– Очень, очень интересно, особенно из твоих уст, – я легонько поцеловал ее в шею, обнимая за талию, мы пошли в машину. – Ты не перестаешь меня удивлять, – произнес я, невольно глядя на звездный горизонт.
По дороге домой Настя притихла. Сквозь свет проезжающих фонарей я увидел, как она уютно свернулась на сидении и уснула, подложив ладошки под голову.
Мне нравится, когда она спит рядом со мной, тогда я уверен, что ей ничего не угрожает, она расслабленная и непринужденная, не думает о своем даре и уж тем более не боится меня, именно во сне она полностью моя… Моя Настя.
Она
Мне тепло и комфортно, но ноги сковало тяжестью, я не могу вытянуться в полный рост, и это смущает меня. Сквозь сон я пытаюсь найти удобную позу и подавить вибрацию в руке. Я сжимаю крепче ладонь, чтобы устранить жужжание, и отдаленные мысли, блуждающие в сонном тумане, говорят мне, что это звонит телефон.
Открываю глаза, вдыхаю запах кожи, перемешанный с древесным ароматом Максова одеколона, ощущаю спокойствие. Максим спит, положив голову на ладонь, которая локтем уперлась в стекло двери. Вторая рука расслабленно лежит на колене, сразу под рулем. Искусственный желтый свет уличного фонаря падает прямо в машину, придавая романтику нашему положению. Максим кажется спокойным, я ловлю его очертания, понимая, что он для меня родной и близкий, возможно, даже ближе родителей, хотя я раньше считала, что это невозможно. При этой мысли я улыбнулась, а Макс сквозь сон невольно конфузился, словно отгоняя дурной кошмар.
Телефон по-прежнему жужжит, а я не хочу отвечать, потому что он нарушит нашу хрупкую идеальную гармонию и заставит вернуться в жестокую реальность.
«Ах, блин. Эгоистично заставлять родителей волноваться», – подумала я про себя и отвечаю на звонок:
– Мама, алло…
– Настя-я-я! – кричит она, не дав мне слово вставить. – Слава Богу, ты где? – в голосе большая тревога.
– Мам, что за паника, что случилось? – шепотом спрашиваю я, чтобы не разбудить Максима.
– Время три ночи, а тебя до сих пор нет! – продолжает кричать она. – Я с ума просто схожу!..
– Шшш, мы внизу в машине у подъезда, скоро будем, – спокойным голосом произношу я и отключаюсь.
Как я ни старалась, Максим все же проснулся. Он громко зевнул, поворачивая голову из стороны в сторону, и, приподнимая плечи, разминается, чтобы окончательно проснуться. Еще раз зевнув, он посмотрел на меня и улыбнулся.
– Я тебя провожу, – хриплым голосом произносит он и выходит из машины. – Знаешь, спать с тобой у меня входит в привычку, – с ухмылкой произносит он, принимая меня в объятия, когда я вышла из машины.
Я передразнила его ухмылку, что придало ему больше веселья. Но чем ближе мы приближались к моей квартире, тем грустнее мне становилось. Мама на пороге встретила нас жутко гневным взглядом. Максим первый начал оправдываться за нашу позднюю прогулку. Она в ярости и одновременно внимательным взором осматривала меня. Я прекрасно понимаю, что ее волнения заключаются в одном – сохранила я дар или потеряла голову в безрассудной страсти.
– Мам, все хорошо, – сказала я спокойно, она остановила взгляд на мне и прекратила ругать Максима. – Все хорошо, мама, – повторила твердо я.
– Ну что ж, пора по домам, – в холодной форме произнесла она, но не теряя официального лица.
– Дай нам минуточку… – попросила я. Она фыркнула, но не отказала. – Спасибо, – тихо произнесла я, когда мы проходили мимо нее. Она недовольно провожала нас взглядом, воздерживаясь от комментариев.
Мы остались одни, больше всего на свете я хочу, чтобы в целом мире мы остались с ним вдвоем наедине. Он склонился, проводя горячей ладонью по моей щеке.
Он внимательно рассматривает меня. Кажется, что взглядом поглощает меня полностью, он везде и всюду наблюдает за моим настроением, ловит мое выражение лица и делает выводы, желая стать моей тенью и угождать мне во всем.
– Ты грустная, – произнес он, я ощутила приятную тяжесть его головы у себя на лбу.
Он прав, я грущу потому что знаю, что после его ухода буду терзать себя размышлениями о нашем будущем. Закрыв глаза, прячу свое скверное настроение.
– Просто мне не хочется с тобой расставаться, – тихо призналась я.
Он прижал к себе, оказавшись в родных руках, я забыла про смятение и сомнительные раздумья.
– Мы уже совсем скоро увидимся, – по-доброму засмеялся он, поцеловав меня в голову. – Была бы моя воля, я никогда тебя не покидал, буду ждать с нетерпением, когда мы разделим с тобой единый дом.
Эти слова тронули меня, и я незаметно от него смахнула слезинку со щеки и посмотрела на него. Он сердито нахмурился, складочки между бровей выдают его большое недовольство.
– Настя… ты снова за свое, к чему слезы? – возмутился он, я сразу же улыбнулась, чтобы побороть его тихий гнев. – Малышка, ты на сто процентов состоишь из слез, – ухмыльнулся он.
– Максим, тебе пора, – холодно произнесла мама, которая появилась внезапно.
Макс продолжал держать меня в объятиях, совершенно игнорируя мамину просьбу.
– Морозов на выход, – строго прошипела мама, морально подавляя Максима недовольным взглядом.
– Пообещай мне, что ты не будешь плакать. Иначе я никуда не уйду. Мне невыносимо знать, что тебе больно, также нестерпимо мучительно знать, что ты плачешь из-за меня, – шептал он мне, продолжая нервировать маму. Из-за его плеча я вижу, как она выходит из себя от гнева, громко притопывая ногой.
– Хорошо, хорошо, – безоговорочно обещаю я и украдкой целую его.
– Отлично, – вздохнул он, еще раз, прижимая к себе, резко отпускает. Я провожаю его, жадно цепляясь взглядом.
– Я заберу тебя в три, – произнес он на пороге, не стесняясь мамы, которая с удовольствием открывала ему дверь, желая побыстрее выгнать его. – Не грусти, малышка, – подмигнул он и скрылся за дверью. Я только успела послать ему воздушный поцелуй и, сделав пару шагов назад, спряталась в своей темной одинокой комнате.
В комнату вошла мама. Скрестив руки на груди, она смотрела на меня угнетающе, с укором. Под ее тяжелым взглядом я медленно села на кровать. Моя суровая действительность вернулась ко мне раньше, чем я предполагала, и мама в этом главный помощник.
– Не смотри на меня так, – выпалила я с досадой, – я проклинаю небо за то, что встретила его, но я очень люблю его…
Мама, не сказав ни слова, вышла. Я расслабленно рухнула на кровать и уставилась в белый потолок. Макс не такой, как говорит отец Александр, у него была масса возможностей воспользоваться мной, но он терпеливо устоял, в отличие от меня. Я стою на краю пропасти и сама хочу шагнуть в нее, чтобы узнать полечу я или камнем упаду вниз.
– Господи, – начала я молитву, чувствую, как меня слушает все небо, – почему у меня такая доля? Ты мне показал, что такое любовь, но не даешь ею насладиться. Я хочу быть нормальным человеком, радоваться жизни, быту, семье. Какие глупые люди. Они могут жить, любить, строить семьи, рожать детей, делить радость взросления своего ребенка, видеть своих внуков, но все это порастает ложью, завистью, изменой, корыстью, интригами. И когда они на грани, должна появиться я, та – которая имеет гораздо меньше, чем они, но должна дать им второй шанс.
В моем сердце появилась давящая боль, а глаза наполнились слезами. Чем дольше я с ним провожу время, тем больше привязываю его к себе.
– Помоги мне, Господи, избавиться от боли. Раз ты меня наградил этим даром, так одари силой справиться с этой болью.
Я свернулась в комочек на кровати, перебирая каждое звено своего браслета, откровенно рыдаю. Как неприятно нарушать обещание, но вся моя жизнь с появлением его превратилась в большую неприятность.
– Я люблю тебя, Максим! – говорю я в никуда.
Глава 11
Он
Возможно, я старомоден, но для меня представить свою девушку родителям – огромный шаг в будущее, сравнить который можно с окончанием института. Я обещал самому себе, что порог моего родительского дома переступит та девушка, которую я полюблю по-настоящему. Этот день настал, и меня потрясывает легким волнительным мандражом. Несмотря на тяжелые отношения с отцом, я очень надеюсь, что в этот раз он не обхает мой личный выбор.
Пока собираюсь на работу, думаю о ней. Надеюсь, она выполнила обещание и не утопала в своих слезах, мучаясь глупыми мыслями. Хотел бы я рвануть прямо сейчас к ней, чтобы проверить ее самочувствие и утешить, да просто чтобы начать свой день с ее янтарного светлого взгляда – моя хрупкая, нежная, святая девушка.
– Точно, – воскликнул я вслух, осененный неожиданной мыслью. Сажусь за компьютер, в поисках информации.
Первое, что я ввел в поиск, это «Как сделать союз священным?», возможно, это может спасти ее дар и сохранить наши отношения. Результат был совершенно непонятный, потому что словосочетание «священный союз» было воспринято как политическое отношение нескольких стран. Тогда я слово союз меняю на слово «брак» и сразу нашел то, что искал.
– Венчание или обручение, – прочитал я вслух, – освятить свой союз в стенах храма, под чутким присмотром священника, через которого спустится благословение на нашу совместную жизнь, – бегло читаю дальше и убеждаюсь в том, что это выход. Откидываясь на спинку кожаного мягкого кресла и глубоко анализируя полученную информацию, смотрю в ровный белый потолок. Мне остается искренне поверить в существование Бога и попросить в храме, под покровом таинства венчания, руки и сердца моей любимой.