Майкл ходил по комнате, массируя виски. Одна ставка, всего одна ставка, и он баснословно богат. Он сможет открыть любое дело и обставить это таким образом, что эти деньги – прибыль, а не плод азарта. Кто станет проверять, каким образом получены деньги, когда они есть. Отец, конечно, может попытаться выяснить, а для этого надо создать хорошую легенду, которую невозможно проверить. О том, что он будет делать после выигрыша (а в том, что это произойдёт, Майкл не сомневался), юноша решил подумать чуть позже. Сейчас же надлежало обналичить чек и сделать игру. В одном казино он уже был, и что-то подсказывало ему, что играть надлежит в другом.
Майкл вышел на улицу и подошёл к стоящему у обочины такси.
– Вы не скажете, есть ли в этом городе ещё казино помимо находящегося за вашей спиной?
– Да, молодой человек, целых три, только на другом конце города.
– Едем! – проговорил Майкл, усаживаясь на сиденье.
Казино было небольшим, но многолюдным. Майкла никто не останавливал и не задавал вопросов. Он встал за спиной играющих и стал внимательно наблюдать, какие карты в игре. Комбинации были самые разные, но ни о чём не говорили. Значит, события происходят только тогда, когда Майкл играет сам. Успокоившись тем, что без него ничего не произойдёт, он решил отправится в банк.
«Я иду в банк, обналичиваю деньги и делаю ставку. Решено!»
Майкл не прошёл и половины пути, когда услышал знакомый голос:
– Майкл!
– Эдвард!
Радость переполняла братьев, и они крепко обнялись.
– Ты как здесь оказался?
– Я приехал по поручению одного хорошего человека. Мне необходимо попасть в банк «Фортуна».
– Я как раз иду туда. Вот радость-то! Никак не ожидал тебя здесь увидеть! – Майкл снова обнял брата за плечи.
– Я закончу порученное мне дело, и мы с тобой где-нибудь посидим. Столько хочется тебе рассказать, – предложил Эдвард.
– Конечно, брат, какой может быть разговор!
Документы принимали два клерка, сидящие друг напротив друга.
После соблюдения необходимых формальностей клерк пододвинул Майклу бумагу.
– Вам необходимо поставить свою подпись, господин Эпштейн.
Второй служащий поднял голову и внимательно посмотрел на Майкла.
– Это мой родной брат, – предотвратил расспросы Эдвард.
– Редко можно встретить двух братьев, обналичивающих в один день по сто тысяч, – заулыбался клерк.
Эдвард искренне переживал за брата и хотел узнать, на что Майкл решил использовать все деньги. Он не мог дождаться, когда клерк допишет необходимые бумаги, – по непонятной причине мысли в голове были очень тревожные. Как только служащий закончил оформление, Эдвард вышел из банка, забыв даже попрощаться. Он ходил кругами, пока в дверях не появился улыбающийся Майкл.
– Для чего ты снимаешь все деньги? – обеспокоенно спросил старший брат.
– Я всё расскажу тебе, только прежде мы сядем где-нибудь в тени и выпьем чего-нибудь холодного.
– Трижды прав был отец, рассказав нам притчу о скале, – задумчиво произнес Эдвард.
– Это ты к чему? – удивился Майкл.
– К тому, что мы такие разные. Неизвестно, чей поступок более правильный. Я скажу тебе честно, меня встревожило то, что ты снял все деньги.
Они спустились в небольшой сквер, прикрытый тенью плакучих ив, и сели за плетеный столик уличного кафе.
– Две лимонных со льдом, – крикнул Майкл официанту.
– Однако ты быстро освоился в городских условиях.
– Это не я освоился в условиях, это условия подстроились под меня, – засмеялся Майкл. – А, может, мы закажем виски? Брат с братом, а, Эд? Снять стресс, поднять настроение?
– Нет, Майкл, я уже понял, почему многие люди втягиваются в это пагубное занятие: они стараются скрасить свои переживания. Это не снимает проблемы. Пока живёшь с туманным сознанием, всё кажется более-менее сносным, но стоит голове проясниться, как жестокий мир открывает действительность. Алкоголь, Майкл, плохой помощник, да и в нашем возрасте прибегать к алкоголю рановато. Ты до сих пор не ответил мне, зачем снял все деньги.
– Эдвард, – серьёзно сказал Майкл, глядя в глаза брату, – я говорил тебе, что вижу сны с продолжением. Так вот, всё, что я вижу в своих снах, в дальнейшем отображается на игральных картах. Мои герои живут, они реальны и помогут мне сделать состояние. Я убедился в этом сегодня в казино.
– Майкл, ты мой брат, и я не могу не сказать тебе: детство закончилось, как только ты покинул порог отчего дома. Всё, сказки остались в прошлом, началась суровая действительность. А ты рассказываешь мне о снах. Тебе просто необычайно – я подчеркиваю, Майкл, необычайно – повезло, что ты до сих пор не проигрался. Я уже знаю нескольких знатоков покера, которые спустили за игровым столом целые состояния. Казино – это хитрый монстр, пускающий по своим денежным артериям состояния таких, как ты – излишне уверенных в себе, рассчитывающих на благосклонность Её величества Фортуны.
Майкл увидел, что его объяснения остаются понятными только ему самому.
Неловкую паузу прервал Эдвард.
– Майкл, я буду очень рад, если ты присоединишься ко мне, и мы вместе что-нибудь придумаем. Брось эти опасные игры, я прошу тебя.
– Прости, Эдвард, но я знаю, что делаю, и ты ещё будешь гордиться своим младшим братом.
Эдвард обнял брата:
– Мне пора ехать, потому что дело не терпит отлагательства. Подумай, пожалуйста, брат, подумай, я очень прошу тебя. Это опасная игра, и на кону может стоять многое. Я написал тебе свой точный адрес и буду очень рад, если ты приедешь.
Эдвард уехал, а Майкл развернул листок. Городок, о котором Майкл ни разу не слышал, находился, по-видимому, довольно далеко.
Юноша продолжал сидеть за столиком, когда в сквере появились две девушки: одна из которых имела ярко-рыжий цвет волос, меж тем как вторая была жгучей брюнеткой. Скромная одежда, застенчивое поведение и тщательно скрываемое любопытство темноволосой девушки выдавало в ней жительницу сельской местности: она то и дело крутила головой, с интересом разглядывая наряды дам, гуляющих по скверу. Девушки заняли столик по соседству и заказали мороженое. Майкла мало интересовало то, о чём они говорили, пока он отчётливо не услышал имени своего брата.
– Рэм – сын очень богатого человека. Он самый богатый в своей округе. Их поместье находится всего в двухстах милях, и через одиннадцать месяцев, по словам Рэма, он вступает в права наследования капиталом. Если всё пойдет, как я задумала, в скором будущем стану носить фамилию Эпштейн.
«Вот так номер! Рэм оказался в этом городе. Но какой болтун!» – подумал Майкл.
– Патрисия, где ты встретилась с ним? – спросила сельская скромница, для которой рассказ подруги звучал как сказка.
– На озере. Он подплыл ко мне и сразу предложил руку и сердце, – поделилась подружка, высоко подняв свою рыжеволосую головку.
– Прямо так приплыл и предложил, – рассмеялась темноволосая. В её голосе было столько жизненной силы и радости, что она невольно заражала окружающих своим смехом. На девушек обратили внимание сидящие за другими столиками, и смешливая скромница смущённо прикрылась ладонью.
Майкл не видел лица говорившей из-за пышных волос её подружки, но её голос он уже слышал. И тут его осенило. Этот смех и этот голос он слышал, но не здесь, не в реальной жизни, а там, за гранью, как привык называть Майкл своё пребывание в другом мире. Этот голос напоминал ему девушку, с которой встречался Джозеф, кажется – мадемуазель Фалер. Когда девушка отодвинулась, прячась от солнечных лучей, Майкл чуть не подавился содовой, настолько она была похожа на юную графиню.
Единственное, что их отличало, – скромное одеяние девушки.