– Кто первый добежит до буйков? – сказала Лин и рванула к океану, который пока еще оставался на том уровне, где буйки лежали на песке. За ней, к моему удивлению, рванула Дайдзо. Она смеялась, и ей было очень весело. Увидев это, Нат побежал за ней. На пляже остались только я с Аланом. Я встала, чтобы побежать, но увидела, что он не собирался присоединяться. Алан улыбался, смотря на них, но не хотел бежать вместе с ними. Я схватила его за руку – на что он удивился – и повела к океану, не сбавляя быстрый темп. Мы бежали и смеялись. Скажу честно, я никогда не видела Алана настолько веселым. Он смеялся, бежал и просто веселился вместе с нами. Мы все бежали к рассвету, который растворял наши силуэты вдали, забирая нас к себе. Даже, если это было только началом моего дня рождения, я не могла просить и лучшего.
«Лиз, я бы хотел сказать тебе много всего вживую, если бы не был таким трусом. Думаю, в письме у меня выйдет намного лучше. Надеюсь, ты читаешь его одна, потому что только ты меня поймешь. Помнишь Джослин, о которой я тебе рассказывал? Она и вправду была самой прекрасной девушкой для меня и для всех. В ней было все, что делало ее такой невероятной и уникальной. Но… Как я говорил, уникальность угасает, если ты увидел ее сразу. Она словно фейерверк, который просто на секунду пробуждает в нас удивление, интерес и симпатию. После чего мы видим лишь искры, пропадающие где-то в небе…
А ты… Ты, как океан. Сначала, ты не кажешься настолько глубокой, но после… Я понимаю, всю глубину твоих мыслей, эмоций, заботы. Просто хочу дать знать, насколько ты важна для меня. Ты восхитительна, Эллизабет Холмс. Желаю тебе приятного дня рождения.»
– Алан
Письмо, которое затрагивает душу и одновременно режет ее на кусочки. Вдох. Я перечитывала это сообщение много раз, прежде чем открыть подарок. Оно несло в себе столько эмоций, которые, скорее всего, переполняли Алана в тот момент. Все так запуталось…
Раскрыв подарок, я увидела свою фотографию, где я стояла возле окна у Алана в комнате. Я надеялась, что она останется у него. Это был хороший снимок. После нее шла еще одна фотография, только покрупнее. Не успела я ее полностью рассмотреть ее как поняла, что это была вовсе не фотография. Это был невероятно красивый портрет меня, который нес в себе уникальный стиль, который я не могла бы описать из-за того, что просто не знала. Раньше я не видела этот стиль, и думаю, что Алан его сам придумал. Это было совмещение абстракции с арт-деко. Все цвета были не такими яркими, каких их представляют видеть в портретах, но это определенно не помешало этому. Это был просто восхитительный подарок. Я еще раз перечитала письмо, затем убрала его в шкатулку в комоде, а фотографию с рисунком положила возле зеркала. С широкой улыбкой на лице я прокручивала все это утро у себя в голове, вспоминая каждые детали, пытаясь не пропустить ни одной. Все это заставляло меня улыбаться все чаще и мне хотелось, чтобы я всегда была такой счастливой, как сейчас.
Звонок телефона. Я, не смотря на экран, автоматически взяла телефон и приложила к уху, не имея понятия, кто же это звонит. Мама уже ушла на работу, и вряд ли будет звонить в такой час, потому что знает, что я в школе, хоть и меня там вовсе нет.
– Алло? – ответила я. Мой голос был восторженным от всех этих эмоций, и я решила немного понизить его в следующем ответе. Человек по ту сторону линии выдержал недолгую паузу, будто подготовился что-то сказать.
– Взгляни на подоконник окна, – сказал чей-то грубый голос. Я напряглась от этого, и мне даже стало немного страшно.
– Кто это? – мой голос явно понизился.
– Просто подойди к подоконнику, Лиз.
Этот человек знал мое имя. Какого черта? Я медленно подошла к окну и увидела небольшой конверт. Собеседник повесил трубку, оставляя меня в неизвестности и заблуждении. В страхе и любопытстве я открыла конверт и достала оттуда фотографию. На ощупь, думаю, она была сделана на обычный цифровой фотоаппарат. Но зачем кому-то понадобилось мне что-то присылать? Я все же перевернула фотографию и задержала дыхание от увиденного. Все было такое же, как и тогда в больнице. Все эти трубки, койка, цветы, бледность и мертвый вид. Дилан.
Глава 21
Я быстрым шагом прохожу сквозь белые коридоры; почти бегу и ударяюсь плечом о разных людей; извиняюсь и продолжаю идти дальше. С ним все хорошо… С ним все хорошо… Все плохо. Я бегу к стойке регистрации и вижу девушку лет двадцати семи, наверняка недавно работающую, потому что вид у нее был свежее, чем у остальных работников этой больницы. Она не выглядела занятой, но и не была особо сосредоточена на работе. Когда я чуть ли не упала на стойку регистрации, она даже не заметила меня.
– Извините, но мне срочно надо узнать, в какой палате лежит Дилан Кэмпбэлл, – сказала я, отдышавшись. Как только я увидела эту фотографию, то тут же выбежала из дома. Мне было все равно, кто мне ее прислал, как он пробрался ко мне домой, точно ли в этой больнице лежал Дилан… Только сейчас, я вижу все эти сплывающие вопросы.
– Секундочку, – сказала рыжеволосая медсестра, перелистывая в руках какую-то белую папку, даже не глядя на меня.
– Я не могу ждать, это срочно! – почти прокричала я, после чего она обратила на меня свой раздраженный взгляд, который резко сменился на беспокойство, так как, скорее всего, мое лицо выглядело потерянно и панически встревоженно.
– Хорошо, назовите имя пациента.
– Дилан Кэмпбэлл.
Медсестра начала вбивать имя на клавиатуре в компьютере. Пожалуйста, будь здесь. Мне казалось, она ищет его так долго, что мне хотелось сейчас разревется прямо здесь, ломаясь на глазах у всех.
– Да, такой пациент есть, – сказала она, поворачиваясь ко мне. Я выдохнула с облегчением.
– Спасибо большое! Можете сказать, где именно он лежит?
– Кем вы ему приходитесь?
Теперь она глядела на меня с недоверием.
– Я его сестра, – более уверенней ответила я, чтобы не вызвать у нее еще подозрений.
– В его данных не было упомянуто о какой-либо сестре.
– Я… – «его двоюродная сестра» – хотела договорить я, но меня прервал голос, который обращался к медсестре.
– Все в порядке, Мэнди? – спросил Дэрил таким тоном, будто твердил мне заткнуться. Я обернулась в его сторону, и он словно злобно улыбнулся мне.
– Эта девушка хочет навестить твоего брата, ты с ней знаком? – обратилась она к нему так, словно он был ее давним другом.
– Да, она наша с братом двоюродная сестра, – Дэрил положил руку мне на плечо, и я заметила его пожелтевшие пальцы от многочисленного курения; не прошло и минуты, как в нос ударил запах его одеколона смешанным с запахом никотина.
– Хорошо, тогда отметьтесь и распишитесь здесь, – сказала она и достала блокнот для посетителей больницы. Я была зла и одновременно рада Дэрилу здесь.
– Вы ведь назовете мне палату? – спросила я после того, как оставила свою подпись на блокноте.
– Конечно. Он лежит в палате номер… – медсестра не успела договорить, потому что в разговор снова влез Дэрил.
– Все в порядке, Мэнди, я ей покажу, где лежит наш брат. Ведь так, Эллизабет? – фальшиво улыбнулся он. Мне было плевать на него сейчас, потому что единственное, что меня волновало это найти палату Дилана. Мэнди улыбнулась ему и мы, наконец, отошли от стойки регистрации. Дэрил все еще держал меня за плечо, поэтому я тут же встряхнула его руку. На нем, как обычно была кожаная куртка, коричневые ботинки и рваные джинсы. Из кармана почти вываливалась пустая пачка сигарет, а на лице красовалась щетина, которая так и напрашивалась побриться.
– Где он? – я скрестила руки на груди и недоверчиво посмотрела на него.
– Не за что, кстати, – сказал он раздраженно.
– Дэрил, просто ответь, пожалуйста, – я была обеспокоена не меньше, чем зла; эта ситуация явно не спасала.
– Ты не можешь его видеть, – ответил он более серьезно.
– Что? Знаешь? И без твоей помощи обойдусь, – я развернулась к стойке регистрации, но Дэрил развернул меня обратно, потянув меня за руку.
– Стой… – он вздохнул, – тридцать вторая палата, третий этаж. – ответил он, закрывая глаза рукой.
Я мигом рванула к коридорам в поисках лифта. Из служебного лифта вышло четверо докторов, которые несли на кушетке девушку, которая по всей видимости… умирала. Я убрала плохие мысли в сторону и отвернулась от докторов. К счастью, напротив стояли лифты для посетителей, и я тут же зашла в первый, открытый лифт. Сердце колотилось с каждым рывком, который был все ближе и ближе к той палате. Мне было страшно, ужасно страшно… Как же не хочется видеть его таким. Может Дэрил был прав. Может мне не стоит видеть его сейчас. Нет. Собрав волю в кулак, я подошла к двери той самой палаты. Мои глаза машинально взглянули в окошко двери, и я увидела его.
Все в точности, как в прошлый раз. Глаза закрыты, словно они не спят; словно мертвы. Грудная клетка почти не дышит, а лицо такое бледное и истощенное. Возможно, в прошлый раз мне показалось, но я определенно предвидела это. Я сглотнула и с трудом потянула ручку двери, не открывая глаз.
Time stood still
The way it did before
It's like I'm sleepwalking
Fell into another hole I got
It's like I'm sleepwalking
(Перевод песни BringmetheHorizon – Sleepwalking)Время остановилось так же, как и раньше; кажется, что я хожу во сне. Я упал в ещё одну яму, которую выкопал; кажется, что я хожу во сне.
В палате было светло и просторно. Большое окно, цветы и одна фотография, лежащая на подоконнике. На ней был изображен, на вид, семилетний, Дилан. Нет… это был Дэрил, держащий в руках маленького Дилана. Такой маленький и голубоглазый ребенок, ярко улыбающийся и смотрящий в камеру. Забавно, улыбка все та же. Аппарат жизнеобеспечения издавал знакомый звук пульса. Странно, но мне все это кажется одной большой сценой из фильма. Хотелось бы, чтобы это было на самом деле…
Дилан лежал весь в каких-то странных трубках, которые были подключены к, не менее странным, аппаратам. Я подхожу как можно ближе к кровати Дилана. Мне хочется его обнять и заставить проснуться. Протягиваю руку и беру Дилана за руку. Она такая же холодная, какой была всегда. Пытаюсь согреть ее, и мне кажется, что я сейчас расплачусь.