Рождение человека – повторное изгнание из Рая. Жизнь его в качестве плода была безмятежна, благостна и необременительна. Он был полностью на попечении матери. Будущий человек жил, колыхаясь в нирване, и ему не надо было заботиться ни о тепле, ни о пище. Но час настал – и гонят вон из дома: толкают, сжимают, переворачивают, хлопают, пеленают… Не возразить, не спрятаться, не скрыться. Сознание новорождённого – незамутнённая частичка Вселенского Разума – объято страхом и ужасом неизвестности. Свет, блеск, голоса, стуки и грохоты не видны, но слышны, но обострённо чувствуются.…
Только у знакомого тела матери, у её груди – тёплой и сытной – обретает изгнанник прежнее состояние блаженства и подобие райских кущ: ему покойно и благостно…
Подобно тому, как заботливый Космический Отец окружил планету Земля атмосферой, любящая мать окружает своё дитятко любовью. Маленький человек получает у материнской груди не только пищу, но и информацию: ты – желанный, ты – любимый. Это его первые чудные мгновения: «Мы тебя очень ждали, а тебя всё не было, и было нам без тебя плохо, но вот явился ты, и всем нам стало очень хорошо».
Это время не столько кормления, сколько впитывания позитивной информации и формирования «младенческой грации души[142 - «Младенческая грация души» – строка из стихотворения Н.А..Заболоцкого «Некрасивая девочка»]». Душа человека получает свой светящийся каркас, который уже не меняется в течение жизни. Если человек в младенчестве своём был сыт, и блажен у материнской груди, то войдёт он в мир с душой, которая умеет и готова любить. С душой, открытой светлым проявлениям. С душой готовой искать свет даже за свинцовыми тучами.
Но не будем о тучах, добавим в наше письмо немного восходящего солнца. В Японии, едва Управление Императорского двора получает известие о беременности императрицы, она окружается особой заботой: исключается любое негативное влияние на психику, ничего неприятного и раздражающего. Только – негромкая музыка в окружении картин прекрасных живописцев, гуляние по саду камней, пенье птиц и созерцание лучших проявлений природы. О рождении будущего императора (а почему бы не родиться мальчику!) печётся и беспокоится вся страна. Не меньшей заботой окружается императрица и во время грудного вскармливания ребёнка.
А что мы имеем подчас?
Кормящая мать раздражена, озабочена посторонними делами, у неё неприятности, она вынуждена решать каждодневные проблемы. Она ждёт не дождётся, когда ребёнок, сколько по книжке положено, поест, чтобы плюхнуть его в кроватку и забыть о нём, хотя бы ненадолго. А то и вовсе просит кого-то (да всё равно кого) накормить маленького из бутылочки и укачать.
На первый взгляд – ерунда, подумаешь… Но люди, которые входят в мир ненужными, нежданными, а то и вовсе – подкидышами, всю дальнейшую жизнь подспудно помнят своё горькое младенчество, чувствуют и ущербность свою, и свою незаслуженную обиду… Всю жизнь они будут тревожно оглядываться, ожидая от мира очередную подлянку, даже подарки судьбы принимать они будут с недоверием: «Это мне?..»
А простые человеческие радости? Жёлтое солнце на голубом небе сквозь зелёную листву? Чистое окно в светлом доме погожим деньком? И это не порадует плоховстреченных…
Подумайте, Серкидон, вспомните, поищите начало своих сегодняшних проблем в далёком детстве. Попробуйте раскрутить себя назад до младенца, а лучше до сперматозоида. Только не забудьте закрутиться обратно.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-22-
Приветствую Вас, Серкидон!
Резюме к письму вчерашнему: если мир встречает враждебно новорождённого, пришедшего с открытой и чистой душой человека, то след в душе остаётся надолго, как след сапога на свежем бетоне. Потом, хоть каменья драгоценные перед обиженным рассыпай, бесполезно, он не простит. А многие из плоховстреченных начинают мстить, а это уже и вовсе грустная тема. Поэтому поговорим о другом.
Начнём, Серкидон, собирать коллекцию «ОЗЖ» (Открытия Замечательных Женщин). Как открытие номер один попрошу засчитать выдержку из книги «Психоанализ детей». Автор – известный детский психоаналитик Мелани Кляйн:[143 - Мелани Кляйн (1882 – 1960), британский учёный еврейского происхождения, яркая фигура в мировом психоанализе.]
«Надо иметь в виду фундаментальное значение первого взаимоотношения младенца с объектом – с материнской грудью и с матерью. Если этот первоначальный объект запечатлевается в Эго с чувством относительной защищенности, он закладывает основу удовлетворительного развития личности… Вполне возможно, пребывание неотъемлемой частью материнского организма в предродовой период оставляет у младенца врожденное чувство, что существует нечто хорошее вне его, что удовлетворит все его желания и потребности. Эта хорошая грудь становится частью его Эго, и младенец, бывший прежде внутри матери, теперь чувствует мать внутри себя».
Рискнём сделать вывод: если близкие тёплые родственные отношения между матерью и ребёнком не сложатся во время грудного вскармливания, то их не будет уже никогда. Не долг, но потребность заботиться о матери также закладывается у материнской груди.
Отношение к своему младенцу возвращается к женщине в её старости, что заметнее всего по сыновьям, поскольку мужчины жестоки по природе своей. Если мать говорила: «Пососал – уберите», придёт время, сын скажет «Отошла – закопайте».
Второе открытие по нашей теме сделала замечательная женщина, писательница и образец некабинетного психотерапевта – Жан Ледлофф[144 - Жан Ледлофф (1926 – 2011), американский психотерапевт, писательница.]. За своим открытием искательница истины отправилась в джунгли Латинской Америки. По результатам экспедиции в младенчество человечества была написана книга «Как вырастить ребёнка счастливым». Чему же научили Жан младенцы каменного века?
Оказывается, новорождённый племени екуана прикладывается к материнской груди и прилипает к матери, чтобы не отрываться от неё целый год. Если мать работает мотыгой, младенец висит у неё за спиной. Если мать гребёт веслом, ребёнок или лежит на дне каноэ, или висит сбоку. Если мать встаёт ночью с лежанки, чтобы подбросить дров в печку, такое недолгое расставание ребёнок переносит легко. Заметим, что в этой родственной и гармоничной связке никто не страдает и не скучает.
Оказывается, женщина сама хорошо знает, что делать с ребёнком, если ей не мешать и ничего ей не советовать. Подсказывает материнская интуиция, выработанная миллионами женщин за миллионы лет. И не случайно у бестселлера подзаголовок – «принцип преемственности». Намёк на связующую нить поколений.
О том, как дела обстоят в странах цивилизованных под руководством обласканных авторитетов, специалистов и учёных, я писать не буду, чтобы самому не расстраиваться и Вас до слёз не доводить. Приведу лишь слова Гамлета: «Порвалась дней связующая нить…»
Теперь об открытии.
Год рядом с матерью Жан назвала «ручным периодом». Открытие состоит в том, что такой «ручной период» необходим для нормального развития ребёнка. За девять месяцев беременности организм ребёнка к организму матери привык и привязался. А его взяли и отвязали. Далее, по причине малости и слабости своей, находиться одному ребёнку и трудно, и обидно, и одиноко. Ребёнку необходимо подпитываться энергией и теплом большого и сильного тела матери. И ещё (а это особенно важно для мальчиков): только избыв за год жёсткую зависимость от матери, ребёнок может получить независимость от неё. Пройдёт год «ручного периода», и начнёт мальчик смело отползать от мамы всё дальше и дальше. Сможет заползти на вершины гор, забраться в глубину джунглей (подобно Жан), нырнуть в Марианскую впадину, улететь в Космос.
Если же жёсткая зависимость от матери не была избыта, то картину видим мы печальную. Тридцатилетний или сорокалетний мальчик сидит у маминой юбки, слушается её во всём, а когда мама покидает этот мир, что делать дальше мальчик не знает.
Открытие номер три относится уже не к младенцам, не мальчикам и девочкам, адресовано оно взрослым мужчинам и женщинам, которые живут не в джунглях Латинской Америки, а в городах.
Галина Шаталова – женщина и замечательная, и примечательная, и героическая. В каждой новой своей книжке о естественном оздоровлении человеческого организма Галина Сергеевна настоятельно рекомендовала пленникам «каменных джунглей» не сидеть в четырёх стенах, а прямо с утра выбегать к огромным энергоносителям: к солнцу, к морю, к реке. Забираться на гору, гулять по лесу. Наполнять себя энергиями Природы. Так же, как младенец недостающую ему энергию получает от тела биологической матери, взрослый человек должен каждодневно получать от энергоёмкой сети – Матери Природы.
Если же работать только от батарейки, которая внутри, то хватит её недолго. Если же работать от сети, то, как утверждал Арсений Тарковский: «А я из тех, кто выбирает сети//Когда идёт бессмертье косяком…» Такие люди живут, пока не надоест.
Один из мистических посланников Космоса – Лао Цзы – сравнивал себя с «нерождённым младенцем, который кормится от Матери». Этой Матерью была Вселенная, и духовная связь их не была надорвана.
Ну и напоследок скажу Вам, Серкидон, вот что. Для особи пола мужеского особо тяжелы времена, когда от материнской груди означенная особь уже оторвана, а грудь девичью, либо на худой конец жёнину, ещё не обрела. Я надеюсь, Серкидон, что Вы находитесь на исходе этого неприкаянного периода. Уверен, что я вот-вот услышу Ваше весёлое чмоканье.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-23-
Приветствую Вас, Серкидон!
Есть у меня подозрение: удалось мне занудить Вас. Казалось бы, невозможно рассказом о женской груди занудить молодого человека. Ан нет!
Давайте попробую встряхнуть Ваше воображение словами из песни. Даже больше, чем из песни – из «Песни песней»: «Подкрепите меня вином, освежите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви…»
Почему же случилось такое от любви изнеможение? Потому что, как говорят шахматисты, был перепутан порядок ходов. Начинать-то надо было с вина! Могущественные любовники знали об этом достоверно, повязав тем самым женскую грудь с виночерпием.
По утверждению Гомера, первой моделью чаши для вина послужила грудь Елены Троянской. От греческой мифологии – к французской достоверности.
Бокалы для шампанского, появившиеся во Франции в XVIII веке во время правления Людовика XV[145 - Людовик ХV (1710 – 1774), король Франции из династии Бурбонов.], повторяли своей формой грудь маркизы де Помпадур[146 - Жанна-Антуанетта Пуассон (1721 – 1764), более известная как маркиза де Помпадур, имела огромное влияние на государственные дела. Фаворитка короля Людовика ХV.]. Когда расточительная мадам исчЕрпала себя, король выбрал новую модель для бокалов – грудь графини Дюбарри[147 - Мари Жанна Бекю, по мужу графиня Дюбарри (1746 – 1793), фаворитка короляЛюдовика ХV.]. При Людовике XVI[148 - Людовик ХVI (1754 – 1793), король Франции из династии Бурбонов.] появились бокалы для вина, точно повторяющие форму груди Марии-Антуанетты. Ну и наконец, личный кубок Генриха II был отлит по форме груди Дианы де Пуатье…
Но только ли кубок? Нет, вся душа Генриха была до краёв наполнена Дианой-колдуньей. В минуты интимных уединений «король-прекрасные сумерки» разглядывал груди любимой женщины, как произведение искусства. Откуда мне знать, что всё было именно так? Утечка информации могла произойти (ни в коем случае не причастен к этому благородный мужчина-рыцарь) от женщин, болтливых по природе своей.
О тайном любование могла рассказать (да тому же бойкому хронисту Брантому) сама мадам Пуатье. Она не была лишена женского тщеславия: любила позировать обнажённой, распорядилась чеканить медали с надписью «Победительница Победителя» (Victorenomniumvici) и на торжественных мероприятиях с удовольствием занимала место рядом с королём. Либо – неподалёку.
Об альковных тайнах короля и фаворитки могла поведать (в сердцах!) и законная супруга Генриха II – Екатерина Медичи[149 - Екатерина Медичи (1519 – 1589), королева Франции с 1547–1559 год, жена Генриха II.]. Она наблюдала за любовниками, проделав отверстие в стене спальни. Так королева, которой надлежит стать и влиятельной, и могущественной во времена расцвета своего, пополняла сексуальный опыт и закаливала душу, будучи в тени фаворитки. Желая, чтобы муж заметил её, рыженькую и небольшого росточка, Екатерина одной из первых взгромоздилась на высокий каблук. Не помогло…
Мы остановились на том, что король-Генрих созерцал Диану дезабилье так, как самураи созерцают цветение сакуры. Как же он оказался около женщины, которая была на двадцать лет старше?
Предлагаю Вам, Серкидон, lovestori в стиле, близком к телеграфному:
Ей двадцать семь, ему – семь.
Король Франции Франциск I[150 - Франциск I (1494 – 1547), король Франции с 1515 года.] пленён. Испанцы соглашаются вернуть монарху свободу с тяжёлым условием: до полной уплаты контрибуции наследники – девятилетний Франциск и двумя годами младший Генрих – должны исполнить роль залога. Мальчиков провожал весь французский двор. Особенно активно подбадривали старшего, он – дофин и будущий король. К обделённому вниманием Генриху, принцу Орлеанскому, подошла Диана Пуатье и поцеловала его в лоб. Этот материнский поцелуй и был той искрой, из которой возгорелось пламя высокой любви. Четыре года плена дались младшему принцу нелегко. Он вернулся во Францию угрюмым и нелюдимым.
Ей тридцать два, ему – двенадцать.
Первый рыцарский турнир. Боевое крещение. Каждый из рыцарей выбирает даму сердца. Владычицу своих грёз. Ту, за чью любовь он готов сражаться. Генрих преклонил свой стяг перед Дианой де Пуатье.
Ей тридцать семь, ему семнадцать.
Король Франциск I в приватном разговоре сетует Диане на то, что отношения с младшим сыном у него не складываются (ещё бы, он заложил мальчика испанцам, как портсигар). Король говорит, что Генриху чужда жизнь двора, он мрачен и ещё никто не видел, как он улыбается. Диана обещала поучаствовать в судьбе юноши: «Я сделаю из него своего кавалера…»
Она встретила Генриха улыбкой, разрешила ему носить свои цвета – чёрный и белый – и приняла его в школу «платонического рыцарства». В разгар обучения французский двор постигает новое горе: умирает дофин Франциск. Неожиданная смерть брата делает Генриха наследником короны. Заставлять изнывать в пустыне платонической любви такого перспективного юношу не годится.