Ликерия стряхнула оцепенение.
– Мне пора. – Отдернула руку и, едва дыша, направилась к выходу. На него не смотрела. Куда угодно: под ноги, в сторону, мужчине за спину, но только не в лицо, не в глаза, не на тело. Хотя тела, физически развитого, не заметить, увы, не могла.
На пару мгновений Ликерия запнулась: он загораживал собой проход, не позволяя подступиться к двери.
Одно неосторожное, опрометчивое движение, один неверный, неуклюжий шаг, и ей не быть, на нее набросятся: казалось, он держался из последних сил. Ликерия до жути боялась споткнуться. Потому что он хотел, чтоб она споткнулась, сделала тот самый неверный шаг.
Не понимая природу подобных мыслей, она обошла его, дышащего силой…
– Дей, чего ты там встал? Дай человеку пройти!
Ликерия вздрогнула. И едва не задела мужчину. Если он оглянется – помчится прочь.
Едва живая выскользнула в дверь. Не оглянулся, но прочь помчалась.
Глава 3
Он стоял у входной двери. Вскрывал Ликерию глазами. Затем оттолкнулся. Неспешно пошел на нее.
Ликерия схватила нож и направила предмет на мужчину. Острие коснулось груди и потонуло в теле, распоров футболку. Он сам ей в этом помог. Насадить себя на нож. Сантиметр, второй, еще немного… Он не пытался избежать контакта. Преодолевая сопротивление тела, он, напротив, подавался вперед.
Лезвие погружалось в плоть. Он сжал ослабшую руку. Чтоб не отступила. Чтоб наверняка. А затем поцеловал.
Так прошла их последняя встреча, состоявшаяся в день трагедии. Ликерия прибежала домой, испуганная, обескураженная. Через некоторое время явился он: создание, спасшее ей жизнь. От пули в лоб, от агрессии убийц. Она не знала, кто он, почему вдруг помог. До того лишь пару раз замечала его в баре во время рабочих смен. И тут он заявился к ней и совершил подобное.
Покачала головой.
О том, что сказал напоследок, и вовсе не хотела вспоминать. «Я вернусь», – проговорил мужчина. «Никуда не уходи, жди меня», – читалось между строк. Так красноречиво прозвучала фраза.
Не дождалась. Уехала прочь.
Считать ли его ненормальным? Маньяком? Полоумным психом?
Ожидать ли теперь последствий?
Ранее казалось неважно. С той самой встречи минули месяцы, он давно ее забыл. Но сегодня снова увидела его. И он узнал ее. Узнал.
Есть ли причина для волнений? Пора ли бить тревогу? Она посторонний для него человек, возможно, была то минутная глупость. Что он сделает? Снова пожалует к ней?
Ликерия не знала, чего ожидать. В прошлый раз она так же не ждала гостей.
Ее трясло, по телу пробегала нервная дрожь.
Мысленно встряхнулась. В бар больше ни ногой. Следовало скорее обо всем забыть, поскольку жизнь в тревоге невыносима.
Будто в сон попала в магазин: на автомате зашла в первый встречный. И даже умудрилась что-то прикупить: в трансе ходила по рядам и бездумно хватала все подряд.
В том же трансе дошла домой.
Проснулась на стуки.
Ликерия вздрогнула и машинально потянулась к ножу, который с вечера положила под подушку.
Раздался звонок, затем повторно – глухие удары. И только тогда поняла, что кто-то стучится во входную дверь.
Бросив взгляд на часы – они показывали без пятнадцати девять, Ликерия вскочила с нагретого дивана и, не забыв прихватить оружие, поспешила в прихожую. На полпути остановилась. Подумав, дернулась и снова встала, так и не добежав до многострадальной двери.
– Кто там? – крикнула Ликерия, сжимая крепче стальную рукоять.
– Слесарь! Пражская, 41, квартира 16?
Слесарь! Ликерия спохватилась. Она и забыла, кого вызывала.
– Одну секунду! – кричала Ликерия, забегая босиком на кухню и кидая нож на обеденный стол. А затем заглянула в мутный глазок и впустила рабочего.
Мужчина. Лет сорока, с чемоданчиком, одетый в синий комбинезон.
– Не ждали? – спросил рабочий, оглядев ее с головы до ног. – Не ждали. –Оттеснив ее в сторону, рабочий прошел в квартиру.
– Ну, и где меняем? – Слесарь огляделся. Невысокий, худощавый, раскрепощенный. – Свет горит, – ткнули пальцем на лампочку, она свисала прямо над ними.
Ликерия потянулась и щелкнула выключатель. Да, для света рановато. Однако в темноте заснуть не смогла.
– Здесь меняем. – Указала на дверь, вынудив мужчину повернуться к ней.
– Ясно. Сделаем в лучшем виде.
На этом диалог завершился. Она передала ему купленный замок и, предоставив самого себе, отправилась в ванную комнату.
Замком озаботилась вчера, еще до посещения «Красной метки». Выйдя из дома, забежала в строительный магазин, расположенный рядом с пятиэтажкой. Там же договорилась об установке.
Ликерия уставилась в неказистое зеркало. Вздохнула. Пригладила светлые пряди.
Недоумение мужчины понятно: волосы растрепаны, глаза опухли. И даже одежду, будучи на взводе, не поменяла на что-то другое: встречала во вчерашних футболке и юбке, которые помелись. Поскольку в них заснула.
Белокурые волосы под тусклым светом выглядели заметно темнее. Ликерия заплела их в короткую косичку и включила воду. Умылась, почистила зубы, а после снова себя рассмотрела.
Лучше. Выглядит лучше. Хотя бы следы двухчасового сна смыла водой. А то, что губы изранены в кровь: искусала в ночной нервотрепке… Пускай, это ли проблема.
Стараясь не смотреть на голые стены, Ликерия покинула ванную. Слесарь увлеченно снимал замок. Она хотела было поинтересоваться, может, что нужно, чем посодействовать, но, решив не отвлекать человека от работы, пошла на кухню. Вчера она так и не поела: вернулась и продолжила давиться страхом – следовало себя накормить. Если понадобится помощь, слесарь попросит сам.
Первым делом, переступив порог, увидела нож: он единственный лежал на столе. Ликерия кинула оружие в ящик, чтобы не мозолило блеском глаза, напоминая о незабвенной кровавой встрече: о том, как лезвие проходит в плоть, о том, как сам он подается навстречу, чем только облегчает лезвию движение. Проступает кровь, намокает ткань…
Сделала омлет, заварила чай. Предложила слесарю – он отказался. А вскоре и вовсе сообщил, что уходит, поскольку работа была завершена. Проверила: вроде бы качественно, только много ли она понимает?
Расплатившись и попрощавшись с мужчиной, она с облегченьем закрыла дверь.
Вот так. Теперь отчасти спокойна. От захватчика квартир себя защитила. А значит, не отвлекаясь ни на что другое, могла посвятить себя поискам работы.