на нет. Несмотря на всю ситуацию, Влад не мог не отметить, что сидящая перед ним девушка была очень красива, и в любой другой ситуации он не посмел бы с ней заговорить, но сейчас его мысли занимал лишь страх остаться в Снежбурге навсегда.
– Как тебя зовут? – спросил он, раздумывая, как попросить её помочь. – Я – Влад.
– Сни-Жанна, – ответила она и улыбнулась. – Как же тебя угораздило, Влад, так пострадать?
– Я… – Влад решил, что не стоит сразу выкладывать всю свою подноготную, и сказал: – Просто упал. И похоже, очень неудачно…
Наступила тишина. Влад усиленно размышлял, пытаясь подобрать нужные слова, Сни-Жанна тоже не торопилась продолжать разговор. Наконец, решившись, они заговорили одновременно:
– Знаю, что…
– Я хочу…
И, смутившись, замолчали, ожидая, что собеседник продолжит. Сни-Жанна не выдержала первой:
– Давай сначала ты.
– Знаю, что ты уже многое для меня сделала. – Влад растянул губы в улыбке, чувствуя, как рана на голове отзывается вспышкой боли. – Но мне очень нужна твоя помощь. Мне нужно вернуться на «Удачу искателя» до заката, иначе она улетит. А мне, – он помолчал, – мне очень нужно с ними. Прошу, помоги мне добраться до корабля. Сам я слишком слаб и без помощи не справлюсь.
По непроницаемому лицу Сни-Жанны не было понятно, как она восприняла его просьбу. Она смотрела на него изучающим взглядом, точно сканировала, и молчала. Так продолжалось, как показалось Владу, вечность, пока Сни-Жанна наконец не заговорила: