– Волнуешься? – хитро протянул он. Дилижанс качнулся и тронулся с места.
– Не столько за нас, сколько за сестру, – поморщилась, ощущая нарастающее в груди беспокойство.
– А зря, – невозмутимо изрёк некромант, вытягивая свои длинные ноги. – Мой первый призыв души. В жизни подобным не занимался.
– Что?! – изумлённо воскликнула, развернувшись к нему всем корпусом. – И вы мне говорите об этом только сейчас?!
– Ты не спрашивала, – беспечно отозвался этот легкомысленный тип, пожав плечами.
– Но вы же потомственный ведьмак! – выпалила ошеломлённо, чуть не застонав от досады. Обречённо откинулась на спинку сиденья и сняла перчатки.
– И что? – искренне не понял он. – Ты же помнишь, что на призыв души нужно особое разрешение Короля и только по запросу дознавателей его можно получить, но как-то они не решались пользоваться моими услугами. Или не было нужды.
Я закрыла лицо ладонями и всё же застонала, точнее заскулила, словно несчастное раненое животное.
– Откуда мне было знать? Я не интересовалась подобным, и Ада так уверенно говорила о вас… мне даже в голову не пришло, что вы ни разу не занимались призывом … – мои слова звучали жалко. Я должна была всё проверить, прежде чем отправляться в академию, но так обрадовалась появившейся возможности снять проклятье…
– Будь у меня такая подруга, как Адалин Фогман, я бы десять раз подумал, прежде чем прислушиваться к её советам. Опасная женщина, потому что бесстрашная, в ней есть дух авантюризма. Она ведь ненормальная, да?
– Я не стану отвечать на этот вопрос, – показательно-недовольно отозвалась я. – Он бестактен.
– Как вы познакомились? – не унимался некромант, явно пытаясь отвлечь меня от мыслей о незаконности нашего мероприятия. Но что-то я не спешу останавливать дилижанс и возвращаться ни с чем. Может, безумная уверенность Яра Килана заразна и передалась мне?
– В школе для девочек. С Адой никто не хотел дружить, она… была странной, – произнесла сдержанно, чтобы не показывать лишних эмоций.
На самом деле над девчонкой с пустыми, вечно влажными, будто от слёз глазами все издевались. Называли полоумной, будущие леди не гнушались и камень бросить. Сторонились её, словно прокажённую, шушукались за спиной, неприлично тыкали пальчиками.
– А-а… так ты не просто целительница, пичужка – сестра милосердия, – хохотнул некромант.
Демонстративно пригрозила ему тростью.
– Я сторонилась Аду, как и все, разве что не смеялась над ней, просто избегала. Но когда отца тяжело ранили, она была той, кто пришёл ко мне. Почувствовала мою душевную боль, села рядом и молча погладила по волосам. Тревога и печаль мигом отступили… Я так удивилась, что долго хлопала глазами, а потом… предложила переселиться в мою комнату, – невольно улыбнулась, вспоминая то время. – Мне захотелось её защитить, сделать хоть что-то в ответ на её помощь и утешение. А когда у меня пробудился дар, я без раздумий выбрала целительство и уже была той, кто помогал юной дефектной заклинательнице… Уже потом её отец купил дом рядом с нами, так мы стали не просто подругами, но и соседями. Ада очень много сделала для нашей семьи.
– Ты удивительная, – как-то печально улыбнулся некромант. – И друзья у тебя такие же. Ты пробуждаешь во мне давно забытые чувства. Появляется трепет в душе, предвкушение чего-то особенного…
Я сглотнула и облизала пересохшие губы. В груди гулко стучало сердце… В этот момент дилижанс остановился, и дверца распахнулась, впуская свет уличного фонаря. Я машинально придвинулась ближе к некроманту, конечно же, только за тем, чтобы не мешать попутчикам войти…
Лица, подсевших к нам пассажиров, скрывали широкие капюшоны накидок. Дверца захлопнулась, дилижанс снова пришёл в движение и какое-то время мы ехали в гнетущей напряжённой тишине.
– Отвратительная встреча, мистер Килан, вы не находите? – вдруг поинтересовался один, и его скрипучий с противными хрипящими нотками голос показался смутно знакомым. На задворках сознания заскребло беспокойство.
– Абсолютно с вами согласен, господин Вайрос, – хладнокровно кивнул ректор. По моей спине побежал холодок. Казалось, голос канцлера отпечатался в моём мозгу навечно, но надо же, я не узнала его сразу.
– Как поживает моя племянница? – тем временем невозмутимо поинтересовался тот.
– У Карин всё прекрасно. – Даже в полумраке, я могла угадать зловещую улыбку некроманта. – С подачи нашей прекрасной мисс Шин готовится к тематическому балу.
Я ощутила на себе мрачный изучающий взгляд и приказала себе не дрожать. Когда этот человек руководил арестом моего отца и выдвигал против него обвинения, я была смертельно напугана и потрясена, но сейчас… я уже не та юная несмышлёная девчонка. В конце концов я дочь генерала. Помощница ректора.
– А-а… – деланно-безразлично протянул канцлер. – Не узнал, не узнал… Вы выросли, Алеса. Похорошели.
– Благодарю за комплимент, господин Вайрос, – холодно отозвалась я. – А вы ни капли не изменились.
– Что ж… сочту ваши слова тоже за комплимент, – проскрипел он. – Не изменился – значит не постарел. Уже неплохо.
– И куда вы… со своей помощницей держите путь? – прокряхтел второй попутчик. Его голос, как ни странно, тоже показался знакомым. А начало-то поездки многообещающее, прямо-таки вечер неприятных встреч.
– Известно куда, – отчётливо усмехнулся ректор. – На станцию, господин Форд. У вас были сомнения? – В голове щёлкнуло: это же Жаба! Один из проверяющих магистров, присланных министерством. Седовласый мерзкий старикашка с уродливым кривым ртом… – Деловая поездка, обернёмся быстро, – добавил некромант непринуждённо. – А у вас? Тайная встреча под покровом ночи?
Только благодаря воспитанию и выдержке я смогла не рассмеяться и удержать на лице маску невозмутимости и отчуждённости.
– О-о, узнаю знаменитый юмор всех некромантов, – неожиданно беззлобно произнёс канцлер. – На самом деле, дела Королевства плохи, мистер Килан. В округе завёлся «кукловод».
Я насторожилась, боясь упустить нечто важное. И судя по тому, как сгустился воздух, как меня окатило волной тёмной энергетики, слова канцлера ох как не понравились ректору.
– Мистер Вайрос… – раздражённо зашипел магистр Форд. – Смею напомнить, что цель нашей поездки должна оставаться в тайне… – намекнул он красноречиво.
Канцлер повернулся к нему и скинул с головы капюшон. Его хищное, как у коршуна лицо, и правда, ничуть не изменилось. И морщинки в уголках тёмных непроницаемых глаз всё те же…
– Мы имеем дело с личем, что пробуждает армии мертвецов и разоряет деревни и сёла. Кому, как не ректору академии некромантов стоит знать о подобном? – кажется, искренне удивился он.
– Вот именно, вы сами заметили, что Яр Килан всего лишь ректор, – это было произнесено столь пренебрежительно, что я едва не стукнула магистра тростью. – Если бы он мог оказать содействие, Гильдия бы сразу к нему обратилась.
Некромант слушал с завидным спокойствием, когда даже я начала в душе закипать. Как можно быть таким бесцеремонным?
– Вы верно запамятовали… – елейным тоном протянул канцер, – именно Яр Килан был первым, у кого пробудился дар смерти и прежде чем основать академию для таких же «счастливчиков», он долгое время в одиночку уничтожал нечисть. И раз уж нам посчастливилось встретиться, хотя Гильдия была против, – издевательски произнёс он, – я хочу узнать мнение первого некроманта, относительно того, как выманить лича из логова.
– Не знал, что теперь подобными делами занимается тайная канцелярия, – без насмешки произнёс ректор. – Личное поручение Короля? Его величество хотел обойтись без шумихи?
– Верно, – отчётливо скривился Вайрос. – Пока тварь не вошла в полную силу. Мы отправляемся в Грейсмит, где недавно произошло массовое «пробуждение» мертвяков. Допрошу местных, а мистер Форд попытается найти следы «нитей управления» и определить откуда они тянутся.
Я внутренне содрогнулась. В Грейсмите? Серьёзно? Вот только армии мертвецов на пути к болотам нам не хватало.
Ректор задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку.
– Нити исчезают обычно в течение трёх дней. В Грейсмите почти постоянно идут дожди, высокая влажность из-за близости Топей и вечный туман, вряд ли удастся что-то обнаружить. Будь я магистром… я бы искал светящиеся зеленоватые кляксы на земле, почерневшую траву и гнилые листья, если тварь окрепла и скрывается в городе, ищите мёртвых крыс. Много мёртвых крыс. Вы не поверите, но личи предпочитают горячую свежую кровь для поддержания энергии и предпочитают мелких грызунов, потому что на них никто не обращает внимания. И помните… – он резко подался вперёд, схватив магистра Форда за края капюшона. – Лич – это высшая форма нежити, и он разумен. Никогда не забывайте об этом, как и о том, что сами по себе личи не возникают, значит где-то был некромант, что не справился с даром смерти или… кто-то пробудил давно упокоенного лича для своих собственных целей и управляет им издалека, – выпустил магистра из хватки, поправил его капюшон и вновь откинулся на спинку сиденья.
Я почти не дышала. Было чувство, словно некромант готов придушить Жабу прямо сейчас. Наверняка подозревает его в порче защитного барьера.
– Благодарю, мистер Килан, – совершенно серьёзно и невозмутимо произнёс канцлер, в который раз удивляя меня за этот час. Может, моё представление о нём сложилось неверное из-за детских воспоминаний и страха за отца? – Как знал, что ваши советы окажутся полезными. Теперь я могу прорабатывать сразу несколько версий и знаю, в каком направлении двигаться, на что обращать внимание. А вы тоже держите пусть в Грейсмит?
– Увы, – вымолвила я, хотя приказала себе молчать, непросто сдержаться в подобной ситуации. – Точнее, какое удачное стечение обстоятельств… – пробормотала и отвернулась к зашторенному окну.
Канцлер неожиданно усмехнулся.
– А вы умеете иронизировать, мисс Шин. Вижу общение с некромантами благотворно на вас влияет. Что ж, приятного нам путешествия на одном поезде.
Я с трудом подавила мучительный вздох, мысленно проклиная всех богов за их несмешные злые шутки.