– Каковы последствия заварушки?
Нелли подняла понимающий взгляд.
Ликерия кивнула: именно так.
– А что ты видела? – поинтересовалась Нелли.
– Что я видела? То же, что и ты.
В глазах напротив отразилось недоверие.
– Я имела в виду, как много ты видела, – пояснила Нелли, очевидно, распознав ее смятение. – И чего не видела? Чего не знаешь? Что именно тебе рассказать? Вот и спрашиваю: что ты видела?
Много чего. Страшно подумать, невозможно поверить. Захватчиков бара, некоего Александра, странных созданий, каких не бывает…
Но, возможно, это были галлюцинации, вызванные действием ядовитого газа. От него глаза слезились, и дышалось с трудом…
Всего этого Ликерия не сказала. Глядя на внимательно-сосредоточенную Нелли, показалось верным промолчать.
Александр. Он приходил за ней: за плененной преступниками Нелли. И вместе с Александром, кем бы он ни был, пришли остальные, в том числе Он. Сомнений быть не могло: Нелли с ними заодно. Тогда разумно ли находиться с ней рядом? Могла ли ей доверять? С кем же Нелли связалась…
– Помню, как нас не выпускали из бара, пугали неизвестностью, но в основном молчали. Затем явились вы с Зойлом. Помню нож. А затем туман: если верно поняла, пустили слезоточивый газ. Но этот газ помог мне сбежать. – Бежать ей помог не газ, но об этом она не скажет. – Через служебный выход, меня упустили. Прибежала домой сильно напуганная и, не придумав ничего лучше, собралась и уехала.
Она замолчала, передавая Нелли словесную эстафету.
– Да, – Нелли выдохнула. – Действительно, слезоточивый газ. Дог… захватчики пустили его, заметая следы. А затем исчезли: сбежали до приезда полиции.
– И как же, никого не нашли? Кто это был? Зачем приходили?
Почему молчит о бойне, почему молчит о внезапных гостях?
– К сожалению, нет, никого не нашли.
Нелли доверять нельзя. Ликерии захотелось поскорее уйти.
– Однако поиски еще ведутся, дело не закроют в ближайшее время. Полковник Алаев не позволит. – Нелли иронично улыбнулась.
Полковник Алаев. Артур Алаев. Давний, лучший друг Зойла.
Имя снова напомнило о полиции: почему же с ней не связались? Да, она уехала, возможно, тем самым осложнив им работу. Что с того? Они – полицейские, у них там братство: пара звонков, и дело за малым – дождаться ответного звонка с сообщением о местонахождении Ликерии. Да и не скрывалась она, была ли проблема? Найти могли без труда. Дело выигрышное – есть свидетель. Подключился сам Артур Алаев…
Хотя был Дмитрий, и был персонал. Возможно, поговорив с остальными свидетелями и воссоздав события вечера, они сочли ненужным обращаться к ней? Обременять себя излишними хлопотами: куда-то звонить, кого-то искать?
– А что с персоналом?
– С ними все в порядке, можешь не волноваться, – Нелли задумчиво покачала головой. – Кто-то ушел, кто-то остался с нами. Анита, к примеру, не пожелала продолжать сотрудничество. – Нелли скривилась, и Ликерия невольно улыбнулась. Все-таки работалось с Нелли легко. А вот с Анитой… не особо.
– Может, все же чаю? – Нелли с надеждой посмотрела на Ликерию, и, не успела она ответить, стала разливать кипяток по чашкам.
Ликерия медлила, она сомневалась: нужно было уходить.
– Где ты живешь? Все там же? И чем планируешь заняться? Может, вернешься к нам? Мы…
– Нет, – дернувшись, встала, сведя на нет энтузиазм собеседницы. – Нет, я… подумываю о другой работе. Спасибо, Нелли. – Ликерия смутилась. Смотрели озадаченно, что стало неудобно за проявленную резкость. Но на то имелись причины. Вероятность встречи со сверхъестественным была велика. Ей не хотелось постоянно трястись, гадая, когда она встретится с Ним. Она не хотела соприкасаться с тем, во что была впутана экстремалка Нелли. Совсем не таких приключений желала. И если существовала вероятность того, что Нелли продолжает общаться с Александром, ей следовало держаться в стороне.
Такова основная причина нежелания возвращаться в бар. Второй причиной являлась сама Нелли. Несмотря на симпатию, к ней испытываемую, рядом с Нелли ей было не по себе. Непринужденность в общении пропала. Что виной: события прошлого или завещание времени настоящего, думать не хотела. Но было обидно и досадно от того, что ей приходится ставить точку в их неблизких, но теплых отношениях.
– Мне пора, – улыбнулась Ликерия, сглаживая возникшую неловкость.
– Как скажешь, – Нелли поднялась. – Но знай: ты всегда можешь на меня положиться. Если что-то потребуется…
– Конечно, Нелли. Обязательно. Не переживай.
– …ты всегда можешь обратиться ко мне. Неважно, что тебе будет нужно: помощь, разговор…
– Спасибо, Нелли. У меня все хорошо. Поводов для волнения нет. Я пойду. Прости за хлопоты, – и, взглянув напоследок на чай, так и не выпитый и теперь остывший, поспешила покинуть кабинет.
Выйдя в зал, по дороге к выходу, она ненадолго остановилась у стойки, желая попрощаться с недовольным Дмитрием: им не удалось нормально поговорить.
– Еще увидимся, – заверила бармена, когда открылась входная дверь, пропуская в помещение высокого мужчину. Пропуская в помещение Александра.
В висках застучало, ноги подкосило. Предчувствие неизбежно надвигающейся опасности завладело всем существом. Он шел прямиком на нее.
– Сомнений не осталось, враги по всему городу.
Неизвестно откуда нашла в себе силы и заглянула ему в глаза. И с облегчением поняла: он говорит не с ней. Александр говорит не с Ликерией. И смотрит мимо нее: он смотрит на Нелли, на приятную шатенку, которая встала около нее. И направляется соответственно к ней.
В этот миг увидела еще одного мужчину, с виду не менее опасного и ей незнакомого. Шатен мелькнул за приятельской спиной. А за ним и третьего, проходящего в двери…
Она для чего-то потянулась к шее. Для чего? Теперь не знала. Скорее, кофта давила, сжимала горло, поскольку панически стало трудно дышать: сознание разлеталось в щепки. Ликерия смотрела на Него.
В темной кожаной куртке, облегающей стройное тело, источая энергию напора…
Как итог онемело тело: шевелиться она не могла. Промычать что-то внятное тоже. Единственное, могла наблюдать: как отпускает двери, проходит вперед, останавливается. Останавливается, так как видит ее. Как же быстро он ее замечает.
Она, верно, спит, жалко корчась в бреду. Мучают тени, воспалено сознание.
Он не двигается, прямо как она. И смотрит на нее безотрывно. И если Ликерия – парализована страхом, то кошмар из прошлого явно напряжен. Напряжением потрескивает мускулистая плоть, накал источает острый взгляд. До нее долетают жгучие искры.
Поскольку помнит: помнит то, что должен забыть. Память отражается в глазах.
Благодаря ему Ликерия жива. Благодаря ему ей видится всякое, то, от чего не удается убежать. Темные волосы спадают на лицо, очерчивают скулы, подчеркивают взгляд. Как же пристально он все-таки смотрит. Остро, резко, пронизывающе, обещая расплату за каждый вздох.
А после взгляд опускается к губам. Всего на мгновенье, но его хватает: они горят, пульсируют пламенем, она ощущает каждый толчок. Поскольку память хранят и они. Хотя Ликерия того не желает. И Он понимает, что она вспоминает: Ликерия видит в потемневших глазах. Они сужаются и в следующий миг, на какое-то невыразимо короткое мгновение вспыхивают, загораются светом.
– Лика… Лика!
Оборачивается, а, возможно, оборачивают. Видит Нелли, и озадаченный женский взгляд помогает ей очнуться.