Второе яблочко не простое, а золотое с надписью – «Наипрекраснейшей». На одну из божественных тусовок его подбросила богиня раздора Ирида. Для кого? Сразу три прекрасных богини встали и приосанились. Божественный взоры устремились на Зевса, но он только руками замахал…
Не хочу делать долгие отступления, коротко скажу. Когда Вы, Серкидон, почувствуете, что стали могущественнее Зевса, можете женской мести не опасаться. Пока же до этакой степени не окрепли, я Вас умоляю, постарайтесь врагов женского пола себе не заводить.
Громовержец перевёл стрелки, а вместе с ними громы и молнии на пастуха Париса. Он должен был разрешить спор трёх богинь. И вот представьте себе, Серкидон, сидит себе юноша на склоне горы Иды, дует себе в свирель, пасёт себе коровёнок, и тут к нему посланцы Зевса: Гермес, а с ним три богини. Хорошо кусты неподалёку… Но нашли, достали Париса из кустов, отряхнули и стали соблазнять посулами. Гера предложила могущество и власть, Афина – мудрость и воинскую славу, Афродита – чужую жену, Елену Прекрасную.
Чем думал Парис, выбирая из трёх богинь одну? Кому он вручил золотое яблоко? Уцелел ли он сам? Эти вопросы оставляю Вам в качестве домашнего задания.
Закончим тем, что когда Елена Прекрасная вернулась от Париса к законному супругу Менелаю, он хотел сурово наказать неверную. Но, как сказано в «Лисистрате», «обнажила она яблоки своих грудей и отбросил Менелай меч в сторону».
Итак, второе яблоко – раздор.
А вот почему Гегель накатил на яблоко Ньютона? От него-то что за беды? Или собирал яблочки до кучи, чтобы было их три? Или проницательный немец увидел в падающем яблоке гениального англичанина все построенные согласно законам механики механизмы и приспособления, которые окончательно разлучили человека с физическими нагрузками?
Предположим, третье яблоко – лень человеческая.
Да и хватит о яблоках! Разговор-то у нас о женской груди! Один поэт, уж не припомнить кто, в лирическом экстазе сравнил груди любимой женщины с яблочными варениками. Чувствую, что я Вас яблоками перекормил. Но всё же, и уже просто для верности, присовокуплю слова итальянского художника Бонифацио Бембо[155 - БонифациоБембо (1420 – 1482), итальянский художник.], которому идеальные груди видятся как «маленькие, круглые, крепкие и упругие, совсем как два круглых яблока».
А теперь, Серкидон, давайте скорее устремим наши горячие взоры к персикам, лимонам, грушам, гранатам, дынькам. Что касается арбузных грудей, то осмотрим таковые с особым восторгом.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-25-
Приветствую Вас, Серкидон!
Имеет ли значение размер? И это не мужской, а женский вопрос, поскольку говорим мы о женской груди. Обещал Вам, что осмотрим весь диапазон – от вишенки до тыквы.
Мнение младенцев всех времён и народов: большая грудь – самая лучшая, самая красивая. И что примечательно, нет разногласий по линии инь-ян. За большую, упругую, наполненную до краёв грудь подают голос и младенцы-девочки, и младенцы-мальчики.
Но вот взрослеют младенцы мужеского пола, отращивают щетину, а вместе с ней появляются и разногласия. Младенцы-девочки превращаются в женщин, и с появлением собственной груди приходят сомнения: а такая ли она выросла, как мечталось?
Начнём с мужчин:
– Васёк, ну что ты нам на Глафиру свою тычешь, эталоном её выставляешь. То не грудь у неё, а вымя, красивая грудь – маленькая.
– Это, Гриша, когда соображение у мужика маленькое, тогда и грудь у его бабы тоже маленькая. То, что у Нинки твоей, и не грудь вовсе, а недоразумение. Мне такие прыщики в детстве мазали зелёнкой. Грудь – это когда берёшь в руку и тяжело руке…
Дело часто доходит до потасовки, в которой неизменно побеждают поклонники больших форм, поскольку регулярно имеют дело с тяжестями и тем самым укрепляют и бицепсы, и трицепсы.
Подслушав случайный спор, установили мы, что нет единого мнения среди мужчин просто сделанных, на щеколду похожих, «незатейливых, как грабли»[156 - Выражение О.Генри.].
Ну а как дело обстоит у посетителей астрала, зорких служителей Красоты – поэтов-эстетов? Может быть, они едины во мнении?.. Нет! И тут разноголосица.
Шарль Бодлер:
Когда же в жалящей истоме летних дней
Она ложилась бы в полях под властью лени,
Я мирно стал бы спать в тени её грудей,
Как у подошвы гор спят хижины селений.
Это был большой и летний размер груди. В противовес ему – зимний и маленький.
Роберт Бернс[157 - Роберт Бёрнс (1759 – 1796), шотландский поэт.]:
А грудь её была кругла, -
Казалось, ранняя зима
Своим дыханьем намела
Два этих маленьких холма..
Послушаем теперь обладательниц этих гор и холмиков.
Женщины с большой грудью жалуются: «Оно, конечно, действует. Если надеть блузку с вырезом, мужики уставятся, как удавы на ушастого кролика. Но, в конце концов, надоедает. А как неудобно в повседневной жизни: в толпе, в общественном транспорте, на спортплощадке. Турпоход – это вообще катастрофа. Рюкзак на спине и два рюкзака впереди. Получается не женщина, а вьючное животное».
Женщины с маленькой грудью тоже недовольны: «Оно, конечно, удобно. И в фитнесс-клуб, и в горы, и через козла, но мужчина… Посмотрит и скривится…»
Это бывает, к маленькой груди рука мужская не тянется. На вечеринке, в ночном клубе маленькая грудь – не помощник. Её обладательницу мужчины обходят, как колонну.
«Да, – думает обделённая и ущемлённая горемыка, – быстро я сюда добежала, только зачем?»
Что же получается? А получается вот что: хороша грудь, которой у меня нет.
Ах, если бы!.. Если бы могла женщина носить груди, как платья из гардероба, то в ночной клуб одевала бы большую грудь, в фитнесс- клуб – маленькую, а в поход и вовсе можно было сходить без ничего.
А на званый ужин? А в театр? На корпоративное мероприятие? Ответ ясен – средняя грудь. Не много и не мало. С ней и в пир, мир, и в добрые люди. Золотая середина! Эротична и необременительна…
Аббат из цистерцианского монастыря Гильберт Голландский, который не иначе как согрешил и, вспоминая об этом, оставил такую запись: «Ведь прекрасны груди, которые немного приподнимаются и в меру полны… удержаны, но не стиснуты, нежно стянуты и не колышатся».
Мнение ещё одного священнослужителя. Цитата из книги «Имя розы» Умберто Эко[158 - Умберто Эко р. 1932, писатель, литературный критик, философ.]: «Он указал на маленькие груди Приснодевы, высоко и туго затянутые корсажем, завязками которого играли ручонки Младенца: "Видишь? Те же сосцы пригожи, что выпирают не сильно, полны, в меру упруги, но не колышутся дерзко, а возвышаются еле, воздеты, однако не сжаты"».
Как мило и эротично написали романтичные служители церкви о средней (я понял так) груди. Им, и мы это поняли, нравится именно такая.
Но если окинуть беглым взглядом всё сегодня написанное, можно заключить так: мудрая природа поставила дело правильно – на всякую женскую грудь найдётся свой любитель. Даже если у женщины вообще нет груди. Нет и всё. Шансы у неё есть. Хоть и писал Анатоль Франс: «Женщина без грудей, что постель без подушек», надо помнить, что наиболее далеко и глубоко духовно продвинутые аскеты подкладывают под голову циновку.
Дорогой Серкидон! Сегодняшнее письмо коротенькое, строго его не судите, какой-то вирус по мне топчется, хочу сейчас, немедля, поразить его испытанным народным средством… Какая перцовка?! Как Вам не стыдно, Серкидон! Я спешу припасть к малиновому варенью.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-26-
Приветствую Вас, Серкидон!
Я выздоровел и как прозрел! Cогласимся, после слов пышная, женская… слово «причёска» звучит как мелкое предательство. Только – грудь! И пышная и большая!