– Точно! – взволновалась Энн. – Где мальчики?
Родители Энн зашли в ее палату как раз в тот момент, когда их дочь вспомнила о сыновьях, приведя сорванцов за руку.
– Они весь день были с нами, – произнес Бенджамин Уильямс, – за ними не угнаться!
– Подтверждаю! – посмеялся Джон Прайс, разглядывая внуков, очертания которых стирались перед его глазами. – У нас огромная семья!
– Я всегда хотела большую семью, – призналась Энн, обнимая мужа, не отрывая глаз от малышки, – это счастье.
Робин аккуратно подошел к кровати Энн, держа за руку Ричарда, которому было чуть более года, наблюдая за новорожденной девочкой.
– Мне показалось, что родился братик, – тихо сказал Робин, – еще один братик.
– Нет, сынок, – вмешалась Энн, – это ваша сестренка Эми.
– Зачем мне сестра, мама? – спросил ее Робин, отпустив руку Ричарда. – Нам с братом не нужна сестра!
Робин выбежал из палаты, глотая слезы, а Ричард побежал за ним, наведя хаос в больнице.
– Не понимаю! – воскликнула Энн. – Мальчики с нетерпением ждали ее рождения, а теперь что?
– Это дети, – произнес Бобби, – тише, моя дорогая.
Ирен Прайс, наблюдая за мальчишками, вспомнила, как они радовались появлению сестренки, понимая, что внесла серьезные изменения в окружающую действительность. Она испугалась серьезных последствий, не зная, чего ожидать в дальнейшем, продолжая жить в реальности, которую сама создала, изменив прошлое положение вещей.
Мы не можем предвидеть
После множества обследований – Джона Прайса направили в офтальмологическую больницу, выяснив, что его зрение ухудшается с каждым днем, а болезнь прогрессирует. Не смотря на множество финансовых возможностей благодаря процветающему бизнесу, врачи сразу предупредили его, что в данном случае все зависит от анализов.
– Мистер Прайс! – вызвал его в кабинет лечащий врач. – Вам звонила моя ассистентка, вы успели обсудить результаты?
– Нет, – произнес он, закрывая за собой дверь, – я готов выслушать вас сейчас.
– Мистер Прайс, я хотел бы сообщить вам приятную новость, – говорил он, – но результаты ваших анализов показали ВМД.
– Что это такое? – спросил он, слыша об этом впервые за сорок восемь лет жизни. – Расшифруйте, пожалуйста.
– Возрастная макулярная дегенерация, – пояснил врач, показывая документы, – мы несколько раз перепроверили, подтвердив диагноз.
– Я слушаю вас, – вздохнул Джон, глядя на результаты, – мне важно знать правду.
– Хорошая новость в том, что с этой болезнью можно жить, – пытался успокоить его врач, – адаптироваться, привыкнуть.
– Какая же плохая новость? – спросил Джон, сидя напротив доктора. – Я прошу вас о честности!
– Плохая новость, – перелистывая результаты анализов, пытался сдержать эмоции доктор, – в том, что…
– Не томите, и без того дрожащую душу! – начал нервно говорить Джон. – Зачем вы делаете вид, что вам нужно посмотреть что-то в бумажках?!
– Мне искренне тяжело сообщать вам эту новость, Джон. – Постарался спокойнее ответить лечащий врач. – С этой формой болезни мы сталкиваемся редко, особенно в вашем возрасте.
– Но вы обязаны сказать! – с настигающим его волнением, произнес он. – Срочно говорите мне все, что я должен знать про свои глаза!
– Да, обязан, – кивая головой, и откладывая результаты, спокойным голосом сказал он, – у вас развивается наиболее агрессивный вид заболевания, носящий особую, быстро прогрессирующую форму.
– Сколько лет вы мне даете? – напрямую спросил Джон. – Сколько?!
– Индивидуально, – отвечал ему врач, видя его переживания, – бывает, что зрение пропадает годами, но мы не можем предвидеть это.
– Это лечится?! – Джон хотел знать всю информацию о том, что с ним происходит. – Не молчите, черт вас дери!
– Мы можем поддерживать состояние зрения на данном уровне, но оно будет необратимо ухудшаться, – отвечал ему врач, – с какой скоростью именно в вашем случае, неизвестно.
– Я чувствую, что вы не договариваете мне что-то! – начал возмущаться Джон, ведя себя агрессивно. – Говорите мне все, как есть!
– Мистер Прайс, – обратился к нему доктор, – я знаю, что вы владеете строительным бизнесом, и ваша работа связана с чертежами.
– Да! – подтвердил он. – Но, при чем тут мой бизнес?
– Я настоятельно рекомендую вам в ближайшее время найти заместителя для фирмы, – объяснял он, – потому что со временем вы абсолютно утратите зрение, став слепым.
– Что?! – Джон, задав вопрос, сидел, как застывшая краска на холсте бумаги. – Слепым?!
– Это постепенный процесс, – продолжал объяснять доктор, – сначала один глаз начинает хуже видеть.
– Я заметил это! – перебил его Джон. – Мой правый глаз видит все хуже, чем несколько дней назад!
– Вот! – подтвердил доктор. – Затем второй глаз начинает хуже видеть, и зрение становится сложно скорректировать очками, например, или линзами, по итогу наступает слепота на оба глаза.
– Вы хотите сказать, что я стану инвалидом?! – глаза Джона резко начали наполняться слезами. – Не увижу взросление внуков?
– Простите, Джон. – Сочувствуя отвечал его лечащий врач. – Вы сам попросили рассказать вам всю правду.
– Вы хотите сказать мне, что я не смогу посмотреть в глаза любимой жене? – продолжал он паниковать. – Не увижу свой кабинет на работе?!
– Выписать вам успокоительное средство? – уточнил врач, кивая головой. – Вам сейчас необходимо успокоиться, Джон.
– Если только путевку на тот свет! – ответил Джон, выходя из кабинета. – Благодарю вас за достоверную информацию!
Джон Прайс шел по коридорам уютной офтальмологической больницы, буквально держась за стены, рассматривая предметы.
Он трогал стулья, кресла, диваны, запоминая их форму и цвет, понимая, что вскоре этого не увидит. Другие пациенты сочли его странным, но Джона мало интересовало чужое мнение. Он боялся, что не сможет увидеть родного сына, внуков и жену, любящую всем сердцем.
К нему пришло мгновенное осознание, что придется готовить юного сына к работе в компании срочным образом. Отдавая себе отчет, что отношения Бобби и Энн начнут портиться – он решил, что объяснит ситуацию в письме, планируя написать его в ближайшее время, решая промолчать о прогрессировании заболевания. Меньше всего на свете он желал принести страдания своей семье. После полученных новостей Джон стал сильно меняться. Он перестал замечать флирт жены специально, боясь, что у них получится второй ребенок, которого он не сможет поднять на ноги. Откровенные разговоры между ними потихоньку сливались, как вода в бочке унитаза, а в чертежах по проектам его сын находил все больше ошибок.
– Не понимаю! – ворвалась девушка в кабинет главного врача, держа повторные результаты анализов. – Посмотрите! Мне кажется, или…
Последствия подмены реальности