– Придётся прорываться с боем, – ответила Сни-Жанна и до боли сжала ладонь Влада. – Моя очередь. Никуда не уходи.
Она прошла через всю залу и, что-то сказав Кла-Усу, запустила руку в мешок. Влад смотрел на неё во все глаза, размышляя над сказанным. В зале находилось где-то полторы сотни людей, и у них двоих явно не было никаких шансов, но спасительная дверь вот она – в трёх шагах, да и способности Сни-Жанны, Влад был уверен, не ограничивались одним лишь лечением. Но всё равно мысль о том, что все эти люди вдруг станут врагами, заставляла его колени дрожать, а желудок до тошноты сжиматься.
«Да нас же просто затопчут!»
А ещё он ощутил себя совершенно бесполезным. Если Сни-Жанна вытащит чёрный осколок, что он сможет сделать ради спасения её и себя? Отвлечь их внимание – глупо, кому сдался совершенно неопасный чужак. Помочь ей сбежать уже потом после жеребьевки – Сни-Жанну же, наверное, где-то запрут до послезавтра, пока Ла-Урра не появится вновь, – он не знает Снежбурга, он просто не сможет её найти. Обратиться за помощью к Вассу – он же, наверное, не захочет, чтобы его возлюбленную отдали в качестве подарка, но кто сказал, что он будет Влада слушать? Идеи возникали в голове одна хуже другой, и Влад, утомившись, перестал обращать на них внимания, во все глаза следя за Сни-Жанной.
Она стояла к нему спиной, и те несколько секунд, пока она шарила в мешке, выбирая осколок, показались ему вечностью.
«Лишь бы не чёрный, – взмолился Влад, – лишь бы не чёрный».
Сни-Жанна повернулась, показала толпе зажатый между большим и указательным пальцами белый осколок и поспешила вернуться к Владу, который, забыв о холоде, облегчённо выдохнул и прислонился спиной к стене. Когда Сни-Жанна проходила мимо столов, Васс хлопнул её чуть пониже спины и что-то сказал. Она в ответ затравленно улыбнулась и съёжилась, поймав на себе несколько неодобрительных взглядов.
– Слава теплу, обошлось. Как же я мечтаю отсюда сбежать.
– Скоро твоя мечта исполнится, – улыбнулся ей Влад, размышляя о том, что он был прав в своём нежелании оставаться в Снежбурге.
То, что он увидел, хоть и было далеко не полной картиной, но всё равно вызывало ярое отторжение. А жеребьёвка, Ми-Каил был совершенно прав, и вовсе выглядела, как выбор девы на корм дракону. Влад не понимал, почему люди это терпят. Если бы общины объединились, он был уверен, они смогли бы противостоять Ла-Урре. А уж если бы вместо того, чтобы замалчивать волшебство, они бы научились им пользоваться, то… Додумать мысль Влад не успел, по залу пронёсся вздох ужаса и облегчения.
– Только не это, – прошептала Сни-Жанна, прижимая ладонь ко рту.
Влад посмотрел на помост и увидел стоявшего перед толпой с чёрным обломком кости в руке Васса. Он побледнел так, что цвет его лица сравнялся с цветом снежных стен, а пальцы, держащие кость, явно дрожали.
– Что ж, – начал Кла-Ус. – Судьба сделала свой выбор. Благодарю тебя, Васс-Илий. Каждый житель общины будет помнить тебя и твою жертву. – И, сойдя с постамента, низко поклонился ему.
Общинники один за другим начали вставать со своих мест и повторять жест своего мэра. Через несколько минут каждый человек в зале стоял согнувшись пополам, лишь Влад, Сни-Жанна и сам Васс не последовали их примеру.
С каждой секундой Васс дрожал всё сильнее, его взгляд метался по помещению и застыл, лишь наткнувшись на лицо Сни-Жанны. Влад увидел, как страх в его глазах медленно проходит, уступая место болезненной решимости. Сни-Жанна же смотрела на Васса с мольбой, сомкнув ладони перед собой, и едва слышно шептала:
– Прошу тебя, не делай этого. Прошу тебя. Мы что-нибудь придумаем.
Между этими двумя сейчас проходил молчаливый диалог, смысла которого Влад не понимал. Что-то увидев в глазах Васса, Сни-Жанна пошатнулась, но, оперевшись плечом о стену, удержалась на ногах. На её лице появилась гримаса ненависти:
– Ублюдок, – прошептала она и, не повернув головы, бросила Владу: – Готовься, тихо уйти не получится.
– Что? Почему? – не понял Влад, переводя взгляд с Васса на Сни-Жанну и обратно.
Но ответа не последовало. Сни-Жанна не моргая смотрела в глаза Васса, а на кончиках её пальцев, пока ещё едва заметно, светились синие искры. Под её взглядом Васс слегка наклонил голову, будто прощаясь, и сжал осколок кости в кулаке, на его щеках заиграли желваки. Он на мгновение прикрыл глаза, будто решаясь на что-то, потом открыл, обвёл взглядом застывших в поклоне общинников и сказал:
– Мы должны подарить ледяной госпоже волшебницу! – Его громогласный голос разорвал тишину залы. Общинники, резко выпрямившись, вопросительно уставились на него.
– Ты прав, мой мальчик, но в Снежбурге нет тех, кто обладает волшебством, – голос Кла-Уса был мягок и тих. – Поэтому и приходится проводить жеребьёвку.
– Одна есть! – сказал Васс, не сводя со Сни-Жанны пристального взгляда. – Она скрывалась много лет, но сегодня утром наконец по неосторожности раскрылась. И теперь ледяная госпожа будет нами довольна.
– Кто она? – воскликнула седая женщина, сидевшая за столом рядом с Вассом.
– Не томи! – раздался другой голос.
– Много лет она отводила всем нам глаза, прикидываясь робкой и безобидной, а сама волшебствовала. Из-за неё наши женщины рожали холодных детей! Она… – Васс сделал скорбное лицо, прижав кулак с чёрным осколком ко рту, – приворожила меня, видимо, надеясь получить защиту. И я едва не поддался, но пелена спала с моих глаз. Сни-Жанна – волшебница. – Он поднял левую руку и указал на побледневшую девушку. – Именно она должна стать подарком Ла-Урре.
Общинники секунду молчали, словно осмысливая услышанное, а потом в едином порыве взорвались криками: «Я знала, я знала! Она слишком красива для нормального человека!», «Она виновата в смерти моей жены!», «Мерзавка, ледяная мерзавка!» По их лицам было видно, что они не собирались дать Сни-Жанне ни единого шанса возразить или оправдаться. Каждый человек в зале радовался тому, что не он стал жертвой, и было уже без разницы кто, главное, что кто-то другой.
Все общинники, как один, поднялись со своих мест, беря Сни-Жанну и Влада в кольцо, отрезая им путь к главному выходу из зала. Влад в ужасе попятился, видя, как полторы сотни человек, объединённых общей целью, неотвратимо надвигаются на них, но за его спиной была лишь ледяная стена.
– Держите её! Волшебница не должна сбежать! – Васс стоял на возвышении, направляя толпу. Кла-Ус куда-то пропал.
Сни-Жанна поморщилась, словно его слова причинили ей боль, и, глубоко вздохнув, тихо скомандовала:
– Закрой глаза, Влад. Сейчас здесь будет ярко. И готовься бежать. – А потом громко сказала: – Будь ты проклят, Васс. Будьте все вы прокляты! Вы никогда не увидите тёплого лета!
Влад послушно опустил веки, но стоять беспомощным перед разозлённой толпой было выше его сил. Представив, как люди с искажёнными злобой лицами тянут к нему руки и вот-вот его схватят, он открыл глаза и увидел, как Сни-Жанна взмахнула руками. С её пальцев соскользнули десятки голубых искр. Сверкающие точки устремились к толпе, заставив её в страхе отпрянуть. Однако волшебные светлячки, не обращая внимания на людей, рванули к светящейся сфере и облепили её переливающимся одеялом. Свет мигнул и погас. А потом раздался взрыв. Сфера раскололась, и наполняющий её газ, соприкоснувшись с воздухом, окутал помещение слабо светящимся туманом с резким запахом.
Раздались женские крики. Сни-Жанна схватила Влада за руку и, придерживаясь стены, потянула в сторону склада. Люди метались в туманном облаке, забыв о беглецах, лишь голос Васса едва пробивался сквозь шум и крики:
– Её нужно поймать! Во что бы то ни стало! Держите волшебницу! Она не должна сбежать!
Влад ощущал себя ёжиком в тумане, и лишь пальцы Сни-Жанны в ладони, тянущей за собой, дарили уверенность. Через несколько шагов Сни-Жанна вдруг отпустила его руку, и Влад застыл, не зная, что делать и куда бежать. Мысль о том, что там в тумане полторы сотни людей жаждут крови, заставила его запаниковать.
– Жанна? Жанна! – негромко позвал он, страшась, что за шумом вокруг она его не услышит.
Но она услышала.
– Я здесь, – её голос раздался совсем рядом. – Мы прямо напротив двери, но она не открывается. Если Ми-Каил ушёл… Ледяное проклятье, – прошипела она, и Влад смог уловить три коротких удара по металлической поверхности.
Дверь резко открылась, Сни-Жанна рванулась в неё, потянув за собой Влада. Проход за их спинами неслышно закрылся и наступила темнота. Крики в зале слышались словно издалека, и Влад облегчённо выдохнул. У них получилось.
– Где-то недалеко должен быть выключатель, – сказала Сни-Жанна. – Поищи!
Вдруг над их головами вспыхнул блёклый свет, и раздался тихий голос:
– Ох, ну и устроили вы там переполох, дети… – Он улыбнулся. – Я рад, что с вами всё в порядке.
Сфера под потолком склада сильно желтила, и казалось, что небольшое помещение, заполненное пластиковыми коробками чуть ли не до потолка, объято огнём. Ми-Каил стоял справа, у стены, на которой была закреплена коробка с переключателями. Он щёлкнул одним, и от двери раздался короткий писк.
– Теперь Кла-Ус не сможет открыть её, пока не включится питание.
– Нам нужно бежать, Ми-Каил. – Сни-Жанна выглядела неважно, в неровном желтоватом свете её лицо казалось болезненно худым, а тело сотрясала мелкая дрожь.
– Что с тобой? – спросил Влад.
– Всё хорошо, я просто немного испугалась. – Она нашла в себе силы улыбнуться, обняла себя за плечи и повторила: – Нам нужно бежать.
– Я помогу. Не хочу, чтобы ты повторила судьбу А-Лисы.
– Спасибо. – Сни-Жанна порывисто обняла мужчину. – Пошли с нами. Вдруг они догадаются, кто нам помог…
– Нет, – Ми-Каил покачал головой. – Моё место здесь. Если А-Лиса жива, то искать меня она будет именно в Снежбурге, поэтому я остаюсь. А ты, моя дорогая, поспеши. Васс не успокоится.