К своему возрасту Ирен Прайс понимала, что Вселенная стремится к равновесию, а последствия создания альтернативной реальности, фактически, ее подмены – не заставят себя долго ждать. Она пыталась догадаться, что могло измениться, словно по заказу, который оставила в придорожном кафе.
Сидя в кабинете строительной фирмы, Джон начал щуриться сильнее, чем обычно, тем самым обеспокоив сына ранним утром понедельника.
– Папа! – обратился к нему Бобби. – Что с тобой?
– Все в порядке, сын, – увлеченно рассматривая проект, произнес он, – обрати внимание на эти детали.
Бобби отвлекся от работы, наблюдая за отцом, точно не попадающего в цель, держа в руке план проекта, а затем, потянувшись за очками – нащупывал их в другом месте.
– Отец! – вспылил Бобби, глядя на него. – С тобой что-то не так!
– Что со мной может случиться? – посмеялся Джон. – Мне всего около пятидесяти, сынок.
– Я не говорю, что ты старый, отец, – присев на корточки перед его креслом, понимающе говорил он, – но, я вижу, что тебе тяжелее стало работать.
– Не выдумывай! – ответил Джон, погладив белокурые волосы родного сына. – Все хорошо!
– Эти ошибки в чертежах, – тихо произнес его сын, – для проекта они могут быть фатальны.
– Для этого ты здесь, – покивал он головой, – мой помощник.
– Я помогаю, пап, – согласился он с ним, – но, замечаю, что тебе хуже с каждым днем.
– Вникай в дела компании! – разозлился на него Джон. – Да поскорее!
– К чему спешка? – напряженно спросил Бобби. – Объясни мне!
– Чем раньше ты разберешься, – ответил ему отец, потирая глаза до красноты, – тем раньше станешь успешным, уважаемым женой, крепко стоящим на собственных ногах мужем, и примерным отцом для детей.
– Ты прав! – согласился Бобби, принявшись за совместную работу с отцом. – Ты всегда прав, папа.
Ирен Прайс не могла успокоиться, направившись в дом к семье Браун, желая узнать о семье, удочерившей Лизи Кларк. Она аккуратно поднималась по крутой лестнице, все еще ощущая головокружение и тошноту, сопровождающуюся слабостью в ногах после того момента, как мир перекрасился в новые цвета.
– Ирен! – удивленно произнесла Дороти, помогая ей подняться по лестнице, держась за перила. – Чем я могу помочь?
– Мне нужна информация о новой семье Лизи, – практически задыхаясь, шептала она, – мне важно знать, где девочка.
Мистер Браун подошел к двери, согласившись принять Ирен, после того, как она нехило помяла кузов его автомобиля кулаками, поняв ее состояние, не давя, и не высказывая претензий.
– Конечно, проходите, пожалуйста, – сказал он, – откровенно поговорим, пока у нас есть немного времени до поездки на рынок.
Ирен медленно вошла в дом, будучи здесь неоднократно, увидев кроватку Лизи.
– Оставили себе на память? – спросила она на полном серьезе. – Привязались к малышке?
– Нет, – ответила миссис Браун, – нам сказали, что все вещи для девочки уже есть.
– Ой! – проведя рукой по лбу, осторожно садясь на диван, произнес Дэвид. – Там такая история, что ощущаешь всем телом корень зла, откликающийся в каждой клеточке души.
– И на сердце мы, словно, – запинаясь, говорила Дороти, – смертный грех взяли.
– О чем вы говорите? – обратилась Ирен к ним обоим, ощущая дико накатывающую тревогу во всем теле. – Вы меня пугаете!
– Извините, Ирен! – воскликнул мистер Браун, помогая ей присесть на диван, напротив жены. – Сейчас мы все объясним.
– Мне важна судьба этой девочки! – повысила голос Ирен Прайс, не сдерживая слез. – Я чувствую, что должна помочь ей! Прошу рассказать мне все, что вы скрываете!
– Семья, удочерившая Лизи, – начала делиться правдой Дороти, – совсем недавно потеряла ребенка.
– Их фамилия Уайт, – поддержал жену Дэвид, судорожно сжимая кулаки, – ту девочку завали Лизи.
– Да! – взволнованно подтвердила миссис Браун. – Девочка такого же возраста, как наша Лизи Кларк, только день Рождения в другой день, если я не ошибаюсь.
Ирен смотрела на них, сдерживая рвотный позыв, который все-таки вырвался наружу, вместе с комком боли, и страданий, переживаемых ей.
– Все в порядке! – сказал Дэвид, убежав за тряпкой. – Уберемся!
– Я принесу вам ведро, Ирен! – произнесла миссис Браун, выйдя на кухню в поиске ведра. – Вот, держите!
– Спасибо, – выдавила из себя Ирен, продолжая делиться съеденной пищей перемешанной с желудочным соком на их глазах, – простите меня.
– Да меня самого тошнит! – поддержал ее мистер Браун. – Очень!
Лицо Ирен покраснело, как и глаза, которые пытались вырваться наружу со всем, что выходило из нее.
– Может отвезти ее в больницу? – тревожась за Ирен, спросила мужа Дороти. – Вдруг что-то серьезное?
– Все нормально! – закричала Ирен. – Но я посижу с ведром.
– Конечно, – произнесла Дороти, – как вам будет удобнее.
– Не обращайте на меня внимания, – предупредила Ирен Прайс, – рассказывайте все, чего я не знаю.
– Хорошо, – согласился Дэвид, – но я за вами наблюдаю.
– Эта девочка заболела и умерла! – продолжила рассказ на эмоциях миссис Браун. – Нас не ввели в курс дела!
– Встретившись с ними, – сказал Дэвид, – мы увидели, какие страдания испытывает молодая мама, потерявшая родную дочь.
– От чего именно умерла девочка, нам не сказали! – возмущалась Дороти. – В нашей Лизи они увидели копию своей девочки.
– Началось все с того, что мистер Уайт не смог выдерживать страдания жены, решив ей помочь, – признался Дэвид, – он нашел девочку с зелеными глазами, практически годовалого возраста с темными волосами, выше остальных детей, слегка худощавую, и слабенькую – именно в нашей семье.
– Как только миссис Уайт увидела нашу Лизи, – вмешалась Дороти в историю, рассказанную мужем, – она уже не смогла отпустить ее из своих рук, словно нашла любимую игрушку.
– Но, это неправильно! – говорила Ирен, позволяя стекать слезам по ее разгоряченным, грязным щекам. – Лизи не может быть заменой.
– Это уже не наше дело, – взяв за руку жену, сказал мистер Браун, – извините, Ирен, время вышло.