– По-моему, ты преувеличиваешь, Томми. Наркоман есть наркоман. Тут только два варианта: либо ты принимаешь наркотики и разрушаешь своё существование, за что лишь ты несёшь ответственность, либо ты их не принимаешь и получаешь возможность прожить нормальную жизнь.
– Да ведь дело не в том, употребляешь ты или нет, а в том, почему начинаешь это делать. Разные же бывают причины. Не все обращаются к наркотикам в поисках эйфории. Кто-то начинает употреблять, чтобы хоть на время избавиться от боли.
– От какой такой боли? – в голосе Блэйка слышалось явное недоверие.
Томми вскинул свои брови и развел руки в стороны.
– Вообще от любой! От физической, которую не заглушают аптечные препараты, от душевной, спасение от которой легче всего найти в забытьи.
– Таким образом они не спасают себя, а просто бегут от реальности, – ответил Блэйк.
– В побеге от реальности и состоит их спасение.
Блэйк ткнул указательным пальцем в сторону бездомного, изо рта которого тонкой струйкой вытекали слюни.
– Скажи мне, Томми, разве он похож на спасенного?
– Я не знаю, Блэйк. Внешне он выглядит не очень, но если его разум обрел покой…
Тут тело бездомного дёрнулось, и он испустил протяжный вопль, который напугал проходившую мимо него женщину. Она вздрогнула и недовольно покосилась на полицейских, как бы своим взглядом показывая, что совершенно не понимает, почему они просто стоят и смотрят на этого бездомного, вместо того, чтобы вывести его отсюда, ведь он нарушает общественный порядок и пугает прохожих.
– Похоже, всё-таки не обрел, – сказал Блэйк, доставая наручники. – Ладно, давай уже заберём его отсюда.
Томми кивнул, и они неспеша направились к бедному бездомному, который, казалось, окончательно сошёл с ума.
Сэм тряхнул головой и двинулся дальше. Поскольку на часах уже было пять пятнадцать, ему пришлось ускорить свой шаг, чтобы не опоздать на встречу с Самантой. Диалог полицейских зародил в его взволнованном разуме одну весьма любопытную идею. Хотя поначалу она его немного напугала, вскоре он почувствовал, как будто бы печаль, томившая его разбитое сердце, стала ослабевать. Совершенно случайно он обнаружил пилюлю, которая, как ему казалось, могла успокоить его разум и помочь обрести покой.
«Оставить прошлое в прошлом и с ясной головой двинуться навстречу неизвестному будущему!» возбужденно подумал Сэм и почувствовал, как непроизвольно улыбнулся.
Он вышел из парка, завернул за угол, перешёл оживленную дорогу и направился к старому четырёхэтажному зданию, построенному ещё в семидесятых годах прошлого столетия. Его фасад отреставрировали пару лет назад, покрасив в тёмно-коричневый цвет. Теперь почти квадратное здание в городе напоминало огромный бисквит, политый растопленным шоколадом. На первом его этаже расположились «закусочная мистера Росса», как гласила яркая неоновая вывеска, да салон по продаже старинных фотокарточек, в котором, как полагал Сэм, практически никогда не было посетителей. В закусочной уже горел приятный желтоватый свет, и сквозь большие окна Сэм видел множество посетителей, с удовольствием уплетавших сытные бургеры и пироги. Между столиками с посетителями без остановки носились официанты, одетые в чёрную форму. Они всё делали быстро и ловко, при этом с их лиц не сходили радостные улыбки, хотя работать некоторым из них приходилось по десять часов подряд. Несмотря на кажущуюся суматоху, обстановка в заведении царила приятная, посетители вели себя прилично, и никто не пытался затеять драку.
Сэм остановился напротив стеклянной двери и достал из кармана телефон, чтобы проверить время. На часах было ровно пять двадцать пять. Он с облегчением вздохнул и вошёл в закусочную. До него тут же донесся приятный аромат жаренного мяса, горячего хлеба, нарезанных овощей и свежесваренного кофе.
«Я в раю!» радостно подумал Сэм и начал оглядываться по сторонам в поисках Саманты.
Он заметил её за дальним столиком на двоих, прямо напротив окна. Она была одета в бордовый свитер и серые брюки. На груди у неё виднелась небольшая брошка в виде лебедя. Позади неё, на спинке стула, висел серый пиджак. Её красивые чёрные волосы были заплетены в две равные косы. Она с интересом изучала меню, изредка погладывая на шумную улицу за окном. Сэм приветливо махнул рукой одному из официантов и направился к столику, за которым сидела Саманта.
– Привет, Саманта! Рад снова видеть тебя, ты отлично выглядишь! – сказал он, снимая свое пальто.
Саманта подняла свои яркие зелёные глаза, и на лице у неё появилась радостная улыбка. Быть может, любой, нисколько не знакомый с ситуацией человек, смог бы заметить, что и глаза Саманты тоже улыбались. И не просто улыбались, а светились от счастья. Быть может, тот же самый человек, нисколько не знакомый с ситуацией, смог бы понять, что неподдельное это счастье было вызвано появлением Сэма. Однако Сэм совершенно упустил этот факт из виду.
– Привет, Сэм! – радостно ответила она. – Я тоже рада снова тебе видеть! Как прошел твой день?
«Чертовски плохо, дорогая Саманта! Сегодня мой босс пригласил на свидание любовь всей моей жизни, и одному Богу известно, чем они будут заниматься на этом свидании и после него…» мрачно подумал Сэм, но, разумеется, решил оставить эту мысль при себе.
– День прошел весьма неплохо. Это был не самый продуктивный день, но всё же кое-какие дела я успел завершить, – беззаботно ответил он, усаживаясь за столик.
– Я рада, что у тебя всё хорошо!
Он улыбнулся.
– Ну а твой день? Как он прошёл? Быть может, случилось что-то необычное? Так-то ведь твоя работа поинтереснее моей будет, – Сэм откинулся на мягкую спинку кресла и с любопытством посмотрел на Саманту. – Я ж с бумажками в основном работаю, с людьми из других компаний редко приходится встречаться, но вот ты, ты работаешь с самыми благородными и благодарными существами на свете!
Саманта смущенно улыбнулась и поправила свою брошку.
– Ну, сегодня волонтёры привезли к нам маленького Джастина. Они нашли его возле мусорных баков позади Дома моряков на тридцать седьмой улице. Это была простая дворняга, вся ободранная, да к тому же хромая. На правам боку у неё была рана, шерсть вокруг неё была опалена, – Саманта на мгновение замолчала и, прикусив губу, посмотрела на потолок. – Кто-то ткнул её чем-то острым, а потом поджёг.
Она снова замолчала, и Сэм увидел, что её красивые изумрудные глаза стали влажными. Она некоторое время смотрела в окно, не замечая ничего вокруг, словно её сознание находилось в другом месте, но спустя несколько секунд вернулась обратно в уютную атмосферу закусочной.
– В общем, маленький Джастин был болен, слаб и жутко запуган после всего, что с ним произошло, – она улыбнулась и смахнула слёзы рукой. – Но мы искупали его, остригли шерсть, накормили, напоили, сделали ему необходимые уколы, так что скоро с ним всё будет хорошо, потому что теперь он в надёжных руках.
Сэм провел рукой по волосам и глубоко вздохнул.
– М-да, вот тебе и вся простота жизни! Одни издеваются над животными и калечат их, другие же спасают их и дарят им шанс на нормальное существование.
– Добрый вечер, вы уже готовы сделать заказ? – спросил подошедший официант, глядя поочередно то на Сэма, то на Саманту.
– Да, – отозвалась Саманта. – Я буду греческий салат, жареное мясо без соуса и яблочный сок.
– А мне принесите, пожалуйста, пирог с мясом, один бургер с куриной котлетой и горячий чай с мятой.
Официант всё быстро записал в свой маленький блокнот, учтиво поклонился и полетел в сторону кухни, чтобы передать поварам новый заказ.
– Что же, предлагаю начать обсуждение, – сказал Сэм и негромко хлопнул в ладоши.
– Да, давай.
– Итак, я думаю, что можно снять короткий ролик, в котором будут показаны два этапа жизни собак. Первый – тяжелая жизнь на улице, издевательства, болезни, голод и холод. Второй – собачья жизнь в приюте. Мы покажем, какими грустными и несчастными они попадают в приют и какими счастливыми и довольными становятся спустя несколько недель после пребывания в нём.
– Предлагаешь давить на жалость?
– Не совсем. Предлагаю сыграть на контрастах. С одной стороны – ужасная и мучительная жизнь бедного животного. С другой стороны – радостная и счастливая жизнь довольного животного. Мостом же между этими двумя совершенно различными жизнями будут служить средства, которые приют будет получать в качестве добровольных пожертвований. Мы будем обращаться к совести будущих доноров, а не к их жалости, понимаешь?
– Кажется, да, – неуверенно начала Саманта. – Звучит неплохо, но вот только у нашего приюта нет денег на съёмку рекламного ролика.
Сэм нахмурился и махнул рукой, как бы предлагая ей выкинуть эту нелепую мысль из головы.
– Не переживай, я сам напишу сценарий для ролика, а мой коллега Кевин поможет нам всё отснять.
– Думаешь, он согласится?
– Еще бы! Он славный парень, к тому же обожает собак. Все будет отлично!
Саманта улыбнулась, провела рукой по своей шее и с благодарностью взглянула на Сэма. Быть может, любой, нисколько не знакомый с ситуацией человек, сумел бы разглядеть в этом взгляде не только благодарность, но и обожание, однако Сэм, разумеется, ничего не заметил.
– Спасибо тебе большое за то, что согласился помочь! Ты даже не представляешь, как много это для нас значит! Сейчас… для приюта настали непростые времена. Мистер Браун, человек, который основал этот приют и финансировал его деятельность из своих личных средств, к несчастью, обанкротился. Нам едва удаётся покрывать все расходы, но ведь на улице ещё есть столько собак, которым нужна наша помощь, а наших сбережений хватит только на полтора месяца. Если наши средства иссякнут до того, как нам удастся привлечь новых спонсоров, приют придётся закрыть.
Сэм наклонился вперед и серьезно посмотрел на Саманту.